Нам не няня нужна, а психиатр

Кэролайн шаталась. Ребекка смеялась как сумасшедшая, удерживая её. Они шли по дороге, решив, что их вечер не должен заканчиваться после закрытия бара. — Чёрт, — вдруг ругнулась Ребекка, доставая телефон. Кэролайн тут же отругала её за то, что она сделала это. — У меня семнадцать пропущенных от мамы, пять от Элайджи и семь от Клауса. Кэролайн и Ребекка рассмеялись, посчитав это смешным. Телефон вдруг завибрировал, и Майклсон чуть не уронила его. Она еле-еле нажала кнопку «Ответить», но Кэролайн забрала у неё телефон. Она собиралась выключить его, но увидев на экране имя Клауса, девушка поднесла телефон к уху. — Ребекка, чёрт возьми, ты где? Кэролайн с тобой? — Голос Клауса напомнил Кэролайн всю боль, которую она хотела забыть. — Как будто тебе не всё равно, — ляпнула Кэролайн, не выдержав. Клаус на секунду замолчал. — Кэролайн? Ты что, пьяная? Ребекка хихикала. — Оставь нас в покое, чёртов ты… — Кэролайн отчаянно подбирала слово и, как дура, воскликнула: — Иди к своей Кэтрин! А затем отключила трубку, довольная собой, однако через несколько секунд телефон опять зазвонил. На этот раз Ребекка взяла телефон и ответила сама. — Ну, что тебе, Ник? Кэролайн не хотела слушать, что он ответил. Она отошла от Ребекки, подпрыгивая при каждом шаге. Ей было весело, и Клаус не сможет испортить её настроение. Ребекка устало вздохнула, будто отходя от состояния опьянения. Кэролайн осознала, что их весёлый вечер подходит к концу. Она резко подскочила к Майклсон и забрала трубку. — Что из «Оставь нас в покое» тебе не понятно?! — крикнула Кэролайн, понимая, что её голос дрожит. — Скажи, где вы. Я обещаю, я ничего скажу матери, — сказал Клаус. — Обещаешь? — нарочито детским голосом спросила Кэролайн. — Да. — Ну, тогда ладно, — девушка захихикала. — Где вы? — нетерпеливо переспросил Клаус. — В Караганде! Ребекка оценила шутку Кэролайн, и они обе залились громким хохотом. — Кэролайн, ты знаешь, что мама с тобой сделает, если узнает? — спросил Клаус. — Знаю, — ответила Кэролайн и поняла, что боится этого. Внутри всё сжалось. Принять предложение Клауса было очень заманчиво, но гордость не позволяла ей этого. — Я ничего не скажу, Кэролайн, просто скажи, где ты? И девушка сказала. Это получилось само собой, без ведома её разума. Ребекка надула губки, однако ей тоже уже хотелось домой. Клаус приехал через пять минут, и Кэролайн не успела ни о чём поговорить с Ребеккой, но отложила в мыслях на потом разговор про её влюблённость. Майклсон-старший отвёз их и незаметно провёл в дом. Ребекку отвел в её комнату и собирался проводить Кэролайн, но та убежала от него. Ему не составило особого труда догнать её и взять на руки, чтобы таким образом отнести в комнату. Кэролайн била его кулаками в грудь, хотя знала, что ничего толкового у неё не выйдет. Она устало откинула голову и притворилась, что спит. Разговаривать с ним ей хотелось меньше всего. Вскоре Клаус занёс её в комнату и положил на кровать. — Ты же не спишь? — спросил он. Кэролайн чувствовала на себе его взгляд. Она не открывала глаза и молчала. «Просто уйди, пожалуйста, уйди» — думала девушка, боясь посмотреть на него и понять, что влюбилась окончательно. Кэролайн ненавидела его. Так должно быть. Так и будет. Клаус убрал прядь волос с её лица. — Прекрати. Что с тобой? Кэролайн осмелилась открыть глаза. Клаус ей улыбнулся, и она почти растаяла. Но нет. Нельзя. — Я просто пьяна, — честно ответила Кэролайн. — Но почему? — Есть такая штука, как алкоголь. Ты его упо… упрт… упетробл… Короче, ты его пьёшь и становишься пьяным. Клаус усмехнулся. — А почему ты употребляла алкоголь? — Потому что мне было плохо, — Кэролайн выдохнула в подушку. Она представляла, как от неё воняет алкоголем, и пыталась отвернуться. На самом деле, ей и сейчас было хорошо, даже при виде Клауса. Может, Клаус и улучшал ей настроение? Кэролайн вспомнила про Кэтрин и снова выдохнула в подушку. Клаус внимательно наблюдал за девушкой, и та встретилась с ним взглядом. Пьяная она могла выдержать его взгляд очень долго, чего не скажешь о трезвой Кэролайн. Так что сейчас девушка могла вдоволь насладиться его прекрасными глазами, сводящими её с ума. — Клаус, мне так плохо, — вдруг застонала Кэролайн и запрыгнула на парня. Их лица были так близко, что Клаус опешил. На самом деле, опешить должна была Кэролайн, но, так как она была пьяна, ей, наоборот, это понравилось. Так близко, что девушка чувствовала его дыхание, чувствовала его особый приятный запах. Она могла зарыться рукой в его волосы, наклонить к себе и поцеловать. Эта мысль мельтешила в голове так быстро, что Кэролайн растерялась. Зарыться в волосы, притянуть, поцеловать. Девушка посмотрела ему в глаза и обнаружила, что тот смотрит на её губы. Клаус молчал, и Кэролайн совсем запуталась. Если бы он спросил, что она творит или в этом роде, то, возможно, девушка бы отошла, но, так как парень молчал, Кэролайн продолжала думать о том, чтобы поцеловать его. Она выпила достаточно, чтобы сделать это. Возможно, она даже не вспомнит это утром, но… Кэролайн зарылась рукой в его светловатые волосы. Они были мягкими и приятными, и она улыбнулась. Нетрезво, конечно, но всё же. Клаус застыл. Она на секунду подумала, что он ждёт продолжения, и её рука нежно притянула его голову к себе. Их носы тёрлись друг о друга, и Кэролайн почувствовала, как в животе нарастает приятное ощущение. Внезапно Клаус дёрнулся вперёд, и их губы сомкнулись. Первые мгновения Кэролайн думала, действительно ли Клаус дёрнулся, или это она приблизилась. Но после девушка забыла об этом, её левая рука присоединилась к правой, и она ерошила его волосы. Кэролайн чувствовала, как Клаусу это нравится. Ей же нравилось то, как он нежно целует её нижнюю губу, затем — верхнюю, а затем его тёплый язык проникает внутрь, и Кэролайн непроизвольно выдыхает в его рот. Она почувствовала, как мурашки пробежались у него по телу. Клаус толкнул девушку вперёд, на кровать, продолжая целовать. Она обвила руками его шею, позволяя его языку играть с её. Ей было так приятно. Девушка осознала, что от поцелуя забывает всё намного лучше, чем от алкоголя. Но тут она вспомнила, что забыть хотела Клауса, и на секунду замерла. Тот не останавливался. Он провёл рукой по ноге Кэролайн, и она забыла абсолютно всё. Кроме одного. Всё, что происходит сейчас, идёт к сексу, а Кэролайн — девственница. Она хотела потерять девственность совсем по-другому. Девушка отстранилась, облизывая губы, пытаясь запомнить его вкус, зная, что забудет утром. Клаус замер, смотря на неё, а затем медленно встал, будто нехотя, и вышел из комнаты, тоже облизывая губы.

***

Проснулась Кэролайн с ужасной головной болью. На часах было без пятнадцати девять, и она застонала, отчего голова разболелась ещё сильнее. Она медленно встала с кровати и прошла в ванную, чтобы облиться холодной водой. Из зеркала на неё смотрела бледная и сонная пьяница с лохматыми светлыми волосами, прилипающими к лицу. Она попыталась вспомнить, что было вчера, но, кроме разговора с Ребеккой, в голову ничего не проходило. Обычно Кэролайн редко пила, поэтому не знала, что делать в такой ситуации. Ей отчаянно хотелось вспомнить, что было, и она чувствовала, что забыла кое-что очень важное. Девушка ещё раз облила себя водой и вышла, лихорадочно вспоминая, но ничего не выходило, будто она шла по лабиринту и натыкалась на стены, заходила в тупик. Кэролайн знала, что расспрашивать надо Ребекку. Она помнила про то, что она в кого-то влюблена, и собиралась разузнать об этом в первую очередь, хотя любопытство настаивало узнать про Клауса. Девушка боялась, что Ребекка не будет доверять ей будучи трезвой, и нервно тёрла руки, выходя из комнаты. Она подумала о Клаусе и с гордостью осознала, что больше не сходит по нему с ума. Теперь ей было всё равно, где он и что делает, пусть хоть с Кэтрин, хоть с кем угодно. Кэролайн победно улыбнулась. Говорила же, что не влюбится, и не влюбилась. Это были гормоны, молодость и наивность юной девушки, и хорошо, что Кэролайн это поняла. Однако на сердце оставалось тревожное чувство, которое она усердно игнорировала. Кэролайн прошла в комнату Ребекки, заранее постучавшись, но вместо девушки она встретила Элайджу, роющегося в вещах сестры. Кэролайн замерла, поняв, что тот был так погружён в дело, что даже не заметил её. Она хотела уйти, но ноги не слушались. Девушка стояла, не в силах пошевелиться, и смотрела, как Элайджа достал какую-то фотографию и внимательно осмотрел её. Внезапно он немного повернул голову и увидел Кэролайн. Фотография медленно упала из его рук на пол, но Элайджа быстро поднял её, и Кэролайн не успела рассмотреть, что там. Майклсон не смотрел на девушку, будто боясь поднять глаза. Она растерянно обернулась и потянулась к ручке, но услышала, как он говорит: — Подожди… — Нет, не надо, я ничего не видела, честно… — бормотала Кэролайн, продолжая держать ручку двери. Наконец, она обернулась. — Я могу всё объяснить, — всё же сказал Элайджа, наконец посмотрев на девушку. Она увидела в его глазах страх. — Элайджа, я не хочу впутываться в это, это не моё дело. Только твоё и Ребекки, — уверяла Кэролайн, хотя ей было очень интересно, что происходит. Внезапно, будто зажглась лампочка, в голове Кэролайн вспыхнула картинка, где Ребекка говорит, что Элайджа самый хороший человек на свете. Интересно, могла ли она себе представить, что её брат лазает в чужих вещах? Майклсон напряжённо теребил пальцами фотографию в руках, осторожно придерживая её пальцами и поворачивая так, чтобы Кэролайн не могла увидеть изображение ни под каким углом. Девушка гадала, что же там такого скрытного, когда парень резко убрал фотографию в карман, сложив её пополам. Элайджа выглядел очень напряжённым. Кэролайн никогда его таким не видела. — Ребекка не должна была скрывать это от меня, — пробормотал Элайджа. — Я не понимаю, — Кэролайн снова потянулась к ручке двери, почувствовав нарастающий страх. — Эта фотография не должна быть у неё… В смысле, она принадлежит мне. — Понятно, — сказала Кэролайн, хотя ей ничего не было понятно. — Можно я пойду? — она надавила на ручку, и Элайджа, услышав щелчок, вздрогнул. Кэролайн поняла, что нельзя, и испугалась не на шутку. — Кэролайн, ты должна понять. Приходилось ли тебе когда-нибудь скрывать что-либо? Девушка сглотнула, вспоминая. Конечно приходилось, но это были мелкие секреты, и она никогда не охраняла их так, как Элайджа охраняет эту фотографию. Она пыталась вспомнить что-то, что действительно никому не рассказала, но на ум ничего не приходило. Ей стало немного грустно, что в её жизни совсем нет ничего интересного и опасного, что ей бы приходилось скрывать. Кэролайн грустно помотала головой, отводя взгляд. Элайджа выглядел немного растерянным. Внезапно ручка под рукой девушки прогнулась, дверь открылась, и в комнату вошёл Клаус со словами: «Ну, что, нашёл?» Увидев Кэролайн, он застыл, как и сама она. Они стояли близко, но не настолько, чтобы Кэролайн чувствовала его дыхание, и это её обрадовало. Почему? Потому что, когда она увидела Клауса, то сразу поняла, что все её старания разлюбить его почти безнадёжны, и сердце замирало только от его вида, так что тут говорить о близости? На самом деле, держалась она стойко. Никаких бабочек в животе, головокружений и тому подобного. Кэролайн продолжала надеяться, что это всего лишь гормоны. К тому же проблемой сейчас являлся не Клаус, а то, что он с Элайджей залезли в комнату сестры и украли загадочную фотографию. Кэролайн нахмурилась, делая вид смелой и серьёзной девушки, хотя, на самом деле, ей было очень страшно. Клаус обескураженно смотрел на Кэролайн. Ей показалось, что его щёки немного порозовели, но она вскоре поняла, что это просто бред. Элайджа что-то сказал, но Клаус молчал, продолжая смотреть на Кэролайн. Она начала смущаться и отвела взгляд, переключившись на Элайджу. Тот снова сказал что-то, но и сама Кэролайн уже не расслышала что, потому что Клаус схватил её за плечо. — Что ты делаешь?! — воскликнула она. — Ты пойдёшь со мной, — Клаус нахмурился. — Что ты задумал, Клаус? — тревожно спросил Элайджа. — Она ничего не видела. Клаус выглядел непоколебимым, и Кэролайн испугалась. Она начала вырываться из его хватки и у неё, на удивление всех, вышло. Девушка выскочила из комнаты и побежала. Она слышала, что Клаус бежал за ней, но смогла добраться до какой-то комнаты первая, зайти туда и закрыться. Там она наконец выдохнула. — Привет, Кэролайн, — вдруг прозвучало позади, и девушка вскрикнула. Обернувшись, она увидела Кэтрин, а за ней — Ребекку.