Нам не няня нужна, а психиатр

Кэролайн проснулась без пятнадцати десять, поэтому впечатление от предстоящего дня у неё сразу сложилось отличное. Обычно по утрам её мучила либо Эстер, либо горничная, либо кто-то ещё, так что сегодня она почувствовала, что выспалась. Девушка легко вскочила с кровати, распахнула шторы, и яркое солнце ворвалось в комнату, ослепив её. На секунду Кэролайн даже показалось, что птички распевают её любимую песню, и она улыбнулась. Чудесный день! Настроение девушки сделалось ещё лучше, когда она вспомнила о Клаусе. Кэролайн какое-то время продолжала глупо улыбаться солнцу, а затем открыла свой шкаф, намереваясь надеть самый лучший наряд, чтобы Клаус не забыл про неё. На мгновение она подумала, что ведёт себя как влюблённая дура, но вдруг осознала, что ей это нравится. Кэролайн взяла свой любимый карандаш для глаз и тушь и побежала в ванную, прихватив ещё помаду. Накрасившись как богиня, девушка удовлетворённо смотрела на себя в зеркало. Ей стало так хорошо, что она даже рассмеялась. Клаус. Имя звучало так красиво в её голове, и Кэролайн даже произнесла его вслух, смущённо хихикнув. Неужели и вправду влюбилась? Кэролайн Майклсон. Боже, она сошла с ума. В голове всплывали воспоминания вчерашнего вечера, и по телу разлилось тепло, а в животе появилось непривычное ощущение. Кажется, это называют бабочки в животе? Кэролайн снова рассмеялась. Ну, точно, влюблённая дура. Однако как можно было не влюбиться? Клаус так обнимал её, смотрел, поддерживал. Он говорил то, что Кэролайн хотела слышать, и… Стоп. Он говорил то, что она хотела услышать? А что, если… Вдруг Клаус просто играет с ней, хочет соблазнить, а затем выбросить, как игрушку? Вдруг Кэролайн ему даже не нравится? Она посмотрела на себя в зеркало. Вместо радостной влюблённой девушки Кэролайн видела встревоженную и испуганную, и ощущения у неё были точно такие же. Нельзя поддаваться так быстро. Нельзя. И Кэролайн не поддастся. Она улыбнулась, и то прекрасное настроение вернулось к ней со всеми побочными эффектами в виде непроизвольного смеха и приятных воспоминаний. Клаус… Девушка повторяла его имя, выходя из комнаты. Спускаясь по лестнице, она представляла, как он отреагирует на её внешний вид. Идя в столовую, воображала, как Клаус целует её. Все мысли были забиты им. И ей это нравилось. Однако, встретив Ребекку, Кэролайн вспомнила, зачем она на самом деле в этом доме. Настроение ухудшилось, но ненамного. Клаус всё ещё присутствовал в её мыслях и поддерживал настроение таким, каким оно было утром. — Привет, — недружелюбно бросила Ребекка. — Привет, — непривычно радостно ответила Кэролайн и поняла, что Ребекка — жертва на сегодня. Всё-таки пора браться за обязанность, которую дала ей Эстер. Та ясно дала понять, что за невыполнение будет худо. Кэролайн не хотела этого. Она прекрасно знала, что значат отношения между матерью и дочерью, секреты и доверие. Эстер этого не понимала. Либо понимала, но не так, как Кэролайн. Более… изощрённо. Клаус объяснил девушке это, и теперь Кэролайн относится к просьбе мисс Майклсон более спокойно. Но, тем не менее, вливаться в компанию к её детям было страшно. Девушка оглядывалась, ища Клауса. Она давно заметила, что на полдник он ходит в столовую за фруктами, садится и ест, как правило, в одиночестве. На этот раз девушка собиралась составить ему компанию, но Клауса всё не было. Ребекка заинтересованно наблюдала за Кэролайн. — Кого-то ищешь? — с подозрением спросила она, наверно, тоже заметив ранее Клауса за поеданием фруктов в одиночестве. Кэролайн насторожилась. Она испугалась, что выглядит такой же влюблённой, как тогда в зеркале, и, чтобы сделать лицо не влюблённым, вспомнила Кола. — Нет, — решительно ответила Кэролайн, бегая пальцами по поверхности стола. — А, вообще-то, да. Мне нужен Клаус. Она поняла, что фраза довольно двусмысленна, и еле сдержала смущённую улыбку. Ребекка отнеслась к её фразе спокойно. — Он уехал, — сказала она, и сердце Кэролайн упало. — Куда?.. — пробормотала девушка. Настроение очень быстро падало вниз, Клаус был далеко, всё насмарку. Неужели он ей действительно так нужен? — Понятия не имею, — скучающе отозвалась Ребекка. — Знаю, что он с Кэтрин. Кэролайн почувствовала, как земля уходит из-под ног. Так, значит, вчера была всего лишь игра? Кэтрин — его настоящая девушка, а Кэролайн навыдумывала себе волшебную сказку с прекрасным принцем? Кэтрин сказала, что они с Клаусом встречаются месяц, и Кэролайн как дура рассмеялась, думая, что у них такая же ситуация, как у нее с Колом, но… Сейчас она чувствовала себя даже хуже, чем вчера после поцелуя с младшим Майклсоном, и Кэролайн еле сдерживала слёзы, накапливающиеся в глазах. Да лучше бы она заплакала, стёрла эту чёртову тушь, посмотрела на своё жалкое отражение в зеркале и поняла, что Клаус никогда не полюбит её. Чёрт, она его не любит, это всё самообман, гормоны, да что угодно, лишь бы не любить его по-настоящему. — С Кэтрин, значит? — сухо отозвалась Кэролайн, ловко пряча чувства глубоко внутри. — Отлично. — Внезапно ей в голову пришла прекрасная идея. — Давай сходим куда-нибудь вместе? В бар? В магазин? Куда угодно, я хочу выпить. Идея была идеальна: одновременно быть с Ребеккой и напиваться в хлам, забывая про Клауса. Кэролайн хотела этого сейчас больше всего на свете и была готова уговорить Ребекку любыми способами. — Не поняла? — Ребекка выглядела действительно обескураженной. — Я. Хочу. Выпить. Ты пойдёшь со мной? — Ты хочешь выпить со мной? Что на это скажет моя мама? — Она не узнает. Кэролайн была полна решимости, и Ребекка согласилась.

***

План Кэролайн работал. С каждым глотком она забывала про Клауса, а Ребекка доверяла ей всё больше. Они пили вместе, перекрещивая руки, смеялись над какой-то фигней, похожей на член, и кокетничали с незнакомыми. С Ребеккой реально было весело, и Кэролайн старалась не вспоминать о том, что ей нужно делать. Находясь в нетрезвом состоянии, она и вправду надеялась, что они станут друзьями, и девушке не придётся сдавать Ребекку Эстер против её воли. После четвёртой рюмки Кэролайн забыла и про Эстер. Ребекка рассказывала историю о том, как упала в школе, и эта история была совсем не смешная, однако пьяной Кэролайн было смешно до слёз. Люди, сидящие рядом с ними, кидали странные взгляды, но девушкам было плевать. Разговор плавно перетёк в разговор о семье Ребекки, и Кэролайн выпила пятую рюмку, чтобы морально подготовиться. — Элайджа просто душка, — по слогам проговорила Ребекка, будто рекламируя какой-то товар. — Мне нравится его сдержанность. Но Ник… Кэролайн потянулась к шестой рюмке, и бармен кинул на неё опасливый взгляд, протирая стаканы. Девушка показала ему язык, и тот отвернулся. — Никлаус — нехороший человек, — невнятно продолжала Ребекка, и Кэролайн осушила рюмку. — Почему же? — вздохнула она. Любопытство взяло вверх. Ребекка взглянула на неё с тем недоверием, с которым смотрела в самом начале. Кэролайн надеялась, что выпивка поможет избавиться им от этого льда, однако, очевидно, есть что-то серьёзное в жизни Ребекки, о котором просто так не забудешь. Хотя, возможно, она просто недостаточно выпила? Будто в подтверждение мыслям Кэролайн, Ребекка взяла рюмку, по счёту неизвестно какую, и осушила. — Ты неплохая, Кэролайн, — заплетаясь в буквах, сказала Ребекка. — Не нужно тебе всё это. — А ты плохая? — спросила Кэролайн. — Да, — грустно ответила та. — Я плохая. Кэролайн показалось, что Ребекка сейчас заплачет. Она толкнула ей рюмку, и та выпила её. — Я не могу так больше, — Ребекка опустила голову, запустив руки в волосы. Кэролайн не видела её лица из-за прядей, упавших на лицо. — Всё это безнадёжно. Наша семья распалась после смерти Генри. Ребекка испуганно взглянула на Кэролайн, но она сказала ей, что уже знает про это. На некоторое время наступило молчание. Кэролайн даже не поняла, почему оно наступило. Иногда тишина приходит так внезапно и непроизвольно. — Кэролайн, — позвала Ребекка. — Почему ты захотела напиться со мной? — Мне это нужно было, — сказала Кэролайн так уверенно, будто учила эту фразу всю жизнь. После того, как Ребекка с Кэролайн выпили восьмые рюмки, перекрестив руки, Майклсон сказала: — Почему со мной? Кэролайн обрадовалась, что она не спросила, почему именно девушка хотела напиться. — Почему нет? — Я никому не нужна, — Ребекка опустила голову на руки. — Уверена? — Я не могу никому доверять. Кэролайн хотелось сказать: «Ты можешь доверять мне», но не осмелилась. — У тебя должны быть на это причины, — только и сказала она. — У меня есть, Кэролайн, есть. Я даже не доверяю собственной матери. — У тебя есть что скрывать? — У всех есть скелеты в шкафу. Кэролайн задумалась. Есть ли у неё такие скелеты? — Я, кажется, влюблена, — вдруг сказала Ребекка. — Но это иллюзия, да? Любви не существует? Кэролайн вспомнила про Клауса. — Нет. Ребекка грустно кивнула, беря в руки девятую рюмку. Кэролайн поняла, что больше не выдержит. Она никогда так сильно не напивалась. — Знаешь, Кэролайн… А мне кажется, любовь всё же существует, — и с этими словами Ребекка, в мгновение ставшая романтиком, осушила рюмку.