Нам не няня нужна, а психиатр

Весь оставшийся день Кэролайн находилась вне дома. Когда она, наконец, вернулась, все уже спали, и девушка тоже с удовольствием легла. На улице ей пришлось купить большой пирожок с мясом, чтобы продолжить бродить по улице без всякого смысла, лишь бы не идти в дом и не встречаться с Клаусом, и теперь Кэролайн очень боялась отравиться. Чем она вообще забивает себе голову? Ноги гудели от усталости, но когда она легла, невероятно расслабились. Некоторое время девушка смотрела в потолок, боясь закрыть глаза. Темнота медленно поглощала её, и веки тяжелели. Кэролайн боялась, что, закрыв глаза, она увидит лица тех, кто будет преследовать её в кошмарах. Клаус, Элайджа, Ребекка и Кэтрин. Её страхи подтвердились. Стоило ей сомкнуть веки, как вспыхнули их образы, а с ними и всё пережитое за сегодня. Кэролайн открыла глаза и медленно села на кровати. Она не пыталась вглядываться в предметы в темноте, ей было плевать, что стул похож на монстра, а шкаф — на силуэт человека. У неё были свои монстры в голове, и они медленно становились всё страшнее и страшнее. Девушка осторожно ступила босыми ногами на холодный пол. По коже пробежались мурашки, она прикрыла глаза, не желая больше видеть гнетущую темноту комнаты, и побежала к двери. Кэролайн не знала, что будет делать, но знала, что уснуть не сможет. Дверь бесшумно открылась, и девушка проскочила в коридор. От босых ног исходили странные звуки, и Кэролайн закусила губу, боясь быть замеченной. Но она понимала, что на третьем этаже живёт одна. Все остальные обитатели дома расположились на первом и втором этажах. Забавно, что Кэролайн живёт здесь, как изгой. Ступеньки под ногами скрипели. Странно, как ночью все звуки усиливаются. Днём ты бы никогда не заметил, как шуршит листва за окном, как поскрипывает под ногами пол, как тихо гудит холодильник на кухне, стараясь поддерживать температуру. Кэролайн редко об этом задумывалась. Сейчас она могла различить даже чьё-то сопение. Девушка пришла на кухню и открыла холодильник, доставая воду. Делая глоток, она снова вспомнила про пирожок с мясом. Живот неодобрительно заурчал, и Кэролайн испугалась. Она ненавидела отравляться. Каждый раз при отравлении мама помогала ей вызывать рвоту, говоря, что это верный способ, и Кэролайн стала бояться отравления больше всего на свете. Холодильник издал звук, оповещающий о том, что температура слегка повысилась, и Кэролайн вздрогнула. Она быстро закрыла холодильник, боясь, что разбудит кого-нибудь, и постаралась убраться с кухни, оставив стакан на столе. Обернувшись, Кэролайн вскрикнула, и ей тут же закрыли рот. Ребекка. Увидев её лицо, наполовину поглощённое мраком, Кэролайн сначала подумала, что это галлюцинация, вызванная её страхами. Рука, закрывающая ей рот, заставляла девушку осознавать, что это реальность. Один из монстров в её голове сейчас стоит перед ней. У Ребекки был такой пронзительный взгляд, что Кэролайн даже на секунду подумала, что та убьёт её. — Отпусти… — жалобно промычала Кэролайн, пытаясь убрать руку. Ребекка убрала руку, взглядом давая понять, что если Кэролайн закричит, ей будет худо. В темноте лицо Майклсон очень напоминало лицо Эстер. — Клаус мне всё рассказал, — сказала Ребекка. Кэролайн почувствовала, как всё внутри сжалось. Она так и знала. Так и знала. — Он рассказал, что было тем вечером, — добавила Ребекка. — Тем вечером?.. — Когда мы напились. Помнишь? — В голосе Ребекки явно слышалась насмешка. Кэролайн сдержала облегчённый вздох, но внутри она чувствовала противоречивые чувства. Почему он не рассказал? — Я не помню вечер, — призналась Кэролайн. Вообще-то, тот вечер волновал её меньше всего. Ей хотелось понять, что происходит на данный момент, что скрывают Майклсоны, но Ребекка выглядела безобидной и не собиралась рассказывать. — И я, — Ребекка кивнула, проводя пальцами по поверхности стола. — Поэтому он мне и рассказал. Девушка посмотрела на Кэролайн. — Вы целовались. Кэролайн вздрогнула. Никогда она так не вздрагивала от простой фразы. Наверно, она жила настолько скучно, что никакая новость не могла её удивить. Но эта, такая простая, краткая и ясная, настолько взбудоражила Кэролайн, что сначала она подумала, что это просто бред. Кэролайн целовалась с Клаусом? Она? С Клаусом? Почему она этого не помнит? Что она чувствовала тогда? Как это было? Как часто Кэролайн представляла себе это, представляла, как Клаус будет целовать её, представляла, каким лучшим будет этот момент, и она всё это забыла? Чувства навалились слишком быстро, Кэролайн растерялась, не зная, что чувствует больше — обиду, что он не рассказал, или радость. Она не понимала, хорошо это или плохо, но сама мысль об этом поцелуе согревала её. — Он мне не рассказал, — пробормотала Кэролайн, не зная, что ещё ей сказать. Ребекка отвернулась от девушки, смотря в сторону окна. Было заметно, что думала она совсем о другом. Кэролайн ждала, пока Ребекка скажет что-нибудь, но она молчала. Наверно, она возненавидела Кэролайн. — Ты хочешь, чтобы я?.. — Кэролайн пыталась выразить свою мысль, но на ум ничего не приходило. А что она, вообще-то, хотела сказать? Тишина угнетала, заставляя мысли сжиматься в комочек. Кэролайн совсем не понимала, чего Ребекка от неё хочет. — Я просто хочу узнать, — наконец произнесла Майклсон, — есть ли у тебя чувства к моему брату? — Я? В смысле, у меня? В смысле, с чего ты взяла? — Кэролайн покраснела. Слишком много слов, выдающих её. — Нет. Не знаю. Нет… Ребекка вздохнула. — Любви не существует, — вдруг выдала Кэролайн. — Помнишь? — Это бред, Кэролайн, и ты это знаешь. Тебе нравится мой брат? — Нет! — яростнее, чем ей хотелось, крикнула Кэролайн и гордо подняла голову. — Я его ненавижу! Я ненавижу вас всех! И я хочу понять, что происходит! Ребекка быстро прижала палец к губам. Её лицо выглядело испуганным, и Кэролайн подумала, что впервые видит её такой. Но ей плевать. Внезапно из темноты вышел Клаус. Кэролайн застыла, разглядывая его. Конечно, он как всегда пришёл так, будто все его ждали. Такой безупречный, грациозный, завораживающий, соблазнительный… Как с ним можно уверять, что любви не существует? Кэролайн чувствовала, как её сердце забилось сильнее, и отвернулась. Нельзя поддаваться. Не после того, что было. Девушка вспомнила про поцелуй, и щёки залились краской. К счастью, в темноте это было не так заметно. — Ненавидишь, значит? — спокойно спросил он, пристально смотря в глаза Кэролайн. Клаус был зол. Она это чувствовала, как никогда. Его взгляд впивался в неё, как какой-то клинок. Кэролайн ощущала эту боль. Он притворялся уверенным, она видела ту ярость, бушующую в нём сейчас, и удивлялась, как легко раскусила его. Казалось, Клаус понял, что Кэролайн видит его насквозь, и это разозлило его ещё больше. — Отлично, — довольно резко бросил он, хватая Кэролайн за кисть. Девушка заметила, как Ребекка недоуменно смотрит на них. — Клаус? — с подозрением позвала она, внимательно наблюдая за братом. Кэролайн посмотрела на Клауса, стараясь не встречаться с ним взглядом. Но тот смотрел прямо ей в глаза, и она испугалась, когда увидела в них настоящую злость. Кэролайн знала, что он зол, но не понимала, что настолько. Клаус отвернулся с отвращением, и Кэролайн стало противно от самой себя. Он разозлился из-за простой фразы? Почему Кэролайн должна винить себя? Она сказала правду! — Что тебя так разозлило?! — вырвалось у неё. Она тут же пожалела, что сказала это. Клаус посмотрел на неё, как на какого-то злейшего врага, и Кэролайн чуть не расплакалась. — Она пойдёт со мной, — сухо отчеканил он, обращаясь к сестре. — Что? Ты хочешь… Она видела… — Ребекка выглядела действительно растерянной. — Я разберусь с ней, — ещё резче сказал Клаус, и Ребекка заткнулась. Кэролайн стало страшно. Клаус потащил её на третий этаж, в её комнату. Он молчал, и Кэролайн боялась ещё больше. Когда они зашли, меньше всего она ожидала того, что Клаус толкнёт её на кровать.