Нам не няня нужна, а психиатр

Мягкий матрас прогнулся под её весом. Кэролайн закрыла глаза, боясь смотреть на Клауса. Она не знала, что происходит, и не была уверена, что хочет знать. Клаус толкнул её на кровать, и девушка боялась представить, что он имел в виду под «Я разберусь с ней». Он — извращенец, поэтому изнасиловать её будет для него в порядке вещей. Кэролайн поёжилась от этой мысли. Она не открывала глаза. Никаких звуков не было слышно, и Кэролайн на секунду подумала, что всё это просто ночной кошмар. Она спит, Клаус уже давно рассказал Эстер о том, что он всё знает, Ребекка, Кэтрин и Элайджа строят свои коварные таинственные планы, и все живут своей жизнью. Но, открыв глаза, Кэролайн поняла, что это правда. Клаус стоит перед ней и, видимо, думает, каким способом заставить её молчать, а она, беспомощная и жалкая, трясётся на кровати от страха. Внезапно Клаус направился к ней. — Клаус, не надо, — отчаянно забормотала Кэролайн. В глазах парня были искры, которые ужасно пугали её. Она видела в его глазах похоть и понимала, что он хочет. Также она понимала, что ей не избежать этого. Клаус намного сильнее Кэролайн. — Пожалуйста, не надо, — ещё раз тихо повторила Кэролайн, когда Клаус приблизился к ней почти впритык. Клаус молчал. В этот момент Кэролайн видела в нём монстра, которого он ловко скрывал прежде. Как же раньше она не видела истины? Майклсоны - монстры, и ей стоило это понять ещё с самого начала. — Я ничего не рассказал. Ни маме, ни братьям, никому, — говорил Клаус. — Я хотел тебя поддержать. Хотел всё объяснить, помочь. Мама бывает нестерпимой. Вместе мы бы смогли с ней справиться. Кэролайн молчала. Она не могла смотреть на Клауса так же, как и выдавить какой-нибудь звук. — Я думал, между нами есть что-то... необъяснимое. Понимание. Не знаю. Что-то, — продолжал он. — Я думал, это судьба, что тебя подселили к нам. Думал, что... — Клаус не смог подобрать слов и зарычал. Клаус резко навис над Кэролайн, и она взвизгнула, закрывая лицо. Девушка чувствовала его дыхание на своей коже, чувствовала, как он прижимает её к кровати своим крепким торсом. От этого все мысли улетучились, чувства затмили разум. Она выдохнула, не подумав, и Клаус напрягся. Он прижал её крепче, перехватил руки и запрокинул за голову Кэролайн. Она не могла пошевелиться. Была в полной власти Клауса. — Ты не рассказал мне, что мы целовались! — воскликнула она первое, что пришло в голову. Клаус на секунду замер. — Я думал, что ты меня возненавидишь. Но, видимо, ты уже ненавидела меня. Кэролайн отвела взгляд. Клаус держал её руки, не позволяя двигаться. Его лицо было так близко, что Кэролайн не могла ни о чём думать. Он дышал неравномерно, будто пробежал марафон. Ей казалось, что Клаус едва держит себя под контролем, но ей самой было тяжело сохранять самообладание, чувствуя тепло его тела и запах, манящий и сладкий. Клаус молчал несколько секунд, разглядывая лицо Кэролайн. Он бы нагнулся и поцеловал её, как в тот раз, ведь их губы были так близко, но парень понимал, что тогда она была пьяная. Даже пьяной она отстранила его, так что же можно говорить о трезвой Кэролайн? Она даст ему пощёчину и возненавидит ещё больше. Кэролайн его ненавидит. — Я думала, это ты меня ненавидишь... — бормотала Кэролайн, сдерживая слёзы. — Если честно, я и сейчас так думаю... — Нет, — уверенно возразил Клаус. — Никогда. Я не могу тебя ненавидеть. Клаус чувствовал, как разум отключается. Он говорил правду, но не всю. Ему стоило признаться в своих чувствах, признаться в том, что при виде Кэролайн у него замирает сердце, признаться, что он влюбился в неё по уши, но ему не хватило смелости. Это было так иронично, быть самым смелым в семье и не мочь признаться в чувствах какой-то девушке. О, нет, Кэролайн — не какая-то там девушка. Она идеальна и прекрасна, и Клаус не знал, что ему делать с ней, ведь сдержать свои чувства было сложно, а выплеснуть их означало потерять её уважение, если не хуже. Хотя, он уже его потерял. Кэролайн закрыла глаза. Слёзы были сильнее её, и она боялась разрыдаться. Слова Клауса были сладкой ложью. Он просто хочет переспать с ней. «Он меня не любит. Любви не существует», — металось у неё в голове. Кэролайн вбила себе в голову, что любви не существует, с того момента, как произнесла это вслух. Она поверила в это настолько легко, что была готова доказывать правоту своего мнения каждому. Но появлялся Клаус, рушащий её разум. Он был противоречием в её идеально созданной задачке, где нужно доказать, что любви нет. Клаус заставлял её трепетать, как никто другой, от него у неё замирало сердце и перехватывало дыхание. Кэролайн втюрилась, как дура, и ей это не нравилось. Рука, скользнувшая по её бедру, вернула девушку к реальности, где Клаус — не сказочный принц на коне, а настоящий монстр. — Что ты делаешь?! — испуганно воскликнула Кэролайн, чувствуя, как Клаус пытается снять её домашние шорты. — Мне нечего терять. Ты же меня ненавидишь, — Его голос отзывался эхом в зловещей тишине. Он заплетался в буквах, и Кэролайн подумала, что тот возбуждён. — Ты хочешь меня изнасиловать? — дрожащими губами спросила Кэролайн. Шорты соскользнули с её бёдер, и она заплакала. — Так ты заставляешь меня молчать?! — Ты не понимаешь, — мотал головой Клаус. Он стал спокойнее, но старался не смотреть на обнажённые ноги Кэролайн. — Объясни! — отчаянно требовала девушка, стараясь вырваться. Клаус откинул её шорты в сторону и перевёл своё внимание на кофту. Он потянулся к ней и потянул вверх, и Кэролайн закричала. — Молчи! — приказал Клаус. Он снова стал злым. Слёзы текли по щекам Кэролайн, она не знала, что делать. Кофта поднималась всё выше, пока Клаус не снял её, оставляя девушку только в белом нижнем белье. Она дрожала, как лист на ветру, и Клаус решил, что достаточно. Он вскочил на ноги и укрыл Кэролайн одеялом, а сам сел рядом на кресло, стоящее около кровати. Кэролайн растерялась. Одеяло согревало её, и постепенно она перестала дрожать. Посмотрев на Клауса, блондинка подтянула одеяло повыше. — Что?.. — только и выдавила Кэролайн, не в силах выдерживать его взгляд после всего, что произошло. — Ты хотел меня изнасиловать?! — Нет, — ответил Клаус так, будто ничего не было. Кэролайн взбесилась. — Нет?! Я лежу в нижнем белье! Ты хоть понимаешь, как я испугалась?! Я была уверена... — Голос сорвался, и Кэролайн зарыдала. Клаус колебался. Он хотел обнять её, но не решался. — Я бы никогда не изнасиловал тебя. Кэролайн посмотрела на него. Её лицо казалось размытым из-за слёз, и она быстро вытерла глаза, чтобы не выглядеть жалкой. — Я тебя ненавижу! — выкрикнула она, снова разрыдавшись. Клаус отвёл взгляд, раздражённо поправляя волосы. Он явно сдерживался. На самом деле, парень сам не очень понимал, зачем он всё это устроил. Клаус хотел припугнуть её, но переборщил и теперь сам не знал, изнасиловал бы он её, если бы не сдержался. А сдержаться было трудно. — Я уже знаю. — Клаус, ты просто... — Я знаю. — Нет! Ты ничего не понимаешь! Тебе не понять, что я чувствую! Я тебя просто... Клаус в ожидании смотрел на неё, явно готовый к худшему. Кэролайн взглянула на него и вздохнула, натягивая одеяло. Тепло, разлившееся по телу, успокаивало её. Он совершил безумный поступок, но ему это свойственно, и Кэролайн должна была это понимать. — Ты просто придурок. Ты со мной играешь, — более спокойно проговорила она, прикрывая глаза. Клаус выглядел удивлённым. — Играю? С тобой? — Да. Да, ты! Ты играешь со мной! Как со всеми девушками, и та... На картине... Тоже игрушка! Вены на шее и висках Клауса вздулись, и Кэролайн поняла, что он очень зол. — Ты ошибаешься. Я не играю с тобой. И не играл с ней. — Сколько у тебя было девушек?! Клаус внезапно усмехнулся. — Ты сумасшедшая, Кэролайн... Не имеет значения, сколько у меня было девушек. Потому что сейчас у меня есть только... Он отчаянно хотел добавить «Ты», но так и не решился, потому что это было наравне с признанием в любви. — Кэтрин? — внезапно потускневшим голосом спросила Кэролайн. Клаус вздрогнул. Она всё понимала неправильно, и его это забавляло, однако ему не нравилось, чем Кэролайн забивала себе голову. Майклсон помотал головой. — Меня и Кэтрин связывает не любовь, — сказал Клаус. — Ты не должна была узнать, что нас действительно связывает. — Ты хотел заставить меня молчать всем этим?! Но я даже ничего не знаю... Правда! — Кэролайн осторожно взглянула на Клауса. Встретившись с ним взглядом, она вспомнила страх, пережитый недавно. — Я не собирался заставлять тебя молчать. Я сказал так Ребекке, чтобы она отстала. Я знаю, ты не будешь болтать, — говорил тот. Его слова были как бальзам на душу, но Кэролайн не могла этому поверить. Клаус был кактусом с острыми иголками, об которые девушка уже много раз кололась. — Тогда что это было? — довольно злобно спросила Кэролайн. Она не собиралась молчать. Он заставил её пережить это, заплакать у него на глазах, дрожать, унижаться. Девушка лежит в нижнем белье, а Клаус смотрит на неё и усмехается. Нет, она не будет молчать! Клаус потёр подбородок. — Ты долго гуляла по улице и устала. Я помог снять тебе одежду и уложил в постель. — Ты... — Кэролайн лихорадочно соображала, как назвать его пообиднее, но не подозревала, насколько лёгкое обзывание с её уст будет ему обидно. — Знаю, это было немного необычно... — Необычно?! Необычно, когда надевают юбку на штаны, а это было ужасно! Клаус, я думала, что ты меня изнасилуешь! Клаус выглядел раздражённым. — Прекрати. Кэролайн мотала головой. Волосы непослушно бросались на глаза, она еле сдерживала себя, чтобы не заплакать. — Прекрати, — повторил Клаус. — Я уже сказал, что я бы. Никогда. Не. Изнасиловал. Тебя. Кэролайн закрыла лицо руками. У неё болела голова, она не успевала переваривать информацию. Клаус говорил много и непонятно, и она очень хотела знать, что всё это значит. — Клаус, просто скажи... — Генри и отца убили. Кэролайн замерла. Клаус не смотрел на неё, он смотрел в окно, погружаясь в мысли. Девушка обожала видеть его таким, в такие моменты она могла смотреть на него сколько ей угодно. Клаус же притворялся, что не замечал её взгляда. Иногда он специально задумчиво смотрел вдаль, чтобы Кэролайн рассматривала его. Ему это очень нравилось, но сейчас Клаус действительно задумался. — Та фотография в комнате Ребекки, — продолжал Клаус. — Там изображено, как убийца убивает отца. — Вы знаете, кто убийца? — Кэролайн напряжённо поправила прядь волос, внимательно наблюдая за Клаусом. Тот показался ей нервным, когда она задала этот вопрос. — Да, — немного неуверенно ответил Клаус. — Знаем. Он гуляет на свободе. Кэролайн была поражена. — Не может быть... Почему? — Всё очень запутанно, — Клаус нервно ухмыльнулся. — И проблема не в убийце отца. Проблема в убийце Генри. Кэролайн подумала, что слишком явно пялится, и отвернулась, переваривая информацию. Она раньше никогда не сталкивалась с убийствами, в её жизни не было ничего криминального, даже если учитывать, что её мама - полицейский. — Это было давно. Генри ушёл гулять в лес, там его поймали враги нашей семьи и убили. Вот так просто, и всё поменялось. Абсолютно всё. Началась война. Видишь ли, мой отец мне не родной. Мой родной отец был как раз из той семьи, которая считалась нам врагами. От этого всё становилось сложнее. Мама старалась всё уладить, но становилось только хуже. В конце концов, мы ввязались в нечто опасное, такое, с чем раньше не сталкивались. Мы стали частью преступного мира из-за той семьи... Моего родного отца убили. Потом и приемного отца убили, и мы переехали в Мистик-Фоллс. Всё стало спокойно, казалось, нашим врагам только и нужна была смерть отца. Мы стали влиятельными в этом городе, добились многого, стали популярными и решили остаться. Всё шло гладко. Шесть лет всё было хорошо, но потом мама встретила одного из той семьи. Врага. Она говорила, что это ничего не значит, но явно что-то скрывала. Наша семья отдалялась друг от друга, мы стали терять доверие. У каждого появились свои секреты, и маме это не нравилось. Поэтому ты здесь. Кэролайн слушала внимательно, впитывая каждое слово. Было слишком много убийств, и это её пугало. — Но что связывает тебя с Кэтрин? Ну, и Ребекку, и Элайджу... — С Кэтрин я познакомился два года назад. Сначала мы просто общались, у нас были самые обычные дружеские отношения. Потом в дело вступила моя семья, Кэтрин была той, кто был нам нужен. Она... Как бы сказать... У неё были преступные способности. Чёрт, она самая настоящая преступница, но всё ещё не нарушившая ни одного закона. Удивительно, правда? Кэролайн пожала плечами, и Клаус посмотрел на неё. — Клаус, ты не говоришь сути. — Суть в том, Кэролайн, что всё это слишком опасно для тебя. Я не хотел, чтобы ты во всё это ввязалась. — Но уже поздно. — Да, но ты ещё можешь уйти. Короче говоря... Убийцы Генри сейчас в городе. И они нас преследуют.