Вернуть Нельзя Отпустить

А пока Филипп Киркоров мирно спал в своей квартире, мир сходил с ума. Ну, возможно не весь мир, но весьма не малая его часть - точно. А дело было вот в чём: около 10 часов утра в новостях объявили, что самолёт рейс 537 до Анталии разбился, причины устанавливаются. И не преминули добавить, что в списке пассажиров значился всероссийский «зайка» - Филипп Киркоров. Знакомые, услышав это, естественно, бросались сразу же звонить ему на мобильный и натыкались на механический голос: «Абонент отключен или находиться вне зоны действия сети». Поклонники истерили, рвали волосы на голове и хаотично клацали каналы, вслушиваясь в каждый новый выпуск новостей. Кто-то уже ставил свечку за упокой его души, кто-то выбирал для себя наиболее подходящий способ суицида, а кто-то, брызжа слюной от оптимизма, убеждал окружающих, что Филипп Киркоров - по-любому! - жив. Начиная с обеда, к дому Филиппа потянулись люди с венками, корзинами цветов и букетами, перевязанными чёрной лентой. В это же время из подъезда выплыла Примадонна со своим мужем Максимом. Он старательно нёс какую-то чушь голосом Жириновского, а она заливисто хохотала, потряхивая рыжей гривой. Среди толпы пробежал шепот неодобрения… Кто-то отчётливо сказал «Сука!», а сбоку вдруг вынырнула старушка и потрясая палкой сказала: - И не совестно тебе, фря раскрашенная? Он-то погиб, а ты регочешь … Постыдилась бы… при людях-то…Ишь как вырядилась… - договорить бабуля не успела, её быстренько нейтрализовала охрана. Однако бабули – подстрекателя хватило, что бы раззадорить толпу. И теперь в сторону Пугачёвой и Галкина неслись проклятия, пожелания тяжёлых болезней и скорейшей смерти. Абсолютно ничего не понимая, движимые только чувством самосохранения, Алла и Максим заскочили обратно в подъезд, из которого пару минут назад так неосторожно вышли. Максим тут же набросился на охрану дома: - Это что такое за бред на улице происходит? За что мы деньги платим? Разогнать придурков, НЕМЕДЛЕННО! Охранники молчали, переглядывались… Наконец один из них сказал: - Ну… Такая ситуация, Максим Александрович… Не по-людски вроде - разгонять… - замолк охранник. - Что за херня??!! Да мы едва ноги унесли от этой бешенной толпы!.. Ерунду тут городите … Какая ещё ситуация? – выходил из себя Галкин. Охранники вновь недоумённо переглянулись: - Ну, они же… попрощаться… - заикался секьюрити. - Что??? С кем попрощаться??? – Максим был в полном недоумении. Пока Галкин силился объясниться с невразумительно «мычавшей» охраной, со стороны лифта появилась заплаканная консьержка. Она робко поздоровалась с Пугачёвой и, комкая в руках платочек, сказала: - Алла Борисовна, примите мои искрение соболезнования. Мы все, – она кинула взгляд на секьюрити, – очень скорбим. Такой талантливый человек…. Очень жаль… очень… Смутная догадка посетила Пугачёву – люди с траурными букетами под домом, старушка с её обвинительными речами, консьержка с соболезнованиями…. Нет! Этого не могло быть… Аллу кольнуло в сердце. - Филипп?.. Что-то случилось с Филиппом?.. – схватила она консьержку за плечи. Та тихо ответила: - А Вы не знали?... Он погиб сегодня утром в авиакатастрофе… В новостях сказал. Какая ужасная потеря… - залилась слезами женщина. В глазах у Аллы потемнело, земля ушла из-под ног… Страшная новость, словно мощный апперкот, отправила «сильную женщину» в нокаут… Последнее, что различило её сознание - это вопли консьержки и крики Максима «Алла! Алла!», а потом звук пропал, а свет померк. Пугачёва постепенно приходила в себя. Ощущение было такое, как будто она вынырнула из глубины. Алла приподнялась на диване и глубоко вдохнула. В то же момент к ней подбежал Максим. - Не вставай, дорогая, – он попытался её уложить. – Я вызвал врача. - Подожди, Макс… Не суетись. Какой на фиг врач? – память Аллы услужливо прокручивала в её мозгу последние новости. - Что с Филиппом? – она пытливо уставилась на Галкина. Он молчал. - Это правда? Чего ты молчишь? Отвечай! Это чёртова правда?! – истеричным криком Пугачёва пыталась сдержать прорывающийся поток рыданий. Максим крепко обнял её: - Ал, успокойся, прошу. Слеза скатилась по её щеке: - Скажи мне… Он… Его теперь нет? – прошептала она. Галкин вздохнул: – Так говорят… Алла встрепенулась и встала с дивана: - Я еду на место катастрофы! – решительно сказала она и заметалась по комнате, бесцельно хватая разные вещи. - Это же бессмысленно. Алла! Остановись!! Послушай меня!!! – он усадил её на стул. – Самолёт буквально сплющило о землю… Как консервную банку… Никто не выжил… - он вздохнул и опустил глаза вниз. - Там даже тела не разобрать, где чьи… Алла закрыла лицо руками: - Я не верю…. НЕ ВЕРЮ!!! - она подняла взгляд на Галкина. - А может, не было его в том самолёте? Вдруг он другим рейсом полетел? А? Такое же может быть? Галкин снова вздохнул: - Мы все на это надеемся. Я разговаривал с отцом Филиппа, он сейчас в аэропорту, проверяет, прошёл ли Филипп регистрацию на рейс. Но там полная неразбериха. Под утро вроде бы стажёрка работала, у неё комп завис, половину данных нужно восстанавливать… К тому же, по её словам, было несколько опоздавших пассажиров, видно значимых людей, потому что их провели, минуя регистрацию… Короче, там чёрт ногу сломит… - А на мобильный? Кто-нибудь звонил ему на мобильный? – Пугачёва тыкала пальцами в кнопки телефона. - Может он сейчас возьмёт трубку и окажется, что всё это ошибка, что он просто…. - Я звонил ему на мобильный. – веско сказал Галкин. - И не только я. Телефон отключен. Я уже позвонил Каролине… - И что? - Да ничего… Нет Филиппа там. Каролина убивается, считает себя виноватой, потому что пригласила его… В дверь позвонили. - Это наверное врач. – сказал Максим и пошёл открывать. Алла продолжала сидеть на стуле, втупившись в одну точку. Она не могла и не хотела поверить в смерть бывшего мужа. «Бывшего»…. – она горько усмехнулась про себя. Если бы только у неё была возможность вернуть всё назад, Филипп никогда не стал бы бывшим. Она бы ценила каждую секунду, проведённую с ним рядом, ловила бы каждое слово, сказанное им, смотрела бы на него, не отрывая взгляд и, никогда бы не посмела сделать ему больно. Как странно, что она поняла это только теперь… Теперь, когда осознавала, что больше никогда его не увидит, и даже не сможет сказать последнее «прости». В руку впилась игла. Пугачёва дёрнулась, выпав из своих мыслей. Это доктор, вызванный Максимом, делал ей успокоительный укол. Потом он что-то нудно зудел о препаратах, которые ей необходимо принимать…Она не слушала… Мысли её были далеко. А потом Макс отвёл её в спальню и уложил на кровать. Лекарство начинало действовать, увлекая Аллу за собой в тревожный, тяжелый сон. Пугачёва бредила… Ей снилось, что толпы киркоровских фанатов – зомби, гоняться за ней. Они протягивали к ней покрытые струпьями руки, которые удлинялись, практически касаясь её когтями. Они хотели вырвать её сердце и съесть её мозг. Они обвиняли её в том, что она не сделала Филиппа счастливым, в том, что принесла ему только боль и страдания. Постепенно у зомби вырастали рога, появлялись копыта – они превращались в чертей, разводили костёр и пытались Аллу изжарить за все её прегрешения. Она же пыталась оправдаться и всё время им кричала, что любит Филиппа. Внезапно кошмар окончился. Пугачёва проснулась. Вернее, её разбудил Галкин. Он сидел на кровати рядом, сжимая её руку. - Ты так кричала… ужас… Кошмары снились? – он ласково провёл рукой по её лбу, убрав с лица волосы. – Да ты вся горишь… У тебя температура. – он вскочил с кровати.– Сейчас дам тебе жаропонижающее! – суетился Максим. - Есть новости? – слабым голосом спросила Алла. Галкин в ответ лишь отрицательно покачал головой. - Я еду в аэропорт. Не могу бездействовать. И не пытайся меня остановить. – засобиралась Пугачёва. - Алла! Подожди… Ты во сне кричала, что… - голос Максима дрогнул. Она резко обернулась и прикрикнула, помешав ему продолжить: - Не мешай мне собираться! Максим пожал плечами своим мыслям и медленно побрёл в сторону ванной.