Обычное утро Тины Голдштейн

      Вечер наступает так быстро, что Грейвзу кажется, будто он до этого либо спал, либо просто не замечал, как сильно занят.       За сегодняшний день ему пришлось побывать в трех различных частях города, где, предположительно, были совершены два ограбления и одно убийство не-мага; подтвердилось только последнее. Рядом с убитым не-магом был обнаружен небольшой лист, на котором был нарисован странный знак - треугольник, пересеченный вдоль и с кругом внутри. Что это за символ, Персиваль Грейвз не знал. Конечно, Глава Отдела Магического Правопорядка ясно осознавал, что это - работа фанатиков Гриндевальда, ведь до этого ему пришло письмо от Тесея Скамандера, в котором он писал, что в последнее время приспешники самого опасного темного волшебника при убийстве не-магов оставляют именно этот символ, значение которого и сам Тесей пока не знал. Или говорил, что не знал.       На место убийства, к слову сказать, с ним пошли Голдштейн, Пратфорт и, чтоб его, Купер, который сказал, что без него они не разберутся. Впрочем, это не важно. Важно то, что Голдштейн так долго присматривалась к символу на рисунке, что Персивалю Грейвзу на секунду показалось, что она прожжет дыру в листе. Тина была в задумчивости, постоянно хмурилась, будто вспоминая что-то, иногда закусывала нижнюю губу и нервно постукивала пальцем по бумажке. Так бы продолжалось еще очень долго, не скажи Грейвз: "Голдштейн, от вашего постукивания и постоянной нахмуренности на листе не появится надпись, являющаяся определением значения данного символа! Лучше скажите, что вы думаете об этом?" После этих слов Тина, как обычно, извинилась. Грейвз промолчал и лишь привычно помотал головой на ее привычку извиняться ни за что.       А вот Купер сегодня на удивление молчалив. Причем, это было не только во время выезда, а вообще весь день. Персиваль пытался узнать у Майкла, в чем дело, но тот лишь отшучивался: жара сводит с ума, ему невыносимо жарко и всякое такое. Правда, Глава Отдела Магического Правопорядка ему не поверил ни на йоту. Он подозревал, что это - прикрытие. Будто бы он что-то задумал и никому не хочет об этом говорить. Грейвз надеялся, что то, что задумал Купер, не связано с нарушением закона.       Чтобы как-то отвлечься от мыслей, которые шумят в его голове, мужчина в очередной раз за день достает письмо от Тесея Скамандера, пришедшее две недели назад, и вновь перечитывает его, пытаясь найти в том скрытый смысл, но либо он слишком устал, либо там, в этом письме, просто-напросто нет никакого подтекста.       Грейвз устало потирает переносицу, пытаясь вспомнить, где мог встретить этот символ или хотя бы видеть раньше, но и это не приносит ему никакого успеха - лишь усиливает головную боль. Видимо, июльская жара сказалась не только на Купере.       В дверь стучат, и Грейвз, убрав письмо в ящик стола, бросает тихое, но достаточное для того, чтобы его услышали, "Войдите".       На пороге появляется Голдштейн - любительница засиживаться допоздна на работе. Она одета в блузку молочного цвета и темные брюки. На ногах - обычные "лодочки" без рюшек и бантиков. Тина - простая девушка, которой не нужны все эти рюшечки, бантики, колечки, и она совершенно не следит за модой. Волосы девушки, чуть ниже плеч, слегка волнистые - точно Куинни постаралась.       Грейвз понимает, что засмотрелся на нее и, взяв себя в руки, говорит: - Вы что-то хотели, мисс Голдштейн? - Да, сэр, я... Я принесла отчет по сегодняшнему делу, - слегка волнуясь, произносит девушка и закрывает дверь позади себя. - Ну, присаживайтесь, что ли, - он указывает рукой на стул, стоящий по другую сторону его рабочего стола.       Тина медлит некоторое время, но все-таки проходит вперед и садится, прижимая к себе отчет. - Тина, вы в порядке? - спрашивает мужчина, смотря на нее.       Ее поведение кажется ему странным. - Да, мистер Грейвз, - отвечает она и бросает короткий взгляд на своего начальника. - Отчет, сэр, - будто только вспомнив про цель визита, она подает ему на стол тот самый отчет.       Грейвз открывает его, проходится по тексту взглядом и, не найдя ничего нового для себя в виде информации о таинственном символе, закрывает его. - Тина, вы что-нибудь знаете о том знаке, рисунок которого вы так внимательно рассматривали сегодня? - решает спросить он у девушки, считая, что та что-то все же знает.       Та поднимает на него взгляд и почти тут же его опускает. - Нет, сэр. Вернее, я думаю, что могла что-то слышать о нем или видеть, но... я не могу вспомнить этого, мистер Грейвс. Я пыталась, но... - Тина, успокойтесь, - мягко произносит мужчина, поправляя рукава рубашки, - я не давлю на вас и не собираюсь выпытывать из вас информацию. Если вспомните, то вспомните. Нет, так нет. Я и сам, признаться честно, думаю, что мог видеть его где-то, но, так же как и вы, не могу вспомнить где.       Тина понимающе кивает и снова смотрит на него. Грейвз смотрит на нее в ответ. Он замечает в ее взгляде что-то новое, то, чего не замечал ранее. Определение этому, впрочем, он не находит.       В кабинете стоит тишина. Уходящее за горизонт солнце освещает несколько маленьких пылинок, медленно кружащихся в воздухе.       Поединок взглядов продолжается недолго. Они почти одновременно опускают глаза.       Грейвзу кажется, что жара на улице добралась теперь до его кабинета и слегка ослабляет галстук. Тина же просто мотает головой, как бы прогоняя непонятное наваждение. - Тина, я хотел вас спросить: почему вы так подолгу задерживаетесь на работе одна? - Я не одна, мистер Грейвз, там еще мистер Купер. Тоже доделывает отчет, - как бы в оправдание говорит она. - Хорошо, Тина, сегодня с вами мистер Купер. Да, но... Вчера, позавчера, два дня назад, неделю назад вы были одна во всем отделе. Вы постоянно задерживаетесь здесь дольше положенного. Вы так любите свою работу? - непонимающе говорит Грейвз.       На щеках Тины появляется легкий румянец. Она опускает голову, пытаясь скрыть его прядями волос. - Я не... - начинает она, но резко замолкает. Она упрямо поджимает губы, слегка поднимает голову и, не смотря на Грейвза, спрашивает: - Это плохо, мистер Грейвз? - Да, но не для меня, а для вас, - просто отвечает мужчина, смотря на девушку. Он кладет руки перед собой и продолжает: - Вы - красивая молодая девушка, вы полны жизни, в вас полно энергии, а вы тратите ее на работу. Зачем, Тина? Для чего? Посмотрите, какая на улице прекрасная погода. Люди гуляют в парках после работы по вечерам, а вы тратите свое время здесь - в душном отделе. Так нельзя, Тина. - Вы тоже тратите свое время здесь, мистер Грейвз, - тихо произносит девушка, еще больше покраснев. - Вы тоже засиживаетесь здесь допоздна и ничего.       Грейвз испускает легкий смешок. - Мне положено это делать, Тина. Если бы вы были на моем месте, вы бы поняли меня. - Но я не на вашем месте и прошу, позвольте мне самой решать, что делать и до скольких быть на работе. - Да я вам и не запрещал, вроде бы. Просто я хочу сказать те... вам... что этим вы ничего не добьетесь, - он замолкает. Голдштейн так же смотрит на стол, Грейвз все так же смотрит на нее. - Посмотрите на меня, Тина, - просит мужчина, сам не зная зачем. Тина выполняет его просьбу. - Поймите, вы этим ничего, ничего не добьетесь. Не прожигайте свою жизнь здесь, не тратьте зазря, а просто наслаждайтесь ею. Познакомьтесь с новыми людьми, узнайте что-то новое, но только... Только не тратьте свое время на... работу, - с долей сочувствия и сожаления произносит он, все так же смотря на девушку, сидящую напротив. Слова "на меня" повисают в воздухе, но он уверен, что она поняла то, что он хотел сказать.       Тина быстро-быстро кивает несколько раз и произносит лишь: - Я поняла, мистер Грейвз, - ее голос тих, губы сжимаются в тонкую полоску, будто она вот-вот заплачет, и они вновь просто смотрят друг на друга. Персиваль - с сожалением, Тина - с обидой.       Мужчина замечает выбившуюся прядь волос и уже собирается было поправить ее, но Тина резко встает, прерывая их молчаливый поединок, и говорит: - Я все поняла, мистер Грейвз, спасибо за... советы. До свидания, - она уходит так быстро, что мужчина не успевает ей ничего ответить.       Он уверен, что она абсолютно правильно поняла смысл его слов так же, как и он уверен в том, в чем заключалась ее настоящая цель визита в его кабинет.       Грейвз просто не хочет, чтобы она тратила время впустую, потому что это бесполезно.       Он уверен, что Тине идет ее новая прическа, пусть и сделанная Куинни и, скорее всего, не по личному желанию старшей Голдштейн.       А еще он уверен, что не совсем уверен в том, что правильно все сделал...