Хранительница Замка

      Зельевар почти волоком тащил студентку обратно в Хогвартс. После того, как профессор обнаружил её в Кабаньей Голове, они устроили настоящий погром в трактире из-за того, что девушка отказывалась идти. От кисти и до локтя на обеих руках у неё были резные металлические пластины, отражающие все заклятия, так что палочка оказалась бесполезной, даже несмотря на то, что к мужчине присоединились почти все, кто находился в заведении. Солано проявила удивительную скорость и силу в отражении ударов, успевая при этом наносить ответные. Вскоре одна половина участников потасовки была небоеспособна и без сознания, а другая — без сил. Ученица же спокойно поправляла взлохмаченные волосы. Снейп, убрав палочку, попытался взять свою собственную студентку с помощью физической силы, но после первой же атаки он, человек, изучивший большую часть боевых искусств и владеющий некоторыми из них в совершенстве, был с лёгкостью отброшен на барную стойку. Под рукой у профессора оказались бутылки, полные разной жидкости. Это его и спасло: он начал кидать их в стену, рядом с которой стояла его жертва, ибо атаковать её саму было бесполезно, как показал ранее, ещё в общей драке, опыт с кружками. И вот, наконец, долгожданный результат: одна из бутылей разбилась над головой Алекс, и всё содержимое вылилось на девушку. В глаза попало что-то едкое, вынудив эльфийку сражаться вслепую. Продержавшись так (немыслимо!) около двадцати минут, она, в конце концов, пропустила подлое заклинание и в мгновение ока была обездвижена. К сожалению, мужчина не учёл тот факт, что он, весь мокрый и подбитый на одну ногу, должен будет доставлять это тело в замок.       Обессилевший от долгой и тяжёлой драки, Снейп плёлся с нарушительницей до самых дверей директора. В его планах вечер, определённо, должен был закончиться не так. Сняв заклинание, мужчина надеялся быстро сдать ученицу Альбусу и удалиться в свои покои, но его ждал весьма неприятный сюрприз. На профессора набросились с таким диким блеском в глазах, что ему, Грозе Подземелий, стало не по себе. Но Снейп, не теряя самообладания, холодным голосом с примесью яда отвечал на все словесные выпады Алекс.       — Да что, к Мерлину, вы делаете?! Я и сама вполне могла дойти до этой ДВЕРИ!       — Насколько мне показалось, вы были не в настроении это делать.       — Если бы вы сказали, что собираетесь делать, я бы не стала так драться! Но вы с упорством молчали и просто начали кидать в меня эти чёртовы заклинания!       — Вы нарушили несколько школьных правил за один вечер, вы об этом хоть знаете?       — Я давно совершеннолетняя.       — Всем студентам, в том числе совершеннолетним, запрещено не только посещать такие заведения, как Кабанья Голова, но и в принципе покидать Хогвартс без сопровождения взрослых, да ещё и в такое позднее время.       — Мне до студента, как вам до ребёнка! Я давно переросла то время, когда нужно сидеть за школьной партой!       — Раз считаете себя такой взрослой, то будьте добры, объясните, почему вы, как последний трус, попытались сбежать?       — Да, в моей жизни это, пожалуй, самый низкий поступок, и я готова признать, что повела себя в этот раз, как последняя идиотка, НО НЕ СМЕЙТЕ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК!— Девушка плавно начала переходить на поистине звериный рык, так что в конце её речи было сложно разобрать слова. — Вы не знаете, что я пережила! НЕ СМЕЙТЕ ТАК ГОВОРИТЬ!       Теперь уже голос зельевара постепенно начал срываться на крик:       — И что же, позвольте поинтересоваться, с вами могло произойти, что вы такого высокого мнения о себе?!       — За почти пять тысяч лет, уж поверьте, МОГЛО! — Последнее высказывание явно вызвало волну острого неверия у мужчины, и Алекс совершенно забыла, что в замке сейчас может кто-то спать. Приближаясь к отступающему профессору, она выглядела страшнее, чем разъярённый лев. — И ЕСЛИ ВЫ СМЕЕТЕ НЕ ВЕРИТЬ СЛОВАМ ЛЕСНОГО ЭЛЬФА, — она сделала долгую паузу и продолжила убийственно тихим голосом, — попросите у кого-нибудь хоть каплю ума, которым вас явно обделили, и не вставайте у меня на пути!       Девушка развернулась на каблуках, не слабо хлестнув своими волосами по лицу зельевара, и со скоростью кометы исчезла в бесчисленных коридорах. Снейп простоял несколько минут, глядя вдаль до тех пор, пока каменная горгулья за его спиной не начала шевелиться, и из появившегося проёма не вышел Альбус Дамблдор. Слегка рассмеявшись, он похлопал по плечу коллегу.       — Не удивлюсь, мой друг, если сюда сейчас сбегутся все наши профессора, подумав, что вернулся сам Волан-де-Морт. Пройдём в мой кабинет, и ты объяснишь мне причину этого цунами.       Когда зельевар закончил рассказ, не переставая кружить по кабинету, как загнанный в клетку зверь, директор призвал очередную чашку чая и, поправив очки, с видом глубокой задумчивости медленно начал говорить.       — Да, тебе повезло, мальчик мой, что ты вздумал напасть на Алекс, когда вы были в помещении, а вас, заметь, неслабых волшебников, было так много. Она с лёгкостью одолела всех без палочки и, клянусь своей бородой, даже не устала? — Снейп, всё ещё зло смотря на всё вокруг, коротко кивнул. — Я расскажу тебе всё, как позже расскажу и Минерве, но при условии, что ты поклянёшься не выдавать её тайну. Северус, как ты уже, возможно, понял, она не человек. Последний лесной эльф. Любой может заметить её дикий блеск в глазах, отчасти звериные повадки и неслабую физическую мощь. В сочетании с многолетним стажем войн, отработанными боевыми приёмами, она — сильный соперник. Попытайся учесть то, что она обладает магической силой настолько большой, что даже Тёмному Лорду в компании всех своих посредников не стоит её злить. Она — мой старый добрый друг, бывший и помогающий мне с самого моего рождения. Кроме того, что она — идеальная машина для убийств, Алессандро — замечательный товарищ, надёжный помощник и вообще… Ты знаешь, мне иногда кажется, что она, на самом деле, родилась ангелом-хранителем всех живых существ… Я позвал её, чтобы замок был в безопасности, когда Лорд Волан-де-Морт атакует. Она обладает определённым контролем над всем Хогвартсом, я дал Непреложный Обет, что причину не открою никому. Если мисс Солано доверится тебе — скажет. Но доверие эльфа не завоюешь парой дел. К людям она относится, как многие из нас, скажем, к оборотням. И этому есть свои, ужасные причины. Но уже поздно, мальчик мой. Отправляйся к себе. И предупреждаю тебя: я зачислил мисс Солано в Хогвартс не для того, чтобы в её шкафу стало на один скелет больше. А ты мне ещё нужен, Северус, и причём живым. Не играй с огнём, это опасно даже для тебя.       На такой оптимистичной ноте директор закончил свой рассказ и мягко выставил зельевара за дверь.

***

      До начала учебного года остались сутки и для Алекс, пока, всё шло вполне нормально. После того инцидента в трактире, она не пересекалась ни со Снейпом, ни с Дамблдором. Выучив весь материал заклинаний за все курсы, в том числе и седьмой, эльфийка уже успела отработать многие из них в Выручай-комнате. Итак, завтра у неё начнётся новая и уж точно весёлая школьная жизнь. Сейчас Алессандро больше всего беспокоил вопрос того, как она войдёт в Большой зал. Как её представят другим ученикам. Как она ответит на кучу вопросов, которые однозначно возникнут у новых сокурсников, ведь соврать она не сможет — эльф, как ни как. Но на то у неё и было почти пять тысяч лет. Девушка научилась думать, прежде чем говорить. Выкрутится как-нибудь, главное сейчас — заснуть, а то будет перед всеми выглядеть, как неизвестно кто.       На часах два ночи, три, полчетвёртого… А сон ушёл, не попрощавшись. По тёмным коридорам бродило приведение, пытающееся уснуть. В конец отчаявшаяся девушка решила выйти из замка и прогуляться по его окрестностям. Однако это оказалось неверным решением, как она поняла, проснувшись в два часа дня, неизвестно, где, и неизвестно, как. Старые привычки дают о себе знать: эльфийка качалась на самой верхушке какого-то дерева. Видимо, вчера забралась на него и уснула. Всё бы ничего, но очнулась Алекс из-за стука копыт о землю. Внизу, прямо под ней, столпилось около сорока кентавров. Да, ей очень сильно не везёт.       — Ммм… Добрый день.       Первая слабая попытка завязать дружбу. Но внизу раздалось недовольное ржание, и кто-то особо «гостеприимный» уже натягивал лук.       — Ребята, я всего лишь хочу слезть с этого дерева и уйти восвояси, давайте не заострять на мне столько внимания. Правда, я того не стою.       Первая стрела, предупредительная, пронеслась в опасной близости от головы студентки.       — Я не хочу воевать с вами. Дайте мне слезть, и уйдёте невредимыми.       Но стадо только сильнее разозлилось от этой наглости. Земля вокруг дерева была вся изрыта их копытами. Гарцующие внизу кентавры ржали и брыкались, всё больше стрел полетело в девушку.       — Ладно, сами напросились.       Сняв с пояса маленький мешочек, Алессандро достала оттуда несколько баночек и три небольших круглых предмета. Опрыскав их по порядку разноцветными жидкостями, девушка всё убрала. Перетекая с ветки на ветку, эльфийка в мгновение ока оказалась в самом центре разбушевавшихся зверей. Подняв руки вверх в примирительном жесте, она вновь попыталась их утихомирить:       — Ещё раз, друзья мои, давайте поговорим. Я совершенно случайно здесь оказалась и сейчас уже собираюсь уходить.       Вожак стада жестом дал понять остальным, что будет говорить с чужачкой. Рыжий, немного взлохмаченный, он заговорил звучным басом:       — Откуда мы знаем, эльф, что ты настоящая? Мои отцы не видели тебе подобных уже сотни лет. А если ты и лесной эльф, то ты предатель: твой народ обязан защищать леса, но вы оставили их на уничтожение людям.       "Ты эльф, но мы этого не знаем" — железная логика. Девушка едва удержалась от того, что бы не закатить глаза.       — Мой народ был уничтожен почти пять тысяч лет назад, а наши братья по крови, в незапамятные времена ушедшие из лесной чащи и решившие жить в горах, отказались помогать своим дальним родичам. Я не виновата, что в одиночку не смогла что-то сохранить.       После долгих раздумий вожак всё же приказал другим кентаврам отступить. Те были явно недовольны и ждали малейшего жеста, позволившего бы напасть на чужачку, так нагло подобравшуюся практически к самому пастбищу, на котором расположились на ночь их жёны и дети, свято оберегаемые народом.       — Я и мои братья, оставим тебя, но если ты посмеешь вредить нашему дому, ты поплатишься. Ценою будет твоя жизнь.       Кентавры, все как один, промчались мимо неё и скрылись в чаще. Ещё минуту Алекс стояла, отходя от шока, и потом ринулась обратно на дерево. Вдалеке, среди зелёных вершин, она увидела башни замка. Секунда, и в этом направлении уже летит огромный грифон. Коричневая шерсть с несколькими пятнышками лоснилась на солнце, на грудине плавно переходя в оперение. Длинный хвост с двумя острыми, слегка загнутыми друг к другу крючьями, напоминающими две толстые шпаги, развивался на ветру. Жёсткие перья в его основании позволяли держаться в воздухе прямо. На одном из ушей с кисточками болталась серебряная подвеска. Да, эльфийка была оборотнем, необычным, странным. Волшебники назвали бы её анимагом, но это было не совсем так.       И вот грифон в каком-то километре от Хогвартса. Но её светлые мысли о том, что, в общем, всё наладилось, прервала резкая боль в бедре. По шерсти потекла алая кровь. Среди мелькающих зелёных крон виднелись кентавры. Опять они. Хотя нет, это уже другие. Потеряв контроль над ситуацией, Алекс, видя другую стрелу, пропустила её. В крыло впилась точно такая же, что и в лапу, только кончик её был смазан ядом. Сегодня явно не её день. Через полминуты, оставив далеко позади скачущее во всю свою прыть стадо, Солано поняла, что ещё немного, и лететь ей не по небу, а по земле, сминая под своё большое тело массу деревьев и лесного мусора. Впереди замок и озеро, позади бушующие звери. До школы она не дотянет, а с новыми «друзьями» в полуживом состоянии знакомиться не хочется. Остаётся озеро, ведь не ломать же себе кости в буреломе. Из последних сил спикировав к водной глади, эльфийка перевернулась, и мощный удар пришёлся на крепкие крылья и спину. Тяжёлый зверь быстро пошёл ко дну. Когда первые безобразные русалки начали выползать из водорослей, Алекс собралась и просто каким-то чудом доплыла до берега. Вывалившись на землю, она тяжело вздохнула и потеряла сознание.       Хогвартс-экспресс остановился у станции Хогсмида. Студенты, смеясь и разговаривая друг с другом, отправились к повозкам. Кто-то потягивался и зевал, кто-то просто шёл или, в крайнем случае, играл с друзьями. Завязывалась шуточная драка, и все, веселясь, двигались дальше. И только небольшая группа Гриффиндорцев-второкурсников носилась вдоль дороги с бешеной скоростью. Девочка с длинными рыжими волосами гонялась за мальчиком. Из толпы выскочила семикурсница с такими же рыжими волосами, только до плеч, и попыталась поймать непоседу.       — Майя, прекрати сейчас же! Оставь его сумку! И мантию! Не надо его бить! Ах! Ну за какие такие грехи мне досталась эта сестра…       И девушка побежала за проказницей. Но малышка юркнула в толпу и затерялась среди учеников. Потолкавшись среди них, семикурсница вышла на обочину и стала подпрыгивать, но даже так, из-за своего маленького роста, не могла высмотреть рыжее пятно. К ней подошёл парень, чуть ли не на две головы выше неё, и со смехом потащил дальше.       — Мон, это бесполезно, успокойся.       — Я вообще-то за неё отвечаю! Мне же потом родители голову оторвут, если что-то случится.       Их догнала ещё одна девушка с тёмными волосами, среднего роста и яркой косметикой, что, на самом деле, не так уж и бросалось в глаза.       — Серьёзно, Моника, даже я за ней не угонюсь. Снитч поймать в сто раз проще, чем эту рыжую бестию! По-моему, у неё стоит поучиться самому создателю мётел для квиддича. Если на его метле можно будет поймать её, то она идеальна.       Троица рассмеялась и зашагала дальше, пребывая в том весёлом настроении от долгожданной встречи с лучшими друзьями, когда любая вещь, даже самая не смешная, заставит громко и дружно захохотать. Вскоре показались родные очертания замка. Вот они уже идут вдоль многовековых стен школы. Добравшись до дверей, ведущих в Большой Зал, студенты, как и все остальные, услышали голос профессора МакГонагалл, оповещающий о том, что все гриффиндорцы должны задержаться возле входа. Через несколько минут там собрались все ученики, и их декан чрезвычайно тихим и вкрадчивым голосом сообщила:       — В этом году на наш факультет будет зачислена ваша новая сокурсница. Эта девушка оказалась в весьма сложной семейной ситуации, и моя главная просьба будет заключаться в том, чтобы вы, вы все, не задавали никаких вопросов по этому поводу. Вторая, не менее важная, в том, что эту девушку я настоятельно не рекомендую всячески доставать по любому из поводов. К моему огромному сожалению, я догадываюсь, что это не будет исполнено, так что положусь лишь на её терпение. Это, пожалуй, всё. Постарайтесь принять её со всей нашей гостеприимностью.       Профессор трансфигурации исчезла из поля зрения так же быстро, как и появилась. Ученики медленно стали наводнять свои столы. Минерва МакГонагалл, тем временем, искала в этом потоке саму новенькую. До начала оставались считанные минуты, а ни один из призраков или портретов не видел, как Алекс вернулась из Запретного Леса. Тревожно выискивая чёрную макушку среди старших курсов, женщина уже дошла до своего места за преподавательским столом и села рядом с директором.       — Минерва, она знает эти места лучше, чем свои пять пальцев. Я уверен, с ней ничего не случилось, и она вот-вот появится здесь.       — Мне бы твоё спокойствие, Альб… — начала декан Гриффиндора, но её прервала тишина. Именно она. В зале резко воцарилась мёртвая тишина.       Макгонагалл повернулась и увидела, как последняя опоздавшая студентка, влетевшая в зал, закрывает за собой двери. А потом она поняла, почему возникло это, уже давящее молчание: верхняя часть формы на девушке была вся грязная, мятая, в некоторых местах порванная; волосы спутаны, из них торчали веточки и листики. Когда она обернулась, оказалось, что лицо всё исцарапано, подбородок и щёки в кровоподтёках. Алекс одними губами произнесла заклинание, и вся одежда на ней приняла образцово-показательный вид, а волосы уложились в аккуратную причёску. Под аккомпанемент своих стучащих каблуков студентка поспешила к единственному свободному месту за столом её факультета, которое, к её огромному несчастью, находилось практически в самом начале стола, между только что распределёнными первокурсниками и старшими.       Путь через весь Большой Зал показался бесконечным. Ещё бы, ведь на Алессандро смотрели все, начиная с первокурсников и заканчивая преподавателями. Но Солано успешно делала абсолютно спокойное лицо. Цокот обуви на фоне абсолютной тишины с оглушающим звоном отскакивал от стен. Пока девушка шла, все раны полностью затянулись. Сев на скамью, она сделала вид, что поправляет мантию, в ожидании того, когда люди вновь начнут говорить между собой, как ни в чём не бывало. Когда это чересчур затянулось, Алекс обвела всех глазами: да, появление эффектное, многие до сих пор в шоке, а оставшиеся в недоумении. Она демонстративно отвернулась к преподавательскому столу и угрожающе уставилась на директора. Тот в миг понял намёк и, обойдя стол, начал свою приветственную речь. Алекс не сводила взгляда с Дамблдора, но это не мешало каждой клеточкой своего тела чувствовать на себе сотни пар внимательных глаз.       Наконец, директор закончил, никак не упомянув и не обратив внимания на недавний инцидент. Начался пир. Первокурсники тихо-тихо отодвинулись от странной старшекурсницы и молча поедали свои порции, впрочем, украдкой стараясь получше рассмотреть Алекс. Все остальные факультеты мало отличались от этих детей и точно так же, бестактно, отрывали свой взгляд от еды лишь для того, чтобы разглядеть девушку. Привычного гомона в зале не стояло, лишь смутные перешёптывания, почти ощутимо холодным туманом стелющиеся по полу и завихряющиеся вокруг бедной эльфийки. От этого изобилия внимания она пыталась не подавиться собственной едой. Вжаться в скамью сильнее, чем вжалась она, просто невозможно. Вдобавок к этому из девушки литрами вытягивала силу одна из её способностей, требуя подпитки для действия. Утихомирить эмоции такой толпы людей было нелёгким делом. Как только из уст директора прозвучал сигнал к отбою, Алекс, не хуже спортсмена-бегуна, среагировавшего на «старт», выскочила из-за стола и ринулась в покои. Выбежав из зала первой, опередив даже тех, кто сидел у самой двери, она порадовалась, что сейчас очутится в комнате, уже в общей, быстренько притворится, что спит, и — прощай проблемы. Но её позвал хорошо запомнившийся ядовитый мужской голос. Остановившись как вкопанная, девушка не смогла даже повернуться. Более-менее радостное выражение лица быстро сменялось на страдальческое.       — Мисс Солано, не спешите. Мне нужно поговорить с вами. И попрошу не блистать вашей силой.       Сморщив лицо и проклиная всех на долгую и мучительную смерть, ученица повернулась к зельевару.       — Наш глубокоуважаемый директор, профессор Дамблдор, просил найти вас и проводить к нему в кабинет.       Профессор зельеварения пронёсся мимо Алекс, чуть не задев ту плечом. Ещё раз проклиная всех и вся, она набрала воздуха в грудь и, развернувшись, не подавая виду, даже с элементом гордости, прошествовала за Снейпом.