Хранительница Замка

      Наконец на краю поляны появились долгожданные огоньки. Они были нежного шоколадного оттенка и плавали в воздухе размеренно. В то же время в их движениях чувствовалась некоторая неопытность. Алекс протянула к ним руку и повела, направляя. Кажется, лишь с её помощью новоприбывшие смогли приземлиться без происшествий. На этот раз, что удивительно, огоньки не «всосались» в одного из путешественников, а потянулись к руке Вожака. Эльфийка аккуратно забрала их, словно освобождая от кокона двух оборотней. Те, кто прибыл последними, оказались миниатюрной, пухленькой девушкой и огромным шкафом. Нет, конечно, не в прямом смысле слова. Но поистине гигантский оборотень с голубоватой кожей казался именно шкафом. На его фоне маленькая девушка смотрелась словно игрушечная фигурка. Впрочем, волосы её даже без такого странного сопровождения выглядели бы как шёлковая материя, а по цвету напоминали бы горячий шоколад. Она была похожа на маленького ангела, спустившегося в этот непонятный мир, чтобы успокоить и утешить нас. А вот её спутника сложно было назвать красивым. Пожалуй, он один во всей стае имел неприглядную наружность. Грубые и тяжёлые черты лица, непомерно большое тело, но, в то же время, благородная осанка и атлетическая фигура не слишком сочетались в одном человеке. Хотя, судя по росту, явно превышающему два метра, голубизне кожи и количеству мышечной ткани, он так же, как и все остальные, не принадлежал к человеческой расе.       — Мара, вы долго. Я уже начала беспокоиться, — мимоходом сказала Алекс.       — Ну, так получилось, прости. — Девушка зарделась и опустила голову.       — Ладно, пойдём отсюда. — Эльфийка кивнула головой в сторону леса.       Все оборотни подошли к Вожаку, а люди остались стоять в недоумении. Все семеро членов стаи посмотрели на них, как на маленьких несмышлёных щенков, и Алекс пояснила, что сейчас они все вместе переместятся в Хогвартс.       — Лесса, — при этом обращении ученики, во главе с директором школы, снова удивились, — можно такой вопрос? Зачем они нам? — спросил тот самый хвостато-желтоглазый мутант. — Ничего не имею против пучеглазика, но остальные лишние.       Рей лукаво подмигнул Изабель, от чего та уплыла в небеса.       Солано, между тем совершенно не вдаваясь в его проблемы, задумчиво и несколько обеспокоенно переглядывалась с юношей, не снимавшим каменной маски с лица. Сатис, кажется, тоже о чём-то задумался, так как не реагировал на попытки голубого великана поздороваться. Видимо, они оба на чём-то сошлись, потому что Алекс пошевелилась и велела всем своим выстроиться в круг. Оборотни окружили людей и сосредоточились. Из их тел начали выделяться разноцветные искры: у Шайры они были глубокого изумрудно-зелёного цвета; Сатис, точно так же, как и раньше, выпустил искры стального оттенка; у маленькой серебряноволосой нимфочки были желтовато-серебряные; у угомонившегося Рея цвет был похожим, только больше уходил в чёрный; предсказуемо, у гиганта Ёрика искры оказались голубыми, а у его подруги — шоколадными.       Вожак вышла из строя и двинулась вдоль линии круга, проводя по разноцветному пологу рукой. Маленькие огоньки смешивались и превращались в мельтешащую и светящуюся массу. Когда эльфийка двинулась по второму кругу, к этой искрящейся красоте начали добавляться её собственные огоньки, белоснежно-белые, немного упорядовачивая всё прибывающие искры. Студенты находились в состоянии эйфории, а Дамблдор снял свои очки, в которых отражались радужные блики, и завороженно стал наблюдать дальше. На третьем кругу Алекс просто проверяла что-то. Но, пройдя пару шагов, она замедлилась и повернулась к Шайре. Подойдя к той, девушка крепко обняла её и сказала: «Я забочусь о ребёнке, он, возможно, наше будущее». Не успела Шайра понять эти слова, как её оттолкнули. Девушку обволокло всей этой массой, и за доли секунды она буквально растворилась в магии. Лесса опять стала контролировать все огоньки, которые с каждым мигом всё более светлели. Наконец они стали настолько белыми, что всем остальным пришлось отвернуться. Секунда, и всё вновь покрылось обычной ночной дымкой. На том месте, где только что была Шайра, теперь остался висеть лишь маленький кулончик. В абсолютной тишине Алекс подошла и подхватила его.       Она тяжело дышала, как будто только что пробежала марафон. Даже маленькое украшение в дрожащей руке позвякивало. Почти все с непониманием смотрели куда-то в пустоту, но никто не смел первым нарушить молчание, пока тишину не прорезал истошный крик Мары:       — Да как ты посмела, ниали?! За что? Верни её немедленно! Как ты...       Однако Алекс быстро отреагировала и, удлинив клыки, зарычала на неё. Да так, что кровь в жилах стыла. Зелёные глаза-фонарики светились, казалось, из-за переполнявшей их ярости. Даже стало странно от того, что возникло такое ощущение, будто она больше разозлилась от слова "ниали", чем от всей фразы в целом.       — Её ребёнка нужно уберечь во что бы то ни стало! И это не обсуждается. Мы возвращаемся. Альбус! — Успокоившись, она повернулась к директору. — У нас больше нет сил переместить вас, а для тебя такое расстояние преодолеть трансгрессией не по силам. Пройдёте пару километров к северу, там есть источники энергии. Найдите те камни, что побольше, и перемещайтесь от них. Мара, — она повернулась обратно к провинившейся девушке (к слову, та уже давно осознала, на кого выместила горечь, и понуро опустила голову), — чтобы осознала ошибку, вместе с Ликой и Реем провожаешь людей пешком. А ты, Ёрик, летишь отдельно от неё и проверяешь местность. Сатис, а с тобой на пару слов отойдём.       Раздав всем указания, она коротко попрощалась и вместе с парнем тут же затерялась в кронах деревьев.       — Вообще-то, она права, — почесав затылок и взъерошив свои жёлтые волосы, нарушил вновь повисшее угнетающее молчание Рей. — Кикиморе не место на войне в таком положении.       — Кикиморе? — удивился Джейс, за что получил недобрый взгляд со стороны Изабель.        На войне? — одновременно с ним пискнула Моника.       — Наша жизнь — постоянная война, — ухмыльнулся Ёрик. Голос был грубым и низким, в отличии от холодного голоса Сатиса и весёлого гомона Рея. — Мы никогда не знаем, когда наступит следующее сражение. И, возможно, оно будет последним. Шайра Шаэн не смогла бы сидеть в стороне, если бы кто-то из нас нуждался в помощи. Лесса исключила её из стаи.       — Следующее поколение — наша надежда на то, что в будущем, если нам суждено погибнуть, наши дома будет кому защищать, — подхватила подошедшая Мара. Она прижалась к боку великана и спрятала у него на груди голову.       — Так, всё, — хлопнул в ладоши Рей. — Пора нам всем представитьсяю как подобает, и отправиться в дорогу. Хватит вам раскисать! Навестим кикимору позже. Лесса её наверняка на Фравт отправила. Ну или в родные болота. Итак, — он крутанулся на пятках и оказался лицом к людям, — пред вашим взором пристаёт Рейден Юрао. По моему скромному мнению, прекрасный воин, неотразимый мужчина.       Закончив скромный отчёт, он резко кивнул головой и скрестил руки на груди.       — А ещё — ошибка природы, — усмехнулась Лика, подойдя и ткнув его в бок. — Особь вида нимф мужского пола. Я его сестра — Ликаси Юрао. Лесные дриады с планеты Локас.       Она изящно поклонилась и передала возможность говорить остальным.       — Ёрик Альфарто, планета Атланта, — пробасил гигант.       — Просто Мара, планета Лаура, — улыбнулась девушка.       — Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс. Это Изабель Визард, Джейс Уоленд и Моника Ноут, наши студенты-семикурсники. А что же, Мара, у вас нет фамилии?       — Конечно, есть, — вновь мягко улыбнулась Мара. — Просто не хочу вас ею шокировать. Да вы её всё-равно не запомните, какой смысл?       — А вдруг запомним? — возразил Джейс.       — Ну, ты её даже не выговоришь, — засмеялась девушка. — Ну ладно, мне не сложно. Полное имя — Марана Крагассадефиллинуэсская.       Имя действительно шокировало. Впрочем, оказалось, что на Лауре не всегда с этим всё так плохо. Просто Марана была из княжеского рода, а фамилия её и на родной земле являлась нонсенсом, благодаря чему род был широко известен.       — Всё, иди, милый, разведывать обстановку. — Поцеловав Ёрика, Мара присоединилась ко всем остальным, которые уже отошли к краю поляны.       А молодой мужчина улыбнулся, снял верхнюю одежду, аккуратно сложил таким образом, что вещи превратились в маленький ком с верёвкой, и обратился в огроменного зверя! Белый лев, поистине исполинских размеров, подхватил этот ком одежды, каким-то выверенным движением прикрепил куда-то под крыло, расправил эти самые крылья и за один мощный взмах взмыл в воздух. От сильной волны воздуха, возникшей в результате старта, поражённые студенты свалились на землю. Грифон был просто невероятно большой. В высоту все присутствующие достигали лишь середины его лапы, а насколько большими были крылья, можно было лишь догадываться. Казалось, ими он спокойно сможет накрыть большую часть Большого зала в Хогвартсе. Завороженно следя за чудесным созданием, люди простояли довольно долго, пока остальные не окликнули их и не поторопили. Но их можно было понять: наблюдать за величественным и, вместе с тем, свободным полётом льва доставляло одно лишь удовольствие.       Пока четверо людей в сопровождении трёх оборотней брели по перелеску на север, Ёрик внимательно следил за обстановкой вокруг с высоты своего полёта. Несмотря на нехорошее предчувствие и ощущение, что за ними наблюдают, зоркий глаз не смог заметить ничего подозрительного. Приземлившись на одну из полян перед самыми источниками, он быстро оделся и встретил остальных.       — Не нравится мне это место, давайте поскорее переместимся в вашу школу, — пробасил обеспокоенный гигант.       Все оборотни дружно закивали и поторопили директора. Чтобы отыскать подходящий большой камень среди россыпи обычных, всем пришлось потрудиться, так как в этом месте начиналось подножие гор, и груда обломков скал простиралась до самого горизонта к западу и востоку. Лес подходил практически вплотную к валунам и местами был настолько плотным, что обходить его приходилось прямо по опасным булыжникам. Лика и Рей шли первыми и помогали студентам карабкаться. Все они очень удивились, узнав, что эти двое являются братом и сестрой. Такие разные и по внешности, и по характеру, они, тем не менее, действительно прекрасно дополняли друг друга.       — Рей, а можно у тебя спросить? — поинтересовалась Изабель и, получив утвердительный ответ, продолжила: — Куда ушли Алекс и ... как его... Сарис?       — Сатис. Да кто их знает. Поговорить надо, вот и отошли, скоро вернутся.       — А разве вы не доверяете друг другу? Почему кто-то от кого-то что-то скрывает?       — Конечно, доверяем, — пожала плечами Мара. — Разве это не является доверием? Мы знаем, что, если нам о чём-то нужно знать, то об этом , естественно, расскажут. Но бывают вещи, которые знать положено не всем. Отчасти — для безопасности, отчасти — просто по моральным соображениям. Разве не это высшая степень доверия? Полностью положиться на других и быть уверенным в том, что с тобой поделятся всем, чем надо?       — Это как-то странно, — задумчиво произнесла Изи, принимая руку Рея, чтобы взобраться на очередной камень.        — По-моему, нет ничего странного. А Лесса любит поболтать с железкой. С Сатом, то есть, — поправился он, видя непонимание в глазах собеседницы. — Они старше нас всех и примерно одного возраста: разница всего около пятисот лет. Все мы намного моложе, поэтому леска с железкой часто уединяются и ведут задушевные старческие беседы, — развеселился он.       — Сатис в последнее время всё больше уходит в себя и замыкается, — пожаловалась Мара. — Он как ракушка: закрывается без общения с Лессой. Ему всё тяжелее переживать свои годы, он — не она. Это наша ниали стойко борется со своим возрастом. Хотя и ей, конечно, всё труднее и труднее это делать...       — А почему ты называешь её ниали? Кажется, Лессе не очень это нравится.       — Ну, во-первых, не называй её Лессой. Это позволено лишь самым близким, то есть нам и ещё одному человеку. А ниали — это название самки Вожака. Вообще-то, в нормальных стаях у оборотней Вожаком является самец, а его пару и называют ниалией. Кстати, в нормальных стаях самки и не обращаются. Обычно их задача — домашний очаг, а перевоплощаться им строго запрещают мужья, сами защищая их. Но у нас всё пошло не по плану, потому что Вожаком стала девушка. И она жутко злится, когда её называют так, потому что, по сути, это оскорбляет её как Вожака.       — Мм... — протянула Изабель, решив больше не влезать в эти дебри. За сегодняшнюю ночь на неё и так свалилось очень много нового, поэтому девушка просто вновь приняла помощь от Рея и двинулась дальше.       Но вот за одним из поворотов Ликаси вдруг встала, как вкопанная, и застыла. Она с ужасом всматривалась куда-то далеко вперёд, видимо, до последнего не желая верить в то, что заметила.       — Лика, что там? — спросила Мара.       Юрао потрясла головой, отчего серебряные волосы слегка растрепались. В тот же момент она прыгнула на пару метров вверх и зацепилась за одну и веток стоящего рядом дерева. Провисев так несколько секунд, она спустилась ко всем, уже собравшимся вместе, и убитым голосом сообщила:       — Дьяпсы.       На некоторое время повисла тишина, после чего Мара заявила, что нужно срочно звать Лессу.       — Успеем дойти до того большого валуна? — спросил Дамблдор. Он, как и его студенты, не сильно понял, о ком речь, но по обеспокоенным лицам догадался, что это не предвещает ничего хорошего.       — Нет, вперёд идти больше нельзя, только назад. И очень быстро.       И всем семерым ничего не осталось, как бежать обратно, стараясь не свалиться и не переломать ноги. Уже метров через десять из чащи выскочили Сатис и Алекс.       — Вы очень вовремя. Видела их? — поинтересовалась у Вожака Лика.       — Да, — быстро проговорила она, оглядываясь в сторону дьяпсов. — И, похоже, нас уже заметили. Никогда не видела, что бы их посылали целой стаей. Лика, Рей, берите девушек и превращайтесь в каменные деревья. Джейс... Садись-ка вместе с Дамблдором на Мару и Ёрика. Ребята, отнесёте их как можно дальше. Летите быстрее!       Все очень быстро начали выполнять указания. Со стороны дьяпсов послышался леденящий душу вой. В нём словно смешались самые жуткие звуки. Он будто бы состоял из лязга металлических цепей и воплей душ, обречённых на страдание и смерть. Сестра с братом похватали остолбеневших от ужаса Изабель и Монику, а Мара помогала Альбусу забраться на спину уже обратившегося льва. Тем временем Алекс и Сатис тоже перевоплотились. Звериный облик девушки оказался не намного меньше, чем у Альфарто, и её коричневый мощный и поджарый грифон был в явном превосходстве перед тёмно-серым зверем Сатиса. У коричневого грифона в основании правого уха болталась подвеска-капля, а у «стального» — в левом на длинной цепочке позвякивал чей-то клык. Они развернулись спинами к остальным и начали прислушиваться. От нахождения уже трёх грифонов в тоннеле около пятнадцати метров в ширину, между лесом и начинающимся подъёмом склона гор, стало заметно тесно. А теперь обратилась и Мара. Более тёмный, чем у Алекс, зверь был намного меньше белого льва, и, тем не менее, пространство закончилось совсем. Ёрик поспешил взлететь, а вот Мара медлила, отчего Вожаку пришлось рыкнуть, и это движение было ошибочным.       Откуда-то со скоростью молнии выскочило чудовище ростом чуть меньше человека, впиваясь в прочные нагрудные перья Лессы. Никому из людей не удалось разглядеть подробнее, так как Мара взлетела, как ошпаренная, и оба грифона понеслись на юг, подальше от гор, так быстро, что наездники даже при большом желании не смогли бы оторваться от их спин из-за обдувающего ветра. А Ликаси и Рейден оплели собой двоих студенток и прямо на глазах начали превращаться в деревья: тела утолщились и обросли корой, затягивая в полость растения и девушек, ноги крепко вросли в землю, превращаясь в корни, а из рук пробились ветки. Затем, снизу-вверх, они начали твердеть. И последним, что вспомнили испуганные Изабель и Моника, стали страшные визги и вой с той стороны камня.