Черная лилия

      Имея опыт общения с Тором и Локи, люди привыкли ошибочно воспринимать их людьми. Наделёнными сверх способностями, но всё-таки людьми. Что-то вроде супермутантов или еще чего-то в подобном роде. Воспринимать того, кому можешь спокойно начистить морду или обыграть в какой-либо игре как нечто божественное? Нет. Вставляемое в разговоре «смертные», поведение актёров, застрявших в роли, да так и не способных вырваться за её границы, совершенно понятные проявления эмоций и обычные вполне заурядные проблемы с взаимопониманием в семье… Ну, как можно воспринимать их всерьез? Они же, как люди, даже кровь, текущая из их ран такая же красная как у людей!       Эта иллюзия с шумом трескается, когда они видят Локи снова, рушится как карточный домик, подгребая под тяжестью обрушившегося на плечи осознания — перед ними бог. Самый настоящий бог из древнескандинавских мифов. Нет, в них, конечно, была написана полная чушь, скорее всего увидевшая жизнь из-за бывающих слишком болтливыми друзей Тора (хотя, и он сам мог во хмелю наболтать лишнего), но вот тот, кого сейчас видели перед собой люди смертным существом больше не воспринимался.       Внутренняя сила, величие, мощь, находящаяся за пределами человеческого понимания, по какой-то прихоти выбравшая для себя сходную с людьми оболочку — всё это подавляло и заставляло опускать голову в инстинктивном желании отдать дань уважения явившемуся существу. А еще страх. Древний, суеверный страх перед тем, чего люди всегда боялись и стремились взять под жесткий контроль — Огонь и Хаос, живое воплощение которых сейчас стоит буквально в нескольких шагах от них.       Локи отдаёт приказы, командует агентами Щ.И.Т.а будто солдатами своей личной армии, но никому и в голову не приходит противиться этому или возмущаться. Почти никому. Локи общался сейчас с руководителями Щ.И.Т. а, команда Мстителей ожидала его, готовясь отправиться в логово врага.       — Раньше это мне казалось нелепым и смешным, а теперь я понял, что обыватели чувствуют, находясь рядом со мной, — делится наболевшим с Капитаном Америкой Тони. — Это ощущение собственной ничтожности и нервная почесуха по всему телу, неподражаемо! Не то чтобы я еще раз мечтал испытать в своей жизни, но всё-таки: «срань господня! да я реально общался с богом и даже грозил оружием!» это то, что я смогу с гордостью сказать своим детям, когда они у меня появятся, конечно.       — Если, кто-то не убьёт тебя за твой слишком длинный язык, Старк.       — Я слишком умный, чтобы меня убивать, так что есть шансы, что в этом случае меня воскресят. Наша Женщина-Кошка, например, — не может умолкнуть Железный Человек. — Нет, ты видел? Она действительно умерла и воскресла! А её фраза? «Хорошо, что они не решили отрубить мне голову»! Кэп! Да судя по всему, она реально на тот свет как к себе домой ходит и обратно возвращается. Интересно, а почему она беспокоилась насчёт головы? Может её бессмертие как в «Горце» или просто переживала, как будет голову свою наощупь искать, если та далеко укатилась от тела? Блин, теперь же и не спросить, а то и самому без головы будет остаться не долго.       — Как замечательно, что ты это понимаешь, Тони, — мило улыбается агент Романофф. — Было бы в… грустно, приходить с цветами к тебе на могилку.       — Завидуй моей гениальности молча, Наташа, — отмахивается миллиардер. — Но каким же монстром должен быть Танос, чтобы суметь подчинить себе Локи?       — Ты не прав, смертный. Таносу просто повезло, — крепче сжимая Мьёльнир говорит Тор. — Локи был ослаблен боем со мной и своим пребыванием в Бездне. В Бездне время ведёт себя по-разному и сколько для него там прошло лет, одному брату и ведомо. Скорее Локи поймали, когда он смог вырваться из Бездны, а затем его еще долго ослабляли пытками, вынудили принести клятвы, то, что они были обоюдными уже говорит о том, что враг был недостаточно силён, чтобы безоговорочно диктовать свою волю брату и встреться они при других обстоятельствах итоги этой встречи, были совсем иными.       — Простите, что сомневаюсь, но почему Вы уверены в том, что Локи сам покинул Бездну, а не был оттуда вызволен Таносом? — спрашивает Беннер. — Я ведь правильно понял, что до этого вы считали его погибшим, или я в чём-то ошибаюсь?       — Ну, — громовержец крайне смутился, не зная, как правильно об этом сказать. — Мы с отцом думали, что он из-за той ссоры между нами сам выбрал для себя подобную смерть.       — Это как? Локи совершенно не похож на самоубийцу. Даже когда Кошка ненадолго умерла, Локи скорее готовился утопить всю вселенную в крови, но только не сводить счеты с жизнью, — удивляется Наташа. — Как это вообще могло произойти?       — Чтобы предотвратить уничтожение Ётунхейма мне пришлось уничтожить часть Радужного Моста, как раз рядом с Бездной. Я не подрасчитал и мы едва оба туда не угодили, но вовремя подоспел отец… Один держал меня за ногу, я Гунгрир, за который успел схватиться Локи. Брату пришло в голову прямо над Бездной оправдаться перед Всеотцом, а у нас с ним не очень разговоры вести получается…       — Один сказал что-то такое, что Локи руки от удивления и шока разжал, да? — не смог сдержаться от ехидного комментария Железный Человек.       — У Локи просто рука соскользнула! — тут же встаёт на сторону отца громовержец.       — И при этом ты говоришь, что вы думали, будто он сам решил руки на себя наложить. Тебе это не кажется несколько нелогичным? — спрашивает Роджерс.       — Просто у Локи такое выражение лица было… Он утверждал, что делал всё только на благо Асгарда, ради отца, ради нас всех. Понятно, что он хотел доказать отцу, что будет лучшим царём чем я, отец ему так и сказал, а он… У Локи такое страшное лицо стало! Выглядело так будто он сам пальцы разжал! Да еще и так надменно и гордо, как он это умеет, в сторону Бездны отвернулся! Да кто угодно бы подумал на нашем месте, что он сделал это сам! Даже в голову не пришло, что он слишком выложился сначала, когда заманивал в Асгард Лафея и чтобы убить, а потом и драке со мной, что заработал магическое истощение! А это означает судороги, ослабление реакции… Не помню, что там ещё, однако список нас учить в своё время заставляли длинный, но это неважно. Важно то, что Локи этот Танос явно не соперник в магии! Ему просто повезло!       — Ого, какие подробности всплывают, — ошарашенно говорит Тони. — Это получается Локи устранил главу враждебного государства, еще по совместительству являющегося ему биологическим отцом, имел все шансы без потерь со стороны воинов Асгарда полностью это государство уничтожить, а что Один ему на это сказал? Дословно, если можно.       — Ммм… Ты, человек из металла, неправильно оцениваешь действия брата, но что-то в твоих словах есть, а потому я отвечу тебе. Всеотец сказал брату: «Нет, Локи».       — А дальше? — нахмурившись спрашивает Старк.       — Всё, — кивает Тор.       — То есть, ничего другого Один Локи не говорил? — удивляется Роджерс.       — И ваш отец, всегда был таким разговорчивым и только ты, Тор, понимал, что он имеет ввиду, потому что сам такой же? — интересуется Беннер, неловко себя чувствуя в такой компании. Он не хотел никуда идти, а тем более воевать, но вот только спорить с богом Обмана в нынешнем его состоянии считал небезопасным, смерти ученый не боялся, но вот что могло сейчас прийти в голову трикстеру предсказать не мог даже его брат. Немного попозориться в виде зелёного монстра на улицах многолюдного мегаполиса или нарваться на шутку от бога Хаоса? Для Беннера ответ сейчас был более чем очевиден.       — Думаете, что Локи мог неправильно понять слова Отца?       — Ну, с учетом ситуации и того, что Локи никогда было не стать царём Асгарда… Это «нет» Одина, скорее похоже на заявление, что Локи ему не сын. Что сколько бы тот ни рвал жилы, что бы ни делал, признание Всеотца ему не получить… — почесывая бровь задумчиво тянет Тони, а потом со злостью выкрикивает. — Тор! Да он своего отца только недавно убил! Да, того которого он в жизни почти не видел, но родного ему по крови, в отличие от всей вашей семьи! Ты думаешь это решение ему легко досталось? Да он должен был быть на дне отчаянья и безысходности, чтобы решиться на подобное!       — Не неси чушь, смертный. Локи сын Одина, чья бы кровь в нём ни текла, он асгардец! Лафей же был мерзким ледяным великаном! Жалким монстром, а не отцом Локи! — грозно сверкая глазами ответил на эти слова громовержец, но замечая странную реакцию на свои слова пытается объяснить свои слова лучше. — Они даже не похожи! А Локи… Он так же как и Всеотец любит яблоки! И не все, а только крупные, размером с мой кулак, ярко красные, но при этом такие кислые что в рот не возьмёшь! А им нравится!       — Суду всё ясно, — со скорбным вздохом говорит Старк. — Будь я на месте Локи, сам с Радужного Моста с разгона спрыгнул. А что думают присяжные?       — Эй! Что ты этим хочешь сказать, смертный? — всё еще не понимает причины такой реакции Тор.       — То, что может для тебя Локи и только асгардец, вот только сам он так не считает. Быть наполовину монстром среди нормальных людей, худшей участи и не придумаешь. Я испытал это на себе и знаю, о чем говорю, — хмурится Беннер, сильно нервничая и стараясь ни на кого не смотреть. — Как он выдерживал столько лет отношение к себе окружающих? Даже если никто не решался сказать ему ничего вслух при тебе и родителях, как приёмному сыну Одина, он не мог не чувствовать отношения к себе окружающих, верно? Любой асгардец при удобном случае пытался задеть, выставить в неправильном свете, обвинить в чем-то, что тот не совершал, но при этом не мог оправдаться ни перед тобой, ни перед родителями? Скорее всего его по-тихому травили, а тебя самого настраивали против него убеждая в том, что он трус, лжец и вообще не достоин находиться рядом с будущим королём Асгарда. Удивительно, как при этом он не возненавидел Асгард и не попытался уничтожить его, а не Ётунхейм. Это было бы логичней с его стороны.       — Я… — Тор хотел возразить словам мидгардца, но слова застряли в горле, потому что именно сейчас многие события прошлого, встали перед его глазами как живые и возразить сыну Одина стало нечего.       «У меня нет дома» — слова Локи набатом прозвучали в голове Тора. Не ложь, не обман, не попытка уязвить побольнее своего более удачливого брата - бог Обмана был искренен. А когда на самом деле Локи ему лгал? Когда, а главное почему Тор перестал верить словам своего брата? Ответы на эти вопросы совершенно не нравились Тору. Кто бы что ни говорил и ни думал, но сын Одина умел анализировать факты и делать выводы. Тор, как и Всеотец, не очень любил рыться в причинах поступков окружающих, в поисках подвоха и ворошить прошлое, предпочитая жить настоящим, но умел.       — Рука Локи соскользнула, он сам это сказал мне в недавнем разговоре. Я ему верю, — хмуро и веско говорит Тор, тяжело роняя каждое слово как гранитные плиты. — Танос смог справиться с ним только потому, что мой брат был уязвим и некому было прийти ему на подмогу. В открытом противостоянии он ему не ровня. ***       — Северус, знаешь, а я всё-таки рад, что мы с тобой родственники! — глаза Тёмного Лорда сверкают детским восторгом. — У меня, как у Слизерина, дар в зельях, но, чтобы творить такое! Ты уверен, что Снейп, а не лорд Принц? Мне даже как-то стыдно за то, что столько лет с даром к зельям ты убивал волшебников банальной авадой! Вроде бы и зелье простенькое, и ингредиенты самые распространённые и дешевые, а какой эффект! Как их всех-то перекорёжило! Аж приятно посмотреть! В чем твой секрет, о суровый отец моей любимой сестры? Поделись!       Смерив Тёмного Лорда полным скепсиса и иронии взглядом зельевар коротко отвечает:       — Забини.       — Хм? А чем тебе не угодила эта опасная красотка? Неужто заарканить пыталась? — не понимает Слизерин.       — Вам никто об этом не докладывал, мой Лорд? — вскидывая бровь, но при этом скорее утверждая, чем спрашивая говорит зельевар.       — Оставь официальщину, — морщится как от зубной боли Том. — И о чем конкретно ты говоришь?       — Дорея была слепо влюблена в Блейза Забини. Он даже какое-то время в открытую приходил к ней ночевать. Дорея верила, что он тоже её любит, и слишком многое ему прощала, а остальное предпочитала не замечать, но когда Забини вместо руки и сердца предложил ей контракт на вынашивание… Я имел возможность ознакомиться с ним, мой лорд. Что-то более унизительное для любящей женщины и представить невозможно, — в глазах зельевара появился опасный блеск как у матёрого серийного маньяка, рассказывающего о своей будущей жертве. — Он разбил её сердце. Растоптал как женщину. Именно из-за него у Дореи появилась навязчивая идея выйти за магла. Вот только когда я собирался наглядно показать, что так поступать не стоит… Она валялась у меня в ногах вымаливая его жизнь! Говорила о том, что не выдержит его смерти! А этот гадёныш еще и смел насмехаться над ней, обсуждая Дорею в кругу своих прихлебателей!       — Вот как, — вся весёлость исчезла с лица Слизерина превращая его в жуткую восковую маску, на которой живыми остались только синие слишком спокойные глаза. — И ты решил отравить волшебника из рода славящегося своими отравителями?       — Да.       — Чтобы он умирал в муках, на протяжении долгих-долгих лет жизни и не мог найти противоядия, как бы ни искал? — с мечтательными нотками в голосе спрашивает Тёмный Лорд.       — Да.       — Почему ты не обратился ко мне с этой замечательной идеей? — недобро щурится Слизерин, но в глазах кроме спокойствия так ничего и не отражается.       — Я был уверен, что Вы в курсе происходящего, мой Лорд, — отвечает зельевар, совершенно не чувствуя себя виноватым.       — Зря, знай я, что что-то подобное творится за моей спиной, я совершенно иначе бы действовал, стремясь сделать счастливой свою сестру, Северус.       Маги молча смотрят друг другу в глаза словно пара ядовитых змей, случайно выбравших в качестве будущего обеда одного и того же грызуна. И это противостояние могло бы продолжаться долго, но отголоски сильнейшего магического всплеска, достигающего их, заставляет мужчин остановиться и настороженно замереть.       — Это… — начинает говорить Слизерин и выразительно замолкает.       — Определённо, — соглашается зельевар. — Сила иная, но отпечаток магии её.       — Божественный артефакт?       — Вполне, но если Малфои не врали, то дело может быть еще хуже, — неодобрительно поджимает губы зельевар, его лицо темнеет от дурных предчувствий.       — Хуже? — удивляется лорд.       — При обращении напрямую к Матери Магии за благословением…       — Ооооо, — округлив рот в удивлении выдыхает Слизерин. — Но для такого эффекта брак должен быть полностью закреплён. По древним традициям, а это за пару дней не сделать! Даже с благословением Матери нужно хоть какое-то время чтобы проявился эффект и брак стал полностью действительным! Это банальная физиология! К тому же Малфой говорил, что Дорея от потенциального жениха свой пол скрывает! С момента доклада и двух суток не прошло! И…       Обреченный, полный снисходительности и понимания, взгляд зельевара заставляет Тома замолчать и со змеиным, пробирающим до костей иррациональным ужасом, шипением выдохнуть воздух из лёгких.       — Сссспокойссссствие, тхолькосс ссспокойсссствиессс, — уговаривает себя Тёмный Лорд, а затем внезапно повеселев подбадривающе хлопает по плечу родственника. — Северус, не кипишуй! Если что у меня есть нужные связи в Инквизиции, грохнуть языческого бога никто из них там не откажется!       — Инквизиция?       — Ага, с тех пор как Завесу хорошенько трясти начало, святоши притихли, а в последнее десятилетие они готовы нас сами размножать, если понадобится. Представь себе из 33 древних магических родов Англии, числящихся на её территории только пять, имеют полноценных, признанных магией наследников. Родов, поддерживающих Завесу своей магией на Туманном Альбионе 169, остальные пренебрегают возложенными на них обязанностями. Хуже того, что большинство родов, что еще поддерживают Завесу, насчитывают не больше десятка представителей, встречаются случаи подобные тому что у Дореи, когда волшебник является единственным представителем сразу нескольких магических родов. Кстати, именно поэтому среди обычных людей такая истерия насчет Апокалипсиса в конце старого тысячелетия и начала нового, даты самых масштабных катаклизмов магического мира названы точно. Например, их ясновидец Шелдон Нидл очень помог в своё время, даже с днём угадал. 17 декабря 1996 года один инквизитор поехал крышей и врата в другую реальность открыл, вот только то что оттуда полезло хоть крыльями и обладало, но к придуманным христианами ангелам отношение не имело. Эти фанатики от религии вообще грозились опять запалить свои костры, но эта свистопляска, продолжающая с 1997 заставила оставить претензии в сторону «богомерзких язычников». Мне за совместную работу с Инквизицией было дано отпущение всех грехов со стороны Церкви и какой-то там духовный сан. Здорово, правда?       — Теперь я точно уверен в том, что ты ей брат, — отвечает зельевар прикрыв глаза и массируя переносицу. — Я бы даже сказал, что вы близнецы, Том. ***       Дорея пила молоко с мёдом и специями сидя в мягком кресле в чужом доме. Окружающая светлая роскошь давила на психику заставляя нервничать и искать угол помрачней, в который она могла бы спрятаться.       После очередного попадания на Грань и триумфального возвращения события закрутились с такой скоростью, что она сама не заметила, как согласилась на совершенно дикие требования и оказалась тут, в этих аппартаментах, под присмотром похожей на гордую львицу женщины.        С того момента, как Локи появился, коротко представил друг другу и исчез, усадив Дорею закутанную только в плащ трикстера в кресло перед царицей, они так и не проронили и слова. Даже мёд с молоком, Фригг вручила ей в абсолютном молчании.       Хотелось бежать, но было не в чем и некуда, а в голову как назло не приходило ни одной стоящей идеи. Дорея никогда не думала, что с собственной свекровью познакомится именно так. Нет, это был не самый плохой вариант, который могла себе представить Певерелл, но…       Дорея рассмеялась, пряча за наигранно весёлым смехом и широкой улыбкой свою неловкость.       — Знаете, мне очень понравилось в гостях… У Вас очень уютный дом! Но, наверное, мне стоит вернуться в свой. Позвольте привести себя в порядок, и я больше не потревожу Вас своим присутствием, — с улыбкой говорит Дорея ставя пустую чашку на стол (не могла оторваться пока до капли не выпила!) и встает с кресла, кутаясь в плащ.       — Сядь на место, — приказывает Фрига, на это Дорея гордо вскидывает голову и открыто, с вызовом смотрит в глаза женщины, воспитавшей Локи.       — Я согласилась не вмешиваться и не участвовать в сражении с читаури в моём мире. Слушаться кого-то и сидеть в чужом доме, в котором мне не рады я не намерена. С мужем после разберёмся сами, — слушая слова ведьмы, царица начинает улыбаться, а в конце и вовсе начинает заразительно смеяться, заставляя Дорею еще сильнее напрягаться, ожидая подвох.       — Ты его не боишься, — непонятно чему радуется асгардка.       — А что в этом удивительного? — недоумённо хлопает ресницами сбитая с толку ведьма. На что женщина в ответ снова смеётся.       — Ничего, — отсмеявшись отвечает богиня, в её глазах появляется лукавый огонёк, не сулящий ведьме ничего хорошего. — Ты уже дома, Дорея. Ты не в гостях.       Добрая улыбка, полная материнской любви и заботы, участливый тон. Сами слова богини, по идее они должны были успокоить Дорею, но… Почему для ведьмы они прозвучали словно угроза?