Наследники Империи

Вид Эндора в иллюминаторе личной каюты был красивым. Зеленая планета так не походила на желто-красный Татуин, что Люк периодически забывался и просто смотрел на нее, любуясь зелеными переливами. Даже легкий шорох открывающейся двери не заставил его прекратить это занятие. — Любуешься? — Дарт Вейдер, казалось, заполнил собой пространство маленькой каюты. Люк мельком удивился — раньше он не замечал за отцом такой способности. Или они просто общались в неподходящей обстановке? — Это совсем не похоже на Татуин, — ответил он, нехотя переводя взгляд. Отец удобно устроился на единственном стуле, смотря прямо на него. Люку показалось, что он улыбается. Хотя и не мог читать его эмоции. — Совсем не похоже, — согласился Вейдер. И сразу добавил. — Твоя сестра немного успокоилась. Хочешь поговорить с ней? — С Леей? — немного растеряно повторил юноша. После той сцены в тронном зале, он чувствовал неуверенность. В голове засела мысль, что Лея считает его предателем. И ему не хотелось снова слышать это от нее. — Это придется сделать рано или поздно. Тем более, держать ее на Звезде Смерти всегда мы не можем. Если Лея будет упорствовать, ее отправят в надежное место. Под замок. — В тюрьму? — Люк почувствовал, как внутри зарождается гнев. Разве Лея была виновата в том, что не хочет принимать сторону Императора? Это он виноват, а не она! — Ну… по сути, да. Но с более комфортными условиями, — согласился Темный Лорд. Он чувствовал эмоции сына и даже отчасти их понимал. Но решение было окончательным. — Если ты не уговоришь ее. — А почему я? — Люк с надеждой посмотрел на отца. — Может, ты… — Нет, меня она не станет слушать. Ты ведь видел, как она меня ненавидит, — в голосе Вейдера промелькнули тоскливые нотки. Он уже почти привык к мысли, что у него есть дочь. Вот только ее ненависть… — Хорошо, — Люк решительно поднялся. Отец прав, надо решить этот вопрос поскорее. Он посмотрел на Вейдера. — Проводишь меня? — У твоей каюты стоит один из гвардейцев Императора. Он и проводит, — Дарт Вейдер тоже поднялся. Помедлив, добавил. — Люк, не вини себя. Решения других людей не могут зависеть от тебя. Как и их жизни. Это и называется ответственностью. — Я понимаю, — юноша кивнул и вышел из каюты. Отец был прав. Вот только… это не так-то просто принять.

***

В камере класса люкс было тоскливо. Лея в очередной раз оглядела стены, обитые мягкой материей, и вздохнула. Шок немного прошел и девушка начала размышлять над тем, что ждет ее в будущем. Получалось не очень. Люк. Принцесса закусила губу, вспоминая, как он убеждал ее недавно. Она давно знала, что Люк мечтает о семье, ведь имперские штурмовики убили последних его родственников на Татуине. Но вот то, что он был готов ради этой семьи пойти на сделку с совестью… Лея не ожидала. Теперь она должна решить — а что делать ей? Альянс проиграл. Нет смысла бороться за него и дальше. Да и не выпустят ее теперь. Палпатин не был дураком. Последняя мысль повлекла за собой воспоминания, которые Лея старалась прятать от себя. «Внучка». От этого слова ее до сих пор бросало в дрожь. Руки холодели, мысли путались… Лея с отчаянием сжала кулаки. Что ей теперь делать?! Шорох двери как будто стал ответом на последний вопрос. Девушка повернула голову и увидела брата. Мгновенное облегчение — не Вейдер! — сменилось гневом. Принцесса вцепилась пальцами в край койки, на которой сидела, чтобы не совершить необдуманных действий. А совершить хотелось. — Привет, Лея. Тебе лучше? — Люк благоразумно встал у двери, видя реакцию сестры. Он не винил ее, хотя сердце и немного кольнуло. — Лучше, — процедила Лея, прожигая его взглядом. Она склонила голову на бок. — Пришел поиздеваться? Предатель! — Нет, — Люк скрестил руки на груди, обхватывая себя за плечи. Это немного успокоило и он продолжил. — Я говорил с отцом. О тебе. — Отцом, — девушка горько улыбнулась. Как быстро Люк привык называть его отцом. А вот она никогда так его не назовет. Никогда. — И что он сказал? Как меня лучше пытать? Люк глубоко вздохнул. Похоже, Лея обижена на него гораздо сильнее, чем он думал. Но ему надо поговорить с ней. — Тебе надо принять решение. Или ты присоединишься к Императору и будешь Наследницей Империи, или будешь сидеть всю жизнь в тюрьме. — Что? — Лея ошеломленно вытаращилась на брата. Что он такое говорит? — Наследница Империи? Как? Почему? — Ну, он ведь наш дед. Ничего удивительного, — слегка улыбнулся Люк. Для него самого эта мысль была еще невероятной. Но если он сможет заинтересовать Лею… — Понятно, — пробормотала принцесса, прикидывая возможности. Вечное заточение или власть. Да, Палпатин умел искушать. То, что автором идеи был именно Император, она не сомневалась — Люк бы не смог до такого додуматься. Да и Вейдер, пожалуй, тоже. — У меня вопрос, — она уже приняла решение. Но было еще кое-что, о чем бы она хотела знать, прежде, чем ответит. — Что с Ханом и Чуи? Они… живы? — Да, — кивнул юноша, испытывая облегчение. Эмоции Леи уже сказали ему ответ. — Они сдались на Эндоре. Сейчас они в камере на «Экзекуторе». — Тогда… — Лея встала с койки и посмотрела брату прямо в глаза. — Я согласна. Но у меня условие — Хан и Чуи не должны пострадать. — Хорошо, — Люк улыбнулся знакомой широкой улыбкой. И Лее на мгновение показалось, что ничего этого нет, а они на одной из баз Альянса, в безопасности. И снова друзья, как раньше. Юноша подскочил к ней и крепко обнял. — Я так рад, сестренка, — прошептал он. — Люк, — она обняла его в ответ, но на сердце было тяжело. И она не знала, сможет ли когда-нибудь избавиться от этого чувства. Снова любить своего брата, не думая о том, что есть еще и… другие члены семьи. — Я все понимаю, — Люк отстранился, все еще держа руки на ее плечах. — Мы выдержим. И сможем сделать галактику лучше. Ты и я. Лея кивнула, с трудом улыбаясь. Да, она попробует. Может, хоть так они что-то изменят в Империи, если у Альянса не получилось.

***

— Замечательно, — Палпатин смотрел на близнецов, стоящих перед ним. Дарт Вейдер стоял у него за спиной мрачным изваянием. — Значит, Лея все же решила присоединиться к своей семье. Принцесса выпрямилась, уловив в тоне Императора легкую насмешку. Старый лис явно не верил никому на слово. А значит, он будет следить за ней еще тщательнее. — Да, я решила, — как можно тверже сказала она, избегая смотреть на темную фигуру позади Императора. Ей было до сих пор тяжело думать о… нем. — Вы ведь этого и хотели… дедушка? — Хотел… внученька, — насмешливо хмыкнул Палпатин. Потом вздохнул. — Хорошо. Тогда я скажу, что вас ждет дальше. Люк и Лея замерли. Только сейчас они полностью осознали, что их судьба — в руках Императора. А что он решит, не знал ни один из них. — Люк. Ты пойдешь учиться в Имперскую флотскую академию. Потом, если проявишь себя, офицерские курсы. Это ближайшая перспектива, на которой тебе и надо сосредоточиться, — Люк молча кивнул. Требование Палпатина было разумным. Да юноша и сам был не против — ведь хотел он этого еще когда был простым фермером на Татуине. Вот и исполнит свою давнюю мечту. — Лея. Ты неплохой политик, поэтому в этой сфере тебе учиться нечему. А вот управлению Силой было бы неплохо обучиться. В Алой Гвардии есть несколько подходящих кандидатур, они-то и станут твоими наставниками. — Алая Гвардия?! — такого Лея не ожидала. Она не хотела обучаться Силе. Не хотела даже приближаться к Палпатину и Вейдеру — а ведь это личная охрана Императора. Она должна будет защищать их?! Но… выбора у нее не было. Девушка с усилием поклонилась. И спросила. — А что будет с Ханом Соло? И с пилотами Альянса? — Как ты понимаешь, отпустить я их не могу. Но… если ты хочешь, Хан Соло будет содержаться неподалеку от тебя. В Империи можно найти камеру для любого мятежника и где угодно. — А если он согласится работать на Империю? — Лея представила реакцию Хана и поежилась. Нет, она не может ради своей прихоти держать его рядом. Он не такой человек, чтобы согласиться на это. — Попробуй, — лениво предложил Император. — Только он еще должен убедить меня в своей искренности. Лея коротко кивнула. Даже если она почти не сомневается в результате, попытаться она должна. Иначе никогда себе этого не простит.

***

— Все не так плохо, Чуи, — Хан растянулся на койке, меланхолично рассматривая потолок. Они сидели в этой камере уже два дня — судя по графику питания — и их пока не таскали на допросы. Хотя это был «Экзекутор» — личный флагман Дарта Вейдера. Вуки протестующе заревел. Соло вздохнул. Чубакка беспокоился о Лее, которая скорее всего осталась на Эндоре. И еще неизвестно, что с ней — тот приступ был слишком неожиданным. Таким же неожиданным стало и их поражение. — Я надеюсь, что с ней все в порядке, — тише сказал он, зная, что Чуи услышит. И поймет. Датчик у двери коротко пискнул. Это значило, что в камеру собирались войти. И арестанты должны были отойти от двери. Хан сел на койке. Может, это пожаловал Вейдер? Но реальность оказалось более шокирующей. — Лея! — Хан остолбенело уставился на девушку в проеме двери. Мелькнула и пропала мысль, что ее тоже арестовали и сейчас посадили к ним. Но он тут же вспомнил, что камера двухместная — тут не могут содержать еще одного человека. — Привет, Хан, Чуи, — она улыбалась слабой улыбкой. От внимательного взгляда мужчины не укрылась сильная напряженность ее плеч. Лея Органа явно волновалась. — Рада, что вы живы. — Что происходит? — резко спросил Соло. Поведение принцессы ему не нравилось. Да и как она вообще попала сюда? — Хан… — Лея все также стояла у входа, не делая попыток приблизиться. Только взгляд… казалось, она вот-вот заплачет. Но Хан Соло не мог припомнить случая, когда она плакала. Странно, но он только сейчас это понял. — Я пришла, чтобы спросить тебя. Альянс уничтожен. Все, кто выжил, сдались в плен. — А ты? — настороженно уточнил он. — Как ты вообще попала сюда? Ведь ты же осталась на Эндоре. — А я… меня забрал Дарт Вейдер. Хан… я и Люк… мы присоединились к Империи. — Так. Понятно, — Хан порадовался, что сидит. Новости действительно были не радужными. Альянс… ну, ладно, не так-то он и хотел сражаться за них. Хан признался себе, что он оставался с ними больше из-за Леи. Гордая принцесса притягивала его. И он почти добился ее любви. Но сейчас… в том, что говорила Лея, было что-то отвратительное. Лея, которую он знал, никогда бы так не поступила. А, может, он и не знал ее? — Значит, ты хочешь спросить, — вспомнил Хан ее первые слова. — Валяй, говори. — Хан, ты и Чуи… вы присоединитесь к Империи? «Ожидаемо», отстраненно подумал он. В глубине души он даже немного обрадовался — значит, он был ей не безразличен. Но у Хана Соло были свои причины не присоединяться к Империи. И Лея о них знала. — Ты знаешь, Лея, — наконец сказал он, после продолжительного молчания. — Я ушел, нет, сбежал от них. И не собираюсь возвращаться. — А если я скажу, что со временем буду править Империей? — отчаянно произнесла принцесса, глядя на него. — Я хотела бы, чтобы ты был рядом. Со мной. — Править Империей? — Хан выпрямился. — Так вот оно что… вот чем Император тебя купил, — мужчина сжал кулаки, пытаясь унять дрожь. Следующие слова произносить не хотелось. — Нет, Лея. Играй в эти игры без меня. Вот и все. Лея почувствовала так, будто ее ударили. Она глубоко вздохнула, ощущая как душа замерзает, покрываясь холодной коркой отчаяния и тоски. И посмотрела на Хана, пытаясь запомнить его лицо. Наверное, она видит его в последний раз. — Прощай, Хан. И ты, Чуи, — она мельком посмотрела на вуки, который так и простоял молча в углу камеры. Девушка знала, что Чубакка все понимает. Вот только сейчас он ничего не сказал. Лея развернулась и почти выбежала из камеры. Дверь с легким шорохом закрылась за ее спиной. — Я говорил о том, что не все так плохо? — мрачно сказал Хан, глядя на свои руки. — Забудь, Чуи. Мы в полном дерьме. И он со всей силы ударил кулаком по краю койки. Вот только изменить ничего было нельзя…