Crystal Tokyo's dreams

Литавра особенная. Всегда она была особенной. Ее терпение и любовь всегда были какие-то всеобъемлющие. А он не уберег, дурак, спутал ее с обычной девчонкой, которая хоть и была чем-то похожа на его ненаглядную Литу, но ею не оказалась. Уже умирая от руки Зойсайта, Нефрит думал совершенно об отвлеченных вещах. Например, задавался вопросом о том, почему у рыжего было на лице такое невозможно досадливое выражение. И еще ему было жаль Нару, но та девушка, которая тенью скользнула на поле боя и уже в последнюю секунду показала свое лицо... Гроза была в глазах именно у нее. И именно она смотрела на него с какой-то всепонимающей грустью, с какой не посмотрела бы та девчонка, которая просто не могла знать, через что всем им пришлось пройти. Этого и Литавра тогда пока что не знала... Однако уже тогда она была такой мудрой, словно помнила все прожитые ею жизни и все виденные ею потери. Эта девушка в матроске сжимала губы так же, как его Лита и даже носила такие же серьги, словно вместе с ней они прошли сотню перерождений. Только все равно он не узнал и не уберег. Принцесса Юпитера коснулась губами лба какого-то незнакомого Нефриту юноши и мягко оттолкнула его от себя, отрицательно качая головой и невесело улыбаясь. Хрустальный Токио и будущее не принесли ей желанного счастья, хоть она знала – Звездный лорд жив и здоров, однако в его жизни для нее видимо больше просто нет места. Возможно, именно поэтому гроза в глазах у строгой воительницы давно сменилась моросящим дождем. Незнакомец ушел, и Литавра осталась в одиночестве. Она вышла на балкон, облокачиваясь на хрустальную балюстраду, и тихо выдохнула. Над городом собирались тучи. Серьги оттягивали мочки ушей, и принцесса Юпитера тихо шикнула, практически срывая одну из них и доставая из карманчика платья маленькие сережки. На розочках, которые они собой представляли, блестел жемчуг искусственной росы. Осторожно положив их на свою опору и тут же чуть отпрянув, словно боясь столкнуть, девушка уже спокойнее потянулась к другому уху, когда ее руки перехватили. - Вам надо быть осторожнее со своими ушами, принцесса, - ласково раздалось за спиной. Пальцы, хозяин которых, верно, знал о том, как расстегиваются и застегиваются такие серьги, осторожно делали свое дело. Литавра безвольно опустила руку вдоль тела, чуть задевая свободную юбку платья. - Да какая я вам принцесса? – тихо обронила она. – Принцесса без королевства... Тонкие пальцы пробежали по нежной женской шее. Голос был чертовски знаком Лите, но обернуться она побоялась. - Глупости все это, Ваше Высочество, - устало отозвался незримый собеседник. – Вы, знаете ли, сейчас чуть не повредили себе ухо со злости... – он вздохнул. – Дайте мне ваши серьги. Не понимая, зачем ему это, девушка подняла руку, держа в ней тяжелые серьги-дождики, увенчанные на кончиках камешками изумрудов. - Нет, - терпеливо пояснили ей, - не эти серьги. Те, которые вы в кармане всегда носите. Литавра вздрогнула. - З-зачем они вам?! Я не... - Я просто вдену их в ваши уши, не бойтесь, - к мочке правого уха, горячего из-за слишком резкого обращения с ним, снова прикоснулись тонкие умелые пальцы. Кажется, они были несколько грубоватыми, но оттого не менее осторожными. Девушка почти судорожно сгребла серьги с балюстрады в ладонь, при этом едва не сломав ноготь, и снова нелепо протянула руку назад, потому как по-прежнему боялась оборачиваться. Голос был приятным, знакомым до дрожи в коленках. Кажется, когда-то давно именно он нашептывал ей о звездах, когда его обладатель и юная принцесса сбегали с шумных балов. Литавра не хотела оборачиваться только потому, что боялась разочарования. Это ведь не ее лорд. Хотя он никогда ей и не принадлежал... - Так вот что за серьги, - обладатель знакомого голоса и грубовато-аккуратных пальцев был, кажется, приятно удивлен. – А если бы моим подарком стали звезды, вы берегли бы их также трепетно, принцесса? Плечи Литы напряглись и тут же устало поникли. Незнакомец со знакомым голосом вдел ей в уши самые дорогие сердцу сережки и тихо усмехнулся, целуя девушку в макушку и чувствуя, как она вздрагивает всем телом, все-таки решаясь к нему обернуться. Глаза у неожиданного собеседника были такими же синими, почти искрящимися от счастья. Грубоватые тонкие пальцы почти привычно скользнули, лаская, по нежной девичьей шее, спускаясь к предплечьям. - Так это все-таки ты... Звездный лорд порывисто прижал девушку к себе, стискивая в поистине медвежьих объятиях. Она по-прежнему пахла дождем и зеленой листвой. И она была его настоящей Литой. - А кто еще может знать об истории этих серьг, принцесса?