Маньяки сближают

С момента похищения Анны прошло пять дней. Весь город стоял на ушах. Городовые по несколько раз проверяли все дома и помещения. Заходили в самую чащу леса, но девушки нигде не было. Время оставалось все меньше и меньше... По обыкновению трупы находили через семь-десять дней после похищения, и никому не хотелось думать, что и Миронову может постичь та же участь. Штольман сейчас больше чувствовал себя игроком, чем следователем. Ярость от безысходности вселяла страх всем, кто входил в кабинет следователя. О том, чтобы ему перечить не могло быть и речи. Городовой, который не уберег Анну, вообще старался не попадаться на глаза... Коробейникова тоже стали бояться... Штольман хороший учитель... Он ездил по городу в поисках Анны. Для него эта девушка была предметом восхищения, и не бояться за нее он не мог. Он переживал и за других дам, похищенных маньяками, но одно дело когда посторонние, а другое - знакомая. Тревожность никого не отпускала даже на секунду. Она лишала сна и предавала сил, снова и снова бегать по городу и в окрестностях. Девушку в управлении знали хорошо и ее всегда, было приятно видеть, поэтому даже без приказов городовые прочесывали самые страшные закоулки. В доме Мироновых, естественно, нормально не спали. Маменька в сердцах винила Петра... Дядюшка и сам ощущал вину за пропажу любимой племянницы, но сделать уже ничего не мог. Он старался вспомнить хоть маленькую деталь, которая поможет следствию... Все тщетно... Отец по нескольку раз на дню бегал к Штольману - новости были те же. Но не только эти все люди беспокоились за девушку. Элис тоже... Она спрашивала у доктора Милца: "Что с Анной?" "Почему Анна не приходит ко мне" Доктор отвечал уклончиво, что мол все хорошо, и Анна скоро придет. А сама Анна без сознания, с глубокими ранами на ногах, сидела в заброшенном доме подвале. Когда ее только привезли в подвале, были еще несколько девушек, но они быстро закончились... И они принялись за саму Анну. Иногда, ненадолго, ее оставляли одну... Она слышала городовых, но сил крикнуть уже не было...

***

Так прошло еще три дня. За эти восемь дней прибавилось еще два трупа... И с каждым часом становилось все страшнее и страшнее... Время поджимало... Семь дней уже прошло. На девятый день прибежал городовой и сообщил, что нашли еще один труп. На этот раз ехать на место преступления было страшно... Картина, открывшееся следователям была страшна. Изуродованный и почти сожженный труп внушал ужас. Рядом с ним лежала записка и сумочка жертвы. Впрочем они всегда оставляли вещь, помогающую опознать жертву. Открыв листок, Яков увидел, что записка написана в том же стиле, что и прошлая, только на этот раз записка гласила "Игра окончена." Городовой передал Штольману и Коробейникову зеркало с инициалами. После прочтения Антон Андреевич, опустился на землю, а у главного сыщика упала трость из рук, и силы были только сказать, чтобы послали за родственниками... У самого Якова закрылись глаза, и казалось, остановилось сердце. На зеркале красивыми буквами была гравировка "Анна Миронова"...