By my side

— Мать Вашу Юпитер, Вы что тут устроили?! — Катце в истерике мечется по кухне, на ходу тщетно пытаясь прикурить сигарету дрожащими пальцами. — Мм… Опыты? — неуверенно предполагаю я, стараясь выглядеть достаточно мило, чтобы выжить. — На кой черт они Вам сдались?! Вы же всю кухню разнесли! — я начинаю опасаться за психическое здоровье моего рыжего друга. — Во-первых, не всю — холодильник и кофеварку я не трогал… — И на том, блин, спасибо! -… А во-вторых, если бы ты подписывал свои приборы, было бы куда проще! — авторитетно заканчиваю я, уверенный, что Катце сам виноват.       Но Катце, как выяснилось, в этом не уверен. — Но как, КАК можно было за три часа устроить на кухне Апокалипсис?! Почему на потолке останки помидора?! — Это не помидор, а опытный образец номер один, — уточняю я, втягивая голову в плечи. — Ах, значит, еще и номер два есть?! И, не дай Бог, три и четыре! И где же они, позвольте осведомиться? — у рыжего, казалось, вот-вот пар из ноздрей пойдет… — Ну, образец номер два застрял в тостере — зато я выяснил, что это тостер! — Так, тостер вычеркиваем… — Откуда? — интересуюсь я. — Из списков уцелевших! — рявкает Катце. — И как Вы только умудрились его туда запихать, ума не приложу… Дальше! — Опытный образец номер три… Эээ, в общем, электрочайник тоже можешь вычеркнуть… — Еще образцы есть? — Нет, опытный образец четыре попал в микроволновку и отлично запекся! Было вкусно. — А первый что на потолке делает? — спрашивает бывший фурнитур уже спокойнее — ему удалось закурить. — Я положил его в то, что оказалось миксером, и нажал максимальную скорость… А закрывать не стал — надо же вести наблюдения! Мне этот проклятый… как ты его назвал? Помидор?.. Чуть глаз не вышиб!       Катце устало хлопает себя по лбу, скрывая невольную улыбку, и я ощущаю, что он больше не сердится. — Ну, как там дела в мире? — я приближаюсь и осторожно кладу руку ему на плечо, все еще боясь разозлить. — Пока спокойно. Ясон опасается поднимать всех на уши — тогда ему придется признаться, что он сделал. Но, будьте уверены — как только он подберет формулировку, не пятнающую его репутацию, мы окажемся под ударом.       Не мы, Катце. Ты. Я мертв, умерших не объявляют в розыск. И ты знаешь… Как же я тебя подставил…       Я тянусь к нему в приступе благодарности и сожаления… Не знаю, просто обнять или что-то большее — но вдруг мир исчезает во вспышке ослепительного света…       … Колючая проволока врезается в запястья — медленно, миллиметр за миллиметром, сначала вдавливая, а потом вспарывая кожу в нескольких местах одновременно… Так медленно, что я не выдерживаю и кричу, вызывая у Ясона улыбку мрачного удовлетворения… Его руки тоже поцарапаны, но он закручивает проволоку все сильнее, не обращая внимания на собственную боль… Хотел бы и я иметь столько силы внутри… Но ее нет, и я малодушно кричу, едва переводя дыхание, когда он чуть ослабляет хватку… Передышки такие слабые и короткие, что я ощущаю их лишь на уровне рефлексов… И жду новой, ее все нет, становится лишь больнее, больнее…       Но это уже не кажется таким реальным. Где-то в глубине души я знаю, что рыжий спасет меня из этого кошмара. Пока я знаю это, Ясону не победить.