Ночная гостья +159

Фемслэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между женщинами
Ориджиналы

Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Драма, Психология, Философия, Даркфик, POV, Hurt/comfort
Предупреждения:
Смерть основного персонажа
Размер:
Макси, 76 страниц, 18 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Пустота и боль. Это прекрасно» от Виктория Ворон
«Очень хорошая работа!Интересно» от Gabrielle X
Описание:
Что такого должно произойти с человеком, чтобы он прекратил общаться со всеми, основательно замкнулся в себе и не снимал с себя чёрных одежд? Именно таким вопросом и задаётся М., переведясь в новую школу и встретив там странную девушку, которую все прочие считают изгоем.

Посвящение:
Посвящается городу на болотах.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Любые совпадения с реальностью - не случайны. Все герои имеют реальных прототипов. Если Вы случайно узрели в этой истории себя и даже описания города и прочего показались вам знакомыми - надеюсь, вы никогда не узнаете моего имени и не найдёте меня. Приятного прочтения, если оно будет таковым.

Глава пятая. К. - 2

12 января 2013, 02:44
Когда с тобой происходит какая-нибудь романтическая история, больше походящая на сюжет мелодрамы или женских романов – понять, что это реальность не так уж просто. Ты не можешь уснуть – ложась и накрываясь с головой одеялом можно только думать о происходящем и тихонько вздыхая, мечтать о дальнейшем развитии романа. Представлять все эти встречи, прокручивать в голове диалоги, придумав слова для всех действующих лиц и раз за разом вспоминать уже случившееся. Так было и со мной.
Школа, тренировки и, наконец, родной дом с ожидающей меня постелью. Когда влюбляешься, в голову не лезет ничего, кроме глаз, скул, и, пожалуй, ещё губ… Кроме тех редких и прекрасных мгновений, когда вы остаётесь наедине и всё прочее отходит на второй план, когда ты слышишь беспокойное дыхание человека, который сводит тебя с ума. И он находится всего в нескольких сантиметрах от тебя. Всего в нескольких сантиметрах – вот что крутится в голове. Протяни руку и ты почувствуешь тепло человеческого тела, ощутишь гладкую ровную кожу.
После того поцелуя прошла неделя. Целая неделя незаметно брошенных взглядов, тайных вздыханий и игнорирования прямого контакта. Б. занималась на тренировках, как и обычно. Так же жизнерадостно скакала по залу, гоняя мяч и забивая один гол за другим и всем своим видом показывая тотальное равнодушие ко всему происходящему. По утрам, в раздевалке, она, как и раньше здоровалась со мной, так же, не стесняясь, переодевалась, так же невзначай дотрагивалась до меня во время игры. Посмотреть на неё – и можно подумать, что совсем ничего не произошло, но я-то помню…
Для меня это был период переживаний и слёз. Я думала, а что, если это был просто мимолётный порыв, поддаваясь которому она поцеловала меня, а сейчас жалеет? Думает, как бы выкрутиться и избежать разговоров на эту тему, чтобы всё стало, как и было до этого. Разве её поведение не говорит об этом? Или оно обозначает нечто другое? Например, попытку замаскировать своё смущение и крайнюю степень стыда?
Больше всего в это время меня тревожила мысль, что это неправильные отношения, ведь с самого детства нам твердили, что любой женщине необходимо обзавестись мужем, собакой и парочкой детишек. Жить жизнью обыкновенной домохозяйки, днями стряпая обеды осточертевшему мужу и детям, донимавшим своими криками. Дожидаться его с работы и ко всему прочему пытаться выглядеть всё такой же привлекательной и сексуальной. Или я не права. Знаю, что во мне слишком много сексизма и шовинизма, но я с малых лет была именно такой. Может быть, любовь к девушкам была заложена во мне с самого рождения, ведь учёные до сих пор не дали однозначного ответа на вопрос врождённое это или приобретённое.
Раньше я встречалась не с одним парнем. Мы обнимались и целовались, как положено, но я ничего не испытывала. Нейтральное отношение ко всем ласкам и ухаживаниям, даже льстивые слова и клятвы в вечной любви не могли растрогать меня; они казались мне какими-то смешными, а парни ещё слишком маленькими, не готовым к взрослой жизни и длительным настоящим отношениям. Меня раздражали их жёсткие мускулистые тела с кубиками пресса, от которых обычно визжат девчонки. Они были слишком твёрдыми, не соблазнительными, я не представляла, как можно целовать это тело, как можно спать с парнем? Не то чтобы у меня было отвращение к ним, нет, они просто не нравились мне, и я не хотела никаких экспериментов с противоположным полом в этом плане. Иное дело – девушки. Высокие и низкие, худенькие и слегка полноватые – они были такими милыми и нежными. Их тела переполняла изящность и грациозность, в их плавных походках угадывались мягкие кошачьи движения, аккуратно подведённые глазки двигались во всех направлениях и безошибочно стреляли по понравившимся мишеням, мне нравились их холёные миниатюрные ручки, с аккуратными ноготками, покрытыми всевозможными цветовыми вариантами лака. Мне нравились именно женственные девушки – с их очаровательными личиками, маленькими губками, которые так и притягивают восхищённый взор. Они знали как, что и с чем носить, как подчеркнуть свои выгодные стороны и спрятать от посторонних глаз свои недостатки. Девушки много часов уделяют своей фигуре, изнуряющим тренировкам и мучительным диетам, но оно того стоит – они были неподражаемо шикарны. Их тела были мягки и упруги, кожа была гладкой, как у младенца. Изгибы тела зачаровывали своей сексуальностью, округлые бёдра, осиная талия, грудь.
Такое тело хотелось прижать к себе, и гладить, обнимать, целовать и ни в коем случае не отпускать. Вот поэтому любить мужчин казалось мне дикостью – за что? За брутальность или мужественность? Мне это было не по вкусу.
Вожделенным взором я следила за Б., представляла её в своих объятиях, и еле успевала отвести взгляд, когда она поворачивала ко мне голову.
Развязка нашей с ней истории произошла спустя две недели. Мы снова занимались в том зале, как обычно и бывало по субботам, но только в этот раз погода была хмурая, моросил лёгкий дождь, на небе собирались тёмные тучи, да и моё внутреннее состояние полностью соответствовало этому. Изнемогая от мучивших меня вопросов, я не спала ночами, без конца ворочаясь на кровати, поворачиваясь то так, то эдак, то вообще вставая и подходя к окну, чтобы взглянуть на чёрное небо. Обычно я засыпала только к утру, измотанная и нервная, в конце концов, почему она так мучает меня? Неужели она не понимает, что мне тяжело оставаться в неведении при моих чувствах.
Первая симпатия к ней появилась у меня ещё год назад, когда она пришла к нам в команду вся такая взъерошенная, как воробушек и смешная. С вздёрнутым носиком и озорными глазами. В ней можно было разглядеть маленького непоседливого ребёнка, которого очень хочется приструнить и поставить в угол. Дружелюбная и забавная, она, быстро нашла среди наших девочек подруг и приятельниц, одна я стояла особняком от них, серьёзно поглядывая на неё, что, скорее всего и отпугивало это улыбающееся дитя. Так как произошло, что эта маленькая девочка обскакала меня в решительности и сделала первый шаг? А я стояла, поджав колени, как первоклассница и густо краснела от её прикосновений. Ох, уж эти дети.
Играя с ней в одной команде, мы не могли не сблизиться, мы болтали на тренировках и потом вместе возвращались домой, целых десять минут находясь вместе в автобусе. Эти 600 секунд были для меня чем-то особенным, отделённым от моего привычного существования.
Словом, это была моя первая влюблённость. Самая настоящая, та самая, когда теряешь аппетит и сон, страдаешь и грустишь. Поэтому когда она поцеловала меня, я оказалась на пике блаженства. Я так давно хотела прикоснуться к этим губам… И я считала, что рано или поздно я сделаю это, но каждый раз мне не хватало смелости на этот шаг. Согласитесь, это было рискованно, ведь я не хотела потерять её дружбу, а значит, и единственную возможность видеться и говорить с ней, если бы она восприняла мой шаг в штыки, что оставалось бы мне делать, как попытаться это объяснить? С другой же стороны, во мне теплилась надежда, что она испытывает смежные с моими чувствами и поцелуй я её, она ответила бы мне и нас ожидал бы счастливый финал, но…
Но всему помешал тот день. Осенний, но солнечный, который я запомнила навсегда. Вспоминая который у меня по телу пробегали мурашки, а в голове раздавался её голос «Не знаю». Кто же будет знать за тебя, девочка, ведь сама я тоже в неведении.
Однако вернёмся к пасмурному дню и лужам на пыльном асфальте. Я без труда добралась до зала, выскочила из автобуса и трусцой пробежалась до входа – я забыла прихватить зонт, а перспектива промокнуть меня отнюдь не привлекала.
В раздевалке уже было несколько девчонок, которые уже переоделись и теперь обсуждали какой-то популярный фильм, посмеиваясь и рассказывая о забавных персонажах. Я быстро скинула влажную толстовку и джинсы, натянула шорты и футболку, отметив про себя, что в зале будет немного холоднее, чем здесь, и я продрогну.
Дверь внезапно распахнулась и в неё практически вбежала Б., радостно размахивая пакетом с одеждой для игры.
- Всем привет! – поздоровалась она с присутствующими.
Со всех сторон послышалось «Привет» и я, чтобы не отставать, тоже промямлила «Здравствуй».
- Эй, чего такие хмурые? Никто ж не умер – тут она состроила гримасу ужаса – Или я чего-то не знаю?
- Да ты что! Сплюнь! Все живы, здоровы и вполне счастливы – белокурая девочка обвела взглядом всех сидящих – А вот ты чрезмерно перевозбуждённая.
- Просто хорошее настроение, зануды – бросила она и двинулась в лавке, небрежно закинув на неё свой пакет.
Когда она переодевалась, то никогда не стеснялась, она могла беззастенчиво рассекать по раздевалке в одном только лифчике и трусиках, хватая других за футболки и пытаясь их стянуть. Сегодня она медленно разделась, аккуратно сложив свою белую юбку и кофту на лавку и проворно накинув форму. Она ей чертовски шла и она об этом знала, как, впрочем, и все прочие, ведь именно они засыпали её кучей комплиментов.
Мы сидели и ещё долго о чём-то болтали, пока не дождались всех членов команды, и тренер не вошёл к нам с бодрым «На выход, девочки, пора показать «Фаренгейтам» класс.». Все поднялись и пошли на выход и в раздевалке остались только мы вдвоём.
- Эй, вы идёте? – нервно спросил тренер.
- Да, сейчас. К, только поможет мне кое с чем. Мы скоро придём – ответила за нас двоих Б.
Тренер удивлённо на нас взглянула и вышла, захлопнув дверь и посоветовав нам шевелиться.
- Что это было? С чем это я должна тебе помочь? – я вопросительно вскинула брови.
- Я просто хотела с тобой поговорить.
- О чём? – мой голос прозвучал взволнованно.
- Ты понимаешь меня.
- Ладно, давай.
- Понимаешь, тот день и то…что произошло..это..понимаешь, это не так просто объяснить.
- Конечно, понимаю.
- И, тем не менее ждёшь от меня объяснений?
- Да.
- Ну, хорошо. Пусть будет так – она сделала тяжёлый вздох – Ты мне нравишься – и выдохнула.
На моём лице сама собой появилась улыбка.
- Ты мне тоже.
- Правда? – её лицо просветлело – Я рада.
- И…и..что мы теперь будем делать?
- Встречаться! Что ещё делать двум людям, которые нравятся друг другу?
И тут я выдала наиболее банальную фразу, которая только могла быть в такой ситуации:
- Но мы же обе девочки…
Они хитро прищурила глаза:
- В прошлый раз тебе это не очень помешало.
- Верно.
- Хочешь повторить?
И не дожидаясь моего ответа, она прильнула ко мне и поцеловала. Я обхватила её талию руками и прижала к себе, пытаясь ощутить каждый изгиб её тела. И тут, по закону подлости и как обычно случается в фильмах, а моя жизнь в последнее время напоминала именно фильм, дверь открылась и в комнату вошёл тренер, да так быстро, что мы едва успели отскочить друг от друга.
- И чем это вы тут занимаетесь?
«Она помогала мне распутать волосы», «Я щупала лоб на наличие температуры» - одновременно произнесли мы и покраснели от стыда.
- Хм, ладно, в любом случае, марш заниматься!
И мы вышли из раздевалки следом за тренером.