Ночная гостья +154

Фемслэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между женщинами
Ориджиналы

Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Драма, Психология, Философия, Даркфик, POV, Hurt/comfort
Предупреждения:
Смерть основного персонажа
Размер:
Макси, 76 страниц, 18 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Пустота и боль. Это прекрасно» от Виктория Ворон
«Очень хорошая работа!Интересно» от Gabrielle X
Описание:
Что такого должно произойти с человеком, чтобы он прекратил общаться со всеми, основательно замкнулся в себе и не снимал с себя чёрных одежд? Именно таким вопросом и задаётся М., переведясь в новую школу и встретив там странную девушку, которую все прочие считают изгоем.

Посвящение:
Посвящается городу на болотах.

Публикация на других ресурсах:
Мне всё равно.

Примечания автора:
Любые совпадения с реальностью - не случайны. Все герои имеют реальных прототипов. Если Вы случайно узрели в этой истории себя и даже описания города и прочего показались вам знакомыми - надеюсь, вы никогда не узнаете моего имени и не найдёте меня. Приятного прочтения, если оно будет таковым.

Глава седьмая.

31 января 2013, 19:37
Когда я открыла глаза – была глубокая ночь. В голове до сих пор крутился сюжет моего кошмара. Я в широком белом, чуть ли не прозрачном платье, без обуви. Я быстро бегу по тёмному громадному лесу, больно натыкаясь босыми ногами на шишки и корни, спотыкаясь, загребая грязную землю ногтями и корчась, снова поднимаюсь и бегу. Сначала я не понимаю от кого или чего я бегу, но ясно было одно – бежать, бежать. Без оглядки бежать и ни за что не замедлять бег. Главное, убежать как можно дальше, выбраться из этого леса и попасть в безопасное место.
Сердце колотится с бешеной частотой, ноги путаются. Мне кажется, что я сейчас потеряю сознание – вот ещё немного и упаду замертво. А вокруг лишь страшный лес, безотрадно тёмный. Высятся исполинского размера деревья, что кажется, кронами они задевают небо. Сквозь их скрюченные, как костлявые руки, ветви плывёт бледная луна, освещая лес своим зловещим светом.
Через каждые два метра я падаю, а почва тут рыхлая, испещрённая маленькими дырочками, из которых высовываются жирные земляные черви, извивающиеся и копошащиеся. Рядом с ними пробегает ещё полдюжины мерзких насекомых с мохнатыми лапками и маленькими узкими тельцами. Я вскакиваю, как ошпаренная и стараюсь больше не упасть, представляя себе этих отвратительных гадов.
Тут всё озаряется желтоватым матовым светом – я поворачиваю голову назад и, наконец, вижу своего преследователя. Это высокий человек в костюме арлекина, держащий в длинной руке большой старинный фонарь. Он не бежит и даже не ускоряет шаг, он медленно, но уверенно идёт за мной, будто точно знает, что куда бы я не побежала, куда бы ни старалась спрятаться он обязательно поймает меня – и от этого становится ещё страшней, чем если бы он действительно бегом гнался за мной.
Я не могу увидеть его лицо – оно скрыто за маской, но мне почему-то кажется, что на нём играет злая ухмылка. Да, именно так. Злая ухмылка человека, уверенном в успешном окончании своей погони.
Он приближается, теперь он не так далеко от меня, хотя я бегу, а он еле шагает. И вот, я поворачиваюсь к нему спиной, но вижу, как он протягивает ко мне руку и кладёт её на моё плечо. В этот момент я просыпаюсь.
В комнате удушливо жарко, я откидываю одеяло в сторону и стараюсь отдышаться – состояние точно такое, как если бы я в реальности убегала от кого-нибудь. Я смотрю в сторону – на часах три часа ночи. Отлично, я проспала свою долгожданную вечеринку, на которую меня так старательно зазывал внутренний голос. Ребята, наверное, очень весело отдохнули, как это обычно бывает на подобных попойках. Сигареты, алкоголь – всё самое запретное, а значит, привлекательное для подростков, вообразивших себя взрослыми. Это их особый мир, и переступившим его черту – обратно дороги нет, ты взрослеешь раз и навсегда. И больше уже никогда так заманчиво не предстанет перед тобой перспектива напиться и пофлиртовать с кучей девчонок, совершить десяток глупостей и получить за это наказание от родителей. Тут действительно всё дело в запрете, а вернее в нашем желании обрести свободу, хотя мы даже не можем однозначно сформулировать её определение. В детстве мы все думали, что стоит нам стать взрослее жизнь станет по-настоящему счастливой, мы сможем покупать только то, что нам нравится, есть, что захочется. Время прошло и вот мы взрослые и что изменилось? Получив возможность воплотить свои прежние мечты, мы потеряли к ним интерес. Получается, нам нужно лишь ощущение свободы, но не сама свобода. Мы обманываем самих себя, но как же это сладко, как приятно.
Однако, я уже утратила это чудесное ощущение и для меня вечеринка – просто вечеринка, а потому и жалеть о том, что я её проспала – было бессмысленно. «Лучше бы мне сейчас подняться, чем-нибудь заняться, а потом снова лечь» - подумала я, и окончательно отойдя ото сна, встала с постели. Но ничего не лезло в голову – я всё думала о своём сне, а заниматься чем-либо было настолько невыносимо, что мне пришлось снова лечь. Проворочавшись до шести часов утра я, наконец, уснула всего на час.
И вот снова учебный день. Кофе, утро, хмурые лица – до безобразия наскучивший картина будней. А ещё понимание того, что это самое счастливое время из предстоящего. Школа, университет, работа. Звучит страшно. Особенно для таких оторванных от остального общества, как я. Всё не так, всё не по-людски.
Сегодня не слишком морозно. Вчера выпал снег и на улице изумительно красиво. Эта невинная белизна, ещё не запятнанная грязью из луж талого снега, брызгами от машин и мусором. Небо всё такое же бесцветное, как и бывает зимой. В это время года создаётся впечатление, что землю поместили под огромный стеклянный купол. Время – восемь часов семь минут – я медленно иду в школу.
***
Пыльные люстры распространяют унылый свет, придавая кремовым обоям особый оттенок. За окном всё так же темно – в голову лезут странные мысли. На уроках всегда можно думать о чём угодно, только не о самих уроках. О жизни, смерти, Р., себе, школе, одноклассниках – тем сколько угодно.
М. зло посматривает на меня, наверняка сердится, что я не пришла на их вечеринку, а Р. тихонько сидит на задней парте, уставившись в одну точку. По ней видно, что сегодня она тоже не спала – под потускневшими глазами большие тёмные синяки, усталый вид, уголки губ, как всегда, слегка опущены вниз. Изредка она оборачивается и посматривает на часы, висящие на задней стене класса. Мне нестерпимо хочется дотронуться до неё прямо в эту минуту. Р. выходит из своего оцепенения и смотрит мне прямо в глаза, должно быть, заметила, что я за ней наблюдаю, я резко отворачиваюсь и делаю вид, что увлечена уроком. Я уже не маленькая, но такие вещи по-прежнему меня смущают, я не могу прямо смотреть в глаза человеку, который мне нравится – мне кажется, что он может прочесть все мои мысли.
Всё оставшееся время я не оборачиваюсь и не смотрю на неё – вдруг она решит, что я вообще слежу за ней, или что я ненормальная.
Звонок. Я забрасываю учебники в рюкзак, но остаюсь за партой, пока Р. не выйдет из класса, но как только она скрывается в дверном проёме, я резко встаю и иду следом. В моей слежке нужно быть максимально осторожной, ведь я хожу за ней повсюду, постоянно приглядываю. Я – её тень. По крайней мере, мне очень бы этого хотелось.
Она останавливается возле кабинета иностранного языка и устраивается на полу возле батареи. Поза лотоса, сумка рядом, а в руках плеер и книга. С безразличным выражением на лице она переворачивает одну страницу за другой.
К ней подходит шайка тех парней, которые обычно издеваются над всем, что движется, и все её участники кольцом окружают сидящую на полу маленькую фигурку. Она озадаченно вскидывает голову, как будто не понимает что происходит, а рослый парень с сальными свисающими волосами, одним ловким движением выхватывает у неё книгу.
- Так-с, посмотрим, что тут у нас – громко произносит он и смотрит на обложку. – Ремарк? Что за бред?
Она тянет руки в попытке отобрать книжку, но окружавшие её парни бьют по ним.
Моё тело прожигает острая боль, как если бы меня саму ударили, в крови вскипает ярость. На ум сразу приходит всё та же история с парнем, которого я даже не пыталась защитить и я понимаю – медлить нельзя, бездействие убийственно. Кто они такие, чтобы прикасаться к ней? Какое они имеют право? И какое имеют право все остальные равнодушно наблюдать за происходящим?
На этот раз я мало думала о том, что меня могут причислить к изгоям и преследовать уже меня, о том, что моя помощь может показаться ей унизительной, что я не смогу помочь, нет, ни о чём этом я не думала, когда твёрдым шагом приближалась к участникам разгоревшегося конфликта.
Парень стоял ко мне спиной, поэтому я смогла обойти его сбоку и выхватить книгу, он повернулся и ошалелым взглядом окинул меня снизу вверх.
- Ты ещё кто такая? – недовольно пробурчал рядом стоящий.
- Не трогайте её! – рявкнула я под неодобрительные взгляды всей этой кучки.
Парень заметно заинтересовался появлением новой мишени и теперь уже рисовал в своём воображении чем можно меня задеть.
- Тогда быть может нам переключиться на тебя?
- Может быть. – он явно не ожидал такого ответа.
- Кхм…на первый раз мы тебя простим, крошка, и будем надеяться, что ты не повторишь своей ошибки, а то будет плохо. – немного поразмыслив он добавил – и не только тебе.
Затем он обернулся к своим приятелям:
- Уходим, ребята.
И они удалились то и дело оборачиваясь и пялясь на меня, будто бы я была новым экспонатом в музее. А я повернулась к Р. и протянула ей книгу, она неуверенно взяла.
- Спасибо – услышала я голос, от которого у меня по телу побежали мурашки.
- Не за что.
И я вошла в класс. Первая победа за мной. Они оставили меня в покое только лишь потому, что не ожидали такого разворота событий – обычно их все боялись и забивались по углам при их появлении, но на самом-то деле банда суровых накачанных хулиганов была ни чем иным, как сворой трусов. Вместе они разрушающая сила, но поодиночке – ничто, однако в одиночестве никто никогда и не оставался. Все члены группы вступались друг за друга, как брат за брата. Разумеется, это происходило вне школы и потому ускользало от пытливого взгляда директора, или же тот старательно делал вид, что ничего не замечает. В сущности, от этого дело не менялось. Я застала их врасплох, шокировала и они отступили. В следующий раз будет, определённо, сложнее, но я всё равно её не оставлю. Ни за что. Эту девушку никто не посмеет обижать, пусть даже это будет стоить мне собственного физического и морального здоровья.
В продолжение этого учебного дня я несколько раз ловила на себе взгляд Р. , она будто пыталась раскусить меня, узнать что я за человек и стою ли её драгоценного внимания. Теперь мы обе, похоже, были заинтересованы друг в друге. Я пыталась узнать кто она, а она понять меня и мои намерения. Неплохое начало.