Empire State of Mind

— Неаккуратно. Лу Хань зарычал, сдерживая себя от порыва схватиться за что-нибудь и бросить в сотрудника. — Заткнись. У них нет никаких веских доказательств против меня, только беспочвенные предположения. — Тем не менее, что-то привело их к тебе. Ты всегда наказываешь своих клиентов и конкурентов за неосторожность — а теперь посмотри на себя, — насмешливо сказал Минсок. Он мог заметить, как взъерепенился босс — редкое зрелище, и быть свидетелем такого для брюнета было настоящей роскошью. Лу Хань всегда был слишком спокойным и собранным, но сейчас, похоже, он не собирался успокаиваться. Не тогда, когда Минсок использовал против него его же любимое оскорбление. — Несколько фотографий тел, которые они нашли, и шпионаж за мной при использовании записей с камер видеонаблюдения, а затем помещения всего этого в одну папку, не говорит ничего определённого о том, что у них что-то на меня есть, — настаивал Лу Хань. Секретарь вздохнул. — Ты прав — но полиция определённо положила на тебя глаз. Что ты собираешься делать? — Залечь на дно, — ответил Лу Хань. — Это самое большее, что я могу сделать в данный момент. Если авторитетные фигуры продолжат пропадать без вести после того, как началось расследование, это только вызовет больше подозрений. Мне придётся отказаться от некоторых запланированных мероприятий и переложить всё на партнёров. Они, вероятно, тоже захотят скрыться, если полиция окажется достаточно смелой, чтобы вмешаться в дела моей компании. — Я чувствую, что тоже должен быть обеспокоен, ведь если тебя поймают, меня загребут вместе с тобой, — размышлял Минсок, поставив руку под подбородок и опираясь на неё. — Но я в страхе от того, что даже великий генеральный директор Lu Corporation может совершить ошибку. — Это не ошибка, — огрызнулся Лу Хань. — Полиция просто начала сильно наглеть. Они не найдут на меня ничего, что бы могло связать меня с теми смертями — я в этом уверен. — А что если кто-то проболтается? — Я покину эту страну раньше, чем полиция получит ордер на обыск, а ублюдок, который донесёт на меня, будет мёртв. Минсок с отвращением нахмурил брови. — Я никогда не устаю удивляться тому, насколько эгоистичным и уверенным ты можешь быть в собственных возможностях. — Я должен быть, — усмехнулся Лу Хань. — Благодаря этому я всё ещё жив. Секретарь с недоверием покачал головой и склонился над столом, скрещивая руки. — А что ты собираешься делать с полицией? — немного нервно спросил Минсок. — Нам нужно поглядывать за ними. Мы должны следить за своими действиями и их, чтобы убедиться, что они ничего против нас не замышляют. Мы всегда должны быть на шаг впереди, — объяснил Лу Хань. — Для проверки ты должен будешь внедряться к ним в систему время от времени. — А ты разве не должен нанять свою обычную команду для такого? Я ведь не профессионал. — Нет, но ты довольно хорош. Зачем нанимать кого-то ещё, когда я могу заставить тебя бесплатно выполнять эту работу? — самодовольно отметил Лу Хань. — А ты не боишься, что я напортачу, и тебя раскроют? — Нет. Ты не напортачишь. Я работал с тобой достаточно долго, чтобы понять, что ты перфекционист. А ещё ты не станешь ставить под угрозу свою текущую должность, потому что тебе нужны деньги, а если меня арестуют, ты потеряешь источник дохода. Ты не бросишь меня на съедение волкам, — Лу Хань сложил локти на столе, положив подбородок на суставы, и улыбнулся. — К тому же, я нужен тебе. Минсок покраснел и немного поёрзал в кресле. Он фыркнул и вернулся к своему ноутбуку, продолжая расшифровку остальных файлов. — У них есть записи с камер видеонаблюдения, на которых есть ты, — сменил тему секретарь. — Но, как ты и подозревал, ничего серьёзного. В качестве доказательств у них есть только фотографии людей, которых ты убил. — Всё в порядке — есть несколько людей, заботящихся о слишком раздражающих конкурентах, которые слишком— — Неаккуратны, — перебил Минсок, снова используя любимое слово наркобарона и ссылаясь на предыдущий разговор по поводу невнимательности Лу Ханя. Даже не глядя он мог практически услышать, как босс застыл. — Да, неаккуратны. Если полиция нароет что-то на тех парней, это не должно привести ко мне. Но мы не можем рисковать, если они подозревают меня, так что нам остаётся только сидеть и наблюдать. Их разговор был прерван телефонным звонком. Лу Хань наблюдал за сотрудником, который рылся по карманам в поисках телефона. Идентификатор вызывающего абонента на экране показывал «Сехун», и Минсок улыбнулся про себя, не замечая проницательного взгляда босса. Он ответил на вызов и встал, чтобы выйти из офиса и не беспокоить наркобарона. — Да? Сехун? — спросил Минсок, открывая двери. — А, Пинки! Ой, подожди, уже Брауни, всё время забываю. — Нет, Минсок, — с улыбкой сказал брюнет, прислоняясь к стене в коридоре. — Имена переоценивают— — Тогда кто ты? — Минсок не смог справиться с вырывающимся наружу смехом. — ... Это хороший вопрос. Придумай сам. — Ладно, договорились. Кстати, ты что-то хотел? — А! Просто хотел спросить тебя, свободен ли ты сегодня вечером. Мы не виделись с тех пор, как прилетели из Пекина. Получается уже... три месяца как? Не отдаляйся так, — скулил через телефон блондин. — Я хочу тусоваться, хватит уделять столько внимания только Лу Хаанююю. — Ладно, ладно, — ещё сильнее засмеялся секретарь. — Я скажу Лу Ханю, что сегодня вечером мы собираемся встретиться. — Ехет, — весело произнёс Сехун. — Сегодня мы смотрим фильмы, так что выбери что-нибудь. До встречи, — блондин повесил трубку. Минсок вопросительно уставился на телефон, думая, о каких «мы» говорил блондин. Минсок был уверен, что парень имел в виду себя и его, но фраза звучала так, будто он подразумевал кого-то ещё. В любом случае, брюнет просто пожал плечами и сунул телефон обратно в карман. Это ведь был Сехун — эксцентричный и временами странный. Минсок не собирался размышлять. Секретарь медленно открыл офисные двери, стараясь быть тихим, чтобы не мешать боссу — не то чтобы это было важно, потому что как только он открыл двери, его резким рывком потянули внутрь. Он издал удивлённый и неистовый звук, когда споткнулся и потерял равновесие. Сильные руки быстро поймали его, двери позади захлопнулись, и Минсок был прижат к дереву — и всё это в считанные секунды. Он ахнул, когда пытался отдышаться. Из-за небольшого испуга сердце заколотилось в груди. Он поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как босс близко наклоняется, и вздрогнул, когда тяжёлая рука хлопнула по двери около его головы. — Это был Сехун? — спросил Лу Хань пугающе спокойным тоном, который служил контрастом его властной и холодной ауре. Минсок мог почувствовать, как начинают дрожать его колени. Он ненавидел, когда Лу Хань заставал его врасплох. От этого он сходил с ума. — Д-да, — коротко ответил он. Секретарь плотно прижался к двери, когда Лу Хань наклонился ещё ближе, и отвёл взгляд в сторону. Он мог практически чувствовать дыхание Лу Ханя на своей щеке. От него пахло мятой. — И о чём же вы говорили? — продолжал спрашивать наркобарон, подступая ближе. Он позволил одной ноге проскользнуть между бёдер парня, чувствуя, как они сжимаются. Он почти улыбнулся, когда старший не стал сопротивляться прикосновениям к своим бёдрам. — Он... он хотел потусить сегодня вечером, — пробормотал Минсок. Его дыхание пошатнулось, когда он почувствовал, как губы Лу Ханя щекочут его челюсть. Его руки рефлекторно поднялись вверх, хватаясь за рукава костюма босса. — Мм, — промычал Лу Хань. — А ты хочешь? Минсок кивнул, закрывая глаза и наклоняя голову, когда Лу Хань начал целовать его шею, плотно прижимаясь губами. Темноволосый посасывал кожу прямо под ухом, из-за чего сотрудник задрожал. — Кому ты принадлежишь? — спросил директор. — Тебе... — почти шёпотом ответил Минсок. Голова казалась невесомой. В животе искры возбуждения начали завязываться в узел. Руки наркобарона пробежались по бокам, кружась вокруг бёдер и обхватывая ягодицы. Прежде, чем он понял, его подняли вверх без особых усилий. Когда он оказался на руках босса, Лу Хань пахом прижался к его члену и снова пригвоздил к двери. Для баланса Минсок руками обхватил плечи Лу Ханя. Наркобарон снова целовал его кожу, покусывал чувствительную плоть зубами и с рвением ставил засосы. Голова Минсока наклонялась каждый раз, когда губы Лу Ханя касались его шеи. Языком босс оставил мокрый след от начала горла и до самого подбородка. Минсок содрогнулся. В конце концов парень добрался до рта брюнета, и со вздохами их губы встретились. Поцелуй был коротким, и, прежде чем Минсок понял, наркобарон отстранился и опустил брюнета обратно на пол, а затем прошёл к своему столу. Секретарь в замешательстве смотрел на босса, удивляясь, почему тот остановился так внезапно — это на него не похоже. Его вопрос нашёл ответ, когда Лу Хань, быстро порывшись в ящике стола, достал флакон смазки и бросил его секретарю, который неумело поймал его. Темноволосый прислонился к краю стола, повернувшись лицом к сотруднику, и посмотрел на него с хитрой улыбкой. — Сегодня я хочу смотреть, — просто сказал наркобарон. Потребовалось немного времени, чтобы Минсок понял, что Лу Хань имел в виду, и его щёки быстро порозовели. — Смотреть? — беззвучно повторил Минсок. — Так точно, — подтвердил Лу Хань. Он поудобнее откинулся на руках. — Здесь? — Да, здесь. Напротив меня будет лучше всего. Раздевайся. Я хочу, чтобы ты был на полу и открылся мне. Минсок содрогнулся, не в силах справиться с теплом, растущим между ног. Он замешкался, так как никогда раньше не делал ничего подобного. Это было в новинку. — Ну? — поторопил наркобарон. — Мне весь день тебя ждать? Секретарь прикусил нижнюю губу, желая отказаться, но в то же время какая-то его часть чувствовала, что он должен был сделать то, что приказал парень. Вопреки здравому смыслу он сделал шаг вперёд и оказался в центре кабинета. Он опустил взгляд на мягкий ковёр. Минсок уронил флакон со смазкой на пол и начал медленно расстёгивать пуговицы жилета. Он слышал, как Лу Хань похвалил его, довольный послушанием брюнета. Минсок старался не думать о том, как сильно ему нравилось, когда босс называл его хорошим мальчиком. Когда он расстегнул рубашку, тонкая ткань касалась его торса, и Минсок дрожащими руками опустился к брюкам, задерживаясь на пряжке ремня. — Продолжай, — приказал Лу Хань. Брюнет нервно сглотнул — и это было нелепо, ведь босс видел его обнажённым уже столько раз — но было что-то необычное в том, чтобы добровольно раздеваться перед парнем, что-то новое в том, что Лу Хань наблюдал, а не делал всё самостоятельно. Секретарь напрягся, вдыхая через нос, и расстегнул ремень. Лязг металла эхом раздался в необычно тихом кабинете — и, казалось, стал ещё громче от того факта, что Лу Хань так пристально наблюдал. Брюнет опустил штаны до лодыжек и осторожно шагнул вперёд, избегая взгляда босса. Его пальцы скользнули под резинку нижнего белья, и он снова замешкался, но вдруг подумал «ай, похуй» и быстро стянул с себя лишнюю ткань. Лу Хань улыбался, его глаза были наполнены очевидной похотью, так же, как и напряжение в его губах. Он подбородком указал на пол. Когда Минсок встал на колени, наркобарон сдвинулся со своего места и прошёл к одному из диванов, чтобы иметь лучший обзор. Он сел, скрестил ноги, сложив руки на коленях, и с интересом посмотрел на старшего. Минсок вылил немного смазки себе на пальцы, втирая жидкость между ними, чтобы согреть, и сел на ягодицы, согнув колени и поставив их вместе. Он никогда не делал этого прежде — разумеется, он и раньше мастурбировал, но ещё никогда не трахал себя пальцами. Об этом было неловко думать, и Минсок чувствовал, как его лицо загорается ярко-красным. Он медленно раскрыл ноги. Унизительно, но его член уже начал вставать, и взгляд на босса сказал, что тот уже смотрел на его постепенно встающий член и подрагивающее отверстие. Пальцы брюнета медленно опустились вниз. Брюнет прижал один палец ко входу, медленно потирая вокруг, пока всевозможные мысли заполняли его голову. Было на удивление мягко, и, когда он надавил, кончик легко вошёл внутрь. Минсок прикусил щёку. — Чего ты ждёшь? Продолжай, — послышался голос Лу Ханя, призывая Минсока к действию. Секретарь наклонил голову вниз, застеснявшись, и ввёл палец ещё глубже. Он чуть больше развёл колени, и его губы приоткрылись, когда отверстие засосало в себя палец по самые костяшки. Всегда ли было так мягко? Всегда ли отверстие растягивалось с такой лёгкостью? Минсок мог почувствовать, как стенки сжимаются вокруг пальца, на удивление плотно, учитывая тот факт, насколько безболезненно он вошёл внутрь, где было тепло и мягко. Отверстие сжималось вокруг пальца, желая большего. От ощущения Минсок застонал, и возбуждение бросилось к его члену, который уже полностью встал и дёргался под пристальным взглядом босса. Секретарь шатко вздохнул, его ноги рефлекторно раскрылись, и он медленно начал водить палец. Это было приятно — недостаточно, чтобы можно было довести себя до оргазма, но достаточно, чтобы отправлять приятные ощущения к конечностям. Он расслабился, изменяя положение и откидываясь назад на одной руке, и продолжил двигать пальцем внутри себя. Он смотрел себе между ног, наблюдая за пальцем, исчезающем внутри собственного тела. В каком-то смысле это было захватывающее и эротичное зрелище, и, прежде чем он сам понял, Минсок начал быстрее двигать пальцем, захваченным тем, как легко отверстие принимало его в себя. — Добавь второй. Внезапная команда вырвала Минсока из оцепенения, и он поднял голову, чтобы посмотреть на босса. Он почти забыл, что Лу Хань был там, поэтому инстинктивно свёл ноги вместе. — Ничего подобного, Минсок, — строго сказал Лу Хань. — Ты должен устроить шоу. Какой смысл, если я ничего не вижу? Минсок прикусил губу, понимающе кивая, и заставил себя снова расставить ноги. Он поднял их выше, подставив колени ближе к груди, и опёрся на руку. Он вытащил палец, дрожа, и его глаза сразу же метнулись вниз, чтобы посмотреть. Палец выскользнул с влажным звуком, отверстие расширилось, будто желая заполниться снова, а затем сжалось. Брюнет облизнул губы, и расположил два пальца у входа. На этот раз пальцы были встречены некоторым сопротивлением, но, как только он ввёл их полностью, они начали скользить так же легко. Два пальца ощущались болезненнее, чем один, и брюнет поморщился, когда ввёл пальцы по костяшки. Он немного поводил ими в стороны, чтобы позволить себе привыкнуть к ощущению, и его тело достаточно быстро привыкло, особенно при участии смазки. Минсок снова начал медленно двигаться и понял, что уже через несколько толчков его тело привыкло, и он двигал пальцами быстрее, так как жжение прошло, и желал большего. Он снова посмотрел на босса, отрывая взгляд от влажных пальцев у входа. Лу Хань наклонился вперёд, сидя на диване, и поставил локти на колени, сосредоточив взгляд на паху Минсока. Брюнет почувствовал, как пальцы на ногах напрягаются, и первая волна удовольствия пробежалась по спине. Парень громко застонал, и это не осталось незамеченным. Лу Хань и Минсок встретились взглядами. От проницательного взгляда Минсок задрожал ещё больше, не в силах отвести глаза, и начал двигать пальцами ещё быстрее. Его бёдра начало потряхивать, и Минсок приоткрыл рот от удовольствия. Он чувствовал, как горят его уши, и был уверен, что лицо такое же красное, как вишня. В конце концов он разорвал зрительный контакт и посмотрел вниз. Кожа у входа порозовела от растяжения и трения, и он внезапно вытащил пальцы, так как любопытство заполнило его. Он надавил подушечками у входа, а затем потянул по бокам, растягивая отверстие. Минсок испустил непроизвольный возглас, когда мягкая плоть так легко раскрылась. Мышцы задрожали, пытаясь закрыться — похоже, они были готовы к третьему пальцу. Минсок слышал, как босс выругался себе под нос, и ему не нужно было смотреть, чтобы понять, что Лу Хань наслаждался тем, что видел. Сотрудник быстро ввёл в себя три пальца и вздрогнул от заполнения. Он закрыл глаза, его бёдра тряхнуло. Он не остановился и начал в быстром темпе толкать пальцы, постанывая и упиваясь вульгарными влажными звуками. Но этого было недостаточно. Было приятно, но это не смогло бы довести его до оргазма. Он тянулся и тянулся, но его короткие пальцы не могли погрузиться настолько глубоко, насколько Минсок жаждал. Кончики его пальцев едва задевали простату, и он задыхался от расстройства, двигая пальцами ещё быстрее. Присутствие Лу Ханя практически потеряло свой смысл — брюнет совершенно забыл о боссе. Он со стоном вытащил пальцы и в следующие несколько секунд перекатился на бок, положив колени на ковёр, и одной рукой обнял себя за живот. Он приподнял ягодицы и снова опустил руку вниз, быстро вводя внутрь три влажных пальца и застонав при заполнении. Он прикусил кожу на запястье, скуля, и начал двигаться немного быстрее. Это было приятно — но, тем не менее, не настолько, насколько хотелось бы. Каким-то образом удовольствие начало расти, и Минсок подбирался к оргазму. Его ноги приподнялись с пола, пальцы ног и колени зарылись в ковёр, и брюнет выгнулся, громко стоная. — Минсок, — вдруг заговорил Лу Хань. Его голос прорезался сквозь стоны Минсока и влажные звуки двигающихся пальцев. Рука скользнула в сторону, онемевшая, и парень грудью прижался к ковру. Его ягодицы до сих пор находились в воздухе, повёрнутые к боссу. Отверстие всосало в себя воздух и сжалось. Минсок задыхался, с его члена уже капала смазка — он был так близок. — Ты в первоклассные проститутки подался, а? — со смешком спросил Лу Хань. Минсок старался не всхлипнуть при оскорблении, но его бёдра дрожали так сильно, медленно покачиваясь и желая продолжения, что Минсок не был уверен, что сможет придумать убедительный аргумент против обвинения наркобарона. — Вставай. Иди ко мне. Минсоку потребовалось секунда или две, чтобы осмыслить команду, но в конце концов он опёрся на руки, уже готовый ползти, так как ноги ужасно тряслись. Ему всё-таки удалось встать и, хоть и медленно, он побрёл к боссу и сразу же упал ему в колени. Его подбородок прислонился к ногам Лу Ханя. Он испустил довольный вздох и закрыл глаза, когда почувствовал, как босс провёл холодной рукой по его волосам, а затем двинулся вниз по горящей щеке. — Похоже, ты наслаждался, — с улыбкой размышлял Лу Хань. — Тебе понравилось? Растягивать себя для меня — позволить мне смотреть, как ты трахаешь себя. Секретарь хотел сказать нет, но опять же, тогда бы Минсок соврал. Ему было стыдно. Брюнет застенчиво кивнул, не смея взглянуть на босса, так как знал, что парень смотрит на него с самодовольной улыбкой. Он услышал звук расстёгивающегося ремня, молнии, а затем шорох одежды. Когда Минсок открыл глаза, Лу Хань вытащил свой член — уже вставший и слегка покрасневший у головки. Он был опухшим и толстым, и Минсок ненавидел то, как реагировало его тело — оно завибрировало наливающейся теплотой, а во рту собралась слюна. — Открывай, — сказал Лу Хань. Секретарь повиновался, раскрывая губы и принимая головку. Язык с нетерпением приветствовал знакомый член. Рот открывался шире, когда наркобарон нажимал на голову Минсока больше, заставляя его принять глубже. Он остановился, когда почувствовал, как головка касается задней части его рта, и Минсок начал извиваться. Парень смотрел на босса большими влажными глазами, и темноволосый застонал при виде. — Ты можешь трогать себя, но только при условии, что будешь хорошо справляться с моим членом, — сказал Лу Хань с улыбкой и ещё раз провёл пальцами сквозь мягкие волосы сотрудника. Минсоку не нужно было повторять дважды. Он опустил взгляд и начал водить головой взад-вперёд по члену Лу Ханя, издавая тихие стоны. Он смачивал ствол своей слюной и с нетерпением посасывал. Вскоре он больше не смог сдерживаться и опустил руку себе между ног, пальцами прижимаясь ко входу. Он вздохнул и захныкал. Его веки трепетали, пока он сосал член и быстро двигал пальцами в себе. Он так сильно хотел этого. — Господи, Минсок, — выдохнул Лу Хань и застонал, когда увидел, как сотрудник трогает себя. — Блять, какое зрелище — продолжай, — похвалил наркобарон и перевёл руку на затылок брюнета. Минсок взглянул вверх и снова вернулся к делу. Секретарь наклонил голову в сторону и заглотил член чуть-чуть глубже. Дыхание Лу Ханя перехватило, и он застонал. Его бёдра затряслись от внезапного действия брюнета. Он выругался, когда губы Минсока закрылись вокруг его члена, погружаясь всё ниже и ниже, пока не прижались к его животу. Толстый член пульсировал прямо в горле Минсока. По щеке брюнета побежала слеза, его тело вздрогнуло, и он немного подавился. Он отстранился, оставив во рту только головку, и начал посасывать её. Его язык игрался с уздечкой в течение нескольких секунд, а затем он снова заглотил член целиком — на этот раз с меньшим усилием — и заставил горло расслабиться и открыться члену босса. Минсок выдавил беспомощный стон. Глубокое заглатывание члена послало дрожь к паху, и парень начал двигать пальцами в себе ещё быстрее. Ему хотелось дотянуться до простаты. Он остановился и начал двигать бёдрами верх-вниз, чтобы обеспечить лучшее проникновение, пока его голова с жадностью наклонялась перед Лу Ханем. На это раз Лу Хань выругался ещё громче и плотно обхватил пряди Минсока, пока его дыхание подрагивало, а вибрация от стонов сотрудника стимулировала удовольствие. Кого вообще такое не заведёт? Наркобарон шипел сквозь зубы. Он немного дёргал кулак, в котором были зажаты волосы Минсока, а другой рукой вцепился в подлокотник дивана, не в силах оторвать взгляд от Минсока, сосущего его член и скачущего на своих пальцах, словно это было жизненно важно. В моменты, когда глаза брюнета открывались, они были полны слёз, расфокусированы и затуманены удовольствием — он был невероятно близок к оргазму. Но Лу Хань не унимался и продолжал наслаждаться, контролируя свой оргазм. Он расслабился, закрыв глаза, и начал прислушиваться к неаккуратным звукам, выскальзывающим изо рта сотрудника. Стоны становились громче, и наконец брюнет остановился, всё его тело сильно затряслось и замерло. Парень застонал с членом во рту, прижатым к горлу. Лу Хань посмотрел вниз. — Ты кончил? — спросил он. На своё удивление, Минсок покачал головой. Всё его тело вибрировало, без сомнения находясь на самом пике. Лу Хань ослабил хватку на волосах Минсока, ласково поглаживая его по голове. — Хороший мальчик. Продолжай, — Минсок поднял взгляд на наркобарона, глядя на него с мольбой, и ещё больше слёз потекло по его щекам. Трудно было выказать брюнету милость, когда его умоляющие и влажные глаза выглядели такими грешными, а губы так красиво растянулись вокруг члена. — Ты слышал меня, — сказал Лу Хань с дразнящей улыбкой и запрокинул голову. — Я ещё не закончил. Минсок неохотно начал снова двигаться по длине, чуть-чуть медленнее, чем раньше. Послышался влажный звук, когда Минсок вытащил пальцы, на что Лу Хань цокнул языком. — Кто сказал, что ты можешь остановиться? — спросил он, отчего Минсок замер. Наркобарон знал, что поступает жестоко. — Я не говорил тебе, что ты можешь вытащить их. Продолжай — и не кончай. Сотрудник всхлипнул. Его бёдра дёрнулись, когда он неохотно ввёл в себя три пальца, содрогаясь при заполнении. Лу Хань ворковал, побуждая его к продолжению. Он был доволен послушанием брюнета. Наркобарон наблюдал, как Минсок снова начал вбирать в себя его член. Длина начала заходить в горло намного легче, чем раньше. Парень извивался на своих пальцах, но гораздо медленнее, чтобы замедлить подступающий оргазм. Но у Лу Ханя было намного больше опыта в контроле, чем у старшего, и вскоре из-за непрерывной стимуляции Минсока снова начало потряхивать. Его тело напряглось, ища расслабления, но Минсок каждый раз сдерживался. Брюнет плакал, и при каждом заглатывании слышались удушающие звуки. Слёзы текли по его щекам, пока он трогал себя. Его рука уже начала уставать. Даже малейшего прикосновения к простате было бы достаточно, чтобы подтолкнуть его к краю, хотя раньше этого было недостаточно. Бёдра Минсока дёрнулись, и из члена потекла смазка. Пальцы замерли внутри, и он почти вскрикнул, сжимая зубы. Лу Хань застонал — давление зубов только подстегнуло его. Он провёл большим пальцем по щеке секретаря. Его рука следовала за отчаянными движениями парня. — Блять... так хорошо, чертовски удивительно, — пробормотал себе под нос Лу Хань. — Всё в порядке, ты можешь кончить. Давай, Минсок. Брюнет закрыл глаза, пальцы повернулись внутри, и его бёдра тряхнуло, прежде чем он начал двигаться вверх-вниз. Он бы зарыдал, если бы не член во рту. Его тело неустанно гналось за оргазмом. Он кончил на ковёр, окрашивая его в белый, за несколько секунд до того, как Лу Хань излился ему в рот. Он опустил голову, измученный, и позволил боссу кончить ему в горло. Мышцы ритмично сжимались вокруг члена, и Минсок проглотил сперму. Уставшие, пальцы Минсока выскользнули из тела, и рука припала к полу. Брюнет был уже не в состоянии держать равновесие, поэтому опустился на пол, садясь на ноги. Член Лу Ханя выскользнул из его рта с влажным, непристойным чпоком. Сперма потекла по подбородку. Щекой парень припал к бедру босса, опираясь на него, и проглотил оставшуюся жидкость, а затем приоткрыл губы, тяжело дыша. Его тело всё ещё подрагивало после оргазма. Лу Хань успокаивающе провёл рукой по его голове, убаюкивая парня в полусознательное состояние. Тело Минсока насытилось, член больше не пульсировал и не ныл от нужды, а отверстие не желало большего. Теперь Минсок просто пытался успокоить дыхание после настолько сильного оргазма — без сомнения, он был таким из-за слишком долгого сдерживания. Должно быть, он ненадолго уснул, так как следующее, что понял Минсок — его голову приподняли, и чьи-то губы сомкнулись на его собственных. Это был мягкий вознаграждающий поцелуй. Губы наркобарона двигались томно. Минсок приоткрыл рот, когда почувствовал язык наркобарона. Его дыхание задрожало, и тёплая мышца проникла в его рот, пробуя остатки спермы, которую Минсок проглотил. — Увлекательно, — пробормотал Лу Хань в губы Минсока. *** — Привет, — поздоровался Сехун, когда распахнул дверь в свою скромную квартиру. — Ты намного позже, чем я думал. — Прости, мне пришлось остановиться дома, прежде чем прийти, — сказал Минсок с извиняющимся смешком и почесал затылок, пальцами проводя по слегка влажным волосам. Разумеется, он не пошёл бы к Сехуну сразу после того, что произошло в офисе. Он был липким от пота, а его бёдра были испачканы в смазке. Он бы никуда не пошёл, если бы не принял душ. — Ладно, ничего страшного. Ты выбрал фильм? — спросил блондин и отошёл в сторону, чтобы дать Минсоку войти. — Я заказал пиццу. Её привезут с минуты на минуту. — Нет, прости, я так ничего и не придумал, — Минсок вошёл внутрь и носками снял обувь, оглядывая жилище друга. Он впервые находился здесь. Как и ожидалось, было слегка неопрятно. Грязи не было, но, как и в номере отеля, на кухне были разбросаны пустые бутылки из-под воды, а на спинке дивана висел свитер. То, что привлекло внимание секретаря больше всего, так это три собаки, выглядывающие через окно балкона. Они виляли хвостами, радуясь новому посетителю. Минсок ахнул, почти завизжал. — У тебя есть собаки!? — в недоумении спросил брюнет, не в силах отвести от них взгляд. — Не, они не мои, — ответил Сехун и закрыл за собой дверь. Он прошёлся по квартире, шаркая шлёпанцами по полу. — Друг попросил понянчить их, — он открыл раздвижную дверь на балкон, и собаки вырвались наружу навстречу незнакомцу. Минсок опустился на колени к энергичным щенкам и попытался погладить всех троих сразу, пока каждый из них подпрыгивал, пытаясь лизнуть Минсока в лицо. — Они такие милые! — воскликнул Минсок, завлекая всех троих в свои объятия. Парень запрокинул голову, когда щенки начали пускать слюни у его подбородка, и захихикал. — Это же пудели? — Э-э, кажется, — ответил Сехун, пожимая плечами. — Я никогда не спрашивал его об этом. Их зовут Чангу, Монгу и Чана, — сообщил долговязый парень, пока указывал на каждого из щенков. — Аа, такие милые! Привет, Монгу, да? Ты такой большой мальчик! — сказал брюнет, гладя пушистый живот пса. — Ну, так как ты не выбрал фильм, у нас нет другого выбора, кроме как смотреть «Холодное сердце». — Ладно, меня устраивает. Мне нравится этот мультфильм. Блондин замер, глядя на Минсока пустым взглядом. Брюнет был слишком занят игрой с собаками, чтобы заметить осуждающий взгляд парня. — Тебе нравится «Холодное сердце»? — Да, я думаю, что он милый. Ещё мне понравился саундтрек. — ... Я предложил его в шутку. Я не думал, что он на самом деле тебе нравится, — признался Сехун. Минсок поднял голову, нахмурившись, и уклонился от Чаны, пытающейся лизнуть его в губы. — Если тебе не нравится фильм, зачем предлагать его? — спросил секретарь. — Нет, я не говорил, что он мне не нравится... Но многим людям не особо. — Так тебе нравится? Сехун отвёл взгляд. — Да, и что с того? — промямлил блондин, явно смущённый, в отличие от Минсока, тем, что ему нравится детский мультфильм. Он зашагал к телевизору и начал копаться в ящиках, чтобы найти купленный DVD. Брюнет рассмеялся и встал, следуя за другом. — Я сделал попкорн, разве кино можно смотреть без попкорна? — Сехун вставил диск в Xbox и озвучил консоли команду включить видео. Он двинулся на кухню — собаки взволнованно побежали за ним. — Хочешь ещё чего-нибудь? — Нет, попкорна будет достаточно, — ответил Минсок и упал на диван, который не имел ничего общего с белой кожаной мебелью Лу Ханя. Подушки были хорошо взбиты, и Минсок практически утонул на сидении — диван буквально поглотил его, но в каком-то смысле это было по-домашнему уютно, и Минсок быстро освоился. Сехун практически допрыгал до дивана с миской попкорна в руках, когда вступительные титры уже начались, и упал рядом с секретарём. Попкорн разлетелся во все стороны (который собаки жадно слизали), и Минсок зашипел, когда его придавили к подлокотнику. Перед тем как Минсок успел пожаловаться, Сехун протянул что-то непонятное брюнету в лицо, что Минсок уже видел однажды, так что узнал, что это такое. — Это считается как «ещё чего-нибудь»? — спросил блондин, крутя трубку с самодовольной улыбкой. Минсок почувствовал, как уголки его губ приподнимаются, и он игриво оттолкнул Сехуна в сторону. — Вот же паршивец. — То есть ты не хочешь? — дразнил Сехун, перекатывая трубку между пальцами. — Я не сказал нет, — смягчился Минсок. Сехун засмеялся, поставил миску с попкорном брюнету на колени и потянулся в сторону, копаясь в тумбочке рядом с диваном, а затем вернулся назад на место с пакетиком травки. — Так и знал, — сказал Сехун с самодовольной улыбкой. Каждый из них сделал по затяжке из трубки Сехуна, и гостиная квартиры быстро пропахла сильными испарениями. Минсок отвёл собак в спальню и закрыл дверь, так как ему стало жаль бедных животных, которым пришлось страдать из-за их непохвальной привычки. Ему нравилось курить в компании Сехуна — это напоминало ему о тех ленивых днях в отеле Пекина. Тогда он был не в очень хорошем состоянии, но Сехун помог ему пройти через это. Теперь он мог по-настоящему расслабиться и насладиться компанией блондина. Они расслабились на диване, озвучивая строчки и цитаты из мультфильма, которые заучили наизусть, и пропели вместе первую песню. Спустя 30 минут фильма раздался стук в дверь. — О, — оживился Сехун и подпрыгнул с дивана. — Это пицца, — парень побежал к двери и широко раскрыл её. Минсок, сидя на диване, наблюдал за блондином, который потянулся, чтобы схватить коробку с пиццей из рук доставщика, а затем сразу же закрыл за собой дверь. Минсок уронил челюсть. — Сехун! Доставщик начал стучать в дверь, крича по ту сторону. — Проклятье, Сехун! — послышался приглушённый голос парня. — Да шучу я, шучу, — Сехун снова открыл дверь, глядя на нахмуренное лицо доставщика. — Как делишки, Чонин? — Не как-делишкай мне тут, это грубо, — пожаловался парень по имени Чонин. Он наклонился, принюхиваясь. — Вау, а ты времени зря не терял. Я думал, что ты хотя бы меня дождёшься. — А, ну, просто Сокки уже есть, так что я вроде как не один курил, — сказал Сехун и отошёл в сторону, жестом показывая на секретаря. Минсок растерянно помахал, не зная, кем является этот незнакомец, или в каких отношениях он состоит с Сехуном. — А, тот Минсок, о котором ты вечно болтаешь? Привет, — Чонин весело помахал рукой в ответ, широко улыбаясь и показывая свои идеально ровные белые зубы. — Да. Сокки, это Чонин — мой друг и наш несчастный доставщик пиццы. Входи, — Сехун перевёл взгляд с Минсока на друга, схватил его за запястье, потянув в квартиру, и закрыл за собой дверь. — Подожди, Сехун, даже если он твой друг, разве ему не нужно на работу? Ты не можешь просто втащить его сюда, — спросил Минсок, полностью сбитый с толку внезапным поворотом событий. — Да не, мы всё время так делаем, — объяснил блондин и толкнул Чонина в гостиную. Парень был одет в красную униформу. — Всякий раз, когда Чонин получает вызов на мой адрес, его менеджер сразу знает, что он уже не вернётся. Но ведь я даю приличные чаевые. — Где мои детишки? — спросил Чонин, взглядом обводя комнату. — В спальне. Минсок не захотел, чтобы они кайфанули вместе с нами, — ответил Сехун и схватил трубку. — Пассивное курение тоже вредно для здоровья, Сехун, — нахмурился Минсок, и Чонин одарил парня благодарным взглядом. — Видишь? Он, по крайней мере, заботится о них, — сказал улыбающийся парень и сел на диван. Сехун устроился между друзьями и положил коробку с пиццей на столик перед ними. — Да, да, только вот вы оба курите со мной травку, лицемеры, — жаловался блондин и глубоко затянулся. Чонин протянул руку, когда парень закончил, и Сехун передал ему трубку, не сказав ни слова. Минсок подался вперёд, чтобы взять кусок пиццы. — Как вы познакомились? — спросил секретарь, с любопытством глядя на, казалось бы, покладистого парня. С первого взгляда Минсок никогда бы не подумал, что Чонин может курить травку. Сехун — возможно, но только не этот мягкий парень. Он и Сехун казались полными противоположностями — но опять же, Минсок, вероятно, тоже не выглядел как курильщик: дерьмо случается. — Мы ходили в один университет, — ответил Чонин. — Ходили? — Сехун рано выпустился. — Ехет. — А, точно, ты упоминал, что выпустился раньше, хотя тебе только 21, — Минсок кивнул головой. — Так ты на самом деле умный? — Грубо, — сострил Сехун и схватил кусок пиццы. — Бухгалтерское дело было до нелепого лёгким. — Именно поэтому тебе нужно было пойти вместе со мной на танцевальное отделение, — заговорил Чонин. — О, ты танцуешь? — секретарь наклонился вперёд, глядя мимо Сехуна и встречаясь с парнем взглядом. — Да, — ответил темноволосый. — Два года уже. Если бы я не стал танцором, я хотел бы нянчить собак, ну или что-то типа того. Минсок рассмеялся, думая, что это была шутка, пока не понял, что Чонин говорил серьёзно. Он неловко кашлянул и улыбнулся. — Могу представить тебя собачьей нянькой. Монгу, Чангу и Чана просто очаровательны. Чонин заметно оживился на комментарий брюнета, улыбаясь парню, пока Сехун не прервал момент. — Да, но теперь ты танцор, который продал душу дерьмовой пиццерии, чтобы заплатить за обучение. — Эй, доставка пиццы ещё нормально. А вот обслуживание клиентов — вот это уже сомнительно. — Могу только представлять, почему, — с улыбкой сказал Сехун, многозначительно глядя на друга. Танцор начал смеяться и ударил его в плечо, шутливо споря. Минсок улыбнулся на их взаимодействие и потянулся через их колени, чтобы взять трубку. Прикончив почти целый пакетик травки, они закончили «Холодное сердце» и пришли к окончательному выбору, включив «Игру престолов». Трио невероятно накурилось. Сехун даже не мог злиться, когда Минсок упомянул, что не смотрел ни одной серии популярного телешоу. Они развалились на диване, поедая пиццу и крендели и запивая содовой, пока Сехун и Чонин пародировали голоса персонажей и заставляли этим Минсока хихикать. В какой-то момент кому-то в голову пришла прекрасная идея достать алкоголь — чья это была идея, Минсок не мог сказать наверняка, но следующее, что он помнил — они смешивал алкоголь с их содовой и опрокидывали стаканы один за другим. По крайней мере, они перестали курить — ну, Сехун не особо. Он снова закурил трубку и сделал вдох, опускаясь глубже на диване, прежде чем позволил себе упасть, располагаясь на коленях и животе Минсока. Брюнет не возражал — просто сложил ноги на ноги Сехуна и погладил рукой по его волосам. Их тела запутались ещё больше, когда Чонин решил лечь рядом, ногами обнимая тело Сехуна и переплетаясь с телом Минсока. Было удобно — Минсок приятно укурился, и другие двое — тоже. Чем больше алкоголя они употребляли, тем больше брюнет узнавал о Чонине. Он был милым парнем с большими мечтами, у которого было слишком мало денег, чтобы превратить их в жизнь. Но он, по крайней мере, был страстным человеком и полной противоположностью Сехуну, который был не только умным, но и имел финансовую поддержку со стороны родителей. А ещё блондин был апатичен к какому-либо виду работы. — Просто приходи и помоги преподавать в студии, — скулил Чонин, ссылаясь на свою вторую работу, где в дневное время, пока у него не было занятий, он учил детей танцевать. — У тебя хорошо получится. Ты танцуешь хип-хоп даже лучше, чем я. Вроде как. — Может быть, — лениво ответил Сехун и сделал ещё один глоток из стакана. Парни всё быстрее пьянели, их языки заплетались, и они уже не могли составлять членораздельные предложения. Это было мило, и Минсок не мог перестать улыбаться. — Ты всегда можешь попросить Лу Ханя о работе. Он жалуется, что у него нет денег или спальни, чтобы нанять кого-то ещё, но он лжец. Он всегда может использовать свою руку помощи, которая справляется с его ужасными файлами. Я мог бы влезть в систему и изменить файлы регистрации, если Лу Хань не завалит меня другой работой, — предложил Минсок. — Да похуй, я всё равно не хочу работать на Ханя. Имею в виду — да, может, я бы так не возражал, но просто не хочу этим заниматься, потому что моя мама пилит меня именно по этому поводу, — жаловался блондин. — А платят хорошо? — спросил Чонин с места, на котором развалился. — Да, очень хорошо, — ответил секретарь. — Я в деле. Я бы работал на него, даже если бы пришлось быть простым дворником. Уборка это такая пре... прес... блять, как там это слово— — Престижная, — помог Минсок, хихикая. — Да, это — это слово. Уборка, за которую платят, лучше, чем доставка пиццы. — Да где угодно платят больше, чем в доставке пиццы, — невозмутимо заявил Сехун. Парни рассмеялись, и голова Сехуна начала подпрыгивать на животе Минсока, когда брюнет затрясся. Они то начинали говорить, то прекращали, и так до самого утра. Напившись, младшие отрубились на диване. Минсок попытался выбраться из массива тел и немного склонился, когда встал. Но он не был настолько пьян, чтобы быть не в состоянии стоять на ногах. Они отложили пакетик с травкой около часа назад, и с этой мыслью Минсок пересёк гостиную и направился к конкретной двери. Он открыл её и заглянул внутрь, увидев трёх собак, отдыхающих на кровати Сехуна. При скрипучем звуке открывающейся двери, уши собак оживились, и две из них подняли головы. Как только они увидели Минсока, то спрыгнули с кровати и начали возбуждённо приветствовать брюнета. — Эй, — заворковал Минсок, глядя их снова. Монгу пробежал мимо него и помчался в гостиную к дивану, где спал его хозяин. — Простите, что мы держали вас тут так долго, — извинился секретарь. Он встал и выпустил собак. Монгу свернулся в объятиях Чонина, в то время как Чана и Чангу улеглись рядом на полу. Секретарь улыбнулся и вытащил телефон из кармана, чтобы сделать фото. Он сделал много снимков в течение ночи, и даже снял видео, где Сехун очень оживлённо обсуждал кита, витающего в космосе, которого он позиционировал как своего лучшего друга. — Он мой хранитель, — эмоционально шепнул блондин, безучастно глядя на экран телевизора, когда ещё один персонаж в шоу умер. В галерее телефона находились все драгоценные воспоминания, которые Минсок хотел сохранить. Начиная от рисунка на кофе, заканчивая спящими на диване друзьями в компании собак. В жизни у него было много хорошего. Брюнет не хотел забывать. Он не мог дождаться, когда покажет фотографии своей матери. Телефон Минсока зазвонил, и знакомое имя высветилось на экране. Было почти три часа ночи. — Да? — ответил он, заметив, насколько невнятной стала его собственная речь. Он вразвалочку дошёл до кровати Сехуна и рухнул на неё. — Ты уже едешь? — послышался голос Лу Ханя. — Я пил, — прямо заявил брюнет. — Ты пьёшь на каждой прогулке? — Послушай, — пробормотал Минсок. — Я не планировал пить. Я просто пришёл повеселиться, а одни вещи привели к другим вещам, и я курил, курил, ну и накурился, ладн'? Не будь такой занудой. — Ты курил? — спросил наркобарон. — Только немножк'... — застенчиво признал сотрудник. Он услышал, как по ту сторону трубки Лу Хань вздыхает. — Я пошлю за тобой Тао. — Не надо, не беспокой его. Я останусь тут на ночь. — Я хочу тебя. Слова поймали Минсока врасплох, и брюнет схватил простыни в кулак. Он с трудом сглотнул, стараясь игнорировать возбуждение, которое начало расти в его животе. Он должен отказаться — нет необходимости беспокоить телохранителя ещё больше. Он мог провести ночь у Сехуна, и был не обязан возвращаться только потому, что Лу Хань хотел его. — Ладно... — вместо отказа вырвалось из его рта. Две стороны его мозга начали спорить друг с другом. Адекватная сторона ругала другую, за то, что та так легко сдалась. Но было слишком поздно, чтобы забрать свои слова обратно. Лу Хань повесил трубку, и Тао уже наверняка был в пути. Брюнет сел, глядя на телефон, пока экран не погас. Парень посмотрел в гостиную. Чёрт, как же ему хотелось ещё немного кренделей. Пока Минсок ждал, он продолжил грызть крендели и смотреть «Игру престолов». Когда Тао пришёл, чтобы забрать его, он виновато улыбнулся и предложил ему выпить. Телохранитель отказался, но встал на колени, чтобы погладить собак, которые подбежали, чтобы поприветствовать его. Во время поездки в автомобиле с Тао у секретаря создалось чувство дежавю. Парня укачивало, поэтому он старался не смотреть в окно на пролетающие мимо пейзажи. Когда они вышли из машины, он почувствовал странное желание попросить Тао понести его на спине — но воздержался. Господи, он же взрослый человек. Вместо этого он помахал высокому китайцу на прощание и поблагодарил его, на что парень ответил, что это его работа. Когда Минсок вошёл в пентхаус, свет был выключен. Минсок пошёл вверх по лестнице, и ему навстречу из своей спальни вышел Лу Хань. Было уже утро — почему наркобарон всё ещё не спал? У него не было возможности спросить, так как его сильной хваткой потянули вперёд за талию. Минсок выпустил удивлённый звук, когда Лу Хань поцеловал его — как всегда требовательно. Поцелуй лишил брюнета возможности дышать. — Ты на вкус как запах ацетона, — заявил с хмурым взглядом Лу Хань. — Водка. — Дешёвая водка, — возразил наркобарон и наклонился снова, целуя мягкую кожу челюсти Минсока. — Ты и правда доверяешь Сехуну — редко ты кому-то так открываешься. — Ну, Сехун присматривал за мной, когда тебя не было рядом. Лу Хань отстранился, резким взглядом глядя в честные глаза Минсока. Босс ничего не сказал — повёл его в комнату. Секретаря прижали к кровати — его желудок затрепетал от азарта и страха, которые тут же растаяли, когда Лу Хань наклонился и на этот раз поцеловал гораздо мягче. Наркобарон потянулся и схватил галстук, висевший на кровати Минсока, который парень оставил, когда поспешно собирался. Лу Хань связал запястья брюнета, который охотно протянул руки. Его руки были связаны спереди, а не позади, как обычно. Лу Хань снял с него одежду и смазанными пальцами начал двигаться в нём. От алкоголя, всё ещё бегущего в его крови, и не выветрившейся травки, Минсок чувствовал будто он онемел, но в то же время был сверхчувствителен к каждому прикосновению. Он беспомощно стонал, пока длинные пальцы легко доставали до простаты. Он дрожал, не в силах сдержать голос. Минсок шире раздвинул ноги, и наркобарон разместился между ними. Он хныкал и начал медленно вспоминать — спутанное состояние, которое было волнующе похоже на то, в каком он был в ту ночь в казино. Он протянул руки, но его тут же успокоили мягкими и нежными поцелуями в щёки и губы. Минсок повернулся к знакомым прикосновениям, открывая рот. Он застонал, когда Лу Хань просунул язык внутрь, посасывая его собственный. Пальцы внутри него двигались томно, перекатываясь, а не просто проталкивались вперёд. Чувство было невероятным, и Минсок не мог сдержать небольшие стоны удовольствия. Он поцеловал босса, руками обвивая его шею. Когда Лу Хань потянул их прочь, Минсок был в шоке, так как увидел, как четыре пальца выходят между его ног с капающей смазкой. Он почувствовал пульсацию в члене при мысли о том, что босс смог поместить в него четыре пальца, так как чувствовались они совершенно безболезненно. — Твои уши, — вдруг сказал Лу Хань. — Они никогда не были проколоты, — больше заявил, чем спросил он. Минсок вздрогнул, когда пальцы Лу Ханя коснулись мочек его ушей. Он кивнул в подтверждение. Лу Хань улыбнулся. — Хорошо, — сказал директор и наклонился, чтобы вытереть руки салфеткой. Минсок в замешательстве смотрел, как наркобарон выскальзывает из его объятий. Он желал его, был влажным, и его ноги были раздвинуты. Что, чёрт возьми, делал Лу Хань? Босс вытащил небольшую бутылку спирта и странный предмет из своего кармана, который был странно похож на пистолет. Минсок понял, что это такое только тогда, когда парень вставил серьги на конце прибора. — Подожди, — начал Минсок, поднимаясь на локти. Он может и был пьян и укурен, но всё ещё достаточно трезв, чтобы осознавать происходящее. — Будет больно всего секунду, не волнуйся, — сказал Лу Хань и поднял пистолет, начав наводить его на ухо сотрудника. Перед тем как брюнет успел что-то сказать, рука Лу Ханя толкнула его вниз, и босс продолжил. — Я думал, каким бы способом мне тебя отметить, чтобы дать тебе напоминание о том, кому ты принадлежишь, чтобы показать другим, кто твой хозяин. Я думал обо всём, начиная от татуировки, ошейника и заканчивая пирсингом в члене. Но всё это слишком клишировано, а некоторые из способов просто глупы. Минсок почувствовал, как краснеет от слов босса. Лу Хань хмыкнул и рукой убрал чёлку с лица старшего. — Я думал о тату — мой собственный знак на твоей коже. Но мне нравится, насколько она непорочна, — голос наркобарона понизился, становясь всё более глубоким и хриплым. Парень провёл пальцами по груди Минсока, немного остановившись на соске, и продолжил путь вниз. — Никаких шрамов, совершенно чистая — я люблю то, насколько она незапятнана, даже когда из твоего тела сочится грех, пока я трахаю тебя. Брюнет застонал, его бёдра задрожали от возбуждения. — Так что я решил проколоть тебе уши. Маленькая метка, — Лу Хань снова прикоснулся к ушам Минсока, которые покраснели от смущения. Он осторожно сжал мочку. — Здесь. Минсок не мог заставить себя сказать нет. Он лёг без движения, сердце колотилось в груди, и первая игла пронзила его кожу. Брюнет слегка поморщился, но всё оказалось не так плохо, как он предполагал изначально. Алкоголь, бегущий в его крови, определённо помог. Он закрыл глаза, готовясь ко второй игле, но вместо неё в него вошёл член Лу Ханя. Его глаза распахнулись. Он издал испуганный крик, а затем выгнулся. Его удивило, насколько легко вошёл член — так сильно желало его тело. Минсок стонал, и его бёдра самопроизвольно извивались. Босс усмехнулся. На этот раз, когда пистолет пронзил другое его ухо, он почти ничего не почувствовал — слишком отвлечённый. Лу Хань отбросил прибор в сторону, глядя на свою работу. Серьги были дорогими — тщательно проработанные платиновые шпильки в форме круга с плоской поверхностью, в центре которых располагались чёрные алмазы. Они смутно напоминали Лу Ханю о Bvlgari — но эти были другими. Эти серьги были толще, эксклюзивнее — так как были созданы лично для сотрудника. Его подарок Минсоку. Его метка. Его Минсоку. Он прижал руки сотрудника к кровати над головой и сделал медленный толчок вперёд, глубоко зарываясь членом внутрь. Он почувствовал, как старший дёрнулся и сжался. Его тело реагировало на стимуляцию, и небольшие стоны начали сыпаться изо рта дрожащего секретаря. Лу Хань не спешил. Он входил медленно и томно, с правильным количеством силы, раскачивая тело Минсока. Кровать под ними тряслась от каждого толчка, и Минсок медленно сходил с ума. Когда секретарь наконец кончил — сильно, сногсшибательно — он не смог остановить дрожь в своём теле и заскулил от удовольствия, изливаясь на живот. Он кончил, пока Лу Хань шептал ему на чувствительное ухо, напоминая о метке, которую поставил. Он застонал, запрокинув голову. Слюна текла по его подбородку, пока он переживал волну за волной удовольствия. Им овладели, и в то время как что-то зудело в подкорке сознания, его тело полностью предалось этой идее. Лу Хань отпустил руки Минсока и кончил. Брюнет руками обхватил шею парня и притянул к себе, шире раздвигая ноги. Он задрожал от заполняющего его тело тепла. Он прикусил губу Лу Ханя, стоная, до сих пор чувствительный к члену внутри. Минсок уткнулся губами в ложбинку между плечом и шеей босса и начал посасывать кожу, пока они оба переживали свои оргазмы. Они перекатились на бок, и Минсок уснул в крепких объятиях Лу Ханя, чувствуя необычный вес шпилек на своих ушах. *** Минсок выругался, когда двери офиса нараспашку раскрылись. Он уставился на нарушителя и с удивлением осознал, что это был Чанёль. Теперь, когда он думал об этом, то понял, что не видел гиганта уже какое-то время — хотя это не имело никакого значения. Нет, сейчас для брюнета ничего не имело значения. Он боролся с убийственной головной болью, и пожалел о последних трёх выпитых стаканах, которые предложил Сехун. Не говоря уже о боли в талии. Медленные или нет, толчки Лу Ханя не были мягкими. — Ходи тише, — огрызнулся Минсок и посмотрел на стажёра пугающим взглядом. Чанёль повернулся к нему лицом. — Приятно слышать, что ты скучал по мне, пока меня не было, — заметил Чанёль. — Не было? Ты куда-то уезжал? — Вау, блять, не думал, что я настолько невидимый. Да, я уезжал в Тэгу, потому что дядя вызвал меня по работе. Мне сказали, что происходит какое-то дерьмо, — ответил Чанёль и посмотрел на рабочее место наркобарона. Директор казался не заинтересован разговором. — Лу Хань был неаккуратен, — заявил Минсок. Босс поднял голову и посмотрел на Минсока, сузив глаза, но брюнет решительно избегал его взгляда. — Понятно, — на этот раз презрительный взгляд получил Чанёль. — У меня есть идея — ты сказал, что поможешь мне избавиться от дяди. Так почему не попробовать повесить всё на него? Укажем на него и сделаем козлом отпущения. — Честно говоря, я думал об этом, — вздохнул Лу Хань. Он отвлёкся от работы и откинулся на спинку кресла. — Но это рискованно, и сложно, и если кто-нибудь другой решит разведать обстановку, то поймёт, что я манипулировал доказательствами. Манипуляция властями — дело хорошее, а вот использовать их против партнёра — плохое. Это может привести к войне. Если что-то пойдёт не так, я всё ещё смогу сделать это, но мне нужно подумать о том, как попасть под минимальный риск. Одно неверное движение, и вся моя компания и партнёрские отношения полетят к чёртовой матери. — Не говоря уже о том, что я до сих пор жду, пока полиция юридически объявит моего отца мёртвым, — добавил Лу Хань. — Мне нужно официально занять должность председателя. Я не хочу поставить под угрозу этот шанс, предпринимая какие-то глупые шаги, который только помогут арестовать меня или сделать мишенью для других наркобаронов. — В этом есть смысл... — согласился Чанёль, хоть и угрюмо. — Дядя всё время находится в тени, так что его сложно будет уложить. По какой-то причине он затаился. — Ну, на данный момент у полиции нет веских доказательств, так что у нас есть время, чтобы придумать план, — сказал босс, прежде чем вернуться к работе. — Кстати, с возвращением. — Спасибо, — гигант слегка улыбнулся, немного оживившись. Он обернулся на секретаря, массирующего виски. Все эти разговоры только ухудшили головную боль Минсока, и парень с презрением смотрел на кипу бумаг на столе перед собой. — Новые? — вдруг спросил Чанёль. Минсок воздержался от того, чтобы выкрикнуть «заткнись», и проницательно посмотрел на парня. — Что? — Они, — стажёр указал на уши Минсока. — Я не знал, что ты носишь серьги. — А? О... — Минсок сел немного прямее. Одной рукой он бессознательно потянулся вверх, касаясь драгоценного камня. — Да... кажется, теперь ношу. Он дёргал мочку — боль была незначительной и похожа на крошечное покалывание. Как ни странно, Минсоку начал нравиться вес на его ушах. Когда он поднял голову, то увидел, как уголки губ Лу Ханя подёрнулись в небольшой улыбке.