Из глубины веков

      Желание избавиться от человеческих голосов и запахов, стремление задавить в себе инстинкт вечно голодного хищника, благодаря которому он, напротив, всегда стремился в человеческую гущу, гнали его как можно дальше на север, туда, где бы он не встретил ни одной живой души. Сейчас в нем боролись два начала – животное, то, которое требовало пищи, которое хотело развернуться и отправиться в ближайшее поселение людей, устроить охоту и насытиться кровью и смертью; и разумное, которое говорило ему, что ни одна смерть не сможет ему вернуть утраченный смысл жизни. Ему нужна была кровь, чтобы жить, но вот зачем ему нужна была жизнь? В любой жизни должен быть смысл, а смысл его жизни покоился не одну сотню лет далеко на юге в могиле, о которой ему так больно вспоминать.       Чем дальше на север он заходил, тем яснее он мог мыслить. Теперь его не отвлекала жажда крови, мести или желание снова увидеть своих названых братьев. Единственное, на что он сейчас еще был способен, так это погрузиться в воспоминания, заново прожить свою жизнь до и после, попытаться понять, в каком месте он сделал что-то не так. Мысль о том, что все могло быть иначе, не давала ему покоя вот уже несколько тысяч лет. Не уйди он тогда, он смог бы прожить одну недолгую жизнь рядом с братом… Да, ему и тогда бы пришлось страдать, ибо он не был обычным смертным и в любом случае ему пришлось бы пережить своего брата. Так стоило ли страдать сейчас из-за возможных «если»? Странник считал, что он заслужил свои страдания. Одно дело – прожить рядом с братом одну короткую жизнь и проводить его в мир иной седым старцем, а другое дело… Странник вздохнул. Если бы он только знал. Зачем он отправился на поиски бессмертия? Зачем оно ему сейчас, когда пустота внутри него все ширится, когда новый день больше не радует его, когда единственное, что он по-настоящему желает – это умереть и воссоединиться со своей семьей после смерти? Но, увы, его бессмертие стало для него настоящим проклятием. Он не мог самостоятельно лишить себя жизни. Подарить ему смерть был способен лишь тот, кто задолго до этого подарил ему вечную жизнь. Конечно, странник мог бы попытаться найти своего отца и создателя и попросить его о такой милости, но он не хотел этого делать. Во-первых, он боялся, что при встрече с его новой семьей он снова уйдет в тот кровавый омут с головой, а во-вторых, - и это было самой главной причиной, - он знал, что после его второй, настоящей смерти никакого воссоединения с матерью и братом у него не будет, ибо все, кто отказывался от всего того, что их связывало со смертной жизнью, умирая, просто исчезали. Такова была цена за истинное бессмертие.       Странник уже давно потерял счет дням и часам, он все шел и шел, даже не имея точного представления о том, когда же окончится его дорога. Но вот однажды его путь привел его в горы далеко на севере. Миновав ущелье и спустившись тяжелой горной дорогой с обрыва вниз, к самому подножию, он пошел дальше. Что-то подсказывало ему, что его путешествие почти завершено. Впереди виднелись небольшие возвышенности, - впрочем, здешние горы вообще трудно было назвать высокими, - и все указывало на то, что в этих горных массивах была крупная система пещер. Кажется, это место было идеальным для того, чтобы на долгое время отгородиться от мира. Странник прекрасно знал, что таким образом не разрешить его проблему, но, по крайней мере, он мог себе позволить небольшую отсрочку. Это единственное, что он сейчас мог себе позволить.       Он успел осмотреть несколько больших и маленьких пещер, прежде чем нашел, на его взгляд, подходящую. Она располагалась в укромном месте, вдали от любопытных глаз. Даже если допустить, что люди каким-либо образом забредут в эти края и решат спрятаться от ветра и холода, они, скорее всего, воспользуются теми пещерами, что были на виду.       Эти пустынные, будто оцепеневшие от нескончаемого холода своды были идеальным укрытием. Здесь было так тихо. Сюда не доносился даже шум ветра. Слышны были лишь шаги одинокого странника, волею судьбы забредшего в застывшую во времени пещеру. А еще здесь не было абсолютно никаких запахов. Голый холодный камень и лед не способны были дать какой-либо запах.       Странник миновал большую каменную залу, в конце которой оказался коридор с низкими сводами. В другом конце коридора виднелся просвет. Оттуда исходило синеватое свечение. Когда до конца коридора оставалась ровно половина, странник остановился. Ему вдруг показалось, что он почуял еле различимый незнакомый запах. В следующее мгновение он услышал биение сердца, пропускающего удары, и очень слабое дыхание. В конце коридора явно была другая зала, и в этой зале кто-то находился. Когда странник осознал случившееся, он замер в нерешительности, подобно хищнику, увидевшему перед собой незнакомое животное, почуявшему неведомый доселе запах и пытающемуся понять, как относиться к пришельцу. Он попытался вспомнить хотя бы один похожий запах любого другого живого существа, но то ли память его обманывала, то ли он стоял на пороге великого открытия. Впервые в жизни он был в замешательстве. Это одновременно озадачивало и приводило в дикий восторг. Еще несколько минут назад ему казалось, что он был обречен на вечное прозябание во мраке, ему была уготована участь существа, живущего лишь воспоминаниями, сожалениями и скорбью. И нет в этом мире больше ничего такого, что способно было бы отвлечь его от своих мрачных мыслей и вернуть ему тягу к жизни.       Переминувшись с ноги на ногу, странник, так и не распознав незнакомца по запаху, продолжил свой путь. Хоть запах и был незнаком, он не боялся встретиться с этим существом лицом к лицу, ведь все указывало на то, что оно было скорее ближе к смерти, чем к жизни. Он буквально влетел в следующую залу, и первое, что бросилось ему в глаза, было слабое голубоватое свечение, исходившее от стен пещеры. Всего лишь редкое, но все же природное явление, и никакого волшебства. Второе, что он увидел – большой плоский камень в центре залы, похожий на ложе. И, кажется, он им и был. На этом твердом холодном ложе находился тот самый обладатель незнакомого запаха.       Странник подошел ближе, рассматривая свою находку. Ничто не могло утаиться от его зоркого взгляда. Незнакомец определенно был королевских кровей, но чтобы прийти к подобному умозаключению, не нужно было быть ученым мужем. На его статус указывал небольшой венец на голове, не говоря уже о его роскошных одеяниях, которые за все эти века, а странник был уверен в том, что незнакомец провел здесь не одну человеческую жизнь, ни капли не потеряли своего изначального лоска. Его находка была поистине удивительна.       Странник совсем забыл о том, что еще недавно намеревался добровольно похоронить себя заживо в этих каменных сводах. В нем проснулась жажда открытий, его с детства пытливый ум сразу же стал строить теории и предположения. Он перебирал в памяти все возможные варианты, но ни через час, ни через два его поисков ответов странник так и не пришел к однозначному выводу, что же за удивительное существо предстало пред его глазами. Размеренно вышагивая вокруг ложа, иногда он останавливался и, замирая, закрыв глаза и запрокинув голову назад, он будто к чему-то прислушивался или принюхивался. На самом деле он подключал другие чувства, недоступные простым смертным. Он пытался уловить природу неизвестного ему доселе существа. И кое-что стало всплывать в памяти. Он вспомнил рассказы своей матери. С самого раннего детства он слышал от нее разные истории, которые люди, обделенные разумом, называли сказками, другие же, чуть более разумные - легендами, имеющими под собой реальное обоснование. И лишь немногие свято верили и искали. И сам странник был из числа тех самых немногих. Он долго и упорно искал, и ему даже довелось кое-что найти. Но, как оказалось, эта была лишь крупица тех тайн, что хранила планета.       В голове было слишком шумно от мыслей и воспоминаний. У него возникло ощущение, что его мозг начал закипать; еще немного - и голова взорвется. Устав от постоянного движения, он наконец снова приблизился к ложу, встал у самого изголовья и наклонился над телом, едва подававшим признаки жизни. В какой-то момент прошлое и настоящее в сознании странника слились в единое целое и ему вдруг показалось, что он снова оказался на похоронной процессии и видит перед собой своего любимого и так рано ушедшего из жизни брата.       Странник вновь ощутил ту самую жгучую боль утраты. Он склонился над призраком своего брата и поцеловал его в лоб. Кожа под губами была холодной, но это не было плотью умершего. В ней все еще теплилась жизнь. Слабое дыхание незнакомца вернуло странника к реальности. Теперь он не был ослеплен своим прошлым. Он прекрасно видел, кто находился перед ним. Вернее, он видел, что это был не его брат, но кем же этот незнакомец был на самом деле? Странник никогда не встречал столь потрясающее воображение создание. Оно было из плоти и крови, но странник чувствовал, что его плоть и кровь отличались от человеческой или какой-либо другой, что ему приходилось встречать.       И стоило ему лишь подумать о крови, как он сразу же понял, как сильно он хочет попробовать ее на вкус. Многодневное отсутствие пищи обострило его инстинкты. И вот сейчас прямо перед ним находился некто, над чьим происхождением еще не один день придется ломать голову, но голод, неконтролируемый голод может все испортить. Ему срочно нужно было поесть. Где-нибудь в другом месте. Находиться голодным рядом с настоящим подарком судьбы было не очень умно. Ему так хотелось попробовать, самую малость, но это могло закончиться не очень хорошо.       Взглянув в последний раз на свою находку, странник быстрым шагом не оборачиваясь покинул каменный склеп. Сейчас он разрывался между чувством голода и страхом, что в его отсутствие с его «подарком» может что-то случиться. Путь его лежал на юг, в ближайшее крупное поселение людей. Сегодня ночью кому-то было суждено умереть. Странник знал, что будь жив его брат, он бы осудил его... Он и сам осуждал себя, потому и намеревался заточить себя в ледяной склеп. Но два часа назад все изменилось. Он больше не хотел умирать. Его внутренний первооткрыватель оказался сильнее внутреннего скорбящего брата. Он должен был жить, даже если для этого ему придется обречь на смерть других. И он сделает все, чтобы вернуть из мира теней того, кто так долго находился между жизнью и смертью.