I want you

Кожаные ремни трут запястья, кружевная ткань женских трусиков больно натирает чувствительную головку члена, а вибратор, что работает на минимальной скорости и еле касается простаты, жутко раздражает. Тэхен скулит, ёрзая на коленях Чонгука, что, злорадно ухмыляясь, пальцами вырисовывает на худых мальчишеских бёдрах незамысловатые узоры через тонкую ткань чулков. Это уже далеко не первый раз, но Ким краснеет, как девственница. Он хочет, но должен попросить. Чон склоняется к уху своего мальчика и слегка прикусывает мочку, увеличивая скорость вибратора всего на одну единицу. — Ну же, малыш. Ты знаешь, что нужно сказать. Тэхен тихо стонет и прогибается, насколько это возможно, но руки, что связаны за спиной, немного мешают. Вибратора уже недостаточно, нужно кое-что побольше. С губ срывается судорожный вздох. — Папочка… — Скажи. — приказной тон, от которого по коже пробегают тысячи мурашек. Ему хочется подчиняться. — Я был плохим мальчиком… Папочка должен меня наказать… Довольная улыбка. Руки освобождаются от кожаных оков и перемещаются на широкие плечи мужчины. Тэхен награждается нежным поцелуем, а уже через несколько секунд его хрупкое тело вколачивают в кровать грубыми толчками. *** Чонгук прижимает к себе уставшего, совсем не сопротивляющегося Кима, который сопит ему в грудь, опаляя кожу горячим дыханием. — Я люблю Папочку. — Я тоже люблю тебя, малыш. Утром милашка, ночью похотливая шлюха, которая принадлежит всего одному человеку, и этот человек — Чон Чонгук.