Моя девочка.

Приоткрытые губы подрагивали, я выпустил ее руки, ухмыльнувшись, слишком сильно пугать ее не хочется, сейчас, я действительно понимаю, что становлюсь серьезней, хотя бы иногда могу удержать себя в руках, но возможно, виной тому эта девочка. Я прижимаюсь к ней максимально близко, кладя руку на шею, спуская к плечу, задев ткань топа, убирая вниз. Аня вздыхает, прикусив губу, а я слабо целую ее в верхнюю губу, еле касаясь, девушка застывает, непонимающе смотря на меня. — Просто секс у меня может быть с любой привлекательной девушкой, малышка. — по светлой коже идут мурашки от моего шепота, я притягиваю Аню к себе за плечи, целуя в шею и слыша как рвано она дышит. — С тобой — это нечто другое, — она кладет руки на мои плечи, слегка сжимая кофту пальчиками. — Стой, — вдруг несвязно говорит она, когда мои руки уже пробираются под ее топ. — Егор, стой, — громче повторяет Аня, отодвигая меня. — мы должны поговорить. — я выгибаю бровь, а девушка буквально тащит меня в зал, пока я понимаю то, что нижняя часть меня буквально кричит и изнемогает, твердя, что «просто поговорить» у нас не выйдет. — Я должна кое-что тебе объяснить, — она потирает лицо руками, а после грустно улыбается. — Егор, мы не можем общаться так тесно, — я непонимающе смотрю на нее, выпрямившись. — я могу навредить тебе, ты не понимаешь, — я касаюсь рукой ее ладони, немного сжав и потянув на себя, пока девушка не упирается руками в мои грудь. — Булаткин, — она сводит брови, на секунду, мне кажется, что ее голос дрожит, будто от подступающих слез. Я касаюсь ее губ, стараясь успокоить, она может навредить мне? Чушь, каким образом? Сейчас, рассуждать на эту тему не было терпения, да и смысла тоже. Я наваливаюсь на Аню сверху, приникаю губами к шее, девушка старается увернуться, но не долго, буквально через минуту она сама старается стащить с меня толстовку. Её тёплые руки нежно касаются моего тела, она выгибается подо мной, такая беззащитная и обезоруженная. Сжимаю руками тонкую талию, задирая без того не особо длинный топ, постепенно стягивая его и выкидывая в угол комнаты, наплевав на все в этом мире. Навредить из нас двоих могу только я, малышка. Её приоткрытые губы застывают в немом стоне, пока я целую до боли привлекательную шею, ключицы, оставляя яркие следы своих чувств, закрепляя свои права на эту девушку. Аня несмело тянется к пряжке ремня в моих джинсах и, еле-еле не захныкав от возбуждения, выдергивает его из петель, сдав в руках, пока я медленно проводил пальцами по её влажным складкам, намеренно мучая девочку. Она замотала головой, захныкала, с её губ слетали стоны с едва слышными всхлипами. Ты ведь говорила, просто секс? Нежно целую её в губы, прикусив нижнюю и оттянув на себя, пошло улыбнувшись и перевернув девушку на спину так, что мне открывался отменный вид, грех было не ударить ладонь по её манящей попе, не насладится её протяжным стоном. Поглаживая складки сквозь ткань белья, я приподнял её, кладя одну ладонь на грудь, идеально вмещающуюся в мою ладонь, я ведь не прогадал в первую встречу, пусть и был безумно пьян, до одури. Отодвигаю полоску ткани, входя пальцами в липкую влагу и начиная медленно двигать, Аня откидывает голову на моё плечо, кусая свою губу и слишком вкусно постанывая, выдержать просто невозможно. У вынимаю руку, приставляя её к мягким губкам девушки, даже не прося, а заставляя облизнуть пальцы, но сопротивлялась ли она? Ни сколько. Вхожу в неё одним толчком, низко простонав, упершись руками в тёмный диван, вместе с тем накрыв её руки своими сверху, сплетая пальцы. Грубые движение именно сейчас были по вкусу нам обоим, мы не были пьяными, ни она, ни я, но секс от этого не зависел, в постели эта девушка восхитительна так, как ни одна другая, безусловно. То, как умело она целуется, как умеет возбуждать, ее тело и голос, запах, мягкие губы, порой творящие такое, что ты невольно задаёшь вопрос, откуда она такая взялась? Чувствую, как она сильно сжимает меня внутри, стараюсь догнать ее, после растягивая момент, добавляя адреналина в кровь, кусая нежную кожу, оставляя следы. Яркие вспышки удовольствия сносили голову, становилось трудно удерживать даже свой вес на руках, едва не упав на Аню, я лег рядом, прижимая девушку к себе, уткнувшись в ее темные волосы, выравнивая дыхание. Она повернулась ко мне лицом, уткнулась носиком в мою грудь и неровно, будто бы всхлипывая, дышала. Я встаю с дивана и иду в душ, после буквально часа-двух сна, хочется освежиться, но все-таки продолжить отдыхать. Прохладные капли воды покрывают тело, приводят мысли в порядок, становится немного не по себе, от сказанного девушкой, разобраться в ее словах кажется до боли важным, но, наверное, не сейчас, позже, намного позже. Протираю волосы полотенцем, надеваю штаны и выхожу, потирая лицо руками, убирая их лишь тогда, когда подхожу к дивану, поднимая девушку и унося ее в спальню, а там уже там подмечаю в своих мыслях, что эта девушка чертовски красиво смотрится в моей кровати, особенно обнаженной. Ложусь рядом с ней, тесно прижав к себе, надеясь, что на утро снова увижу ее, что девушка не уйдет, не сбежит. Хотя, чем больше мы ожидаем, тем больнее нам будет.

***

До боли странное ощущения, любить, при это врать человеку, но врать во благо, даже если многие осудят тебя за это в будущем, даже если ты сама себя за это презираешь. Пытаться помочь, зная проблему, но не предупреждая о ней, жертвовать собой ради него, кто дорог тебе, как ни кто другой, кого ты боишься потерять, осознавая, что это неизбежно. Пытаться уйти, но оставаться снова и снова, бессильно опуская руки перед ним, буквально сходя с ума. Любить, зная, что губишь.

Губишь себя, спасая его.

***