Моя девочка.

— Любимый, — ее сладкий, уже родной голос, разбудил меня и, возможно, я впервые за все эти дни выспался, но счастлив был не от этого. — доброе утро. — Аня, улыбаясь, сидела с подносом на котором был завтрак. Я не верил, что это она. После ночи, поцелуев, после всех сказанных слов, я просто не верил, до сих пор. Взяв в руки завтрак, я отодвинул его и притянул девушку к себе, целуя в губы, со вкусом зубной пасты и кофе. — Теперь доброе, — улыбнулся я, снова целуя ее. Она протянула мне завтрак, заправляя локоны за уши, радуясь словно ребенок тому, что я ем еду, которую приготовила она, и, на самом деле, она готовит самые лучшие завтраки, не считая тех, которые в детстве делала мама, и Полина в те времена, когда я только переехал в Москву, но тут я бы еще поспорил. Отпивая чай из кружки, я попытался накормить девушку оставшимся завтраком, но та наотрез отказалась и, вытащил вилку из моих рук, отдала его мне, чмокнув в губы. Когда Аня убрала посуду на стол, я резко потянул ее назад за талию, уронив на кровать, нависнув сверху. Девушка соблазнительно покусывала губу, а ее темные волосы рассыпались по одеялу, еще влажные после душа. — Ты хрипишь, — выдала факт девушка, приглаживая мои отросшие волосы, перебирая их. — голова не болит? — Не болит, — улыбаюсь, приникая к ее губам. — знаешь, что болело? — Аня пораженно раскрывает глаза. — Оно. — беру ее руку, кладя на место, под которым кроется вещь, принадлежащая ей. — А сейчас… болит? — ее губы ласково коснулись мои, нежно, тягуче. — Сейчас — нет. — я лег возле нее, крепко прижимая девушку к себе. — Родители пригласили нас в ресторан, — девушка приподнялась, смотря на меня. — и Полина тоже будет. — Аня, прикусив губу, рухнула рядом со мной. — У меня все вещи на квартире, — я встал, поднимая ее. — Одевайся, мы едем за вещами. — девушка засмеялась, стягивая через голову мою футболку, оставшись в одном белье. — Раздевайся, мы остаемся. — усмехнувшись, я притянул к себе любимую за талию, замечая растерянный взгляд. — Эй, малышка? — смотря в ее глаза, я слегка отстранился. — Ты так с Олей на сцене делал, ну… вчера, да и вообще, во время этой песни. — тихо, словно расстроено, сказала она. — Мне кажется, или кто-то ревнует, м? — отводя взгляд, улыбаясь, выдохнул я. — Не кажется, — надув губки, девушка повернулась к столу, протягивая руки к подносу. — А если так? — «вжав» Аню в стол, тесно прижавшись сзади, я положил ладони на ее бедра, приникая губам к шее. — Нечестно, — прерывисто, на выдохе, ответила Аня, а я рассмеялся. — Мне кроме тебя никто не нужен. — спокойно, смотря в глаза, выдал я, видя румянец на щечках любимой. Спустя полчаса мы все-таки собрались, но какими же приятными оказались эти сборы. Умываясь, я стоял сзади нее, обнимая рукой за талию, пока на телефоне играла музыка. Одеваясь, она поправляла на мне кофту, а я гладил ее аппетитную попу, довольно улыбаясь. Похожие кофты, стиль в одежде, и это не намеренно, а лишь из-за того, что мы действительно похожи. Пробок, на удивление, почти не было, что очень поспособствовало нам. Я был удивлен, когда понял, что-то место, куда мы приехали — отремонтированная квартира Марвина. Аня, быстро сложив все вещи, взяла их, но я естественно не позволил донести ей вещи самой. Закрыв дверь в квартиру, она выдохнула, пряча ключи в сумку. Мы спустились, быстро садясь в машину и выезжая по делам домой, только сейчас понимая, что уже два часа дня, а мы только собираемся доехать до салона Ханны, ну как мы, нехотя, по нужде, мне придется оставить мою девочку в салоне и съездить на студию, разобраться кое-в чем. — Я заеду в пять, — в коридоре салона, в укромном уголке, я прижимал свою девушку к себе, поглаживая талию. — как же я не хочу уезжать. — грустно усмехнувшись, я наклонился, целуя Аню. — Всего пару часов и я снова рядом, Родной. — зашептала она, прижимаясь ко мне. — Но я тоже не хочу отпускать тебя… — чмокнув любимую в висок, я подошел к Ханне, обнимая и, пару минут поговорив, вышел, бегом идя к авто. В силу настроения, я провел на студии невероятно приятные часы, даже приятнее чем обычно, хотя, студия — это место, где всегда становиться легче и спокойнее, где душа может позволить себе раскрыться, не боясь удара. Парни с которыми я работаю — те еще кадры, при чем, положительные. Я рад, что именно такой командой и таким окружением в целом я обладаю, это настолько здорово, что порой, сам в это не верю. Когда-то, я прекратил общение с очень близким другом, который был им еще с Пензы, но внезапно все это прервалось, а я остался с осадком, который, конечно, ушел, но все же, люди предавали и оставляли, а это были серьезные испытания. И ведь я все еще учусь фильтровать круг своего общения, но общаться с кем-то потому, что так надо, никогда не буду, это не изменить, если посчитаю нужным — буду общаться, посчитаю нужным послать? Пошлю. Вне зависимости от статуса и регалий. Музыка, пожалуй, чаще всего позволяет отойти от всех этих размышлений, позволяет выдохнуть, за это я люблю ее еще больше, за свободу во всем. В мыслях, текстах выражениях и темах, абсолютно во всем. Новый альбом что-то такое, которое таится внутри меня, с чего все начиналось. Хип-хоп это та культура, которая мне ближе всего, течет в крови с давних времен, и какое счастье, что моя аудитория понимает и принимает это. Аудитория в целом — моя одна большая любовь и семья, они любят меня, а я люблю их. Но еще, я люблю одну особу… — Уже еду, малышка. — скинув трубку, я сел в авто, выкручивая руль. На самом деле, я впервые не волнуюсь, хотя фактически еду знакомить свою любимую семью с любимой девушкой, но особых волнений по типу «не понравиться; не сойдутся интересы» просто напросто нет. Я уверен в Ане настолько, что наперед понимаю, как среагирует семья, ведь когда я рассказал им о ней, мама и сестра расплакались, мои любимые женщины настолько меня понимают, настолько чувствую, а значит… ощутят все то, что у меня к моей девочке. Салон принял радушно, не поставил на пути преград в виде пробок, или целиком занятой парковки. Внутри встретила Курьянова, радостно ведя меня вглубь, хихикая. Я замер, прочистив горло. Аня, с косами, в которые теперь вплетены голубые пряди, стояла в платье и кедах, волшебно милая, еще красивее, чем была, и единственное как я смог ее назвать, подобрав слова… — Моя принцесса, — улыбнувшись, я наклонился, целуя девушку в губы, приобняв за талию. — Ань, отдаю должное, помимо артистки, ты еще и шикарная бизнес-вумен! — засмеявшись, я обнял Ханну, чмокнув в щеку. — Опоздаете! — заботливо засуетилась Курьянова, протягивая Ане сумку. — Удачи! Закрыв за Ане дверь в машину, я сел сам и резво вырулил с парковки, взглянув на часы и слыша спокойное «успеваем», расслабился, поглядывая в зеркало на любимую. Розоватые губы расплывались в блаженной улыбке, а тонкие, изящные пальчики накручивали локоны, оставшиеся после резинки на косах, волосы. Милое платье голубого оттенка так идеально сидело на ней, что мне хотелось сейчас-же снять его. Ухмыльнувшись своим мыслям, я припарковал авто, выдохнув. Выйдя из машины, я подошел к Ане, беря ее за руку, быстро заходя в ресторан. Сев за стол в ожидании семьи, мы молча смотрели на теплую, уютную ложу, от которой веяло домашним очагом. Аня, иногда прикусывая губу, не отрывала взгляда от дверей, порой посматривая на стол, я только плотнее сжал ее руку в своей, шепча, что все будет хорошо. Аня поднялась первой, когда родители вместе с сестрой вошли в ресторан. — Привет, — улыбнулся я, подходя и крепко обнимая маму, папу и Полину, которая так рвалась пройти вперед, а я замечал, как розовеют щеки моей девочки. — Добрый вечер, — выдохнула Аня, улыбнувшись. — в прошлый раз не совсем вышло познакомиться… — мама с папой улыбнулись ей, а Поля все так же стояла возле меня, довольно наблюдая. — Пора бы нормально представить, — «солидно» встав позади Ани, я обнял ее за талию. — это — Аня, моя девушка, а это — моя семья. — теперь уже в полной мере улыбаясь, они подошли и стали обниматься, хихикая, говоря о чем-то совершенно тихо. За столом оказалось безумно по-семейному, если можно так сказать, и это повлияло не только на меня, а на всех в целом. Меня радовало, как с каждой минутой становилось легче и приятней общаться, словно я не знакомил свою девушку с семьей, а просто собрал всю семью вместе. Я обводил взглядом каждого человека, забывая о разговоре. Мама с папой, обнявшись, сидели и были заинтересованы в разговоре, вникая и улыбаясь, смеясь, а рядом с ними сидела Поля, которая точно так же улыбалась, а ее голубые глаза сверкали, как и мои, сестра точно так же осматривала каждого и, встретившись со мной взглядом, она подмигнула, а я сделал то же. Но вот то, что касается Ани… я не знаю, кому сказать спасибо за нашу встречу. За то, какую девушку я встретил, за то, что обрел и что потерял. За ее обаяние и искренность, за то, что это действительно именно моя девочка, и все тут. Разговоры шли совершенно о различном, пока мы не поняли, что пора ехать по постелям, ведь сонные, но радостные глаза мамы и Полины, говорили о том, что нужно позволить себе отдохнуть. — Спасибо тебе, Милая, за такое теплое общение! — мама с папой обняли Аню, даже чмокнув в щеку. — Это вам спасибо! За прием, а еще… за сына! И за доченьку! — Поля тут же подошла и крепко обняла Аню, смотря на меня, находясь в объятиях. — Надеюсь, до скорой встречи! Попрощавшись с семьей, я улыбнулся, прижимая девушку к себе, а после, ведя в машине. Аня пристегнулась, выдыхая. Она прикрыла глаза, немного прибавляя радио, подпевая знакомой песне. Розовая помада слегка стерлась, а глазки, прикрылись, едва ли не поддавшись сонливости. Я посматривал на нее в зеркало, пока машина не встала в пробку, небольшую, но все же. В этот раз, посмотрев на Аню, я улыбнулся, достав куртку с заднего сидения, укрыв ей девушку, и положив капюшон куртки под голову, чтобы было уютнее. Девушка слегка поежилась, улыбнувшись, когда я поцеловал ее в губы, поправляя своеобразное покрывало на ней. Пускай спит, моя девочка, после такого я бы тоже уснул, но, кажется, я всю ночь буду смотреть на эту волшебную улыбку и милые косички, которые так ей иду.