Охотники Империи

Вспышка… и он снова очнулся в старой темной хижине. Пот с него лил ручьем, а в ушах стоял дикий свист. Странная женщина склонилась над ним и протянула ему еще одну чашку «чая», которую Рэвейдж тут же осушил.

***

Бесконечный полет в бездну, который мутант ожидал, не состоялся. Он оказался очень коротким – бултых! – и Рэвейдж с головой ушел под воду. – Ну и запашок! – выдохнул он, всплывая. – Похоже на… канализацию! Точно. Я в канализации шахматного королевства, кому сказать – не поверят. Вода на удивление была почти прозрачной. Но холодной. Рэвейдж выбрался из нее, встав на боковую платформу, и очень скоро нашел путь наверх – правда лестница оказалась сломанной. Рэвейдж заметил, что катакомбы имеют симметричный вид, а значит, выход вполне может быть на другой стороне. Еще с дюжину метров в ледяной воде… вот и лестница. Эту пока разрушить не успели. По ней он выбрался наверх, к началу доски. – Не вели казнить, о, Алиса!.. – начал Рэвейдж, прижав руки к груди. – Ничего страшного, – ответила девушка, снимая с его плеча тину, – у меня тоже так в первый раз было. – Ну, теперь я буду аккуратней, – пообещал он. Рэвейдж вновь ступил на доску и на этот раз довольно быстро преодолел ее. – Это было утомительно, – сказал он, добравшись до финиша, – все-таки я привык драться, а не… Тут он заметил, что Алиса не одна – рядом с ней находилась парочка существ. Это были клоун с очень грустным лицом и девушка-киборг в деревянной маске. Что-то в них было необычное, и Рэвейдж сразу заметил что – они оба были черно-белыми, под стать окружающей архитектуре. Алиса отворила дверь в следующий зал, пропуская всех троих вперед. Пол в нем, конечно же, снова был шахматным, только на этот раз без ловушек и ответвлений. Чистая шахматная доска, разве что очень большая. – Правила усложняются, – сказала Алиса, – теперь сыграем картами. По две масти на сторону, причем одна старше другой. Наши: пики и трефы, сильнее – пики. У врагов – бубны и червы, превалируют червы. Вперед! Рэвейдж встал на клетчатую доску и тут же снова почувствовал, как все тело наливается свинцом. По углам арены зажглись факелы. Воин огляделся: красно-белых фигур на доске было несоизмеримо больше, чем черно-белых. – Каковы наши силы? – спросил он, оглядываясь назад. – Я пятерка треф, – ответил грустный клоун, – а она – четверка, – кивнул он на свою спутницу. Рэвейдж заметил у них на плечах характерные знаки. – Тоже треф? Хм… немного нас… – парень вгляделся вдаль, где плотными рядами медленно двигались красные. По мере движения вперед арена начала окутываться туманом. Вот уже ничего не было видно за пределами ее краев. Впереди послышались звуки борьбы, звон мечей и кинжалов. «Пора и мне поразмяться, – хрустнул пальцами Рэвейдж. – А вот и первый противник!» – дорогу ему преградил бородатый скелет в красных лохмотьях с топором на длинной рукоятке. Рэвейдж кинул взгляд на его погоны. – Тройка… бубновая… мелковат, – процедил он, нанося резкий удар в челюсть скелету, прежде чем тот успел замахнуться. Еще удар, и тот рассыпался костями по доске. «Что ж, неплохое начало», – подумал мутант, подбирая выпавший из рук противника топор. – Эта битва за нами, твари! – гаркнул с левого края черно-белый воин, похожий на ящера с аккуратно сложенными за спиной крыльями, острыми когтистыми лапами разрывая одного из красных, а затем длинной зубастой пастью откусывая голову другому. Десятка. Тоже трефовая. – А есть ли пики среди нас? – спросил Рэвейдж. – Есть, – ответила ему фигура с правого края. Она была укутана черным дымом, клубившимся вокруг, так что обладателя не было видно. – Шестерка. – Всего один? Мда… не густо. Чем ближе к центру, тем больше было тумана. Вот он постепенно рассеивается. И… оказалось, что доска висит над пропастью, а зал, в котором она находилась, разорвало надвое. Позади остались треснувшие стены, постепенно разрушающийся пол... Теперь это уже были отдельные блоки, которые скоро тоже кончились… Огромные деревья простирались из тумана, протягивая к доске свои ветви с крупными зелеными листьями. Заморосил дождь. – Ааррррггггх! – зарычал, появляясь из тумана прямо перед Рэвейджем, лысый монстр с огромным зубастым ртом на две трети лица. – Проваливай к дьяволу! – выкрикнул мутант, снося голову червовой семерке ударом топора. Удар оказался настолько сильным, что топорище треснуло пополам, а лезвие со звоном упало на пол. «Опять некачественный арсенал», – с грустью подумал Рэвейдж, глядя на обломки оружия. – Командир, – подал голос клоун, который все это время шел сзади, – наши враги выставили прочную защиту – они перекрыли все возможные ходы на свою территорию. – Вижу, – сказал Рэвейдж, оглядывая приближающихся красных стражников. – Девятка… еще девятка, десятка… Мне кажется, или мы сильно дисбалансируем? – Нужно рискнуть, – сказал пятерка. – Я отобью один из путей. С этими словами клоун сделал шаг вперед, оказавшись впереди Рэвейджа. Ближайший из стражников – девятка бубен – не смог удержать соблазна, сделав шаг навстречу и разрубив беднягу мечом. Тут в игру вступила трефовая четверка: присев на корточки, она выбросила несколько прозрачных шариков, которые покатились к стражнику, налипнув на его доспехи. После чего стали соединяться, образуя непроницаемое поле, внутри которого стражник стал раздуваться. Он раздувался все больше и больше, пока, наконец, не лопнул, разлетевшись на кусочки. Четверка заняла его место и тут же была сражена стрелой лучника – червовой девятки, прикрывавшей стражника. Рэвейдж заскрипел зубами – лучник находился далеко, и он ничего не мог сделать. – Этого беру на себя, – пробормотал тот, что скрывался в дыму, налетая на противника и окутывая его своей пеленой. Через мгновение из дыма выпал колчан с переломанными стрелами. На левом краю тем временем трефовый ящер схватился со своей зеркальной копией бубновой масти. После долгой и мучительной схватки ему все же удалось прокусить красно-белому шею и выкинуть его с доски. – Вам лучше поторопиться, – сказал десятка треф, выплевывая сломанные зубы и придерживая вывернутое крыло. Рэвейдж заметил виднеющийся край вражеской базы, где по центру одиноко стоял последний противник, красный рыцарь – десятка червей. – Ребята, прикончите его для меня? – ухмыльнувшись, спросил Рэвейдж. Однако стоило им приблизиться, как рыцарь одной рукой выбросил большой тяжелый шар, раздавив ящера, а другой – выхватив воздуходув, – снес с доски дым вместе с его обладателем. – Как жаль, что всего две руки, а не три? Да? – проревел Рэвейдж, подобравшись в это время к противнику сбоку, и, используя шипы сразу на обеих руках, разрезал его с головы до ног на три неравные части. Перешагнув через останки рыцаря, мутант оказался у самого края доски, которая тотчас погасла, погрузившись в сумрак, и от нее выдвинулась дорожка вперед – к воротам из красного дерева. Едва Рэвейдж дошел до них, как рядом с ним появилась Алиса. – Ну, как я сражался? – подмигнул девушке мутант. – Неплохо, – ответила она. – Но то еще не конец. Впереди последний бой – самый важный! Нужно спешить, – произнесла Алиса, подходя к воротам, и раскрыла их – прямо перед ними оказалась финальная арена.