Шаг навстречу вселенной

      — Тротл, Тротл, просыпайся, брат! Что же сегодня за напасть такая!       Хриплое бормотание низкого голоса разбудило Мадлин, и она нехотя открыла глаза. Ее спальню заполнял туманный призрачный свет, сочащийся через полураскрытые занавески и окутывающий все предметы пасмурной пеленой. В дверях мялся взъерошенный Модо в полотняных шортах и распахнутой рубашке, которая обнажала его серую могучую фигуру. Взгляд девушки упал на корявый лысый шрам, шедший через его грудь прямо под сердцем.       — Извини, Мадлин, — полушепотом спохватился Модо, увидев, что девушка тоже проснулась. — Я не хотел тебя будить.       Она повернула голову, задавшись логичным вопросом, кого тогда звал здоровяк, и к своему удивлению обнаружила рядом с собой спящего беспробудным сном Тротла. Он лежал все в той же позе на спине, уткнувшись подбородком в свое мохнатое плечо, и едва слышно сопел. Шерстяная челка сбилась к уху, а через лоб пролегла напряженная складка. Так значит, Тротл не ушел? Остался с ней? Мадлин почувствовала, как ее лицо медленно запылало.       — А почему ты шепчешь? — в тон Модо спросила его девушка, снова повернувшись к нему.       Тот с досадой мотнул головой.       — Винсент продежурил всю ночь и не поднял ни меня, ни Тротла. Я сам проснулся недавно, спал, блин, как убитый. А он сидит на полу и смотрит в одну точку. Я хотел было отругать его, что не разбудил меня, но он так паршиво выглядел! Я водрузил его на диван, и он даже не сопротивлялся. А потом он вырубился.       — Так он уснул? — обрадовалась Мадлин, которая в душе очень переживала за бедного Винни.       — Да, — кивнул Модо. — Уснул спустя почти пятеро суток. Пусть хоть немного отдохнет.       — Конечно, — еще тише ответила девушка, боясь теперь пошевелиться.       — А что этот красавец здесь делает? — наконец, спросил Модо, озадаченно почесывая за рваным ухом.       Мадлин еще раз посмотрела на Тротла, тщетно пытаясь придумать вразумительный ответ. Как объяснить то, что рыжий проспал всю ночь рядом с ней, вопреки его же собственному желанию уйти и несмотря на всю странную и трудную ситуацию, которой так внезапно закончился вчерашний вечер? Она не знала ответа даже для самой себя, а уж Модо посвящать в это и вовсе не стоило. Ей еще предстояло обдумать все события и понять, как ей вести себя с Тротлом дальше. Поэтому она вздохнула и потеребила его за плечо.       Мгновение рыжий не реагировал, а потом весь напрягся и резко открыл глаза.       — Доброе утро, Тротл. Твой друг пришел, — коротко произнесла Мадлин, поймав его рассеянный взгляд, и протянула ему очки, которые лежали у изголовья.       Рыжий поспешно надел их и, восстановив способность видеть и приподнявшись на локтях, оглядел присутствующих в комнате.       — Что случилось? — спросил он своим тихим голосом, теперь таким глухим и взволнованным.       — Не ожидал лицезреть тебя здесь в спящем состоянии, — скептически поддел его Модо, скрестив руки на груди. — Надеюсь, ты не сильно докучал хозяйке своим присутствием?       Тротл сел на кровати, спустив босые ноги на пол, и тяжело вздохнул. Потом провел руками по ушам и расправил побледневшие антенны.       — Это все они, — виновато произнес он. — Я не ожидал, что организм так отреагирует. Меня просто подкосило…       — Ты что, опять лазил ей в голову? — недобро приподнял брови Модо, и в его сдавленном шепоте послышались холодные нотки.       — Нет, — спокойно объяснил Тротл. — Мадлин было нехорошо, и я попытался забрать себе ее ощущения. Несмотря на то, что у нее нет антенн, и я так никогда не делал, вроде бы получилось. По крайней мере, я на это надеюсь.       И он вопросительно посмотрел на девушку.       — Да, конечно, спасибо, — поспешно ответила та, чувствуя, что опять начинает краснеть, только на этот раз к смущению примешивалась какая-то горечь, которая словно назойливая муха зудела в голове.       — И поэтому ты решил понежиться в ее постели? — строго продолжил выговаривать Модо, и Мадлин впервые заметила, что до этого всегда лидирующий в их компании Тротл, которого все слушались беспрекословно, начал оправдываться перед непримиримым в своих убеждениях серым.       — Я же не специально, у меня просто не было сил пошевелиться. Но почему ты не разбудил меня на дежурство?       — Я тоже спал, — развел руками Модо. — Наш неподражаемый Винсент учудил не хуже твоего и просидел всю ночь на стреме. Зато теперь он дрыхнет.       — Ну наконец-то! Сон парню не помешает, — у Тротла вырвался вздох облегчения, и он поднялся с кровати. — Мадлин... — он на мгновение замялся. — Мне нужно осмотреть твою рану.       — Хорошо, — как можно спокойнее ответила девушка. — Только выйдите, наконец, из моей комнаты и дайте мне переодеться!       И она с удивлением поняла, что впервые чувствует к Тротлу раздражение. Хотя был ли он виноват в том, что, прилетев с другой планеты и ничего не зная об особенностях физического взаимодействия друг с другом землян, продолжал вести себя с ней по своим правилам, привычным на Марсе? Злого умысла в этом точно не было, и, похоже, он и сам сильно переживал из-за случившегося. Мадлин даже толком еще не знала, что именно он понял и что сам почувствовал вчера, когда держал ее в своих объятиях.       Марсиане поспешно вышли из спальни и прикрыли за собой дверь. Мадлин вздохнула и с трудом поднялась с кровати, ощущая, как снова начала ныть левая рука. Метод Тротла был чудесен, всю ночь она проспала спокойно и ничего не чувствовала. Но больше она ему этого не позволит. В конце концов, он не обязан брать на себя всю ее боль, а она не должна вероломно пользоваться его объятиями. Да и вообще, стоило ли теперь снова прикасаться друг к другу?       Подавив свои тягостные мысли, девушка прихватила одежду и отправилась в ванную принять душ и привести себя в порядок. Тщательно вымывшись, Мадлин размотала мокрую повязку на руке и поморщилась от неприятного зрелища. Обожженная рана уже не кровоточила благодаря каким-то чудесным лекарствам, которыми ее обработал Тротл, но путь заживления был очевидно долгим. Скорее всего, бесследно эта травма для Мадлин не пройдет. Она переоделась в штаны и футболку, закатала ее рукав так, чтобы он не прикасался к поврежденной коже, и покинула ванную. Из столовой доносился ароматный запах кофе. Неужели эти суровые марсиане умеют варить кофе?       На цыпочках она пробралась через гостиную, где в тусклом свете зашторенного помещения она увидела лежащего ничком на диване Винни, прикрытого пледом. Его белая рука безвольно свешивалась на пол, а растопыренные во сне уши обрамляли его уткнувшееся в подушку лицо. Рядом на столике Мадлин увидела его устрашающе блеснувшую маску. Она отвела глаза и поспешила в столовую.       Там за обеденным столом расположились Модо и Тротл, уже переодетые и умытые, и тихонько попивали горячий кофе. Перед ними стояла тарелка с горкой свежевыпеченных чикагских пончиков. Мадлин от удивления замерла на пороге. Надо же, они и о завтраке позаботились!       — Прошу к столу, — несколько неуклюже привстал Модо, приглашая ее присесть рядом. — Я тут сгонял в кафешку и купил что-то к завтраку и еще фруктов для тебя. Не знаю, любишь ли ты фрукты…       Мадлин, опешив, опустилась на стул и улыбнулась серому. Такого она явно не ожидала.       — Спасибо, Модо, я очень тронута вниманием.       — Ох, мама, — вдруг тихо вырвалось у него, когда его помрачневший взгляд упал на руку девушки.       Тротл, посмотрев исподлобья на друга, поднялся со своего места и раскрыл аптечку, уже ожидавшую девушку. Разложив необходимые лекарства, он присел рядом с Мадлин и принялся обрабатывать рану. От вмешательства рука снова разнылась, но девушка, стиснув зубы, старалась ничем этого не показать. Ее угнетало свое положение пострадавшей и не хотелось лишний раз привлекать внимание марсиан к ее самочувствию. Теплые пальцы Тротла ловко колдовали над ее травмой, промывая и накладывая заживляющую мазь, пока, наконец, уродливый рубец не скрылся под новой повязкой.       Он заботливо опустил закатанный рукав ее футболки и произнес, поднимаясь на ноги:       — Ну вот, вроде все. Теперь тебе обязательно надо что-нибудь съесть. Как ты себя чувствуешь?       Мадлин подняла на него глаза и по всему его облику поняла, что он нервничал.       — Все в порядке, спасибо, Тротл, — сбивчиво ответила она, все еще не зная, как теперь с ним общаться.       Во время скромного завтрака никто больше не проронил ни слова. Модо догадался, что что-то было не так между его другом и девушкой, но в тот момент старался не вмешиваться. А Тротл оставался задумчив и немного печален, перебирая какие-то свои никому не ведомые мысли. Наконец, он спросил Модо:       — Что в итоге с моим байком, брат?       — Ободран, помят, но на ходу, к счастью, — ответил тот.       — Хоть это радует. Теперь пора выяснить, как там дела у Чарли, и что она смогла прочесть по схемам.       И рыжий углубился в переписку с их подругой, одолжив у Мадлин ее телефон.       — Пойду взгляну на чертеж, — наконец, пробормотал он и бесшумно прошел в гостиную.       Несколько мгновений Модо молчал, а потом все же не выдержал и спросил:       — Что у вас там произошло? Тротл тебя чем-то обидел? Мне поговорить с ним или сразу мозги вправить?       И он хрустнул костяшками своих мощных кулаков.       Мадлин не ожидала такого прямого вопроса и совершенно не знала, что ему ответить. Неужели их обоюдное с рыжим смятение и напряженность в общении были так заметны? Обманывать серого не хотелось, но и сказать тоже было нечего. Поэтому она покачала головой и произнесла:       — Не переживай, Модо, он ничем меня не обижал. Он позаботился обо мне и очень помог. Тротл хороший. Просто не стоит забывать, что мы с разных планет, и на некоторые вещи смотрим по-разному.       Модо не особо понял слова Мадлин, но согласно кивнул и пошел мыть посуду. Получалось у него это весьма неловко, но от помощи девушки он наотрез отказался.       Через пару минут вернулся Тротл, пристально разглядывая что-то на планшете.       — Я так и думал… — бормотал он себе под нос, усаживаясь за стол. — Все дело в лучевых потоках. Ведь этот блок может отвечать именно за них. Что ж, может быть, может быть…       — Что вы нарыли? — уставился в планшет Модо.       — Смотри, вот здесь, — и Тротл указал серому в верхний угол экрана, поправляя свои очки. — Чарли как всегда большая молодец! Она подкорректировала мои наброски, и у нас вроде бы вышла вразумительная схема нашего расщепителя реальности, а точнее только его основной части — гравитационного преломителя. Остальное, видимо, это проектор излучения, генератор энергии, поглотитель выделяемого тепла и прочее. Но они нам не так интересны. Само ядро расщепителя находится вот в этом месте, — и он еще раз пристально посмотрел на чертеж.       — Но как заставить эту штуковину вернуть все на свои места? — почесал в затылке Модо, который при виде внутренностей расщепителя явно растерялся.       — Чарли считает, и я с ней согласен, что смысл не в том, чтобы выключить расщепитель. Так мы реальности обратно не соединим. Главное, обратить вспять его излучение. Для этого придется вмешаться в преобразователь полярности и поменять коэффициент масштабируемости пространства. И может быть, что-то получится. Но это всего лишь теория. До уровня профессора Карбункула нам всем не дотянуться.       Мадлин и Модо невольно переглянулись в полном непонимании услышанного.       — И ты знаешь, как поменять все эти коэффициенты и преобразователи? — неуверенным голосом произнесла Мадлин, глядя на Тротла как на пришельца.       — Ну, не то чтобы знаю, — почесал подбородок тот, — но если пораскинуть мозгами, то попробовать можно.       Пораскинуть мозгами? Кажется, она совсем недооценивала Тротла…       — Вопрос теперь в том, — покачал головой серый, — где находится этот дурацкий расщепитель, и как до него добраться.       — Верно, — согласился Тротл. — Но если логически подумать, можно вычислить. Это явно не офис Лимбургера. Мы там были неоднократно и ничего похожего не видели. Тем более он не оставил бы расщепитель в таком очевидном и незащищенном месте. Значит, он может находиться там, где совершенно не должен, и мы там, скорее всего, даже никогда не бывали.       — Да это как искать иголку в океане! — привел свое оригинальное сравнение Модо, разведя руками.       — А вот и нет, — спокойно возразил Тротл. — Ядро расщепителя, скорее всего, небольшое. Но обслуживание такого мощного потока излучения требует соответствующего уровня энергии. Если Карбункул не подключил его к внешнему источнику, что сказалось бы на работе общей электросети города, то, значит, создал собственный генератор. А, значит, ему потребовалось немалое пространство, защищенное от посторонних глаз. Например, какой-нибудь заброшенный склад или фабрика, которые ничем не привлекут к себе внимание.       Модо почесал затылок.       — Согласен, — задумчиво произнес он. — Тогда надо прочесать подобные строения и как можно скорее. Ведь их в окрестностях Чикаго не так уж и мало.       — Тогда собираемся! Время не ждет. Мадлин, — обратился к ней Тротл, поднимаясь из-за стола, — с тобой побудет Винни. Он хоть и спит сейчас, но если вдруг возникнут проблемы, он со всем справится. Буди, не стесняйся. Главное, не выходи пока из дома, для тебя это сейчас крайне небезопасно. И будьте осторожны, пожалуйста.       И он задержал на ней пристальный взгляд.       — Хорошо, Тротл, и ты тоже…       Лицо рыжего слегка просветлело от ее слов и он, кивнув, скрылся в гостиной, чтобы собраться в дорогу.       Марсиане покинули дом быстро и молча, оставив Мадлин наедине со своими мыслями.       Долгие часы ожидания сменялись один за другим. В квартире стоял полумрак и тишина, но и за окном было пасмурно и мрачно, так что стены и сам воздух давили на сознание. Хотелось забраться под одеяло и, уснув, дождаться нового дня, если, конечно, он принесет радостные новости.       Жизнь стремительно переворачивалась с ног на голову, и Мадлин только сейчас начала осознавать, что с ней в действительности произошло за эти несколько дней. Ведь еще находясь в родном Бостоне, она и помыслить не могла, что живой и разумный мир простирается дальше атмосферы Земли. И уж тем более не могла себе представить, что однажды нос к носу столкнется с его инопланетными обитателями, борющимися с одним из опасных межгалактических преступников.       Может быть, ей все это снится, пока она прикорнула в самолете у иллюминатора, еще даже не долетев до Чикаго? Но ведь рука была ранена по-настоящему, и через ее предплечье шел след вовсе не от земной пули. И за стенкой действительно спал двухметровый мужчина, покрытый лоснящейся белой шерстью, с большими, чуть розовеющими сквозь короткие волоски ушами, кожаными антеннами на макушке и длинным гладким хвостом. И не могло ей это привидеться во сне, ведь прошлым вечером другой мужчина — палевый, мохнатый, теплый, пряный — обнимал ее уже не в первый раз так, что мысли растворялись во вселенной, а сердце заходилось от волнующих ощущений. Обнимал теперь так горячо, так желанно и дурманяще, что от одних воспоминаний румянец проступал на ее щеках. Разве столько эмоций сразу могут присниться в одном коротком дорожном сне?       Ближе к вечеру, когда находиться в одиночестве стало невыносимо, Мадлин, до этого тихонько коротавшая время в своей спальне, переместилась в гостиную и осторожно присела в кресло, наблюдая за неподвижным Винни. Казалось, он спал мертвецким сном, не шевелясь, без видений и мыслей. Лишь его медленное дыхание выдавало в нем признаки жизни. Мадлин перевела взгляд на его маску, которую до сих пор ни разу не видела отдельно от его лица. Она была обтекаемая, гладкая, с прорезями для глаза и уха. Что она скрывала? Почему белый носил ее? Что за прошлое стояло за ней?       Внезапно Винни глубоко вздохнул и со стоном зашевелился. Пара медленных движений его еще заспанного тела, и вдруг он подскочил на диване, роняя на пол свой плед.       — Где я? Что со мной? — пробормотал он, озираясь по сторонам и, наконец, заметил Мадлин.       Девушка смотрела на него и, разглядев в сумраке его обнаженное лицо, тихо ахнула, не удержавшись. Та часть, что была всегда скрыта под маской, оказалась чудовищно обезображена бугристыми, уже побледневшими хаотичными шрамами, застывшими на практически лишенной шерсти светло-розовой коже. Понимание тяжелого прошлого этого марсианина медленно вползало в сознание девушки, оставляя там неизгладимый осадок чужой боли.       Винни заметил ее взгляд и поспешно отвернулся, стыдясь своего внешнего вида.       — Черт, прости меня, прости, — виновато сокрушался он, — я не хотел тебя пугать! Я не думал, что маска не на мне. Да где же она?..       И он с досадой пошарил руками вокруг себя, продолжая прятать лицо.       Мадлин сделала глубокий вдох — не внешний вид изуродованной плоти Винни напугал ее, а те события, которые оставили этот след навечно на его белой шкуре и о которых она ничего не знала. Она взяла со стола его холодную маску и подошла к нему.       — Винни, — произнесла она тихо и мягко, — вот, держи. Посмотри на меня.       Белый нехотя повернул к ней голову и неуверенно поднял свои красные глаза, расстроенные и помрачневшие. Вблизи шрамы выглядели еще более уродливо, но девушка больше не глядела на них.       — Ты меня ничуть не испугал, — продолжила она. — Я просто не ожидала. Я же теперь тоже, так сказать, товарищ по несчастью, — и она, грустно улыбнувшись, указала взглядом на свою перебинтованную руку.       Винни вздохнул, взял протянутую ему маску и надел ее на искалеченную часть лица.       — Все равно ты не должна была этого видеть, — угрюмо произнес он, поднимаясь с дивана. — Это мое не самое лучшее воспоминание из прошлого.       Приблизившись к окну и немного придя в себя, Винни снова заговорил:       — Я, похоже, вырубился, да? Сколько же я проспал?       — Порядка 12 часов, — ответила Мадлин. — Мы все переживали за тебя и хотели, чтобы ты отдохнул.       — Да ерунда, — храбрился Винни. — Небось, пропустил самое интересное. А где братья? Что-то подозрительно тихо.       — Они уехали искать расщепитель реальности еще утром. С тех пор от них никаких вестей.       — Искать расщепитель? — уставился на нее белый. — Конечно, я все пропустил! Как всегда, все подвиги без меня, — и он раздосадованно передернул плечами. — Так значит, им удалось идентифицировать прибор по шифрам и понять, где он может находиться?       — Вроде того, — задумчиво ответила девушка. — Но они уже очень долго отсутствуют, я боюсь, не случилось ли чего.       — Не переживай, пока ничего не случилось, — уверенно ответил Винни, шевеля своими антенками. — Раз еще не вернулись, значит, заняты. Подождем пока.       И он снова уселся на диван, оперевшись руками о колени.       — Ты, наверное, голодный? — спросила Мадлин. — Я тебе сейчас что-нибудь приготовлю.       Не слушая назойливых протестов Винни, она отправилась на кухню, чтобы покормить марсианина припасами из холодильника. Судя по его наполнению, утром Модо сгонял не только в кафе. Пока Винни благодарно уплетал микс из спагетти и обжаренных цукини с беконом в сливочном соусе, Мадлин сидела напротив и молчаливо наблюдала за ним, пытаясь отогнать мрачные мысли. Глаза ее постоянно цеплялись за его маску.       В какой-то момент белый перехватил ее взгляд и, догадавшись, о чем она думает, серьезно произнес:       — Я живу дальше. Мы все живем дальше. Несмотря на то, через что нам пришлось пройти. Наверное, это никогда не станет нашим прошлым, это уже невозможно. Нам с этим жить до конца своих дней. Это была война. Долгая война за нашу планету, в которой погибла большая часть марсиан. Мы выжили. Мы победили. Война осталась только здесь.       И он указал вилкой на свою серебрящуюся маску.