Квант милосердия II: Командные игроки

Раскрывшийся в полёте крюк прочно зацепился за перила платформы грузового крана. Протянувшийся за крюком трос натянулся, словно струна, а когда включился механизм сматывания, на платформу взобралась Альма. После небольшого ЧП в виде выстрела из гранатомёта нужно было возвращаться к заданию – спасению Джуди и попавших в плен офицеров полиции. Впрочем, всё по порядку. Шаг первый – обнаружить местоположение заложников и Барашкис заодно. Шаг второй – спасти заложников. Ну и на «сладкое последнее» - скрутить саму злобную овечку и упечь её в места не столь отдаленные. В теории просто. На практике – это и предстояло узнать. Едва Альма перелезла через перила и убрала крюк за пояс, как впереди обнаружилась проблема. Поправка: маленькая проблемка. У пульта управления мостовым краном стоял светло-коричневый баран и, закинув свой дробовик за спину, оживленно с кем-то говорил по телефону. Преимуществом Альмы сразу стала внезапность, ибо противник стоял к ней спиной. Достав из-за спины одну из дубинок тонфу, Альма, стараясь ступать как можно тише, стала подкрадываться к врагу вплотную. - Да что я тут вообще сторожу?! Фигня какая-то! – судя по тому, что и с какой интонацией говорил баран в трубку, день у него явно не задался. – ФИГ-НЯ, понял? Но вот договорить не успел. Резким движением выбив телефон у него из лап, Альма запрокинула недруга себе на спину и стала душить его, придавив горло дубинкой. Вот только не стоит забывать, что Квант всё ещё была пацифистом. Ей нужно было, чтобы противник только потерял сознание, что ей, собственно, удалось. Положив вырубленного барана на пол, Альма первым делом оглянулась. Она оказалась в нижней части основной платформы, на которой стоял непосредственно парк «Сигейт», значит надо было двигаться наверх, там, где была точка обзора. Но путь наверх прикрывала направляющая мостового крана, с помощью которого на платформу раньше доставляли стройматериалы и прочие грузы. Впрочем, была и хорошая новость: панель управления была исправна, но находилась в закрытой рубке. Поэтому Альма, недолго думая, достала устройство удаленного взлома. В секунду подключившись к панели управления, она включила кран и начала сдвигать его направляющую в сторону. Медленно, но верно, направляющая начала двигаться, постепенно обнажив под потолком и небольшой технический лаз. Удовлетворенно выдохнув, Альма убрала хакерский девайс обратно в отведенный ему карман, и вместо него снова достала пистолет с крюком. Поднявшись при помощи него наверх, она обнаружила, что придется столкнуться с одним неудобством – при передвижении по лазу придется либо посильнее нагибаться или наклонять голову, чтобы рога пролезли. Но лаз и следующий за ним воздуховод, видимо, делали звери побольше, чем газель, ибо небольшой запас места был. Спокойно пройдя до конца, Альма ещё раз подлетела наверх при помощи троса, после чего запрыгнула на узкую трубу под потолком. В таком положении она была больше похожа на пташку на жердочке. Комната, в которую попала газель в маске, была каким-то старым техническим помещением. Она была скорее высокой, чем широкой, не шибко большой, одним словом. Впереди, у самой стены стоял какой-то огромный шкаф (другими словами описать не получалось), от которого в потолок уходила труба. Сама же комната была наполнена приспешниками Барашкис – всего около шести штук. Все были безоружными, что несколько упрощало задачу Альмы. Она уже бегло оглядела расположение всех неприятелей и уже приготовилась атаковать, как вдруг её взгляд привлекла небольшая панель на шкафу. Включив «Сверхзрение», газель выяснила, что это один из узлов системы отопления и что управляется он с помощью электронной панели. Взломав её хакерским девайсом можно было нехило так напугать ничего не подозревающих недругов. Альма даже улыбнулась от того, что вовремя додумалась до такого простого, но действенного плана. Перед «выходом» она дополнительно сделала только одну вещь – зарядила свой гранатомёт М320 гранатой с взрывающимся клеем. - Зачем ты его туда отправил? – тем временем спросил один из баранов. – Туда же никто не придёт. - Я его босс, так что ставлю его куда хочу. – отмахнувшись, ответил один из его товарищей, черный баран в маске щелкунчика. – Хочешь занять его место – пожалуйста. Я его вызову, а ты пойдешь. Одновременно хакерское устройство уже было направлено на панель, словно пульт на телевизор. Стоило Альме нажать на кнопку, как раздался мощный хлопок, дверцу «шкафа» мгновенно распахнуло, и изнутри на секунду полыхнул огонь, после чего дыхнул черный дым. Все находящиеся в комнате бараны шарахнулись в сторону, словно увидели приведение или чего похуже. Глаза у всех округлились от страха – не каждый день что-то так сильно взрывается у тебя под боком без всяких веских причин. Но причин для беспокойства стало ещё больше, когда прямо в центр комнаты сверху спрыгнула газель в черном костюме, полумаске и с плащом, которая молнией метнулась к ближайшему недругу, резко схватила его за грудки и со всей силы грохнула о стену. Затем прыжком настигла второго, задними лапами обвилась вокруг его шеи, словно вьюнок, опрокинула на пол и вырубила ударом кулака в лоб. Минус два, четыре осталось. Выбрав следующую цель, Альма рванулась к ней. С переката сделав попытавшемуся выполнить хук слева барану подножку, Альма сначала сбила его с лап, а затем неожиданно сделала самую настоящую вертушку, словно танцор брейк данса. Мощный удар копытами в затылок обеспечил барану долгую отключку. Противники стали понемногу выходить из ступора. Стоящий сзади баран попытался оглушить Альму ударом обрезка трубы по голове, но газель вовремя поставила блок, вырвала трубу и мощным левым хуком разбила барану нос. Но и этого ей показалось мало. Заприметив на стене электрощиток, она оглушила неприятеля взмахом плаща, затем схватила его за грудки и буквально впечатала мордой в щиток. Минус четыре. Оставшихся двух Альма устранила в быстрой последовательности. Сначала дезориентировала обоих снэп-флеш вспышкой, затем сделала подсечку и, когда оба противника были повалены на спину, сделала фляг назад и выстрелила из гранатомёта. Из попавшей точно между двумя телами гранаты сразу же расползлось большое пятно вязкой клейкой субстанции, которое намертво приклеило баранов к земле, после чего намертво застыло. Освободятся они уже нескоро. Убрав гранатомёт назад в кобуру, Альма выпрямилась и стала осматривать комнату в поисках пути для дальнейшего продвижения. Он обнаружился справа. Большая стальная дверь была закрыта на кодовую панель, поэтому снова пришлось доставать хакерский девайс. К счастью, новейшая система подбора криптоключей, распознала пароль практически мгновенно. «Богатство. Пароль принят» - последние два слова, высветившиеся зеленой строчкой на голографическом экране, не могли не вызывать улыбку. Предстояла самая нудная часть – выбраться на поверхность из узких, старых, сырых и слегка жутковатых технических помещений. Но что поделать. Это тебе не игра с каким-нибудь телепортом. Поэтому, убрав в карман хакерский девайс, Альма рысцой побежала вперед по коридору. Пробежав как минимум два «этажа» вверх по лестнице, пришлось ещё раз проверить тросовый пистолет в ходе небольшого полета по шахте неработающего лифта. Протиснувшись сквозь небольшой лаз, Альма юркнула к большому ящику впереди. В другом углу комнаты снова обнаружились бараны, на этот раз всего трое. Но эти были с автоматами, а под прицелом – полицейский. Один из схваченных офицеров, лис-чернобурка. Активированное «Сверхзрение» выявило две вещи: первая – пленного звали Итан Фоксо, вторая – других противников в помещении не было. Это облегчало задачу. Немного поразмыслив, Альма решила применить «простое решение» и потянулась к карману-гильзе, в котором специально для такого случая был припасен небольшой подарочек от Ника – дымовая граната небольшого размера и крайне необычной, двенадцатигранной формы. Надавив на одну из граней, Альма бросила необычный подарок в сторону противников. Бараны успели разглядеть только, как на пол упал какой-то черный шарик, который тут же начал шипеть и выпускать серый удушливый дым. Только бараны скрылись в такой дымке, Альма метнулась вперед. Первых двух баранов она вырубила предельно просто: столкнула затылками, подкравшись со спины. А с третьим решила поступить ещё «проще». Похлопав барана по плечу, Альма вырубила его единственным ударом, а именно мощнейшим правым хуком – «железная лапа» в помощь, что называется. - Вы в безопасности, офицер. – освободив от пут лапы офицера Фоксо, заверила Альма. - Спасибо. Спасибо, мисс Газелле. – поблагодарил чернобурка. - Найдите, где спрятаться до прихода остальных полицейских. В одиночку тут небезопасно. Уходя дальше по коридору Альма на секунду чувствовала себя не в своей тарелке. Иногда ей казалось, что она живет больше, чем двойной жизнью. Для всех она как была, так и осталась Газелле, только Бен, как самый лучший её друг, звал её настоящим именем. Простым и звучным. Может, стоило и остальным рассказать? Одновременно с этим Когтяузер осматривал технические мастерские, расположенные рядом с входом в парк. Раньше здесь ремонтировали люльки каруселей, аниматронных кукол и части других аттракционов. Теперь всё было в запустении. И выглядело жутко – особенно жуткими казались валяющиеся на старых пыльных полках головы зверей из папье-маше, вырываемые из темноты при вспышках молний. Но самому Когтяузеру о схожести помещений мастерской с павильоном для съемки дешевого хоррора думалось в последнюю очередь. Сначала надо найти заложников и Барашкис или хотя бы зацепки, которые привели бы к ним. И, как это часто бывает, подозрительные предметы обнаружились, стоило задуматься на тему улик. Когтяузер заметил, что один из столов в центре мастерской был как-то уж чистоват в сравнении с остальными. Другие столы покрывал слой пыли и грязи, плюс ко всему они были завалены инструментами и деталями разных размеров. Этот стол как будто недавно кто-то небрежно протёр. Подходя к этому столу, Бен открыл забрало шлема. Он решил действовать так, как его учили, положиться на своё чутье. Первым делом на краю стола внимательный гепард заметил остатки какого-то чёрного порошка. Растерев его между пальцев и понюхав, Бен определил порошок как древесный уголь. Есть зацепка, нужны ещё. Что тут есть ещё? Пара пустых ящиков с надписью «Инструменты», головы аниматронных кукол со стертой краской. Стоп, а это что? Приглядевшись, Когтяузер заметил за верстаком какой-то пакет. В иных обстоятельствах на него никто бы не обратил внимание, но здесь он смотрелся явно чужеродно. Достав его из-за верстака, гепард первым делом увидел на этикетке странную надпись – «KNO3». - Хм… Нитрат калия. – вслух подумал Когтяузер, отыскивая в голове сохранившиеся со времен школы знания по химии. И как бы в подтверждение его слов на другой стороне пакета обнаружилась надпись: «Селитра калиевая». Уголь, селитра, следы работы на столе – всё сходится. - Ну конечно, возьми пять частей селитры, четыре – угля, добавь ко всему этому часть серы и получаешь фирменный и взрывоопасный коктейль. – в шутливой манере вслух повторил Когтяузер, включая рацию. – Альма, приём. Я обнаружил следы древесного угля и нитрата калия. - Взрывчатка. – лаконично ответила газель, свернув за угол коридора, ведущего на крышу. - Селитра плюс уголь да плюс сера равно порох, так что, думаю, да. - Мда, обнадеживает… Дай знать, если найдешь что-то ещё. - Будем надеяться, ничего опасного. Да, пока оставалось надеяться, что худшего не случится. Но как гласит известная мудрость, надейся на лучшее, а готовься к худшему. Уж кто-кто, а бывший вице-мэр Барашкис была горазда на неприятные сюрпризы. Она это доказала ещё во время своего первого возвращения в город. Ещё когда не было Посвященных… Немного погрузившись в воспоминания, Альма чуть не прошла мимо выхода на крышу. Из ностальгии её вывели несколько упавших на нос дождевых капель. Сверху выли редкие, прохладные порывы ветра. Хорошенько подпрыгнув, Альма ухватилась за край проема в крыше и, подтянувшись, оказалась снаружи. Отличная позиция. С неё весь парк «Сигейт» был как на ладони. Кивнув сама себе головой, Альма стала готовить средство для поиска – доставать из кармана детали поискового дрона. Новый пояс позволил носить с собой большее количество разнообразных «вундервафель», как их иронично называл Финник. Одна беда, количество переносимых за раз «вундервафель» сократилось. Впрочем, сейчас это было не так важно. Очередная разработка гениального «папы Тейлора», портативный дрон-квадрокоптер* Альма собрала меньше чем за минуту. После нажатия нужной кнопки на наруче зажужжали двигатели, и дрон, постепенно набирая высоту и скорость, скрылся в ночном небе. Когда он завис на нужной высоте над парком, заработали сканеры. Можно было начинать. - Робин, я начинаю поиск заложников. – подключая камеру с дрона к своим линзам, сообщила Альма. - Хорошо. Я подключился к твоим линзам, как только ты их найдешь, они сразу отметятся на моем экране. – выйдя тем временем из мастерских, ответил Когтяузер. - Кто научил тебя так хорошо работать с компьютерами? - В команде У.Д.А.Р. были хорошие IT-специалисты. - Ты учился в У.Д.А.Р.е? - Из твоих уст прозвучало глуповато, но да. Потом как-нибудь расскажу. Потом, так потом. Подключившись к камерам дрона, Альма начала проверку при помощи сканера. Положение полицейского можно было отследить по специальному ID-чипу в жетоне. Новая практика, но вполне действенная, хотя и не лишенная проблем. Так… Есть – сканер зафиксировал радиосигнал у колеса обозрения. Два полицейских обнаружены, продолжаем. Вторую сигнатуру сканер обнаружил у карусели. Вернее, тоже две. Получалось, что пленных офицеров спрятали в разных частях парка парами. Это если не считать Джуди, но тогда всё сходилось. Но когда Альма поворачивала сканер, её перебили. Оживились громкоговорители на территории парка, и из них стал вещать знакомый противный голосок: - Знаете, мисс Газелле, вы иногда больше похожи на Спартанскую Леди, чем на какой-то там Квант. Ведёте себя соответствующе. – откровенно посмеивалась Барашкис. - Бывает же, что звери уже рождаются нудными. – удрученно выдохнула Альма. - Ну не знаю. Спартанская Леди. Тебе бы подошло. – ответил Когтяузер. - Ага. Лет так двести назад. - Я согласен, миледи. – слегка подтрунивая напарницу, ответил гепард. - Согласен? - Согласен. Окей. Мы это учтём. Примерно с такими мыслями Альма возвращалась к поиску. Сделав немалый круг над парком, дрон снова вышел на нужный курс, и можно было задействовать сканер. И, наконец, третья сигнатура обнаружилась в районе аттракциона «Корабль-призрак». Судя по количеству отметок, это были должны быть всё схваченные полицейские. Следующий шаг – спасение. - Робин, я нашла заложников. Но не исключено, что это все. – дав беспилотнику команду на возвращение, сообщила Альма. - Ясно. Всё отметки есть на моем экране, но я пока ещё иду по следу. – ответил Когтяузер. - Я освобожу их, а ты дай мне знать, если обнаружишь что-то ещё. И будь острожен. Как раз, когда закончился сеанс связи, к позиции Альмы вернулся и дрон. Разобрав его столь же быстро, как и собрала, она убрала все детали в отведенные отделы на поясе и прыгнула вперёд, в воздухе расправив плащ, словно крылья. Решено было сперва спасать заложников у колеса обозрения – оно было ближе всего. Разбежавшись и оттолкнувшись от края крыши, Альма тут же задействовала свой плащ и при помощи него начала планировать к нужной точке. Уже при подлете она видела, что впереди враги, так что перед освобождением заложника площадку придется зачищать. Впрочем, как и всегда. Утешало лишь то, что «охраны» было не очень-то много. Проходящий мимо рубки управления баран в маске Гая Фокса и не заметил, как ему за спину бесшумно кто-то спланировал, а затем «выключил» точечным ударом дубинки по темечку. Квант правильно выбрала момент и нужную цель, так что её появление осталось никем не замеченным. Активированное «Сверхзрение», просветившее прямо сквозь предметы окружения контуры остальных недругов, показало, что остальные бараны по-прежнему находятся на своих «постах» и, судя по всему, ни о чём не догадываются. Так что Квант могла действовать по своему любимому методу: «Быстро, чисто и незаметно». - Эй, Недоспартанка! – неожиданно оживился громкоговоритель где-то рядом, и Барашкис снова завела очередную язвительную речь. Похоже, что у этой овечки был просто неисчерпаемый запас троллинга. – Избавься от маски с костюмом, перестань порочить имя нашей общей знакомой, и отпущу Джуди и её полицейский бойс-бэнд. Договорились? Договорились. Газелле даже на секунду забеспокоилась, не значило ли выступление Барашкис, что её положение обнаружили? Уж слишком «вовремя» выступила овечка, прямо после вырубания одного из её приспешников. Но нет, просто совпало. Всё пучком. Поэтому Квант, выдохнув и пригнувшись, она двинулась вперёд. Только рога, не позволяющие скрыться за ограждением, ибо они торчали, как две антенны, по-прежнему вызывали у Альмы наплывы самокритики. Но приходилось перебиваться и приспосабливаться – спиливать рога экс-певице не хотелось. Как раз представилась ещё одна возможность для скрытого нападения. Ещё один «болванчик» отбился от своих и шел впереди. Теперь же в ход пошло электричество, то бишь шокер в перчатке. А чтобы не было лишнего шума, пришлось закрыть барану рот, чтобы не голосил. Однако после этого пришлось как можно быстрее думать, как же скрыться – впереди и сзади подходили оставшиеся враги с оружием наготове. О присутствии Кванта они ещё не знали, но вот-вот могли. Скрыться Квант решила наверху, на одной из обзорных площадок рядом с колесом. Одновременно снизу послышалось: «Минус один». Бараны нашли одного из нокаутированных товарищей и теперь уже точно были начеку. Вот только вверх не смотрели. На этом Квант и решила сыграть, заметив, что один из врагов сильно подставляется. Перепрыгнув при помощи троса на мачту освещения, рядом с которой он стоял, Альма пустила в ход один из своих излюбленных приемов – атаку с захватом. Прицепив трос к мачте, газель прицепила другой его конец к поясу и свесилась вниз головой. Ослабив фиксацию катушки, она сразу же спустилась барану за спину, схватила его, для пущего эффекта обернув плащом, и буквально утащила наверх. Баран, с перепугу выпустив из лап оружие, даже не понял, что произошло. Он успел заметить только два горящих глаза, прежде чем был отправлен в нокаут сокрушительным ударом лба, а после чего остался висеть на мачте, будучи подвешенным за заднюю лапу, словно елочная игрушка. - Слышь, милочка! У него ведь нет страховки, – «вовремя» вмешалась Барашкис. У неё там что, заранее текст был подготовлен для выступлений? Так хотелось разнести к черту этот громкоговоритель… - так что или его загонит в гроб ваша верная слуга, или он получит счёт из Центрального Госпиталя Зверополиса и пожалеет, что не помер. «Святая линза, заткнись, просто заткнись» - про себя гневалась Альма. Как же её бесила эта неугомонная, вредная овечка. К тому же двинутая. Впрочем, она ещё получит своё, а сейчас, после занятия новой позиции, газель достала свой гранатомёт, зарядила его клеевой гранатой и уже прицеливалась… В это же самое время свои изыскания продолжал Когтяузер. После посещения мастерских со следами селитры и угля, его путь лежал в сторону аттракциона «Гнейсовые пещеры». По идее декорации разветвленных туннелей, которые в камне проточила вода (пусть это и была только красивая декорация), вполне могли сойти на роль штаба для злодея. Путь к аттракциону пролегал через небольшую аллею, и Когтяузер не терял бдительности. Слишком уж тихо было вокруг. Боевой жезл был наготове. Но именно в такие минуты на гепарда находило то, что он не очень-то любил – воспоминания о прошлом. Они имели такое неприятное свойство, как нейтрализация улыбки. Отчасти поэтому Бен, когда вносил изменения в экипировку Робина, сделал забрало шлема из полупрозрачного стекла. Не хотел, чтобы было заметно…

***

Flashback 4 года назад. Лишь немногие из гулявших по парку зверей обращали внимание на одинокого гепарда, стоящего на мосту, перекинутого через небольшой искусственный пруд в центре парка. Обычно в такие дни парк был излюбленным местом для прогулок влюбленных, либо местом встреч друзей. Гепард же стоял абсолютно один, периодически потягивая газировку через соломинку. Взгляд его был каким-то отстраненным, словно гепард глубоко о чем-то задумался или вспоминал что-то невеселое, и направленным в одну точку на глади озера. Выдался выходной, который Бенджамин Когтяузер решил использовать, чтобы, как он сам говорил, развеяться. Свободное время проходит быстро, это всякий знает, так что грех было упустить такой шанс. Единственное, что можно было назвать в этой ситуации странным – он не был в компании друзей. Газелле, она же Альма Джей, сказала, что будет в Z-Tech, ссылалась на какие-то накладки с новым снаряжением, и сильно извинялась, что не может провести выходной с лучшим другом. У Джуди и Ника тоже хватало своих забот. Впрочем, как и других «Посвященных» (тогда ещё команда самых известных борцов с преступностью ещё не была переименована в Спартанскую лигу, и её члены всё ещё носили свои прежние прозвища – Спартанцы и Посвященные). Бен никого не винил, он сам хотел улучить денёк, чтобы побыть наедине с собой. Его кое-что беспокоило. После эпизода в военном музее Сахара-Сити, ставшего боевым крещением для Альмы, прошло несколько месяцев. Всё менялось. Коснулось это и Когтяузера. Он сам не заметил, как начинал отрешаться от своей прежней непосредственности и простоты мыслей, как в голове, подобно искрам, проскакивали мысли более серьезные. Возможно, стоило измениться самому. Мда уж, бывает, что и такое в голове проскочит. Но с чего бы? Бен замечал и другое: такие мысли были словно в тягость, трудно было не печалиться, и любитель пончиков не мог это не замечать. Одна каша в голове, ничего более. И сейчас, в парке, в голове снова прокручивалась знакомая пластинка. В попытке снова «вернуться на волну», Когтяузер опустил взгляд на водную гладь и пытался притопить тяжесть мыслей в лимонаде. Из этого состояния полупрострации его вывел чей-то оклик сзади. - Бен? Бенджамин Когтяузер? – обернувшись, гепард увидел позвавшую. К его удивлению это была ни кто иная, как гепардица Эва Эйяла. Старая знакомая, с ней ещё была связана одна забавная история, случившаяся после окончания полицейской академии. - Усы мои, пятна, когти… Да, это я. – широко улыбнувшись, ответил Бен. – Давно не виделись, Эва. – и, хитро прищурившись, добавил. – С той нашей встречи, после которой исчезли ты и мой бумажник. - Блин, Бенни, я уже забыла, сколько лет прошло, а ты всё ещё дуешься? – лукаво ответила Эва, всеми силами пытаясь не выдавать того, что к щекам подступил румянец. Когтяузер только отмахнулся и сделал очередной глоток прохладительного напитка. И правда, стоило ли акцентировать? Никакого порядка в голове, только всякие досадные мелочи из прошлого. И снова та же мысль: если жизнь часто сравнивают с книгой, то не помешало бы изменить сюжет, начать всё с чистого листа. Хотя последнюю фразу Когтяузер от чего-то недолюбливал. Не звучит она… - Ты мне лучше другое скажи. – оперевшись на перила моста, спросила Эва. – Уж не обижайся, но ты мало того, что сам тучный, так сейчас ещё мрачнее тучи. Чего печалишься то? Шутки про тучность Когтяузер проигнорировал. Научился это делать давно, ещё когда его любовь к пончикам только начала приносить первые нелицеприятные результаты. - Да так, просто что-то невесело. – отмахнувшись и бросив пустую бутылку в рядом стоящую урну, бросил гепард. – Хочу через несколько дней из города уехать. Перевелся в другое отделение своей работы. Но не суть. - А в чем суть? - Хочу… перекроить свою жизнь, как говорится. – выходя с моста на парковую аллею, сказал Когтяузер. - Ого, серьезный такой план. – кивнула Эва. Проходя по затененной аллее, усаженной с обеих сторон раскидистыми можжевельниками, гепардица решила дать старому другу совет. - Бенни, послушай. Мне действительно очень неловко за тот момент, поэтому позволь дать тебе совет, как старому другу. - сказала она, встав перед Когтяузером и идя спиной вперёд. – Если хочешь перекроить себя, то для начала приведи мозги в порядок. Разберись со своими мыслями. Ты должен чётко знать, что хочешь делать. Была латинская поговорка, Ставь себе лишь ясные цели. Запомни. – после чего взглянула на часы на запястье. – Блин, прости, приятель, но мне надо спешить. Попрощавшись с Эвой, Бен ещё некоторое время неспешно бродил по аллеям парка. Как ни странно, но совет этой прохвостки Эйялы оказался кстати, ибо чёткого плана у Когтяузера не было. Так что совет упорядочить мысли вполне подходил как первый пункт плана для дальнейших действий. End of flashback

***

Осмотр «Гнейсовых пещер» не дал результата. Барашкис нигде не было, но Робин не терял настроя. Не может эта глупая овца прятаться вечно. Но для продолжения поиска нужно было выбраться обратно в парк. Оставалось только срезать через ресторан «Серебряный плавник». Но за гепардом уже наблюдали… - Квант, это я. Пока никаких следов не обнаружил. Что у тебя? – настроив рацию, Робин решил выяснить, как дела шли у его напарницы. У Кванта же всё шло более успешно. - Было небольшое жжение ниже поясницы, но всё обошлось. – не поскупившись на слегка чернушную шутку (правда, сильно её смягчив), ответила Квант, укладывая на землю очередного недруга, при помощи шокера отправленного в царство грез. - Хорошо. Я иду дальше. Пока Альма могла спрятать оружие. Удостоверившись, что всё враги находятся в состоянии глубокой отключки, она поспешила к рубке управления колесом, чтобы с помощью панели управления спустить двух офицеров полиции, который заперли в двух кабинках. Как говорится, покатались и хватит. К счастью, добравшись до рубки, Альма быстро нашла нужный рычаг. Однако эффект оказался совсем не тот, что ожидался. Колесо обозрения не прекратило вращения, а снизу послышался гул поднимающегося подъемника, из-за чего газель спешно достала крюк и скрылась на высокой точке, коей послужила соседняя обзорная площадка. Одновременно из всех кабин колеса полетели разноцветные искры, словно там были спрятаны римские свечи. - Сюприз, мисс Газелле! Вы ж не надеялись, что всё так просто будет?! – громкоговоритель в очередной раз передал противный, насмешливый голосок Барашкис. Как оказалось, ниже в платформе смонтировали подъемник для доставки стройматериалов с грузовых судов и для обслуживания внутренних помещений самой платформы. И именно так сюда смог прибыть «козырь в рукаве», приготовленный Барашкис – так называемые «Ловцы». Если обычные «рядовые» были простыми бандитами, то эти были хоть сколь-нибудь похожи на солдат – у всех «Ловцов» были автоматы, легкие бронежилеты и каски с тактическими очками. На касках красовался неизменный логотип – стилизованная хищная пасть, находящаяся в красной окружности и перечеркнутая, как символ неприязни Барашкис к хищникам. Что и сказать, умела овечка преподносить сюрпризы. - У меня тут ЧП. – с безопасного расстояния смотря на то, как по площадке рассредоточиваются стрелки Барашкис, сообщила Альма по рации, параллельно готовясь к новой скрытой атаке. - Я иду! – забеспокоился Когтяузер. - Нет, сама разберусь. Найди Барашкис. Пора с этим кончать. - Ладно. Но если что-нибудь… - Я сообщу. В это же самое время у Робина тоже случилась накладка, что было ещё мягко сказано. Когда он собирался выходить из помещения ресторана, неожиданно закрылись все двери, опустились подъемные ворота, словно ими кто-то управлял. Гепард даже на секунду остолбенел. - Ха-ха! Попался герой! Ты же не думал, что я и тебя вниманием обделю? – начала вещать Барашкис, когда на стене напротив включился старый телевизор. – Можешь не пытаться пробить ворота – знаю я про эти ваши новороты. Они тебе не помогут. Пульс резко участился, на загривке вздыбилась шерсть, но не от страха. Нет, Когтяузер был не из пугливых. Сейчас его буквально захлестывала злость. Злость на самого себя, что попал в такую ловушку. Слишком тихо было вокруг, мог ведь догадаться. - Нет. Нет! – выключив рацию, сквозь зубы процедил гепард, горящим взглядом осматривая всё вокруг. «Ловцы» уже приближались, надо было подготовиться к встрече. - Нет, нет, нет! – извергаясь злобой на самого себя, Когтяузер носился по ресторану, словно ошпаренный, в поисках дополнительных подлапных средств, которые можно было бы использовать. – Провели. Обложили. А я попался! Дурак, дурак, дурак! Никогда, никогда не сдаваться, Спартанец! - Надеюсь, ты готов, герой. – самонадеянно добавила Барашкис. Не смотря в сторону телевизора, Когтяузер молча запустил в него попавшийся под лапу кухонный нож. Кроме того, в кладовке на ресторанной кухне нашлась такая полезная вещь, как аэрозольный баллончик, скорее всего средство от насекомых. - Убедись. – прошипел гепард, нажатием на кнопку убрав стеклянное забрало шлема. Группа Ловцов быстро добралась до ресторана и приготовилась ворваться внутрь с черного входа. Они надеялись, что визитер не заметил неукрепленную дверь и не ожидал атаки с тыла. Двое автоматчиков встали у двери, трое стояли на лестнице, перед самой дверью встал ещё один Ловец с кувалдой, с помощью которой планировалось выбить дверь. - Раз… - поправив тактические очки и сняв свою М4 с предохранителя, скомандовал командир, баран с белым пятном под правым глазом. «Вышибало» покрепче сжал кувалду. – Два… – установилась гнетущая тишина, кувалда уже была занесена для удара. – Три! «Вышибало» планировал с замаха ударить по дверной ручке и таким образом выбить замок. Но буквально за секунду до удара ручка повернулась, и дверь открылась вовнутрь, а кувалда с громким «Бам!» ударила в пол, оставив в нем вмятину. Опешивший от такого поворота баран недоуменно поднял взгляд. В дверях стоял гепард, который по словам босса вообще не должен был ожидать их появления. Но пятнистый наоборот состроил такую простодушную мину, словно хотел сказать: «О, а вот и вы. Наконец-то дождался…». В ступор впали и другие Ловцы, о чем свидетельствовало хотя бы то, что никто из них не начал стрелять. Ужасная ошибка. Мощным ударом задней лапы, Робин отбросил попавшего под раздачу барана назад, сбив тем самым с лап его товарищей. На лестнице возникла жуткая толчея и неразбериха. А у Робина в запасе был приготовлен и более «убойный» трюк. В одной лапе гепарда мелькнул аэрозольный баллончик, а в другой – несколько спичек, которые он держал охапкой. Быстро разбежавшись, гепард припал к полу и на коленях стал скользить по инерции вперед, одновременно ведя головками спичек об пол. От трения сера вспыхнула. Начав останавливаться, Робин поднес горящие спички к распылительной головке баллончика. Ловец не успел навести оружие, как его обдала сначала яркая вспышка, а затем волна жара. Яркое пламя воспламенившегося аэрозоля осветило темный коридор. Робин водил пламенем из самодельного огнемёта вокруг, заставляя остальных баранов в ужасе прикрывать лица. Такого они точно ожидать не могли. Но если первых двух Ловцов пламя обошло, то вот того самого командира Робин обдал пламенем с головы до пят. В ужасе тот стал кричать и бить себя по груди и бокам, пытаясь сбить пламя, охватившее его одежду. В воздухе повис запах горелой шерсти. Один из уцелевших Ловцов стал поднимать оружие, однако Робин заметил это и бросил баллончик ему в голову. С громким «Блам!» он ударился в его каску, на секунду дезориентировав барана-автоматчика. А Робин воспользовался промедлением, в эту секунду достав из-за пояса свой газовый пистолет. Клацнул раскрывшийся крюк, который после нажатия на спуск вылетел вперёд и попал барану в грудь. Сила удара была такой, что его отбросило к стене, плюс ко всему начальной скорости, с которой вылетел крюк, оказалось достаточно, чтобы сломать грудную клетку. У колеса обозрения разворачивался свой бой. Автоматчики отчаянно пытались выгадать, откуда же «ряженая газель» сделает следующий выпад. Из девяти автоматчиков пятеро выбыли за пять минут – по одному в минуту. И даже разглядеть Кванта не получалось. Один из автоматчиков имел неосторожность пройти прямо под мачтой освещения, когда сверху на него спустилось что-то с быстротой молнии, обхватило черным плащом и утащило вверх. Заслышав крик товарища, Ловцы выпустили по полной обойме каждый, но никуда не попали – цель была слишком быстрой. Второй удар последовал сзади. Перемахнув через ограждение Квант схватила оружие одного из Ловцов, предварительно заломив ему лапы, и начала поливать свинцом его товарищей. Баранам приходилось в панике пригибаться и падать ничком на пол, дабы спастись от свинцового потока. Когда закончились патроны, Квант выхватила автомат и, используя его вместо дубинки, одним ударом нокаутировала пытавшегося высвободиться барана. Оставалось ещё двое баранов с G36. Между ними стоял старый нерабочий игровой автомат «Оракул-предсказатель». Приняв это в рассчёт, Квант быстро решила, как ей действовать. Опрокинув старый автомат, она задействовала генератор импульса в протезе. Мощности ударной волны с лихвой хватило, чтобы превратить старый игровой автомат в летающий таран. Когда направляющие и металлические створки снова приняли небоевое положение, а металл протеза вновь скрыл рукав костюма, Альма выпрямилась для оценки ситуации. Девять баранов, хорошо вооруженных, теперь были просто вырубленными баранами. Даже Ловцы не помогли Барашкис. Можно было наконец-то остановить вращение колеса обозрения и вытащить заложников. В «Серебряном плавнике» же, из всего отряда Ловцов в строю остался лишь один баран. Автоматом воспользоваться не удалось, а вся обойма из пистолета ушла в выпущенный щит. Оставался только нож, и у черного барана ещё оставалась уверенность в том, что справиться с гепардом у него получится. Вот только рогатый не знал, что на уме у его оппонента. Не дожидаясь атаки врага, Робин быстро отступил на шаг назад и снял шлем. Взгляд не сходил с оппонента. Когда баран всё же попытался атаковать, он нанес два размашистых удара финкой, первый из которых прошел мимо, а второй оставил лишь безобидную царапину на наруче Робина, который после этого оттолкнул барана задней лапой, а затем… со всей силы швырнул свой шлем, словно мяч. Баран такого совершенно не ожидал, в результате чего получил сильнейший удар прямо в челюсть. На секунду послышался треск сломанной кости. Но Робин только начал прием. Пригнувшись, он включил двигатели малой тяги и на полной скорости влетел в недруга, сбив его с лап. Пролетев так несколько метров по коридору и несколько раз кувыркнувшись, Робин обхватил оглушенного барана со спины и снова включил реактивную тягу, взлетев настолько высоко, насколько позволял потолок. Сделав в воздухе петлю, Робин буквально обрушил барана на пол. Глубокая отключка вкупе с множественными переломами ему была гарантирована. - Отлично. Оказывается, я ещё что-то могу. – надевая свой шлем, выдохнул гепард, выходя обратно на открытую территорию парка. Выйдя он вдруг вспомнил, что выключил свой инфолинк. Просто не хотелось как-то, чтобы Альма прознала, что он может злиться. Ей это знать не обязательно. К слову, об Альме. Взломав терминал управления, та смогла остановить вращение колеса обозрения. Начав при помощи устройства взлома сбавлять обороты, она одновременно включила Сверхзрение, чтобы знать, когда надо делать остановку и выпускать пассажира, ибо все кабинки были закрыты непрозрачным стеклом. Первый пленник обнаружился достаточно быстро. При помощи троса Альма, не сходя с места, открыла дверь, и из кабины буквально выпал бородавочник в полицейской форме, сразу прикрыв рот лапой. Видимо, укачало бедолагу. Чтобы достать второго полицейского, пришлось прокрутить ещё на пол-оборота. Но и второй пленник, на этот раз корсак, был спасен. Медицинская помощь не требовалась, только небольшое головокружение. Убедившись, что заложникам ничего не угрожает, Альма достала пистолет с крюком и взмыла сначала на одну из верхних кабинок колеса, после чего, преодолев ещё ряд «промежуточных», снова оказалась на той самой крыше, с которой она и начала. Одна точка готова, две остались. С чего бы начать? С карусели? Или с «Корабля-призрака»? Внезапно мысли Альмы прервало оповещение о срочном входящем вызове на частоте Когтяузера. Включая инфолинк, газель искренне надеялась, что это сообщение о местонахождении Барашкис. - Квант, я кое-что обнаружил. Потребуется твоя помощь. – отчеканил гепард на том конце линии. - Бомба? – обеспокоенный тон напарника сразу дал понять, что дело может запахнуть керосином. - Как догадалась? - Час от часу не легче. - Следуй по моему сигналу. Жду тебя. Ничего не поделать. Спасение заложников, конечно, важно, но если взорвется бомба, то может нарушится целостность платформы, на которой стоит парк, и тогда он попросту рухнет в пучины моря. Маркер на экране линз показывал, что бомба находилась с другой стороны парка. Пробежав к противоположному краю крыши, Альма обнаружила, что маркер стоял внутри аттракциона «Акульи горки», а именно внутри туннеля в виде огромной акулы. «У, класс. Прямо с лету в пасть акулью. – про себя подумала Альма, разбегаясь и готовясь к очередному спуску. – Зато хоть появлюсь эффектно». Разбежавшись и прыгнув, она не сразу решила расправить плащ, сначала решив войти в пикирование. Когда ток с электродов всё же привел ткань плаща в твердое состояние, Альма выровнялась и перешла в плавный горизонтальный полёт. В пасть металлической акулы можно было влететь, не боясь во что-то врезаться. Идеальный спуск. Сделав для гашения скорости перекат, Альма первым делом метнулась к сразу же обнаруженной бомбе – впереди горка была перекрыта завалом из множества бочек, красных баллонов и больших деревянных ящиков с надписью «Взрывчатка» и TNT, которые к тому же были опутаны связками проводов, которые сходились к небольшой желтой коробочке в центре завала. Вдруг сзади кто-то буквально вышиб дверь, и из входа для технического вылетели сначала детали штурмовой винтовки, а затем и рыжий баран в маске какого-то йети, будучи при этом в полностью бессознательном состоянии. А затем из того же выхода вышел и Робин, убирающий за спину боевой жезл. - Тьфу, чебуратор! – сплюнул гепард. Видимо, у него с тем бараном вышла «недружественная» встреча. – О, привет. Извини, услышал шум внизу, и нашел там этого чудика. - Да-да, забавно. – Альму же больше беспокоило обезвреживание бомбы, ибо красный и зеленый огонек на желтой центральной коробочке, которая явно была пультом управления. Достав из кармана нож, она нашла в коробочке небольшую щель, после чего при помощи ножа сняла крышку. Внутри обнаружился ещё набор огоньков, небольшой разъем для провода и какие-то мелкие детали. Большой красный огонёк в верхнем углу указывал, что бомба явно приведена в боевое положение. - Ты уверена, что знаешь, как её обезвредить? – присев рядом на корточки, настороженно спросил Когтяузер, подняв забрало шлема. - Да, вполне. Тим учил меня обезвреживанию СВУ. Я, кажется, даже писала об этом в своей книге. – подключив к разъему свой хакерский девайс, ответила Альма. - Да, я помню. - Какой ужас… Вдруг всё взорвётся… - неожиданно где-то снаружи из громкоговорителя послышался зловредный голос Барашкис. Альма только буркнула себе что-то под нос, и вернулась к процессу. Процесс обезвреживания бомбы свелся вовсе не к перерезанию красного или синего провода, что в принципе было логично. Не кино всё же. Подключившись к пульту, Альма стала поворачивать специальное колесико, как на обычной компьютерной мышке, чтобы система криптовзлома подобрала нужный код. Но с первой попытки сделать это не получилось, на экране высветилась надпись «Пароль отвергнут». Альма забеспокоилась. А вдруг таймер уже включился? Ну же, подбирайся уже, идиотский пароль… И… «Пароль принят» - высветилось на экране хакерского устройства, когда набралось слово «Шарлатан». - Выдохни, пятнистый. – сложив и убрав девайс в карман, облегченно сказала Альма. - Хочется верить, что больше такого не будет. – скрыв мордашку за полупрозрачным забралом, ответил Когтяузер. – Идем. Направляясь к выходу по рельсам горки, взгляд Альмы невольно упал на всё ещё лежащего без сознания барана. Вспомнилось, как всего несколькими минутами ранее он влетел в помещение, словно ему врезал какой-нибудь герой блокбастера. А ведь по тому, каким Альма знала Когтяузера ранее, она в последнюю очередь представляла его в образе «крутого вояки» с боевым наперевес. - Кто учил тебя так драться? – показав на вырубленного недруга, спросила Альма. - Имя Копа Симбовских тебе о чём-нибудь говорит? – задумавшись, ответил Когтяузер. - Капитан У.Д.А.Р.а? - Да. Он был моим куратором, когда Тейлор прислал распоряжение о моем зачислении в У.Д.А.Р.

***

Flashback 1,5 года назад. - Слишком яростно. – даже сквозь игравшую музыку, неотъемлемо сопровождающую каждую тренировку по боевому искусству-танцу капоэйра, замечание инструктора трудно было не расслышать. Будучи мастером своего дела, уклонится от удара было проще простого. Стоящего против него гепарда это словно только подзадорило. Остальные курсанты, сидевшие на скамье в сторонке, с интересом наблюдали за очередной тренировкой. Тренировки под руководством льва Копы Симбовских** для всех курсантов академии спецназа У.Д.А.Р одной из самых «бодрых» составляющих всей подготовки. Все знали – к каждому «желторотику» этот лев находил свой подход, поэтому скучно не было никогда. Гепард со сверкающими от боевого азарта глазами, сделал очередной выпад. Капоэйра отличалась огромным арсеналом ударов, уходов, перемещений и акробатических элементов. Но Бенджамин Когтяузер всегда отличался способностью схватывать всё на лету. А после двух с половиной лет усиленных тренировок, после того, как ему удалось-таки похудеть, во что мало кто верил, пришел приказ из Z-Tech, и Бен с головой погрузился в новый для себя мир – военный мир. Он решил нанести удар со сложно произносимым названием мэйа луа ди компассо, что переводилось как полумесяц компаса. Стараясь двигаться как можно быстрее, он наклонился, уперся передними лапами в пол, а левую заднюю выбросил вперёд, целясь оппоненту в голову. Но как бы быстро он ни двигался, лапа прошла над светло-рыжей гривой Копы. В ответ лев нанес толковый удар бэнсау, но Когтяузер тоже кое-чему научился и выполнил уход назад, экшкиву латерал. И таких мудреных названий по ходу обучения пришлось запоминать немало. Следующий выпад, сделанный Когтяузером, так же не настиг цели. А Копа стоял с таким выражением морды, словно делал что-то совершенно обычное, что его почти не волновало. - Слишком предсказуемо, Бенджамин. – Копа снова выразил свое неудовольствие, когда гепард снова вернулся в стойку. – Ты ошибочно думаешь, что есть менее и более эффективные приемы, поэтому часто действуешь предсказуемо. – дав жест «бой!», он уклонился от одного и погасил другой удар. – Это не комбухи в «Мортал комбате» проворачивать. При использовании только одного своего умения становишься предсказуемым для противника. Используя все навыки, ты избегаешь повторов и увеличиваешь свой шанс на победу. Молча выслушав замечание, Бен решил применить другой прием и дважды попытался нанести задней лапой прямой удар, понтейру. Но Копа лишь подловил его на этом: под удар он подставил припрятанную за поясом телескопическую дубинку, а затем нанес замешкавшемуся гепарду сильный удар в затылок. - Неплохо, результат есть. Но вердикт тот же: работай. – сказал Копа и, взглянув на свои наручные часы, обратился уже ко всем. – На сегодня это всё. У.Д.А.Р, вольно! Уже в раздевалке, переодеваясь из тренировочной в полевую форму, Когтяузер частенько любил порефлексировать. Новая жизнь была не такой, как прежде. Ну то есть, он тоже проходил полицейскую академию, но сравнивать её с военной академией У.Д.А.Р было как минимум некорректно. Впрочем, это был скорее повод для гордости – ведь по завершении подготовки он, Бенджамин Когтяузер, пополнит ряды Спартанцев. Но такие моменты часто сменялись и нотами грусти, тоски по прошлому. Здесь, о прошлом, Когтяузеру напоминала только одна вещь – его с Альмой общее фото. Сделали его друзья спустя всего несколько дней после первого боевого задания Кванта, поэтому на этом снимке рядом с Газелле был пухлый, улыбчивый гепард, которого все знали как большого добряка, и ещё как любителя пончиков. Теперь же всё было по-другому. Хотя похудение Бен не считал своей победой. Он вообще последнее время мало улыбался. Видимо, эта его черта была скрыта глубоко внутри и проявилась только когда он стал стройным и поджарым, как и полагает гепарду. Плюсом к ностальгии являлась и одна неприятная мысль. Стоило ли скрывать от сослуживцев свой перевод? Сейчас Когтяузер едва ли не сожалел, что оставил без объяснений свой перевод. О нем знала только Джуди, но гепард попросил никому ни о чем не говорить. Кто знает, наверняка она, да и Альма тоже, скучают по нему. Когтяузера не было в Зверополисе второй год. Тоскливо… - Снова витаешь в облаках, рядовой? – неожиданно знакомый голос, донесшийся сзади, заставил Когтяузера поневоле вздрогнуть и едва не выронить фото. Это был капитан Копа. - Да так, ничего не особого. – натянув улыбку, ответил Бен. - Слышал я уже эти слова, уже сбился со счету, сколько. А это что? – покачал головой лев, подойдя ближе, чтобы рассмотреть снимок. – Вау, Газелле? Эта та, которая раньше певицей была? - Да, мы с ней раньше работали вместе, пока я не перевелся сюда. - Ты так это сказал, словно тебя это… не знаю, тяготит. В чем дело? – спросил Копа, сев на скамейку рядом, и стараясь смотреть подчиненному в глаза. Когтяузер понял, что избежать ответа не удастся, иначе командир в нем дыру взглядом прожжет. В хорошем смысле, разумеется. Копа хоть и был командиром требовательным, но впечатление о себе оставлял самое приятное. - Мы с ней друзья, а я ей… недоговорил. Решил не говорить, что перевелся сюда, а теперь от чего-то жалею, что не сказал. Серо как-то. – прикрепив фото на свое место, на обратной стороне шкафчика, магнитиком, сказал Когтяузер, сев на скамью, рядом с Копой. - О, вот как. Так это поправимо. – добродушно улыбнулся рыжегривый лев. – Как вернешься домой, лучше поговори с ней с глазу на глаз, Бенджамин. Будь честен, как с ней, так и с собой. Я с самого начала понял, ещё когда тебя только зачислили в мой отряд, что ты не из тех, кто любит заливать и гнать пургу. Таких мало в наши дни. - Спасибо, сэр. - И ещё. – добавил Копа, положив лапу подчиненному на плечо. – Вспомнил ещё, может пригодится. Бывал в России? - Никак нет, сэр. - Тогда просто запомни эти слова, мне их друг как-то сказывал, может, прозвучит грубовато, но если ты правда ценишь свою подругу, и хочешь с ней откровенно поговорить, скажи: ты – славная баба, я – славный мужик***. Поболтав так ещё несколько минут, они, довольные и улыбчивые, вышли из раздевалки. С того дня Когтяузер для себя решил, что недоговаривать, тем более Альме, он не будет. Никогда. End of flashback.

***

- Мда уж, круто. И спасибо за честность, Бен. Очень приятно, что вернулся такой замечательный друг, как ты. – выслушав эту небольшую историю, улыбнулась Альма, когда они уже вышли за пределы акульих горок. Снова лил дождь, но в нем было даже какое-то своё очарование. - Самому на душе легче. – кивнул Бен. – Знаешь, неприятно переводить тему, но давай продолжим. - Да, ты прав. Продолжай искать бомбы, возможно это была не единственная, а я спасу заложников. - Сообщу, если обнаружу что-то. Альма при помощи крюка взмыла повыше, а Когтяузер при помощи двигателей малой тяги совершил высокий прыжок, но в другую сторону. Забравшись на уже знакомую крышу на вышке, Альма огляделась и, разбежавшись, прыгнула и расправила плащ. Следующий шаг – заложники у карусели.

*****

Представляем читателю отрывки из книги «Из эстрады в органы или Записки одной Посвященной». В этой главе бывшая поп-звезда Газелле рассказывает свои впечатления о некоторых членах «Спартанской лиги».       Хотите верьте, хотите нет, но на самом деле у меня, той, которую называют самым известным зверем во всем Зверополисе, не было друзей. Время течет столь стремительно, а в эстрадной жизни всё так закручено, что тех, кого бы я назвала друзьями, у меня почти не было. Были фанаты, были эти назойливые папарацци и журналисты, городская элита. Но этих сладкоголосых краснобаев я тоже не относила к своим кругам. Да, мы общались и при том весьма охотно, но мне всё хотелось выразить чувства, иметь рядом того, с кем можно поговорить не только про эстраду, шоу-бизнес и прочие не малоинтересные вещи.       Жизнь в образе сначала полицейской, а потом и Посвященной стала для меня как шагом в иную реальность. О Джуди и Нике особо распинаться не буду, ибо о них весь город знает не хуже меня. Скажу лучше о тех, кто из Спартанцев и других Посвященных мне приглянулся больше всего.       Капитан Натаниель Волкас. Я слышала, что волки – компанейские ребята, но Нат, как мы его называем, душа любой компании. Именно что душа, ибо на нем держится почти вся наша команда. Не зря Джуди считает его своей правой лапой. Его назвали «Алмазным глазом Спартанцев». В нем было всего понемногу: добряк, остряк, любитель в чем-то посостязаться и ещё много чего. Я поначалу не понимала, от чего у него такое желание поговорить с кем-то. Джуди мне рассказывала, что у него, как и меня, тоже когда-то не было друзей. Видимо, не хочет, чтобы мы повторяли его участь.       Ричард Рексен мне показался типичным примером «большого мишки-добряка». В нем тоже было желание поострить, но не так часто, как у Ната. Скромный был, донельзя. Тут углубляться не буду.       Единственный, кто меня реально начал раздражать, так это Тим Клыкадо. Этот волк был эдаким исключением из правил. Его называли Комедиантом, за его просто неиссякаемый запас шуток: от простеньких и безобидных, до грубовато-пошлых. Но раздражало в нем то, что шутить он любил ну слишком уж часто. «Сначала смешно, а потом фигня какая-то» - это в точности про него. А ведь потенциал-то есть, и я всем сердцем верю, что ему выпадет шанс реабилитироваться и стать не таким раздражающим.       Но был и тот, кого я могла называть лучшим другом, был Бенджамин Когтяузер, гепард, тоже сослуживец Джуди и Ника. Веселый, понимающий, и к тому же неисправимый оптимист. Он говорил мне, что не умеет врать, и я ему верила. Впервые у меня появился кто-то, с кем я могла поговорить по душам. Тем неожиданнее был его внезапный уход из Спартанской лиги. Джуди сказала, что он решил перевестись в ЧВК, но я в это не верю. Слишком спонтанно и неожиданно.       Джуди заверила меня, что это временно. Временно я осталась без друга, поэтому она на это время приставила мне в напарники Финника. О, об этом персонаже я бы могла говорить долго. Таких, как он, в народе называют самородками. О подробностях его прошлого упоминать в этой книге было бы не этично, но если вкратце, оно было примерно такое же скверное, как у Ника. Собственно, нелегкая жизнь и свела их вместе – они были знакомы с детства.       Фин не понимал меня, но с ним я вполне могла быть собой. По крайней мере, с ним было интересно работать. Интересно, что бы сказал Бенджамин по поводу нашей совместной работы?