Принц Виталик и полконя впридачу

– Не уверен я, что нам стоит встречаться с селянами, – предпринял на всякий бесполезный случай Эспайр еще одну попытку образумить Виталика. – Эйс, солнце ты мое безоблачное, а есть мы с тобой что будем? Да и кроме того – мы ж туда не на ПМЖ, зайдем, поздороваемся, спросим про урожай – и дальше, поближе к морю, подальше от дядюшки. Провизия действительно закончилась, и неизвестно, удастся ли где разжиться. Селение, судя по всему, было крупным, достаточно богатым, несмотря на все старания сборщиков налогов. Несколько ленивых гусей, переваливаясь с боку на бок, поприветствовали гоготом путников, а вскоре – не успел Виталик обдумать план поимки парочки особо тучных особей – открылись ворота и оттуда вывалился десяток всадников, разряженных в пух и прах. – Добро пожаловать, дорогие мимопроезжающие! Мы рады приветствовать высокородную леди и ее благородного спутника! – М-м-м, одно дело теплый прием, – пробормотал Виталик, – а другое – подозрительно горячий. Что им от нас надо? – Без понятия, – так же тихо ответил Эйс и мстительно припомнил: – Может, угадали твое желание обсудить урожай? – И уже громко, обращаясь к встречающим, сказал: – Приветствуем жителей благородного селения. – Будет ли нам позволено узнать, кого великая удача привела в наши места? – один из всадников подался вперед и теперь откровенно пожирал взглядом прекрасную даму. Та, в знак протеста, накинула фату – Эйс догадался, что это была подкладка камзола, и предположил, что Виталик язык показал. Не ошибся. – Благородная леди Виталиа-а-ана из Гильденб-бара, что в Осиновом лесу, в сопровождении покорного слуги – рыцаря Эспайра Бухого из Бухендорфа, – слегка запинаясь с непривычки представился Эйс. Виталиана мысленно поаплодировала. – Прошу благородных путников следовать за нами, – почтительно наклонил голову старший, и кавалькада двинулась в обратном направлении. Большой тын и крепкие ворота защищали селение от любых незваных гостей. Стражники, когда они проезжали ворота, вытянулись во фрунт – деревня охраняла себя не хуже, чем рыцарская обитель. Ухоженная дорога между уютными домиками – казалось, что деревня перенесена сюда из страны Утопии и ее обходят все земные беды и печали. – Не знаю как тебе, мой благородный спутник и защитник, – вполголоса сказал Виталик, – но как-то здесь слишком… Слишком идеально, и это плохо. Эйс разделял чувства его высочества: здесь было слишком. И он очень надеялся, что их визит не затянется. – Любезнейший, – фальцетом обратился Виталик к одному из сопровождающих их стражников, – нам бы провизией запастись – наш путь долог и труден, чтобы еще у вас задерживаться. – Все вопросы к старосте, высокочтимые приезжие. – Уважаемый, – снова обратился Виталик к стражнику после некоторой паузы, – у вас тут что, все вымерли? – Нет, благородная Виталиана, праздник. Все там. И староста тоже. – Что празднуете? Я что-то не припомню ни одного подходящего события. – Ночь Святой Изойды. – Изольды? – Изойды. Она всем нам помогла изойти. – Куда? – В вечное счастье. – Та-а-ак, говорил я, что-то тут не так. Как бы нам самим не изойти в ноль; сдается, местные – те еще фанатики. – Рыцарь молча согласился – интуиция давно заподозрила неладное. Они добрались до большой поляны, на которой, по-видимому, собралось все население. Посередине высился столб с вырезанным на вершине женским лицом, перед ним – каменная плита с углублением. Все это очень походило на атрибуты языческого жертвоприношения. Перед столбом, воздев руки к небу, стоял высокий худой мужчина в белом одеянии до пят, его громкий голос доносился до путников, но понять хоть что-то из его речи не смогли ни принц, ни рыцарь. – Мы привели их, староста! – громко сказал мужчина, и рыцарь понял, что они попали в очередную ловушку. Он выхватил меч, но оружие не обрушилось ни на одного из местных – главный стражник держал нож у горла Виталика. – Благородный рыцарь, не противьтесь тому, что уготовано судьбой. Эйс, скрипя зубами, спешился, позволил разоружить себя и связать. Он оценил иронию фортуны, когда стражник слово в слово повторил его фразу. Брута с трудом стреножили и увели – злобное ржание слышалось издалека. Виталика также спустили на землю, а жрец в балахоне подошел и поднял закрывающую лицо фату. – О да! Изойда будет довольна! – Я, конечно, понимаю, что, может, вмешиваюсь не в свое дело, но, черт возьми, кто такая эта Изойда и что ей от меня надо? – заголосил Виталик на всю поляну. – Изойда – наша великая покровительница, которая защищает нас от напастей внешнего мира. И за это мы раз в три луны приносим ей жертву. – Еще лучше, – в голосе принца появились хорошо знакомые сварливые нотки. – Вы с Изойдой хорошо живете, я-то тут при чем? – В жертву приносят кровь невинных или благородных дев. А если то и другое – вообще замечательно! – Охренеть принцип отбора, – присвистнула удивленная Виталиана. – Вы с нее хоть бонусы берите, что ли, когда оба условия выполняются. – Староста задумался, Виталик тоже. – Слышь, а если с благородством у меня нормалек, с невинностью вроде тоже так ничего, но… Как бы тебе это сказать, чтобы никого не шокировать. Не дева я. – Не дева?! – староста выкатил глаза так, что Виталик забеспокоился, как бы не выпали совсем. – Шок, однако. Ну не дева, бывает. – Эйс тоже выпучил глаза: к чему тогда весь этот маскарад? А Виталик продолжал: – Взрослая замужняя женщина. Я что, не имею права на нормальное женское счастье? – фальцет бил по ушам всех собравшихся, и те, кто стоял поблизости от разошедшейся “нормальной женщины”, корчили гримасы. – И кто же твой муж, благородная Виталиана? – спросил подозрительный староста. – Ну как-то? Вон стоит, ирод! И ведь не обнимет лишний раз, не приголубит… – Виталик аккуратно отвел лезвие от своего горла – шокированный стражник даже не пытался помешать – и вцепился в старостин балахон. – Я ж ему лучшие годы, а он все по войнам да по турнирам, нет чтобы в дом чего принес, хоть мелочь какую жене в подарок – зуб там выбитый, шлем погнутый, эфес с бриллиантиками – я ж многого и не прошу… – И залился новым ручьем. – Вы и правды женаты? – спросил у ошеломленного рыцаря староста. – Ну-у… Мы не венчались в церкви, – честно признался Эйс. – Да-а-а-а!!! – снова пустил слезу Виталик. – Все у нас не как у людей, зову его, зову, а он не идет – все по войнам да турнирам… Староста с трудом отцепил от себя принца, обозрел зареванный балахон и вынес соломоново решение: – Значит, сейчас их для верности поженим еще разок, а потом обоих отдадим Изойде – пусть сама разбирается, что с ними делать. Эйс уронил челюсть на полянку, а Виталик, оставшись без присмотра, по-хозяйски подошел, приладил отпавшее на место, взял рыцаря под руку и объявил: – Вот, а я тебе говорила, что надо было вовремя забрать грамоту из ЗАГСа. Не пришлось бы жениться сейчас, да еще и в походных доспехах.