Десять шагов к счастью

Криденс уже начинал привыкать к тому, что ужин всегда проходил в большой компании, а темы разговоров были ему, как правило, непонятны. Когда Ньют рассказывал о животных, это было интересно, ведь он даже разрешал ему ходить вместе с ним в этот странный чемодан, чтобы помогать ему кормить зверей, но вот когда Тина и мистер Грейвс начинали обсуждать свою работу, ему казалось, что он тут просто лишний. Иногда, правда, когда их беседа была не очень увлеченной, они отвлекались для того, чтобы прояснить для него некоторые моменты из жизни волшебников. Это его так захватывало, что он даже решался начать задавать все больше и больше вопросов, узнавая про совсем не знакомый ему мир. Такие вечера Криденсу нравились куда больше, поэтому он в душе каждый раз надеялся, что сегодня будет также, но все было немного иначе. Тина всегда приходила примерно в одно и то же время, но сегодня, не успела она еще снять свой плащ, как в дверь снова позвонили. Грейвс прекрасно знал, кто должен был прийти, поэтому снова прошел к двери, открывая ее и пропуская внутрь блондинку, держащую в руках шевелящуюся коробку и еще какой-то сверток. Коробка тут же перекочевала в руки Скамандера, который с видом счастливого ребенка заглянул внутрь, сказав, что это то, что было нужно. - Мне стоит знать, что в этой коробке? – Спросил Грейвс, закрывая входную дверь. Ньют уверял его, что это для исследований, но не уточнил, связанных с Криденсом или же для его книги. Судя по тому, как он отрицательно замотал головой, скорее это было второе. Вздохнув, Персиваль перевел взгляд на блондинку, которая о чем-то перешептывалось с Тиной. – Присоединитесь к нам за ужином? - С удовольствием. – Было видно, что девушка только этого и ждала, потому что она быстро скинула свое пальто, с интересом оглядев всех присутствующих. Когда ее взгляд сосредоточился на Грейвсе, он почувствовал знакомое жужжание в ушах, вызванное попыткой прочитать его мысли. - Не очень прилично лезть к кому-то в голову без разрешения, мисс Голдштейн. – Усмехнулся Персиваль, который всегда тщательно скрывал свои мысли. - Зовите меня Квинни, чтобы не путать с сестрой. Две мисс Голдштейн это уже слишком. – Было видно, что девушку совсем не смутило замечание, потому что она продолжила говорить, проходя вместе со всеми в столовую. – Ох, не переживай, милый, я всего лишь проявляю дружелюбие. Последнее было адресовано вмиг смутившемуся Криденсу, что очень заинтересовало Грейвса. Мальчик всегда был довольно тихий, поэтому его самого просто разъедало любопытство от желания узнать, о чем он думает. Особенно в этот момент, раз он так отреагировал на их беседу. Хотя, тут не нужно было долго гадать, чтобы понять что происходит, поэтому Персиваль просто довольно улыбнулся, положив руку на его плечо, представляя всех друг другу. Когда же с официальной частью было покончено, можно было перейти непосредственно к ужину. Раньше Персиваль не представлял, что ужин с друзьями может быть так интересен. Сам он всегда приходил поздно, задерживаясь на работе, быстро ужинал, а потом ложился спать. С таким графиком было сложно устраивать подобные посиделки, но он никогда не сожалел, будучи трудоголиком. Теперь же у него была возможность и внезапно появилась компания. Он бы не назвал этих людей своими друзьями, но ему определенно нравилось их общество, как и беседы, что они вели. Стало вполне привычным, что Ньют мог долго рассказывать о каких-то там яйцах какой-нибудь редкой твари, как не вызывало удивление и то, что Тина, перестав быть его подчиненной, открылась еще и как довольно интересный человек. О Квинни же он не мог сказать толком ничего, потому что видел ее от силы второй раз в жизни, а вот Криденс вообще был для него самым лучшим собеседником. Мальчик всегда садился рядом с ним, не вступая особо ни в какие беседы, зато, когда Тина и Ньют задевали какую-нибудь болезненную тему и начинали дружеский спор, они всегда в полголоса говорили о чем-то своем. Грейвсу очень нравилось, что когда тот расслаблялся в его обществе, он начинал говорить о прочитанных книгах, либо же задавал интересующие его вопросы, строя какие-то теории. Парень и в самом деле был довольно умным и интересным, с каждым днем все больше очаровывая мракоборца. Ему приятно было осознавать, что влюбившись в красивые глаза, он нашел за ними очень интересную личность, которую еще можно было раскрыть. Сегодня, правда, тихой беседы у них не получилось, потому что Квинни подняла тему, которая сразу же привлекла всеобщее внимание. - Так с помощью этого ты сможешь помочь Криденсу? – Рукой она указала на ту самую коробку, которая прыгать перестала, но из нее все еще доносились шуршащие звуки. - Я почти уверен. – Радостно отозвался Скамандер. Он всегда ставился таким воодушевленным, когда речь заходила о его исследованиях. Грейвс мог бы поспорить, что и Криденсу он собирается помочь с помощью одной из своих тварей. – Если все получится, то уже завтра можно будет попробовать извлечь обскура. - Завтра? – Переспросил Грейвс, чуть приподняв брови. Было немного странно, что Ньют так долго не говорил вообще ничего, а теперь огорошил всех новостью, что уже завтра все будет кончено. Или нет. Персиваль переживал о том, чтобы эти эксперименты не навредили Криденсу еще больше. – Ты уверен? - Он уверен. – Вместо Скамандера ответила Квинни, а потом с улыбкой посмотрела на Криденса. – Будет так здорово стать свободным, правда? Никто больше не попытается использовать тебя в своих целях. Можешь поехать куда угодно и делать что угодно. Мы все за тебя рады. Кивнув, все еще удивляясь тому, что эта девушка и в самом деле читала мысли присутствующих, Криденс обдумал ее слова и понял, что он лучше бы так и оставался проклятым, лишь бы никуда не уезжать от мистера Грейвса. Сама эта идея, казалось, его уничтожала. Бросив на него быстрый взгляд, юноша заметил улыбку и тоже улыбнулся, чувствуя себя уже спокойнее. Он может уехать, но не обязан, ведь мистер Грейвс пообещал ему быть рядом и защищать. Конечно, он останется с ним, будет радоваться его присутствию, их беседам, а еще касаниям и поцелуям. Осознав, о чем именно он думает, мальчик поднял на Квинни испуганный взгляд, но та сделала вид, что ничего не услышала и поспешила сменить тему. - Я совсем забыла, я ведь принесла булочки к чаю. Якоб специально испек их, они еще теплые. - Якоб вспомнил все после заклинания забвения? – Поинтересовался Ньют, беря одну из пышек. Вслед за ним булочку взял Грейвс, отдав ее Криденсу, после чего нахмурил брови, внимательно посмотрев на Квинни. - Заклинание забвения? Вы рассказали номэджу о волшебниках? Закон о секретности был самым основным, а оттого его нарушение сурово каралось. Персиваль всегда очень внимательно следил за соблюдением законов, поэтому не понимал теперь, почему все смотрят на него так, словно это он тут совершил что-то непозволительное. Особенно Тина, которая все еще была на своей должности. У нее сейчас лицо стало такое же жалобное, как в первый день работы. Тогда казалось, что она просто маленькая девочка, которая перепутала офисы, а не мракоборец. Со временем, такое впечатление прошло, но вот снова то же самое выражение на ее лице. - Вы же не расскажите, мистер Грейвс? – Протянула она, так и застыв с плюшкой в руках. - Тина, вы же сами понимаете, что это закон. – Сурово сказал Персиваль, а потом прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу. О чем он говорит, если сам столько всего нарушил ради Криденса, а готов был сделать еще больше. Может, для Квинни это было равносильно. – Впрочем, это забота работников МАКУСА, а я среди них больше не числюсь. Напряжение за столом постепенно спало, а беседа вернулась в дружеское русло. О своем номэдже они больше не говорили, поэтому Грейвс слушал их в пол уха, поглядывая на довольного Криденса. Тот уже прикончил свою корзину со сладостями, поэтому теперь с таким же энтузиазмом поедал булку. Кто бы мог подумать, что он окажется таким сладкоежкой. Выпечка была последним, что они еще не съели, поэтому после нее, девушки стали собираться домой, а Ньют схватил свою неспокойную коробку и чуть ли не бегом отправился в чемодан, проверять свои теории. Криденс же, стоило им остаться наедине, взял Персиваля за руку, вместе с ним поднимаясь на второй этаж. У его спальни они обычно расходились в разные стороны, но сегодня мальчик совсем не хотел его отпускать. Он даже понадеялся, что мистер Грейвс тоже умеет читать мысли, потому что сейчас он отчаянно молил его не уходить, сильнее сжимая его пальцы. На удивление, тот все понял и так. - Ладно, пойдем. – Персиваль быстро догадался, что так просто его отдыхать не отпустят, поэтому пошел вместе с Криденсом в его спальню, усадив его на кровать и устроившись рядом. – Тебя что-то беспокоит? Мне казалось, что мы перешли к той фазе, когда ты просто говоришь мне что думаешь, а не смущаешься. - Наверное, я ужасный человек. – Тихо проговорил Криденс, все еще сжимая руку Грейвса, так ему было спокойнее. Он не хотел бы делиться этими своими мыслями, но взгляд Персиваля действовал на него гипнотически. Полностью находясь в его власти, мальчик был готов выболтать ему все. – Вы все так старались найти способ помочь мне, а я теперь переживаю, что никто больше не будет заботиться обо мне, как это делают сейчас. Это так стыдно. - Криденс. – Со смехом в голосе произнес Персиваль и от тона его голоса по спине парня пробежали мурашки. Ощутив пальцы мужчины на своем лице, он потянулся за ними, словно марионетка на веревочках. Ему так нужны были эти прикосновения, а еще он чувствовал, что Грейвс его сейчас успокоит, парой фраз развеет его сомнения, как это было всегда. – О тебе заботятся не из-за обскура, а потому что ты всем нравишься. Ты удивительный, просто был с теми людьми, кто этого не видел. Криденсу всегда трудно было поверить в подобные слова, особенно после того, как он так болезненно обжегся. Забитый своей матерью, он с трудом верил, что кто-то, в самом деле, может захотеть быть его другом, что он действительно дорог мистеру Грейвсу. Если бы не его слепая вера в этого человека, он бы сейчас принялся говорить, что это не так, но спорить с ним он никогда бы не решился. - И я смогу остаться с вами? – По телу Криденса прошла едва заметная дрожь. Он хотел знать ответ, но вместе с тем боялся, что, как и всегда, все будет не так просто и последуют условия. -Да. – Ни секунды не размышляя, ответил Персиваль. – Я хочу, чтобы ты остался со мной, ты очень важен для меня, Криденс. – Погладив дрожащие пальцы юноши, мужчина улыбнулся своим мыслям, после чего все же произнес то, о чем думал. – Ты самый важный человек в моей жизни. Громко выдохнув, словно секунду назад был на волосок от смерти, а сейчас все обошлось, Криденс подался вперед, желая получить как можно больше тепла. Это был первый раз, когда он сам тянулся за его поцелуем, поэтому Грейвс был впечатлен не меньше юноши. Его неловкие, нежные движения, заставляли кровь мужчины бурлить от желания. Удерживая его под спину, Персиваль уложил Криденса на кровать, нависая сверху. Его пальцы прошлись по шее мальчика, спускаясь ниже, расстегивая пуговицы его рубашки. Почувствовав их прикосновение к своей коже, Криденс вздрогнул и отстранился, громко сглатывая. - Мне остановиться? – Спросил Грейвс, понимая при этом, что сделать для него это будет почти невозможно. К счастью, парень усиленно завертел головой, смущенно закусив губу. Он совсем не хотел, чтобы мужчина останавливался. – Хорошо.