Triangle of Desire/Треугольник желаний.

— Черт возьми, принесите воды! — А?! Что?! — Дайте палочку! — Доротея! — Не суетись, Якоб! — Что тут происходит?! — Всё под контролем! — Мерлиновы панталоны! Именно такие крики доносились из дома Голдштейн в преддверии вечера. Ньют удерживал на руках Доротею, которая от таких новостей просто осела без чувств — для неё вся ситуация с переносом во времени — и так была огромный стресс, а теперь ещё и это. Усадив девушку на диван и просто окатив водой из палочки (Ньют явно сейчас действовал по инерции), мужчина всячески пытался подобрать слова. Понадобилось некоторое время, чтобы бедняга пришла в чувство. Прочитав мысли присутствующих, Куинни и сама осела в кресло, глядя на сестру, которая пустым взглядом смотрела в пол, на суетящегося Якоба, который по дороге разбил ещё и стакан с водой, на Ньюта, придерживающего голову Томсон. Это было полнейшее безумие. Саламандер неотрывно следил, как поднимаются и опускаются ресницы светловолосой девушки, как ускоряется её дыхание по мере того, как к ней приходит осознание. В гостиной повисла давящая тишина, нарушаемая только треском камина. Неизвестно, сколько она длилась, но Ньюту она казалась бесконечной. — Это какой-то бред… — прошептала Доротея, смотря в потолок. — Это был единственный выход. Для министерства Австрии вы — женаты. А пока весть дойдет до магической Британии, мы точно что-нибудь придумаем, — растерянно прошептала Тина, она и сама-то не особо верила в свои слова. Но её старый друг явно дал понять, что это единственный выход. К тому же, он помог, даже не вникая в ситуации. — Ньют, вы… вы… — она перевела взгляд на мужчину, который все ещё поддерживал рукой её шею, дабы девушка снова не провалилась в беспамятство. Но у всего есть свой край. Даже у сил Доротеи. Сперва нападение на Хогвартс, смерть Фреда, перемещение во времени, поездка в Нью-Йорк, а теперь и это. Она даже не могла как-то обозвать эту ситуацию. — Вы всегда всё делаете в ущерб себе? — Что? — не понял Ньют. — Вы подставили себя. Опять. Вы подставили себя из-за меня. — Мерлин, Доротея, вы думаете сейчас об этом? Не о том, что вас вынужденно привязали ко мне? — недоумевал Саламандер. Он подумал, о том, что она наоборот будет обвинять их в том, что они впутали ещё в одну историю её. И хоть брак был заключен не по обычаям магической Британии, но даже австрийская магическая печать обременяла их не хуже. Точнее, не обременяла, а связывала. — Вы спасли меня. А теперь и это… Честно говоря, я не представляю, что теперь делать. Как себя вести. Как и что скрывать. Кто я для этого мира? — Милая, не переживай за это, — добродушно отозвалась Куинни, присев с другого бока от Доротеи. — Только подумай, ты можешь изменить жизнь. Придумать другую. — Какую? — отчаянно прошептала девушка, словно вымучила из себя эти слова. — Какую жизнь? Неужели вы не понимаете? — она убрала руки Ньюта и собрав все силы села. — Я начала забывать ту жизнь. Причем, как мне кажется, с этим связана какая-то магия… я помню тётю. Но не помню жизни с ней. Я помню знания из школы, но не помню, как проводились уроки. Я помню, что мне был дорог Фред, но… но… — Не помнишь его лицо, — закончил за неё Якоб. — Неужели в этом завязана магия? — недоумевала Тина, ибо выглядело это явно не как амнезия. — Память пропадает постепенно? — Да, почти каждый день мне кажется, что я забываю что-то важное, — честно призналась Доротея. — Почему вы мне ничего не говорили? — осведомился Ньют, неотрывно смотря на гостью из будущего. — Я не понимала этого сначала. А потом… потом всё чаще и чаще начала терять воспоминания. — Может, это к лучшему, ведь не факт, что ты вернешься назад, — сказал Ковальски. — Якоб! — в один голос крикнула на него Куинни и Тина. — Что? Она не в кур… Ой, — мужчина поспешно встал и скрылся на кухне. Ему говорила об этом Куинни и он явно не мог предположить, что девушка не в курсе. — Ньют. Вы же говорили, что я… — Мы сделаем все возможное. Давайте мыслить оптимистичнее, — попытался исправить ситуацию Ньют. — Завтра мы вернемся в Лондон. Я поговорю с Дамболдором и может он что-то подскажет. Разговор был на этом закрыт, хоть вопросы не кончились. Напоив Томсон успокаивающим чаем, ей дали некоторое время, чтобы отдохнуть перед ужином, на который им предстояло отправиться. Ньют коротко попросил Тину помочь ему с порталом на завтра, чтобы его не отследили, после чего спустился в чемодан к своим существам. Куинни же решила позаботиться о Доротее, которая после всех этих вестей выглядела явно не лучшим образом. Она всё так же глядела на кусок пергамента, где было выведено: Доротея Саламандер. 18 лет. Статус: «чистокровная» Семейное положение: «замужем». И дело даже не в том, что восемнадцать лет ей исполнится лишь через пару недель. Надо было радоваться, что хоть имя ей сохранили, но этого было мало. Остальное все было чужое. Быть может, это был шанс начать всё сначала? Построить жизнь с чистого листа? Но это было крайне сложно. Ведь теперь в это втянут Ньют. С самого начала. И в этот момент Томсон почувствовала себя такой эгоисткой. Ей плохо. А какого же сейчас Ньюту? Наверное, ему не лучше. Ведь он, как казалось девушке, испытывает чувства к Тине. А какого ей? Знать о том, что мужчина, к которому она не безразлична, связан (пусть и во благо) с другой? И во всем виновата она. Лишь она одна. Ошибка, которая вторглась в этот мир и перевернула всё с ног на голову. Эти мысли не покидали девушку до тех пор, пока Куинни приводила в порядок её волосы, завивая их в кудри при помощи палочки. — Посмотри на себя, Дори, — заулыбалась женщина, указывая в зеркало. — Тебе так идет такая прическа. Не думай о плохом, просто расслабься и проведи хороший вечер. — Тебе легко говорить. — Возможно. Но не стоит отрицать, что я права. — Не читай мои мысли, — выдохнула девушка. — Поверь, для того, чтобы понять твоё состояние, не обязательно их читать, — улыбнулась Куинни, доставая из шкафа длинное бежевое платье с причудливыми кружевам снизу и такими же на расклешённых рукавах. — Ньют — хороший человек. Он точно разберется во всём. Дай ему немного времени. — Да… хороший, — закивала Доротея, уходя в свои мысли и не замечая, как Куинни помогла ей избавиться от подаренного Ньютом перед отъездом платья и облачить её в другое. Оно было ей слишком длинно, так как Куинни была выше Томсон, поэтому волшебница взмахом палочки укоротила наряд до щиколоток, после чего принесла ей туфельки на маленьком каблучке. Томсон какое-то время стояла перед зеркалом, смотря на себя и трогая наряд. Он явно был не из её времени, но… был крайне красив. Ей казалось, будто из зеркала на неё смотрит совсем другая девушка — она не верила, что это может быть её отражение. За то время, пока она разглядывал себя, Куинни уже успела переодеться в не менее прекрасный лиловый наряд и уже тянула Дори на выход, удерживая её за руку и спускаясь по ступенькам. Внизу их ждали Якоб, в классическом черном костюме тройке, Тина прекрасном черном платье, спадающем по её красивой фигуре до самых колен и Ньют в новых серых брюках, белой рубашке и таком же сером жилете. — Куинни, как ты красива, — Якоб поцеловал руки возлюбленной, явно вгоняя её в легкое смущение. Ньют поднял взгляд на Томсон и тут же опустил его, потом снова посмотрел, как раз, когда она была рядом. Ему тоже так и хотелось сказать что-то похожее на комплимент, но он явно был в них не силен, ведь иначе вырвалось что-то на подобии «вы прекрасны, как окками». Все они собрались вокруг золотого пера, которое было порталом в дом знаменитого нью-йорксого магозоолога Дарси. Перемещение было не из лучших, но благо никто не потерялся за это время. Поэтому прибили они как раз в разгар праздника. Дом больше походил на поместье, с огромной бальной комнатой, где был мраморный пол, позолоченные колонны и огромные окна из цветных стекл. Играла живая музыка, точнее, зачарованные инструменты, а кто-то самозабвенно танцевал, кружась в ритме вальсовой музыки. Куинни и Якоб решил не отставать от парочек и заодно не привлекать к себе много внимания, погружаясь в атмосферу танцев. Ньют, Тина и Доротея продолжили идти дальше к небольшому столику, где сидел магозоолог. Вот только на их пути появился непрошеный гость. Мужчина лет тридцати пяти, в красивом фраке и с аккуратно уложенными черными волосами. — Тина, с ума сойти! Ты же говорила, что у тебя сегодня много планов! — заулыбался мужчина, заставляя Ньюта и Дори переглянуться. — Я была приглашена вместе с Ньютом Саламандером на этот «приём», — немного растерянно произнесла женщина. — Саламандер? — мужчина тут же заметил магозоолога, стоящего позади. — О! Рад нашей встрече! Тина много про вас рассказывала! — с полной непосредственностью, мужчина пожал руку Ньюту. — Меня зовут Николас Уильямс. Мы почти всегда работаем с Тиной в команде. — М-м-м, интересно, — натянуто заулыбался Ньют. — Тина много хорошего говорила о Вас. — Думаю, она немного приукрашивала, — отшутился Саламандер, но ему стало немного неприятно. От чего — понять не мог, но чувство было не из лучших. — А вы, милая юная леди… — он взял руку гостьи, поцеловав тыльную сторону ладони. — Я… я… я… — растерянно забормотала девушка, неожиданно почувствовав, как Ньют приобнял её за плечи, что вызвало у неё ещё большую растерянность. — Это Доротея. Моя… — о, как ему тяжело дались эти слова, — Жена. — О, какая приятная неожиданность, — удивился Уильямс, смотря на молодую девушку. — А какая неожиданность это для меня… — тихо пробормотал Ньют, дабы его никто не услышал, но мракоборцу было не до того, чтобы прислушиваться к его словам. — Что ж, поздравляю вас! И, позвольте, я украду у вас Тину на пару танцев, — он перевел взгляд на черноволосую женщину. — Если ты не против, Тина. — Нет, что ты, Ник, я… я с радостью, — Голдштейн вложила свою руку в ладонь мужчины, следуя за ним в сторону других танцующих пар. Доротея перевела взгляд на Ньюта, который провожал взглядом Тину и Николаса, после чего чуть прикусила губу, тихо произнося: — А вот он похож на Угроба, — почему-то ей вспомнилась сегодняшняя с Ньютом игра, когда они гуляли по парку. Это даже отрезвило мужчину и заставило его улыбнуться. — Вы правы, Доротея. Очень похож. — С вами точно всё в порядке? — Да, всё хорошо, только… давайте не будем ломать нашу легенду и перейдем на «ты», а то это явно выглядит странно. — Хорошо, — с лёгкой улыбкой проговорила Дори, взяв Саламандера под руку и направляясь в сторону магозоолога, который обещал отдать Ньюту рецензию на его книгу, которую он так рвется издать.

***

Мистер Дарси был приветливым мужчиной лет пятидесяти с забавными каштановыми кудряшками на голове. Мужчина носил маленькие круглые очки, создавая какой-то сказочный образ волшебника-добряка. Он долгое время высказывал восхищения Ньюту за такую прекрасную работу, даже предлагал перебраться в Нью-Йорк и продолжить исследования вместе, но Ньют мягко отказал. — От чего же? — удивился мистер Дарси, хлопнув Ньюта по плечу, английский магозоолог явно не ожидал такого жеста и едва ли не свалился со стула. В тот момент его поддержала Доротея, на которую он и начал падать. — Понимаете, — улыбнулся Саламандер, — Есть много незаконченных дел в Англии. — Да, друг мой, понимаю-понимаю. Ещё и жена, — он кивнул в сторону Томсон, которой явно было не по себе от такого внимания. — Она поддерживает ваши увлечения? — Да, — хором ответили Дори и Ньют, переглянувшись и усмехаясь своей синхронности. — Тогда, — засмеялся мистер Дарси, — Я вас искренне поздравляю! Большое счастье — найти человека, разделяющего твои увлечения. Ведь вы, миссис Саламандер, тоже увлекаетесь магозоологией? — Безусловно, мистер Дарси, — тут Дори, говоря откровенно, не солгала. Вот только любовь к этой науке ей привили книги Ньюта, некоторые из которых он ещё даже не написал. — Это прекрасно, ведь, как правило, юные леди не особо любят эту науку, предпочитая что-то более женственное. — Нет, мистер Дарси, я не делю науку на «женскую» и «мужскую». Наукой могут заниматься люди любых полов, было бы желание и нужные знания, — девушка явно волновалась, боясь сболтнуть лишнего, чтобы не вызвать лишних вопросов к своей персоне. Впрочем, Дарси больше не мучал её вопросами, и она спокойно сделала несколько глотков шампанского из своего бокала, в надежде, что её волнение немного уйдет. Вот только в какую-то секунду она увидела среди гостей до боли знакомую рыжую макушку. По телу пробежал заметный холодок, а ладони сразу же задрожали. Доротея, словно загипнотизированная, поднялась со своего места, вызывая недоумение у Саламандера, который хотел поймать её за руку, но не успел. Ньют проследил за её взглядом, но толком ничего не понял, а тем временем, девушка двинулась в сторону большого скопления людей, которые о чем-то оживленно общались. — Фред… — прошептала Томсон, пробираясь через толпу. — Фред, — уже более громко позвала она, замечая, что молодой человек в коричневом костюме не останавливается. — Фред! Попытка не привлекать к себе внимание — была провалена, но Доротею это сейчас не смущало, она, позабыв обо всем на свете, почти бегом направлялась за приметной рыжеволосой фигурой, догнав его у большого цветного окна, сквозь стекла которого виднелась луна, падая красными, желтыми и синими отблесками на мраморный пол. — Фред, — она взялась за плечо молодого человека, от чего тот сразу же обернулся. — Вы звали меня? — удивился молодой мужчина. Это был не Фред, но сходство между цветом волос и какими-то чертами лица, было заметно. — Ой, простите меня, я вас перепутала с одним моим… знакомым, — растерянно проговорила Томсон. - Простите. — Это вы простите, что я оказался не тем человеком, — улыбнулся рыжеволосый, протягивая девушке руку для знакомства. — Меня зовут Игнатиус Пруэтт, а вас? — Меня зовут Доротея Томсон… ой, Майер, точнее, Саламандер, — Дори уже запуталась в своих «настоящих» фамилиях. — Простите? — улыбнулся мужчина, чуть недопонимая девушку. — Меня зовут Доротея Саламандер, я жен… жена Ньюта Саламандера. — Неожиданно, но очень рад с вами познакомиться, — он поцеловал тыльную сторону ладони девушки. Доротея на какое-то время даже застыла. Она пыталась вспомнить черты лица Фреда, но совсем не получалось. Ясно было только то, что Игнатиус — точно не тот Уизли, которого она знала. В какой-то момент девушка даже подумала, что Фред мог бы загадочным образом оказаться жив и отправиться на её поиски. Но в том времени Фред умер, а в этом — ещё даже не родился. — Доротея! — окликнул её голос из-за спины, заставляя убрать свою руку из ладони Пруэтта и обернуться. Там стоил Ньют, по его глазам читалась крайняя обеспокоенности. — Здравствуйте, мистер Саламандер, — кивнул Игнатиус. — Прошу прощения, что немного отвлек вашу прекрасную супругу. Девушка чуть изогнула бровь, по сути — это она его отвлекла, бегая за рыжим через весь бальный зал. После короткого прощания, Пруэтт откланялся и покинул их общество, направляясь к каким-то знакомым, которых заприметил около крайнего столика. — Что это было, Доротея? — совершенно спокойно спросил Ньют, несмотря на внутреннее беспокойство. — Я перепутала его с одним моим знакомым. Они очень похожи… — девушка все так же смотрела на Пруэтта, который уже давно убрал её из своего поля зрения, увлеченно беседуя с какой-то компанией. — Возможно, это предок вашего знакомого, отсюда и сходство… Доротея, вы меня слышите? — окликнул он девушку, чуть тронув её пальцами запястье. — А? Да… Да, я слышу, — растерянно закивал девушка. — «Ты». — Что? — не понял Саламандер. — Мы же договорились обращаться на «ты», — поправила его девушка, отгоняя от себя мысли о рыжеволосом. Ей сейчас не хотелось вновь окунаться в ту бездну отчаяния, из которой она так долго выбиралась. — Да, — тихо рассмеялся (скорее, наигранно) Ньют. — Совсем забыл. А вы… то есть, ты, Доротея, не хочешь немного потанцевать? — Я бы с радостью, но я катастрофически не умею. Не хотелось бы отдавить вам все ноги, — усмехнулась девушка, теребя край своего рукава. — Это тактичный отказ? — он протянул свою руку в сторону девушки. Какой же Ньют был сказочный в этот момент. Блики цветных стёкл создавали причудливые отблески на его лице и одежде. А ещё он улыбался своей привычной доброй улыбкой. Как можно было отказать? Когда казалось, что в этом мире только он ещё способен относиться к ней не просто по-доброму, но и с самым настоящим пониманием. — Нет. Это не отказ. Это, скорее, предупреждение, — принимая его руку, произнесла девушка, придвигаясь к нему ближе. Ньют не повел девушку в сторону множества танцующих пар, предпочитая некое уединение. Ему в принципе было сложно находиться среди большой толпы людей, а это место было ему больше по душе. Тут их никто не видит, никто не трогает и не отвлекает. Положив ладонь девушке на спину, он покрепче сжал её ладонь, дожидаясь пока Доротея опустит свою руку на его плечо, легко двинувшись в танце и переступая с ноги на ногу. Не было резких танцевальных движений или причудливых схем, они просто покачивались в ритм музыке. В какой-то момент, дабы разрушить неловкое молчание, Ньют произнес: — Ты злишься на меня? Да уж, «ты» из его уст звучало крайне непривычно, даже, можно сказать, резало по ушам. — Я? — девушка подняла удивленный взгляд на мужчину. — Нет, я не злюсь. — Я поставил тебя в неловкое положение. — Это вовсе не так, — замотала головой девушка, глядя мужчину. В его взгляде читалось явное сожаление. — Ты спас меня. — Я лишил тебя права выбора, — рука Ньюта заметно дрогнула, словно хотела отпустить девушку, но Дори вовремя сжала свои пальцы сильнее, не позволяя Ньюту отстраниться даже на миллиметр. — Это я лишила тебя права выбора, вторгнувшись в твою жизнь и сломав множество планов. Не будь меня тут, ты смог бы провести прекрасный вечер с Тиной, — она кивнула в сторону танцующих пар, где можно было разглядеть фигурку мракоборца с её коллегой. — Думаю, ей и так неплохо, — грустно улыбнулся Ньют, отводя взгляд от Голдштейн и вновь смотря на Доротею. — К тому же, если бы не твоё появление, то я вряд ли бы уехал из Лондона. Доротея горько усмехнулась. Как странно складывается их жизнь: одно обстоятельство цепляется за другое, что ведет к изменениям в будущем. Хотя будущее она уже изменила, появившись в прошлом, где она ещё не родилась. Потанцевав какое-то время и заметив, как им машет Якоб, эти двое поспешили направиться к своим друзьям и после, сообщив, что Саламандер получил рецензию, поспешно вернулись в дом Голдштейн. Ночь была беспокойной для Доротеи, которая ворочалась с боку на бок, глядя на соседний диван, где мирно спал Ньют Саламандер. Он так и не поговорил с Тиной, а сказать хотелось многое. Просто, скорее всего, ещё не время. Уснуть удалось только под утро. К тому времени, как Дори проснулась, вернулась Тина из Министерства, предоставив Саламандеру монету, которая являлась порталом в его дом. Не было долгих прощаний, лишь короткое обещание о скором возвращении, после чего Ньют взял в одну руку чемодан, а в другую ладонь Доротеи, соприкасаясь с порталом, который сразу же затянул их в цветной водоворот. Портал перенес их прямо к порогу дома Ньюта. Еле устояв на ногах, Доротея оперлась о дверь, но та самостоятельно отворилась из-за чего девушка, в буквальном смысле этого слова, ввалилась в дом Ньюта. — Мерлин! Ты в порядке? — Ньют сразу же бросился к девушке, поднимая её с пола, после чего застыл, ошарашено оглядывая комнату. Тут всё было перевернуто, на полу валялись бумаги, предметы и стулья. Дверцы шкафов и комодов были открыты. Саламандер бросился к книжному шкафу, прислоняя к нему ухо (да-да, выглядело странно), после чего прошептал: — Слава Мерлину, они до вас не добрались. — Ньют, что происходит? — не понимала Доротея, подходя к мужчине. — Кто-то ворвался сюда и… явно что-то искал. — Кто? — не понимала девушка, смотря на Саламандера. Не успел магозоолог что-то ответить, как на его пороге появилось трое людей в длинном пальто и почти одинаковых шляпах. Один из них вышел вперед, переступая порог дома Ньюта и снимая свой головной убор: теперь стало видно его лицо. — Тесей?