Сильнее своих желаний

Стелла Вариант.       Этот раз был похож на первый. Я очнулась в препаршивейшем состоянии и с кучей вопросов. Разница была лишь в том, что находилась я не в кровати, а на переднем сидении автомобиля; не одна, а в компании принца, который одной рукой держался за руль, а второй сжимал мою ладонь. К последнему я почти привыкла: с тех пор, как Ноктис и его друзья стали активно вмешиваться в мою жизнь, просыпаясь, я обязательно первым делом видела кого-то из них. Сколько прошло времени? Наверное, не слишком много. Принц, ритуал, Игнис. Первые мысли, что пришли мне в голову. Я, кажется, получила силу Кристалла. А Ноктис, судя по всему, мой Дар. Я освободила руку, и принц, повернув ко мне голову, с облегчением выдохнул, но не сказал ни слова. Я с опаской посмотрела на собственные ладони, которые перестали быть только источником жизни. Я помнила, какая смертоносная сила оттуда вырвалась, и не верила, что была генератором такой мощи. Из-за меня едва не умер…       — Где Игнис? – с тревогой спросила я.       — Я связался с Гладио, и он отвез его в медцентр, – пробормотал принц. – Этот очкарик сопротивлялся, но я не уверен, что смог довести дело до конца. Пусть лучше лекари проверят на всякий случай. Ты как?       Я прислушалась к собственному организму. Если не считать слабость, то чувствовала я себя вполне сносно. Усталость, расслабленность в мышцах, которая бывает после многочасового напряжения, и страх. Страх перед новой способностью.       — Это нормально? – спросила я.       — Ты мне скажи, – вздохнул Ноктис, вклиниваясь между рядами машин. – Почему я теперь могу исцелять? Это странно. Это непривычно. Но… – он замялся. – Мне кажется, так мы стали еще ближе друг к другу.       Я вздрогнула, вспомнив поцелуй во время ритуала и его последствия.       — Куда мы едем? – тут же спросила я.       — Я живу неподалеку, – коротко отозвался принц.       То есть к нему домой?       — Зачем? Я теперь могу вернуться. Отвези меня к Кристаллу, – попросила я.       — Нет, – я заметила, как побелели пальцы Ноктиса, когда он сжал руль и резко вдавил в пол педаль газа.       — Что ты хочешь? – тихо поинтересовалась я, стараясь не злить принца, который лавировал между машинами, периодически выезжая на встречную полосу. Такими темпами и разбиться недолго. – Я помню о своем обещании, Ноктис. Просто скажи, чего ты хочешь. Только, пожалуйста, побыстрее. У меня мало времени.       — Стелла, – он, не отрываясь, смотрел на дорогу, – я обидел тебя?       Я промолчала. Дело не в обиде, я прекрасно понимала, что чувствует ко мне принц, но не имела права ответить ему тем же, даже, если бы могла. Ноктис, не дождавшись ответа, развернул машину и, подрезая на ходу пару автомобилей, свернул с основного шоссе. Спустя несколько минут мы въехали на небольшую безлюдную парковку. На лобовое стекло автомобиля упали капли. Не говоря ни слова, принц вышел и остановился у края ограждения. Дождь постепенно усиливался, и вскоре из-за ручейков воды я едва различала фигуру Ноктиса. Почему он не возвращается?       — Ноктис! – позвала я его, открывая дверь машины, но принц не отреагировал.       Пришлось выйти и подбежать к нему, мгновенно промокнув до нитки.       — Нокт, давай вернемся. Не стой так, – я взяла его за руку.       — Ты правда сделаешь то, что я хочу? – обернулся принц.       Я машинально уперлась ладонями ему в грудь, когда губы Ноктиса оказались в непосредственной близости от моих. Он снова хочет поцеловать меня. Я попыталась отвернуться, когда он умоляюще прошептал:       — Потерпи, Стелла.       Это было совсем не так, как во время ритуала. Страсть на грани с жесткостью, одержимость вместе с требовательностью, откровенность вопреки сожалению. Я подчинялась, не отвечая, и уступала, не реагируя. Ноктис провел языком по моей щеке, слизывая капли дождя, наклонил голову и прерывисто поцеловал шею, захватывая кожу губами, не сильно прикусывая ее, лаская при этом пальцами затылок. Я не смогла сдержать тяжелого вздоха, вырвавшегося из груди, а принц, вероятно, принял это за проявление желания и обнял меня, прижимаясь к моему телу бедрами, не прекращая целовать лицо, губы, проникать языком внутрь рта и искать там встречи с моим. Меняя темп, не давая передышки ни мне, ни себе, долго, до темноты в глазах от нехватки кислорода, поглаживая мою спину, убирая с лица налипшие от дождя пряди волос, сминая ткань одежды, запрокидывая мои руки себе на плечи… Он жаждал ответной реакции, а я боялась хоть на миг расслабиться. Если дам ему надежду, то потеряю свою.       Дождь не прекращался. Мы стояли под холодным потоком. Ноктис держал меня в объятиях, прижавшись щекой к макушке. О чем он думает? Я боялась спросить.       — Я не заставлю тебя принять мои чувства, Стелла, – наконец произнес принц. – Я отвезу тебя в Цитадель.

***

      Убедившись, что мне принесут чистую и сухую одежду, Ноктис торопливо попрощался, сообщив, что поедет к Игнису. Я чуть было не напросилась с ним, но усилием воли сдержалась. Захочет ли Шиенция видеть меня после того, как я чуть не убила его? К тому же из-за меня рисковал своей жизнью принц. А еще я угнала его машину, благодаря мне Игнис получил выговор от маршала… Не один раз. Кому-кому, а советнику принца я причиняю одни только неприятности. Мое присутствие будет лишь раздражать парня. Мне достаточно знать, что с ним все в порядке. О большем мечтать не стоило. Поэтому я твердо заверила принца, что дождусь его возвращения, и не стану самостоятельно прорываться к Кристаллу. К тому же я была должна Ноктису.       — Ты расскажешь мне, как пользоваться этим Даром? – попросил он, когда мы мокрые и продрогшие сели в машину.       Я кивнула, думая, что неплохо бы поинтересоваться, чего ожидать мне от его силы. А лучше, что надо делать, чтобы она больше никогда не вырвалась наружу.       — Насчет этого, можешь не беспокоиться, – успокоил меня принц. – При ритуале ты взяла часть моей, и, если честно, я не думал, что у тебя получится использовать ее в чистом виде. Но больше ее нет. Получить энергию ты сможешь только из природных источников-кристаллов или из накопителей.       Это немного успокаивало.       — Прошу прощения, госпожа Вариант, – в мою комнату после вежливого стука и положенной приличиями паузы вошел камердинер короля. – Ваша одежда. Принц Ноктис просил подобрать вам что-нибудь неброское, удобное и комфортное.       Это было предусмотрительно со стороны принца. Раз уж мне вскоре предстоит возвращение в свой мир, я и так рискую привлечь внимание непривычным материалом, не говоря уже о фасоне.       — Прикажете подать обед? – дядя Игниса топтался у двери, ожидая распоряжений.       Я отрицательно покачала головой, и мужчина вышел. Шона, ты держишься? Прости, братик, что заставляю тебя страдать и дальше. Я могу прямо сейчас пойти к королю и попросить пропустить меня к Кристаллу, нарушив обещание, данное принцу. Я помогу тебе и не сдержу слово. Ты простишь меня, Шона? Как в тот раз, когда я обманом завела тебя на хрупкий лед, упустив с моста над замерзшей рекой твою любимую игрушку. Ты был слишком мал и поверил в то, что это вышло случайно. Ты заплакал, просил достать ее, а я стала убеждать тебя в том, что мужчина, даже совсем маленький, должен сам добиваться цели. Я подтолкнула тебя, и если бы не спасатель…       «Стелла…», – в моей голове раздался голос брата. Снова видение? Шона стоял на коленях перед таинственной фигурой, опустив голову. Его плечи дрожали в такт постукиванию по полу металлической палки, которую держал в руках садист.       — Стелла? – в голосе зазвучал интерес. – Твоя старшая сестра? Знаешь, а ведь мы так и не нашли ее. Впрочем, не особо и искали. Кажется, она была среди тех, кто погиб на главной площади, – он присел рядом и приподнял за волосы голову брата. – Или нет? Может, стоит поискать получше?       — Не-ет, Стелла… – едва слышно вымолвил Шона сквозь разбитые в кровь губы.       Мучитель рывком поставил его на ноги и с размаху ударил несколько раз, заставляя согнуться от боли и повалиться на пол.       — Ублюдок! – закричала я. – Отпусти его!       Тот на мгновение замер, а потом заговорил снова. Я по-прежнему не различала его лица, но по голосу слышала, что он усмехается.       — Значит, она придет за тобой. Чудесно! Я подожду, – он взял брата за ноги и потащил в темноту. – Мы подождем.       — Не надо… Оставайся там, где ты есть, Стелла, – были последние слова Шоны, прежде чем я снова вернулась в реальность.       На дрожащих ногах я пошла в ванную и умылась холодной водой. Кто стоит за всеми этими пытками? Я вспомнила рваные раны на теле брата. Кто бы это ни был, ему не жить. Сейчас я поклялась сама себе, что уничтожу этого урода, чего бы мне это ни стоило. Пожертвую всем, но найду его и прикончу. Я разделась, скрутила волосы в узел на затылке, закрепив найденной на столике шпилькой, и встала перед зеркалом. Количество синяков, царапин и ран, к счастью, не слишком серьезных, на моем теле не радовало. Гладиолус прав, я не готова к физической битве: слишком нежная кожа, нетренированные мышцы, отсутствие необходимой скорости реакции. Я присела, обхватив колени руками, и зеркало подтвердило мою правоту. Хрупкая девушка, глядевшая на меня исподлобья, не способна справиться даже с одним воином, если пойдет напролом. Если только… Я поднялась и расправила плечи. Если только я не воспользуюсь новой силой. Я кинулась к свертку. Брюки из плотного эластичного материала, футболка, прочная и легкая короткая куртка с карманами, гловелетты и ботинки. Все черного цвета и сидело на мне как влитое. Я усмехнулась: хоть на этот раз они угадали. Я не буду ждать Ноктиса. Я сама научусь управлять магией.       Дядя советника принца если и удивился моей просьбе, то не подал виду, пригласил следовать за ним и повел по витиеватым лестницам. Знает ли он, что Игнис в медцентре? По крайней мере, мне камердинер короля не сказал об этом ни слова. Я чувствовала вину перед этим пожилым мужчиной, но не могла признаться, что его племянник пострадал из-за меня.       — Вот здесь обычно тренируется Его Высочество, – господин Шиенция распахнул передо мной дверь. – Думаю, тут вам будет комфортнее, чем в общем зале с Королевской гвардией.       Я поблагодарила мужчину, подождала, пока он выйдет, и оглядела просторное помещение. В одном углу была стойка с оружием, а во втором – три больших цилиндра-батарейки – накопители энергии. Ноктис сказал, что я сейчас пуста, но могу использовать как природные источники, так и искусственно созданные. Я почесала лоб, пытаясь представить, как это должно работать. Надо отдать какой-то мысленный приказ? Или просто прикоснуться? Я обошла по кругу каждый из цилиндров, ощупала, обнюхала, поговорила с ними и даже покричала на них. Батарейки отозвались тихим, едва слышным гудением. Я пнула одну из них ногой и поморщилась от боли. С досады я выругалась, схватила со стойки самый маленький меч и направила его в сторону накопителя.       — Если я не узнаю, как ты открываешься, то воспользуюсь этим, – я угрожающе потрясла мечом. – Вскрою тебя как консервную банку!       — Необычный способ получить энергию, – голос со стороны дверей заставил меня вздрогнуть и резко развернуться.       — Игнис! – воскликнула я при виде невозмутимо смотревшего на меня парня и уронила меч.       При звуке удара металла о камень Шиенция недовольно поморщился.       — Прости меня, пожалуйста, – я неотрывно следила за выражением его лица. – Я не хотела, чтобы ты пострадал.       Вместо ответа он подошел и поднял меч, повертел его в руках и предупредил, что к холодному оружию надо относиться аккуратнее, а потом вернул его на стойку.       — Не подумала о том, что смогу сломать меч, – призналась я, разглядывая Игниса – не осталось ли повреждений.       — Это не меч, а кинжал, – холодно пояснил парень, и я ощутила себя идиоткой. – Хочешь воспользоваться накопителем? – спросил он, и я опасливо подтвердила. – Тогда ты должна расслабиться.       Он зашел за спину, взял мое запястье и зафиксировал ладонь над батарейкой.       — Представь, что ты – проводник, – говорил он как ни в чем не бывало. – Если будешь сжиматься и сопротивляться, то перекроешь канал. Постарайся раскрыться и впустить энергию внутрь себя, контролируй ее, – советовал Шиенция, продолжая удерживать мою ладонь. Ему легко говорить, а я была как натянутая струна. – Я сказал расслабиться, Стелла, – мягко приказал Игнис и провел второй рукой вдоль позвоночника. – Дыши глубже, – прошептал он на ухо, отчего я еще больше напряглась. – Представь, чего ты сейчас хочешь больше всего на свете. Представь, как твои желания исполняются, и ты обретаешь покой…       — Мои желания далеки от понятия спокойствие, – нервно перебила я его, чуть было не признавшись, чего хочу в этот самый миг. – А еще довольно сложно расслабиться при посторонних людях.       Игнис вздохнул и отпустил меня. Я обязательно последую его совету, как только останусь одна, без его глаз, рук и голоса. Почему он вообще пришел сюда?       — Ты меня искал? – спросила я, переступая с ноги на ногу.       — Я последнее время только то и делаю, что ищу тебя, – подтвердил он, снова заставляя меня испытывать стеснение.       Я заслужила этот обвиняющий тон и поспешила обрадовать Игниса:       — Как только встречусь с Ноктисом, то сразу уйду в свой мир, – заверила я его и преувеличенно бодро улыбнулась. – Одной неприятностью станет меньше.       Его вид из сурового стал печальным. Конечно, он переживает за принца, наверняка подозревая о его симпатии ко мне.       — Что между вами произошло? – Игнис отвернулся. – Между тобой и Ноктом?       Смущающий вопрос от парня. С одной стороны ничего особенного, а с другой – не ждет же он, что я расскажу ему подробности. Неужели принц настолько откровенен со своим другом?       — Почему ты спрашиваешь? – я закусила губу.       — Он задавал странные вопросы… – задумчиво пояснил Игнис. – Он просил у меня совета…       — А разве это не то, чем ты занимаешься всю жизнь? – непонятно отчего вдруг разозлилась я. – Раздаешь советы принцу и отвечаешь на его вопросы?       Удивленный такой вспышкой, Шиенция внимательно посмотрел на меня, будто пытался отыскать в моих глазах только одному ему ведомую истину.       — Это не те вещи, которые мне бы хотелось обсуждать с ним, – медленно произнес он и, увидев на моем лице непонимание, добавил: – Нокт пытался узнать, стоит ли спрашивать разрешения девушки, чтобы поцеловать ее… И надо ли просить прощения, если уже сделал это без ее согласия. Стелла?       Я молчала.       — Стелла? Он поцеловал тебя?       Я кивнула, хотя причины такого допроса не понимала.       — Он тебе нравится?       Еще один жестокий вопрос. Любому другому человеку я бы ответила без колебаний, но с Игнисом это оказалось невероятно трудно.       — Имеет ли это значение, если у меня нет будущего в этом мире? – наконец, выдавила я из себя.       — Чувства всегда имеют значение, – отстраненно заметил Шиенция.       — Даже, если их нельзя выразить тому, к кому испытываешь? Если все, чего добьешься – еще большая боль при расставании? – а он оказался куда хладнокровнее, чем я ожидала. Игнис прикрыл глаза, будто прятал в них что-то.       — Я уверен, что лучше признаться, – с горечью сказал он. – Они… Чувства могут оказаться взаимными. И это поможет принять правильное решение.       Наверное, он был прав. А если я сейчас совершаю ошибку, то одной больше, одной меньше…       — Я не испытываю к принцу чувств, – честно ответила я.       — Но, – Игнис вскинул голову, – ты ведь говорила о них…       — Я испытываю чувства к кое-кому другому, – раз уж начала, то поздно останавливаться.       — Ты… – попытался было перебить меня парень и шагнул навстречу.       Пришлось взмахом руки заставить его замолчать. Мне и так едва хватало смелости.       — Мне неловко и стыдно рядом с тобой. Все время кажется, что я тебе мешаю. И на самом деле так и есть, конечно. Временами я действительно боюсь тебя, пока не приходит осознание, что это страх перед собственными мечтами, которым не суждено сбыться. Иногда я думаю, что ты поддерживаешь меня, но потом вспоминаю, что ты делаешь это ради Ноктиса. Я бы хотела держаться от тебя подальше, я бы хотела никогда не встречать тебя и… Я чуть с ума не сошла, когда ты едва не погиб на полигоне, – я сглотнула стоящий в горле комок. – Вот только знаешь, Игнис, мои признания решений не изменят.       Стоит ли продолжать дальше? Я направилась к выходу и открыла дверь, собираясь позорно сбежать после всего, что наговорила, но Игнис, мгновенно оказавшись рядом, быстро захлопнул ее, разворачивая меня к себе. Он снял очки и сунул их в нагрудный карман, после чего многозначительно улыбнулся:       — Надо ли мне просить разрешения, Стелла? – поинтересовался Игнис, наклоняясь к моему лицу.       Это было похоже на удар электрического тока и касание невесомых крыльев бабочки одновременно. Ноги стали ватными, а сердце забилось сильнее. Ощущение падения в пропасть и взмывания вверх, и по сравнению с этим чувством самый экстремальный аттракцион покажется детской горкой. Я была путником в пустыне, который после трехдневной жажды нашел родник с кристально чистой водой. Я была алчным золотоискателем, который попал в пещеру, доверху наполненную сокровищами. Я была той, которую целовал любимый человек, и тепло его губ расслабляло, возбуждало, требовало большего. Словно в ответ на мои мысли Игнис просунул руку под футболку и погладил кожу, вызывая у меня тихий стон. Так и потерять контроль недолго. Я потянулась рукой к верхним пуговицам его рубашки, которые были расстегнуты, и провела пальцами по ключице. Слишком мало обнаженного тела. Контроль уже был давно потерян.       — Больше ты не испытываешь напряжение рядом со мной? – внезапно спросил Игнис, прерывая поцелуй.       Я помотала головой, не удержавшись от разочарованного вздоха.       — Попробуй еще раз, – он кивнул в сторону накопителей.       Как во сне я подошла к огромным батарейкам, протянула к одной из них руку и закрыла глаза. Если ему так хочется, я должна поскорее покончить с этим и вернуться к тому, на чем мы закончили. Ощутив покалывание в ладони, я улыбнулась. У меня получается! Другую руку я направила в сторону второго накопителя.       — Не спеши, – Игнис обнял меня сзади и держал так, пока я не решила, что хватит с меня чужой энергии.       — Что теперь? – спросила я, откидывая голову назад, наслаждаясь его прикосновениями. – Ты меня поэтому поцеловал? Чтобы я расслабилась и научилась пользоваться этими батарейками?       — Я тебя поцеловал, потому что хотел это сделать. И продолжаю хотеть… – жарко прошептал он.       И снова страстные поцелуи, объятия, откровенные признания, сближение тел. Мне в тот момент было плевать на все. А ведь это всего лишь поцелуй. Что же подарит мне настоящая близость с Игнисом?       — Во дворце есть более уютное место? – бесстыдно поинтересовалась я, глядя в полные желания глаза парня и убеждаясь, что он хочет того же самого.       — Торопишься, чтобы поскорее уйти? – уточнил он, и этот вопрос тут же спустил меня с небес на землю.       Шона, Кристалл, мой мир, Ноктис… Я хотела научиться управлять новой силой, обещала помочь принцу справиться с моим Даром, поклялась спасти брата, но отложила такие важные вещи…       — Пойдем, – твердо сказал Игнис, беря меня за руку. – Прямо сейчас ни о чем не думай. Только обо мне. Ноктис Люцис Кэлум.       Квартира встретила меня привычной тишиной. Я сбросил с себя рваную в нескольких местах куртку и отшвырнул ее в сторону, следом за ней полетела футболка, которая тоже больше ни на что, кроме тряпки, не годилась. Лежавший на коврике пес поднял голову и грустно посмотрел на меня.       — Прости, что заставляю ждать, Умбра, – извинился я перед ним, хотя по-хорошему следовало просить прощения у Луны.       «Мне снился сон, Ноктис, – гласило ее последнее послание. – Ты был в моем сне. Тебе было восемь, ты переживал, что не справишься, что ошибешься. А я обещала, что всегда поддержу тебя. Ты помнишь это? Я знаю, что помнишь. Ты сильный и преодолеешь любые трудности. Ты добрый и честный. Не сомневайся в себе, Ноктис. Ты сделаешь правильный выбор. Почему я пишу все это? Мои слова могут показаться тебе глупыми. Не обращай на них внимания. Надеюсь, я не потревожила твои мысли этими фразами. Мне бы многое хотелось сказать тебе, и когда-нибудь это случится. Я верю и просто жду.»       Мой же ответ оставался недописанным. Я пошел в спальню и вытащил из ящика стола дневник. Лицо Луны, которое я помнил, сменилось образом девушки из другого мира. Почему, Стелла? Ты боишься меня или не хочешь по другой причине? Я был слишком резок или недостаточно открыт с тобой? Ты не принимаешь меня, а я готов последовать за тобой вопреки всему. Ты отталкиваешь, но мне достаточно просто наблюдать издали и… Неправда. Я не готов оставаться в стороне, но не знаю, как убедить, что я тебе нужен. Ты ведь откажешься от моей помощи, как только узнаешь, чем я готов пожертвовать ради тебя. Ты придумаешь сотню обидных слов и причин, делая мне еще больнее, будешь взывать к моему чувству долга… В этом ты удивительно похожа на Игниса: придаешь слишком серьезное значение своим надуманным обязанностям. Мне показалось, он успел лучше изучить тебя. Поэтому я и обратился к нему за советом, но и мой друг не смог помочь. Пожалуй, Шиенция впервые не знал, что ответить.       — Думаешь, ее правда послали мне боги? – спросил я, вспоминая высказанные насчет девушки предположения короля Региса. – Это и впрямь тяжелое испытание.       — Не только для тебя, Нокт, – неоднозначно ответил Игнис, прекращая мои расспросы.       Он опять что-то скрывает, но я знал об этой его привычке: сначала во всем разобраться самому, а потом с высоты собственного опыта и полученных знаний выносить вердикт тем или иным событиям. Он определенно не любит ошибаться, а с некоторых пор, как мне кажется, предпочитает бездействовать, если до конца не уверен в исходе. Страх это или осторожность – я не считал нужным выяснять для себя. Я принимал его таким, какой он есть, а он в свою очередь делал то же самое.       — Нокт! Открывай, Нокт! – закричал по ту сторону двери квартиры Промпто и истерично забарабанил.       Я вздохнул, вставая с кровати. Если проигнорировать, то Аргентум в состоянии вынести замок одним выстрелом. Умбра кружил на пороге, но не подавал признаков беспокойства, виляя хвостом из стороны в сторону. То ли узнал по голосу Промпто, то ли чувствовал, что опасность мне не грозит. Пришлось открыть, чтобы чуть не свалиться под напором активного товарища.       — Нокт! Ты жив! Ты здоров! Ты… – он осекся, заметив пса. – Ты в порядке?       Это было странно. Обычно Промпто всегда первым делом бросался к Умбре, приветствовал того, ласково трепля по загривку, торопился в ближайшую забегаловку за шашлыком для пушистого друга, но сейчас практически не удостоил пса своим вниманием, пытливо заглядывая мне в глаза.       — А что мне сделается? – я попытался от него отмахнуться, гадая, сработает ли.       Не сработало. Из обеспокоенного взгляд Аргентума стал сочувствующим. Только его жалости мне не хватало.       — Гладио тебе рассказал? – уточнил я, хотя и так было ясно. Промпто кивнул. – Тогда ты в курсе, что ритуал прошел немного… необычно.       — Ты получил способности Стеллы исцелять других, – высказал свою осведомленность Аргентум. – На тебя теперь тоже зелье не действует?       Я не удосужился это проверить, пожав плечами. В конце концов, придется всего лишь быть осторожнее. Я призвал оружие, и оно послушно легло в мою ладонь. Возможно, теперь это единственный способ уберечь себя от смерти – не дать врагам подобраться слишком близко.       — Я не знаю, Промпто, – проговорил я, отступая назад. – Стелла расскажет, как пользоваться ее Даром.       — Если все еще здесь, – угрюмо заметил Аргентум.       — Она дала слово, – сообщил я, хотя внутри стало тревожно – свои обещания я нарушал чаще.       — Нокт? – Промпто заметил мою нервозность.       — Надо спешить… – пробормотал я и кинулся в спальню, выуживая из шкафа чистую одежду.       — Ноктис? – Аргентум опасливо заглянул внутрь комнаты и, заметив дневник на кровати, спросил: – Как дела у леди Лунафрейи?       Я замер, запутавшись в рукавах кофты, и сквозь ткань мой голос прозвучал глухо:       — Она редко об этом пишет. Ее больше волную я, – с трудом, но мне удалось натянуть на себя привычную одежду.       — Прайна ждет Умбру, – сказал Промпто. – Ты задерживаешься с ответом.       Лич его побери, я это и сам знал! Но сейчас были дела поважнее!       — Стелла знает? – продолжал спрашивать мой друг.       — О чем? – пробурчал я, натягивая джинсы.       — О том, что она тебе нравится, – спокойно уточнил Аргентум.       — Я это ей ясно дал понять, – пришлось занять себя поиском обуви, чтобы Промпто не догадался, о чем я думаю.       — И каков был ответ?       Я уронил кроссовок, с такими усилиями найденный в недрах шкафа. Имеет ли значение ее ответ, когда я уже решил все для себя?       — Ноктис, – мой друг грустно улыбнулся, – мне слишком часто отказывали девушки, чтобы перестать воспринимать это слишком близко к сердцу… С другой стороны, – Арегнтум присел на край кровати и сцепил руки в замок, – ни одна из девушек, что покорила мое сердце, не была выходцем из другого мира и не пыталась столь отчаянно попасть обратно. И, наверное, к счастью, ни в одну из таких девушек не был влюблен мой друг…       — То есть? – переспросил я, не понимая, к чему он клонит.       — Так ты не понял?! – вскочил Промпто и перегородил мне дорогу. – Нокт, что ты собрался делать?!       — Пойти за Стеллой, – мне была понятна его тревога, но я недоумевал насчет его непрозрачных намеков. – Если она пойдет без меня, то будет сложнее найти ее, – а что бы я там ни понял, не суть важно.       Аргентум раскинул руки и в отчаянии выкрикнул:       — Ты собираешься сунуться в Кристалл за девушкой, которой ты безразличен?!       — Я не говорил, что я ей безразличен, – спокойно произнес я.       Не говорил, но думал. Впрочем, в данный момент необходимо успокоить Промпто, иначе я рискую нарваться на применение с его стороны грубой физической силы. Что быстрее? Его пистолет или мой меч? А в том, что Аргентум попытается остановить меня, я не сомневался.       — Даже, если сейчас она не готова принять мои чувства, – объяснял я, – то это лишь потому, что ее мысли заняты братом. Я помогу ей и в этом. А когда у нее не останется причин для тревоги, я попытаюсь еще раз, – я подошел к другу и положил руку ему на плечо, слегка сжимая. – Не волнуйся за меня.       — Ноктис… – сдавленно выговорил Аргентум, упираясь и не давая мне проходу. – Ты решаешь за других…       — Промпто, – я не хотел с ним спорить, – сделай мне одолжение. Пожалуйста, – я тепло улыбнулся.       Друг колебался, но потом нахмурился и согласно кивнул.       — Своди Умбру на прогулку, – попросил я. – Он засиделся в четырех стенах, а с тобой ему будет весело.       Не дожидаясь возражений, я покинул квартиру, сел за руль Звезды Люциса и поехал во дворец. Жесткая, несвойственная мне манипуляция друзьями, и я клял себя за это, но верил, что они простят. И Промпто, с отчаяньем смотревший вслед, и Умбра, преданный мне не меньше. Я включил радио, чтобы отвлечься от мыслей, и тяжелые, громкие звуки наполнили салон автомобиля. Вполне в стиле Аргентума, я предпочитал что-то более лирическое, но сейчас быстрая мелодия больше всего отражала мое душевное состояние – такое же сумбурное и меняющееся с каждой минутой. Я посмотрел на соседнее кресло, где всего несколько часов назад сидела Стелла, вспомнил ее бледное после ритуала лицо, нетерпеливый тон, когда она просила поскорее озвучить мои желания. Я тогда лишь мысленно усмехнулся, представляя, как быстро она бы взяла свои слова обратно, если бы я сказал все, что думал. Только поэтому я остановился и вышел под дождь – чтобы охладить собственное тело, разгоряченное ритуалом, новой неведомой для меня силой, и пьянящим вкусом ее губ. Я и так стоял на краю, а стоило ей прикоснуться, у меня и вовсе крышу снесло. И уже стало все равно: испугается она, оттолкнет или примет. Единственное, чего я не ожидал, так это равнодушия, но и осознание этого пришло не сразу. Я готов был бороться с ней и подчинять, я жаждал ее ответа, но она лишь покорно позволяла наслаждаться ею. Живая, гордая, смелая Стелла ломала себя ради выполнения своей части сделки. А сломался я, внезапно ощутив себя недостойным. И ее порывистое, с облегчением в глазах обещание дождаться меня и рассказать, как пользоваться новым Даром, только сильнее расстроило. Но я поклялся не давить на девушку. По крайней мере в тот момент. С последними аккордами мелодии я затормозил на стоянке дворца и обнаружил впереди знакомую фигуру.       — Ты идешь к Стелле? – Гладиолус встретил меня у ступеней главного входа в Цитадель.       — Да, – я немного удивился тому, что Амицития, похоже, ждал меня. – Как Игнис?       — Послал к бесам всех лекарей, их проверки с исследованиями, поймал какого-то гвардейца в вестибюле и уехал с ним. Я был уверен, что он собрался искать тебя. Мне этот педантичный черт не соизволил сказать ни слова, – хмыкнул Гладиолус. – А я как заботливая мамочка доставил его в объятия людей в халатах и караулил под дверью, пока ты не явился.       Да, я прервал обследования Игниса, приехав в медцентр. Лекари насупились, но позволили поговорить с Шиенцией, а потом вновь с энтузиазмом кинулись подключать его к неведомому мне оборудованию.       — Никакой благодарности… – продолжал вещать Гладиолус. – Эй, Нокт?! – крикнул он, когда я молча обогнул его и направился внутрь.       Мне Игнис не позвонил, впрочем, и я не помню, где оставил свой телефон. Может быть, он и пытался связаться, а не дождавшись ответа, поехал искать. Амицития пошел следом за мной, не отставая ни на шаг, раздраженно бормоча какие-то проклятия за спиной и ругаясь на то, что его все игнорируют. Еще у него проскакивали фразы про выжившего из ума принца, который не ведает, что творит, и сейчас Гладиолус наверняка решал для себя дилемму: как защитить меня, а еще лучше – отговорить от моих намерений. Зря, ведь даже Луна… Я остановился, прогоняя из головы ее слова, написанные ровным, аккуратным почерком на страницах дневника. Пожалуй, это было самое длинное послание за все время нашей с ней переписки. Узнала ли она что-то? Я ощутил щемящую боль в груди. Перед Луной я почему-то чувствовал себя виноватым больше всего.       — Ты можешь поговорить со мной? – зло попросил Амицития.       — Позже, – пробормотал я и двинулся дальше.       — Нокт, ты не в себе! – пришел к неожиданным выводам Гладиолус и дал мне пинка в спину, кажется, ногой, отчего я споткнулся и едва не проехался носом по мраморному полу дворца.       Я ошеломленно оглянулся.       — Целился ниже, – пробурчал друг, – но и так сойдет. Вы заходите слишком далеко, Ваше Высочество, – неожиданно вежливое и официальное обращение Гладиолуса покоробило.       — Гладио! – возмутился я.       — Вам не следует настолько сильно потакать собственным эмоциям, – глухо продолжил он.       — Перестань говорить как педантичный черт, – я попытался поддеть его, но нарвался на самый настоящий гнев Амицития.       — Ты считаешь это смешным, Нокт?! – он схватил меня за грудки и хорошенько встряхнул.       Инстинктивно я резко вырвался, отталкиваясь от пола, перевернулся в воздухе, и спустя долю секунды мой меч был направлен в сторону друга.       — Вот как? – поднял бровь Амицития, не сдвинувшись с места.       — Прости, – лезвие оружия тут же растворилось в воздухе, исчезнув в подпространстве. – Гладио, я не хочу ссориться с тобой. Ты, Игнис и Промпто – те, кому я доверяю больше всего; те, кто никогда не сомневался во мне; те, с кем я могу поделиться самым сокровенным. Вы мои друзья, и я бы на многое пошел ради вас. И так же я пойду на многое ради Стеллы.       — А как же король Регис? – ударил по больному Гладиолус. – Как же пророчество?       — Ты веришь в него? – ухватился я за последний вопрос, игнорируя упоминание об отце.       — Скорее да, чем нет, – пожал плечами Амицития.       — Значит, верь, что ему суждено исполниться так или иначе, – посоветовал я. – Извини, мне надо торопиться…       — Куда?! – выкрикнул мне вслед Гладиолус.       — Хочу успеть, – кратко пояснил я.       — Я пойду с тобой, – мрачно сообщил Гладиолус, догоняя меня. – В мир Стеллы тоже.       На секунду я опешил от такого заявления и слегка затормозил. У моего друга ничего не выйдет. Его сила в другом, он сгорит, как и обычный человек. Я сказал ему это, но в ответ услышал:       — Мой долг защищать тебя, Нокт. Королю нужен Щит, – его ультимативный тон мне не понравился. – Если только король не в состоянии обойтись без него.       — Что ты имеешь в виду? – прищурился я.       — Спарринг, – коротко бросил Амицития.       Он предлагает сражение?       — Если выиграешь, я не буду препятствовать, – подтвердил мои догадки друг.       Боги Эоса, я далеко не в лучшей форме после ритуала, но, кажется, иного способа убедить Амицития не было.       — Ты как Бегемот на пути к принцессе, – усмехнулся я.       — Зал для тренировок? – пропустил мимо ушей мое сравнение Гладиолус.       — Я приложу все усилия, – кивнул я.       Амицития свернул в сторону комнаты, где обычно проходили наши дружеские бои. Мне не верилось в то, что сейчас происходило, но поскольку я пообещал стать достойным Стеллы, надо воспринимать это как очередное испытание. Выдержу ли я его? Сомневаюсь. Зато смогу отвлечь внимание друга. Одним выстрелом двух василисков, как выразился бы Промпто… Победив меня и убедившись в том, что я принял поражение, Гладиолус потеряет бдительность. Не хочу идти на такое, но по-другому никак.       — За мной, Ваше Высочество, – сказал он, но на этот раз в его словах показная покорность отсутствовала.       Стелла, подожди меня. Я тебя не брошу и не заставлю ждать слишком долго. Гладиолус остановился возле двери в зал для тренировок и, схватившись за ручку, замер.       — Ты сдержишь слово? – спросил он.       Бой будет тяжелым. На легкую победу рассчитывать не стоит. Как не стоит рассчитывать и на то, что Амицития мне поверит.       — Если проиграю, – напомнил я ему его же условие.       Гладиолус кивнул и открыл дверь. И тут же ее захлопнул, повернувшись ко мне. На его лице было удивление, смешанное с сожалением и горечью.       — В чем дело? – усмехнулся я. – Испугался?       Друг помотал головой и стал как-то подозрительно теснить меня от двери.       — Я не проиграю тебе, – заверил я странно побледневшего Амицития.       — Ты уже проиграл, Нокт, – вырвалось у него.       — Брось, мы даже не начинали, – я резким толчком отодвинул его.       Скорей бы покончить со всем. Меч, копье, кинжалы – не имеет значения. Я докажу, что могу постоять за себя и за девушку, которая мне нравится. За девушку, которая мне снится каждую ночь, за девушку, которая… Я открыл дверь. Которая была в объятиях моего друга. Которая целовала его, зарываясь своими пальчиками в его волосы, откидывала голову, подставляя шею для поцелуев, шептала его имя и признания, что мечтал услышать я. Хрупкая фигура в чужих руках. Слишком громкий удар сердца в груди. Ослепительная вспышка в сознании. И тьма, окутавшая окружающее пространство в тот же миг. Я думал, мне больно от ее равнодушия. Это было ничто по сравнению с раздирающей душу на части пыткой, которая с этой минуты будет длиться вечность.