Только не ты.

8.

      Бильбо проснулся от крика петуха и не открывая глаз понял, что уже рассвело. Похоже, он лежал в кровати один, но все вокруг было пропитано запахом Торина. Бильбо блаженно потянулся, вспоминая произошедшее. Он был счастлив, счастлив как еще никогда в жизни! Торин … «Торин!» - хоббит подскочил как ужаленный. Его что, оставили?? Все ушли?? Где Торин?!!!       Он наскоро оделся, схватил Жало, бофурову шапку и выскочил из комнаты. Слава Эру – из вчерашней пиршественной залы слышались голоса, знакомый гул. Гномы были здесь. Он вбежал, когда сборы были почти закончены. Люди Бургомистра принесли оружие и доспехи, и все уже подобрали что-нибудь по своему размеру. Всем руководил узбад, и Бильбо вздохнул с облегчением, увидев его. Тот коротко взглянул на хоббита и кинул ему красный бархатный плащ, такой же, как у него самого на плечах. - Мистер Беггинс, вы долго спите! - сказал он. – Подберите себе одежду, мы выступаем!       Бильбо повиновался и взял шлем. «Что опять за речи! Неужели нельзя быть хоть капельку более нежным! Ну да, сейчас он уже не пылкий любовник, сейчас он его командир». Краска залила лицо хоббита. Когда же все это закончится и он сможет быть с настоящим Торином, с его Торином – сильным, добрым и нежным. Все уже выходили из комнаты, когда Бильбо вдруг понял, что среди них нет Бофура. - А где Бофур? – дернул он за рукав Бифура, но тот только вытаращил на него глаза. Бильбо заглянул под лавку – так и есть, гном лежал там же, где и вчера, и тихонько посапывал с блаженной улыбкой на губах. -Бофур! – закричал Бильбо, тряся его за плечо. – Поднимайся, мы уходим! - Мистер Беггинс! – строго позвал Торин. Все уже вышли и он стоял, скрестив руки на груди. – Поторопитесь, лодка ждет!       Бильбо в отчаянии посмотрел на Бофура, но тот не просыпался. Бильбо натянул ему на голову шапку и под сверлящим взглядом короля выбежал из залы. Торин скользнул взглядом по Бофуру и вышел последним.

9.

      Когда все разместились в лодке, король встал впереди и взглядом указал Бильбо место позади себя. Плавание началось. Как оказалось, дорога от Эсгарота до Эребора была самым значимым и в тоже время самым трудным для хоббита отрезком пути. Плыть предстояло два дня и две ночи. Днем Торин подолгу стоял на носу лодки, вглядываясь вдаль, будто не замечая Бильбо, и смотрел, как приближается Гора. А ночью, несмотря на тесное соседство с другими, ложился рядом с хоббитом. Едва со всех сторон раздавался храп, король прижимал его к себе, втягивал его запах и начинал ласкать. Бильбо боялся пискнуть, чувствуя через ткань его горячий член, твердо упиравшийся ему в задницу, горячие руки на груди, на животе и в паху, губы и язык на шее. Он сходил с ума от этих ласк, задыхался, давя стоны, но понимал, что продолжения не последует, иначе они всех перебудят. Это была настоящая пытка. Он благодарил Эру за то, что волею обстоятельств с ними не едут племянники Торина и Бофур. Они уж точно все бы поняли.

10.

      И вот Бильбо тихо сидел на носу, подкрепляясь грогом. - Двалин! – раздался голос Торина. Гномы постепенно просыпались, король уже был на ногах. – Как дежурство?       Бильбо еще ниже опустил голову, сжимая в руках чашку. Ему было стыдно, он стеснялся смотреть на короля. Но тот словно не замечал его. - Все спокойно, – ответил Двалин. – Через час пристанем.       Торин первым спрыгнул на пустынный каменистый берег. Вершина Одинокой Горы высилась за каменной грядой, закрывая полгоризонта. Король вел себя, как ни в чем не бывало. Казалось, вся цель его жизни сошлась на этой Горе, он шел к ней, бежал к ней во главе их маленького отряда. Хотя почему «казалось»… Так оно и было. Гора была смыслом его существования. А дружба – или как еще можно назвать то, что между ними происходило – только проходное событие в его долгой жизни! – терзался Бильбо. Мысли перемешивались, а сам он тем временем бежал следом за широко шагавшим Дубощитом. - Что это?! – вырвалось у него, когда все остановились на вершине высокой гряды.       Их взорам открылось ужасающее зрелище. Безжизненная долина, серые камни и сухие деревья, развалины прекрасного города и черная дыра огромных ворот у подножья огромной Горы. - Пустошь Смауга! – ответил Торин.

11.

      Единственное, что Бильбо воспринял из болтовни дракона, это то, что Аркенстон может навредить Торину. Мучить его, сводить с ума… Все остальное он пропустил мимо ушей. Он ухитрился схватить камень, и теперь тот лежал во внутреннем кармане его кафтана. Дракон обнаружил пропажу, бесновался и поливал Эребор огнем. Бильбо в панике выбежал за поворот и увидел узбада. Как же он обрадовался! Уходя, он мало надеялся увидеть его вновь, но Торин был здесь, перед ним. Он сразу же спросил про камень. Бильбо уже открыл рот, чтобы рассказать про свою находку, но что-то во взгляде Торина остановило его. - Ты нашел его? – с угрозой повторил гном, преграждая ему дорогу мечом.       Его глаза горели. Еще ни о ком и ни о чем Торин не спрашивал с таким пылом. Бильбо ощутил укол ревности. Темный страстный взгляд прожигал, меч упирался в него, и хоббит почувствовал, что готов хоть сейчас упасть на черные камни Эребора и раздвинуть ноги. Это было наваждением. Он слабо улыбнулся, виновато глядя на Торина. Тут за поворотом полыхнуло, и Бильбо безотчётно спрятался за его спину. Смауг приближался.       То, что происходило потом, было и поводом и причиной еще больше влюбиться в Короля. Он спасал его, спасал всех, проявлял чудеса ловкости и изобретательности, заманивал дракона и убегал от него. Его задумка почти удалась, они не убили дракона, но смогли изгнать… Но что могло остановить его возвращение? Только смерть. И снова им повезло – они увидели, как пылающий Смауг падает в Озеро… С ним было покончено. Покончено с драконом, но не с целью похода.       В тот же вечер Торин пришел к Бильбо. Хоббит был обессилен всем, что произошло. Он так устал, что держался из последних сил, когда стоял на стене и обозревал остатки пылающих развалин Озерного города. Среди обломков он нашел укромное местечко, укрытое от ветров, и собирался выспаться. Но у Торина были другие планы. Глаза его пылали, он прижал Бильбо к стене и начал безмолвно целовать. Поцелуй длился долго, а когда узбад отпустил хоббита, его синие глаза светились в сумерках холодного вечера. - Бильбо! – прошептал он, не сводя взгляда с полурослика. – Теперь у меня есть все для счастья… почти все. Ты будешь со мной, я знаю, ты любишь меня и плевать, что скажут. Ты будешь всегда рядом, рядом со мной…       Они медленно опустились на холодный каменный пол. Торин стянул с себя плащ и бросил его под Бильбо. Он часто задышал и вновь приник губами к его губам. Хоббит млел в его объятиях… В их закутке было не так холодно, ветер почти не проникал сюда. Торин ласкал его грудь, целовал, и Бильбо еще никогда не было так тепло и уютно, как сейчас в объятиях Торина. Никогда, даже в Бэг-Энде. Огромная Гора пугала, но если в ней будет Торин, она покажется теплой и гостеприимной. Он представил, что останется здесь с ним, будет всегда рядом, будет помогать, подставлять плечо. Ему нравилось видеть будущее в таком свете, даже очень. Он переживал за Нору, но туда можно будет наведываться время от времени…       Ласки Торина становились все настойчивей, его рука забралась к хоббиту в штаны, оглаживала задницу и низ живота, потом сжала уже отвердевший маленький член. Бильбо застонал. «Даже если весь мир превратится в руины, вместе с Торином он будет лучшим местом во Вселенной!» - пронеслось в голове. Тем временем гном уложил его на спину, навалившись сверху, прижал к камню и ловко освободил от штанов. Он почти полностью накрыл его, но Бильбо все равно почувствовал, как ветер холодит задницу, проникая под мех. Торин встал на колени, и ноги хоббита оказались на его плечах. Гном завозился, Бильбо почувствовал, что капли теплого масла стекают ему на живот, и закусил тыльную сторону ладони. Толстый горячий член одним толчком оказался в нем. Бильбо не удержался, вскрикнул. Торин чуть выждал и со стоном вошел полностью. - Бильбо! – сорвалось с его губ, он толкнулся в него раз, потом другой, дыша горячо и прерывисто. Бильбо задыхался, такого наслаждения он еще не испытывал. Торин входил глубоко, нажимая на заветную точку внутри, и хоббит не выдержал, закричал в голос. Узбад глухо зарычал в ответ. Их голоса слились, а ветер уносил их прочь от стен. Наконец Торин замер и тоже вскрикнул. Теплое липкое семя потекло по заднице, и Бильбо кончил следом. Яркие вспышки мелькали перед глазами. - Любимый…! – шептал он, как в бреду.       Едва отдышавшись, они легли рядом, обнявшись. Бильбо жался к Торину и блаженно улыбался. Торин приподнялся на локте, рассматривая своего любовника. Улыбка скользнула по его губам и искорка промелькнула в глазах. - Ты слишком мягок и миловиден для мужчины, Бильбо. При этом ловок и смел… – сказал он. – Почему Эру создал тебя таким? - А тебя – Махал? Я хоббит, Торин, и ничем не отличаюсь от своих сородичей мужского пола. – Бильбо был смущён и невероятно польщён одновременно. - Ты отличаешься всем, любовь моя… Во всем Средиземье нет другого такого друга, такого любовника, как ты. Будь он хоббит, человек или эльф. Или даже гном… – Торин снова поцеловал его. - Я ближе тебе, чем гном, Торин? Чем кто-либо из твоих сородичей? – засмеялся хоббит. Конечно, сейчас он в этом не сомневался, но удивился, услышав это от своего прекрасного любовника. - Я не доверяю им, Бильбо. Я доверяю только тебе…. – прошептал Торин, пронзая его взглядом. – Среди них есть вор, тот, кто украл у меня Аркенстон! Бильбо сдавленно вскрикнул. Опять этот проклятый камень! Знал бы Торин, что его драгоценный Аркенстон сейчас лежал, завернутый в тряпицу, у него в кармане. - Что такое, Бильбо? Что с тобой? – напрягся Торин. – Ты что-то знаешь?       Хоббит попытался улыбнуться. Так вот зачем все эти проявления любви… Выведать у него, у Взломщика, что он знает о камне. Использовать его для разрядки после тяжелого дня, да заодно и узнать кое-что полезное. Бильбо чувствовал, что это неправда, но злость затмила разум. Он готов был вышвырнуть сейчас же этот проклятый камень, чтобы тот исчез навсегда. Тогда, быть может, и Торин успокоится. Ревность снова уколола раскаленной спицей. Он вцепился в короля, не желая его отпускать или отдавать кому бы то ни было. Гном смотрел на него с удивлением. Но конечно, он не мог прочесть, что означал вихрь разных чувств, промелькнувших на его живом лице. - Нет, я ничего не знаю, Торин… Я просто люблю тебя и хочу быть с тобой. - прошептал он. - Я верю, тебе, Бильбо! – проговорил Король. – Ты – взломщик, ты можешь проникнуть туда, куда не пробраться никому из моего отряда. Присматривай за ними. Возможно, ты что-нибудь услышишь или увидишь. Этот камень очень важен для меня, для нас, для нашего будущего, Бильбо!       Хоббит был одновременно на седьмом небе от счастья и вне себя от злости. Торин впервые сказал «для нас»! Он думает об их совместном будущем! Но подговаривать его ради Аркенстона шпионить за друзьями? Бильбо поежился и взглянул на Торина. Что же творится у него в голове? – Ты замерз, мой маленький? – прошептал узбад, сильнее прижимая его к себе. Бильбо беззвучно заплакал. Ну почему, почему все так? Почему счастье не может быть полным?! Почему что-нибудь то извне, то изнутри не даёт ему радоваться жизни и любить Торина? Теперь у того была Гора, но не было Камня… И не было покоя им обоим… Бильбо не хотелось в эти минуты в объятиях Торина думать о происходящем, но он твердо знал, засыпая, что утро готовит ему много неприятных неожиданностей.