not so far...kid

- Джош, - донеслось до ушей, тревожа спящее сознание. – Джошиии... Голос был приторным, слишком сладким, а последовавший смешок слишком напоминал Тайлера. Джош приоткрыл глаза и действительно увидел Тайлера, сидящего перед ним на корточках. На стене со старыми обоями за его спиной уже светились полосы восходящего солнца, проникшего в коридор через окно в спальне. По его бледному свету было ясно, что ещё совсем рано. Он поморщился: спина ныла от самого крестца до шеи. - Ты пришёл ко мне, - на этот раз Тайлер заговорил почти шёпотом, а его горячие ладони коснулись лица Джоша. – Так хорошо, что ты пришёл. - Я приехал в клуб, но тебя там уже не было, - Джош, с трудом сдерживая болезненные стоны, выбрался из своего положения и начал подниматься, Тайлер поднялся вместе с ним. На его губах была довольная улыбка. Зрачки были узкими, хотя Джош понятия не имел, что значит такой размер. Ричи как-то рассказывал ему, как меняются зрачки в зависимости от наркотиков, от их типа воздействия на организм. У травы одно, у ЛСД другое. Ричи хорошо знал это, потому что многое из этого пробовал сам. Джош поджал губы, глядя в маленькие зрачки, потому что это была его четвёртая встреча с Тайлером, и третья, когда он был под чем-то. Хотя Джош не мог утверждать, что когда Тайлер пришёл к нему в отель, то был трезв. - Жалко, что ты не попал на концерт, - Тайлер наклонился ближе, прижав предплечья к стене по обе стороны от головы Джоша. - Я слышал... – Джош не успел договорить про песню, потому что услышал шум из спальни. Тайлер заметил его взгляд и отодвинулся, заглядывая в комнату. Зашуршало одеяло, потом кто-то горестно вздохнул и грохнулся на кровать. Джош с любопытством выглянул следом и обнаружил на кровати девушку. Её лица было не видно, она лежала головой к изголовью, так что Джош мог видеть лишь её кудрявые каштановые волосы. На ней были тёмные колготки и шорты поверх, несмотря на кофту она всё равно обнимала себя за плечи, словно ей холодно. - Пошли в ванную, пускай она спит, - Тайлер не позволил разглядеть девушку как следует, утаскивая Джоша за собой. Он закрыл за ними дверь в ванную, в которой всё ещё остался слабый запах старой пепельницы. Джош прислонился спиной к раковине, ухватившись за её края, и посмотрел на пивную пирамиду. Тайлер осторожно обошёл пирамиду и встал так же близко, как до этого. На этот раз его губы не складывались в слова, его губы молча начали покрывать шею Джоша поцелуями. - Тайлер, нет, я пришёл поговорить, - Джош попытался увернуться от его поцелуев. - Зачем нам говорить? Мы и так всё знаем, - тем не менее, он перестал атаковать шею дарящими мурашки поцелуями, и их лица поравнялись. Джош снова попытался оживить в памяти разговоры с Ричи о наркотиках, но от чего зрачки сужаются – всё равно не вспомнил. Зато из тех разговоров он точно вынес одно: при некоторых наркотиках человек остаётся таким же вменяемым, только восприятие и ощущения меняются. Судя по состоянию Тайлера, он вполне осознавал свои действия и слова Джоша. Значит, с ним можно говорить. - Я хочу понять, зачем я здесь. - И ты думаешь, что я отвечу тебе на этот вопрос? Словами? – Тайлер больше не улыбается, но Джош чувствует его усмешку буквально кожей. Но он не смеётся, в его голосе даже нет эмоций, кроме удивления. – Джош, ты пришёл ко мне. Сам. - Потому что ты не отпускаешь меня. Ты затащил меня к себе, словно паук в паутину, но даже не жрёшь, - сердце забилось намного быстрее, Джош слишком волновался, говоря это, настолько непривычным стало открывать свою голову перед кем-то. Даже в былые времена с Тайлером он мог позволить себе такие откровения только в подходящем контексте, когда не было никакого напряжения, когда они, например, лежали на диване и смотрели очередное телешоу. - Я не затаскивал тебя, Джош. Ты сам пошёл, насколько я помню. И ты ужасно хотел меня. Потому что раньше ты не мог получить ничего из этого, - на последнем слове Тайлер взял руку Джоша и просунул себе под футболку, заставляя его коснуться тёплой кожи на боку. – И нет, это не приманка. Это твоя цель. - Я не этого хотел. Джош начал судорожно соображать, что на самом деле он ведь хотел только поговорить с Тайлером. Он же тогда остался, чтобы поговорить, у него и в мыслях не было трахаться с ним. Но слова Тайлера заглушали его собственные мысли. А Тайлер продолжал говорить о том, почему Джош хотел оказаться с ним в постели. И что кроме этого им ничего друг от друга больше не нужно. Они просто берут друг от друга то, что не могли взять раньше. Он говорил, а рука Джоша была всё ещё под его футболкой. - Разве нет? Тайлер отпускает его руку, но Джош не убирает её. Джош смотрит в пугающие до центра костей глаза. Может, он не знает, чего хочет от Тайлера, потому что ничего и не хочет? И Тайлер ведёт себя так с ним, потому что ему нужно только одно. - Боже мой, Джош, ты разочарован? – и улыбка возвращается. Тайлер обнимает его, но как-то грубо, без тепла. – Ты такой же глупый, каким и был. Блять... я что, заставил тебя плакать? Джош выдохнул и запрокинул голову, чтобы слёзы не сорвались. Нет, это не Тайлер заставил глаза покраснеть, а то, что он не был готов к такой правде. Он и раньше это слышал - глупый, наивный. Но раньше из уст Тайлера это звучало как шутка, потому что Тайлер смеялся, громко и заразно, а теперь он задумался над правдивостью этих слов. Джош опустил взгляд на губы, с которых только что слетели эти слова, но они покоились ровной линией на лице. Улыбка меняла все слова Тайлера, которые он говорил Джошу. Джош опустил взгляд ещё ниже, на то место, где их тела плотно прижимались друг к другу. - Твоя новая песня... - неуверенно выложил последний аргумент Джош, словно слабую комбинацию в покере, и замер в ожидании, когда откроется противник. - Она о Томми. Томми передознулся героином вчера ночью. Ты же видел его, вы столкнулись, когда ты пришёл ко мне вечером. Тот, что с тёмными волосами, это Том. - И ты написал о нём песню, за полдня, - уточнил Джош, хотя он больше сомневался в своих сомнениях, чем в словах Тайлера. Потому что больше он вообще ни в чём, блять, не уверен. - Ты решил, что она посвящена тебе, да? – Тайлер напряжённо улыбнулся, его руки обхватили запястья Джоша и с силой сжали. – С чего бы это? Зачем мне петь о том, кто наплевал на меня? Слишком много чести. Джош хотел сбежать. Это словно один из тех снов, где ты приходишь в школу без штанов и все смеются: стыдно и некуда деться. Но когда он попытался двинуться к двери, Тайлер прижал его сильнее к раковине, сразу же давая пояснение: - Оставайся. Мы всё ещё можем отлично провести время. Одежда прогрелась от жара Тайлера, от тесноты Джош почувствовал, как чужая грудная клетка расправляется, давя на него рёбрами, и снова сдувается. Он мог бы всё равно уйти, если бы хотел. Он хотел бы хотеть, он был готов завыть от того, насколько он хочет хотеть уйти, но столь знакомое тело, которое было недоступным годами, теперь само просилось к нему. - Ты заставишь меня пожалеть об этом, - он вернулся в исходное положение, тело слегка наклонилось назад над раковиной из-за давления Тайлера. Но сожаление осыпалось пылью прямо в раковину, как только Тайлер вновь прикоснулся жадными поцелуями к его шее. Джош мог только забраться руками под его футболку, даже просто трогать Тайлера было достаточно. Джош потянул футболку вверх, и Тайлер с готовностью поднял руки, позволяя стянуть её. Его короткие волосы растрепались, и Джош провёл по ним руками, вновь приглаживая, и уводя его губы в заждавшийся поцелуй. Потом на пол летит его собственная кофта и футболка. - Стой здесь, - быстро сказал Тайлер, покидая ванную. Джош тяжело выдохнул. Под пальцами появилась холодная керамика, она же упиралась ему в поясницу. Он ждал, когда вернётся Тайлер, и думал, что он правда, он действительно этого хочет. Он хотел этого и хочет до сих пор. Что нет смысла жалеть об этом. И вообще сейчас не время думать. Тайлер снова появился в ванной, он кинул в раковину бутылочку лубриканта и презерватив и поначалу даже не заметил растерянности Джоша от его собственных мыслей. Но когда он снова прижал Джоша к себе, целуя и опуская ладони под ремень, то не ощутил прежней отдачи. Джош с удивлением посмотрел на него, когда Тайлер отстранился. - Если тебе надо расслабиться... – он многозначительно замолчал, не надо было много ума, чтобы догадаться, что такой человек может предложить. Джош был бы и не против расслабиться немного, отпустить эти грузящие мысли. Но с другой стороны, он не часто занимался этим. Совсем не часто. Тайлер ещё секунду молча смотрел в его глаза, пытаясь найти в них ответ, а потом потянулся к шкафчику над раковиной за спиной Джоша. Комната проплыла в отражении зеркала, а затем встала обратно. Тайлер вставил в зубы косяк и поднёс к закрученному кончику зажигалку, по привычке прикрывая огонёк рукой. Джош почувствовал запах травы. Несмотря на то, что он знал, что от марихуаны ничего дурного с ним не случится, его отпустит и расслабит, его не покидали картины социальных реклам против наркотиков. Такое дерьмо надолго застревает в голове, как, например, религиозные вещи, вбитые в твои ладони и стопы девятидюймовыми гвоздями ещё в детстве*, так что ты до конца жизни произносишь фразу "слава богу", даже если отрекаешься от веры. Но косяк уже перед ним, прямо перед его губами, которые всё никак не разжимаются, хотя не раз пробовали на вкус эти набитые травой самокрутки. - Открой рот, - сказал Тайлер, видя его замешательство. Он убрал косяк, сам затягиваясь полной грудью, а затем застыл в сантиметре от его лица, и густой дым повалил из его рта. Джош проделал то же самое, что тогда в машине. Первый вдох обжёг горло, и он закашлялся, закрывая рот кулаком, вспомнив о девушке в комнате. Тайлер выдохнул остатки в сторону, давая возможность отдышаться, затем передал ему косяк. Джош не отказался; преодолевая рвущийся из горла кашель, он снова затянулся и задержал дыхание. Наконец, Тайлер улыбнулся. После четвёртой затяжки, которая уже не жгла так сильно, хотя запах всё ещё создавал тошнотворный привкус на языке, Тайлер забрал у него косяк и затушил в пепельнице на полу. На вкус поцелуи были приятнее травы. Пока Тайлер возвращал им растаявшую страсть, Джош начал расслабляться. Тело приятно щекотало и грело, и в поцелуй ворвался смешок. Тайлер улыбнулся в ответ, он отстранился, и Джош, глядя на его лицо – неестественно пустое, не по-тайлеровски улыбающееся, - засмеялся снова. Это было не смешно, но смех вырывался из него, как до этого вырывался кашель. - Если бы ты улыбался мне по-настоящему, - сказал Джош, и Тайлер опустил взгляд вниз, начав расстёгивать его штаны, - я был бы счастлив. - Конечно, - быстро согласился Тайлер, словно и не слыша его слов, и рывком стянул штаны с трусами, чтобы затем снова прижаться к уже полностью обнажённому телу. - Нет, правда, я не видел твоей улыбки столько времени... – Джош запрокинул голову и закрыл глаза, каждое прикосновение губ к его коже на шее и груди запускало новые и новые волны крови к его члену, трущемуся о ткань чужих джинсов. – Я так люблю, когда ты счастлив. Я привык это любить и привык делать тебя счастливым. Все последующие слова остались в голове, Джош до боли прикусил губу, ощутив пальцы в смазке, проникающие в него. Губы почти не ощущали боли, и чужих губ они почти не ощутили, поэтому язык так жадно рвался убедиться в наличии поцелуя. Он не был уверен, не громко ли он стонет, не разбудит ли гостью. Свободной рукой Тайлер прижимал его к себе. Все прикосновения казались мягкими и глубокими, трогающими даже душу и старые чувства, те, которые Джош, ещё совсем молодой, едва ли понимающий, куда он двигается в этой жизни, испытал к вокалисту группы, на концерт которой позвал его друг. Те самые чувства радости и наслаждения от нахождения рядом, когда они говорили часы напролёт. Те чувства, которые он испытывал, просыпаясь в фургоне в туре видя его лицо совсем близко к своему, и следующие полчаса он смотрел на него, а иногда и сам просыпался под таким же пристальным взглядом. Расслабленный травой мозг без проблем открыл все эти двери, комоды и шкатулки с воспоминаниями. А потом Тайлер развернул его лицом к зеркалу, и Джош увидел себя в отражении. Взгляд застрял на голубых волосах, белеющих у кончиков и темнеющих у корней. Он не мог перестать смотреть на них, пока Тайлер не закончил с собственными штанами и не раскрыл упаковку презерватива. После того, как пальцы сменились членом, Джош услышал за спиной громкий выдох, а сам зажмурился, затаив дыхание. Не так жёстко и больно, как в прошлый раз, и на этот раз Тайлер молчал, а Джош был уверен, что Тайлер знает, с кем он. Джош закрыл глаза. Размеренные движения Тайлера вызывали сдержанные, тихие стоны, потому что Джош всё ещё помнил о девушке с густой копной волос, уснувшей у Тайлера в спальне. - Посмотри на себя, - прошептал Тайлер, наклонившись к его уху, и поднял его голову за подбородок. Джош не хотел открывать глаза снова, он не хотел видеть себя, он хотел только чувствовать скольжение члена внутри и томное напряжение в собственном паху, но Тайлер продолжал держать его голову, поглаживая большим пальцем по щеке. Покрасневшие глаза, разгорячённая кожа, зрачки заполнили почти всю радужку, ледяного цвета волосы уже намокли от пота и торчат в разные стороны. Даже когда Тайлер убрал руку, переместив её на грудь, и сам перестал смотреть на его лицо, предпочитая поцеловать его плечи, Джош не смог отвести взгляда. Его гипнотизировало собственное отражение, двигающееся в такт толчкам Тайлера. - Ты прекрасен, - услышал он в перерыве между поцелуями, - и ты только для меня. Так и чувствовал себя Джош: только здесь и сейчас, только для Тайлера. И лицо в отражении стало ему противным. Он всегда был только для Тайлера, каким-то образом он всё время был только для него, ему не нравились другие люди, другие тела, другие губы, другие голоса и разговоры, с ними он чувствовал себя не так. Потому что Тайлер просто заполнил всё его существование собой, а потом ушёл. Во всяком случае, так казалось Джошу в тот момент, когда Тайлер трахал его над раковиной, а он смотрел на своё отражение. Ему настолько жалко самого себя и настолько противно от собственной жизни, что он был готов замахнуться и ударить это отражение, разбить нахуй это зеркало, чтобы не видеть и не думать об этом. Но он не успел поднять руку, комната стала сужаться, стягиваясь в центр, и Джош просто закрыл глаза. Перестав думать о собственной жалости, тело снова сконцентрировалось на приятных волнах, на дрожи в мышцах, дыхание сбилось и стало судорожным из-за беспорядочных вздохов и стонов. Он опустил руку, сжимая в ней член, уже готовый кончить в следующую минуту, но Тайлер заставил его вернуть руки обратно на раковину, прижав их сверху своими. - Мне иногда... так... хочется... – Джош не понимал, не договаривает ли Тайлер, или это просто биение собственного сердца в ушах заглушает его голос, но последующих слов он не услышал, зато ощутил сильную боль в ладонях, потому что края раковины больно врезались в них под давлением рук Тайлера. Пальцы перестали сжимать его, давление пропало, Тайлер выдохнул в его шею, и его дыхание казалось холодным разгорячённой коже. Тайлер опустил руки вниз, погладив живот и бёдра Джоша, затем они, наконец, коснулись его члена, выуживая последние стоны и силы из тела, прижатого к раковине. Джош прижался спиной к его телу, надеясь в последние секунды найти отзывчивое тепло, но получил только руку на своей шее, которая заставила голову откинуться назад, а затем цепи напряжения по всему телу разорвались. Он почувствовал тепло, свет, свободу, свой голос, который прозвучал хрипом из-за руки на шее, и затем услышал стон Тайлера, и рука сжалась сильнее, из-за чего пришлось откинуть голову ещё больше, чтобы нормально дышать. Пот стал остывать, телу стало холодно. Джош обнаружил себя на полу, лежащим среди одежды, а рядом сидел Тайлер, прислонившись спиной к ванне. Джош всё ещё чувствовал лёгкость в теле от травы, и все предметы в ванной казались иными, другого слова не подберёшь. Но эффект явно начинал пропадать, туман начал спадать с мыслей. Джош нашёл рядом с собой полотенце и, не став спрашивать Тайлера, вытерся им. Сердце уже билось медленно, но с огромной силой. В комнате висело тяжёлое молчание, которое хотелось разрушить. Джош перебирал в голове вопросы, которые можно было бы задать, но ничего нормального не приходило на ум. Тогда он просто сел рядом, заодно подобрав своё нижнее бельё. Глаза Тайлера были закрыты, что позволило Джошу спокойно, без чувства смущения или неловкости разглядеть его тело. На его правых рёбрах он видит раскрывшиеся цветы, на руках он замечает словно мёртвые деревья, костяные руки, пожимающие друг друга, очертания ласточек с раздвоенным хвостом, летящих с плеча вниз, и на сгибе руки он замечает красную точку и маленький синяк. Больше Джош не смотрел никуда, он видел только этот воспалившийся след от иглы на жёлтом фоне разлившейся под кожей крови. - Героин? – Джош закрыл глаза. Ему захотелось встать и уйти, просто уйти подальше от Тайлера, свалить нахуй от этого человека. - Да, - Джош услышал шуршание рядом, видимо, Тайлер начал одеваться. Может, побоялся, что Джош заметит что-то ещё. - Ты превзошёл все мои ожидания. - А чего ты, блять, хотел, Джош? – Тайлер не звучит зло, скорее, устало и обиженно. – С того дня у меня постоянно горит в груди, жжётся в лёгких, болит голова. Я прекрасно осведомлён о том, чем я травлю свой организм, и ты можешь сейчас сдохнуть от неожиданности, но героин не такая опасная херня, если принимать с умом. - Твой друг тоже так говорил? - Да тебе-то какая разница. Тебя тогда не волновало моё состояние, так забей на него и сейчас, наслаждайся нашим трахом и помалкивай. Джош чувствовал, что силы на исходе. Что он больше не может быть рядом с этим Тайлером. Но у него нет сил даже на то, чтобы сказать это сейчас, чтобы поспорить с ним снова, чтобы врезать за излишнее преувеличение в словах о прошлом. Он смог только приоткрыть глаза, чтобы увидеть стоящего к нему спиной человека. - Раньше ты был всё-таки поинтереснее, - заключает этот человек. – Ты не позволял мне говорить такое говно просто так. Джош согласен с ним и не хочет спорить больше. - Ты пойдёшь домой? Или останешься? Дома, как такового, у него всё равно нет. Номер в отеле, конечно, оборудован хорошей ванной и замечательной кроватью, но номер – бездушное место. Если он поедет в родительский дом, то снова встретится с вопросами, оборванными на середине предложениями, когда речь заходит о Twenty One Pilots, к сочувствию, которое ему совершенно не нужно. Поэтому Джош не знал, куда ему идти, где его дом, разве что вернуться в Лос-Анджелес, но уставшее сердце как-то не рвалось туда. Да и не прямо сейчас ведь ему туда лететь. Тайлер поднял с пола его футболку и помог надеть, не дожидаясь ответа, затем потянул его за руку, помогая подняться. Джош бросил взгляд на свои джинсы, оставленные на полу, но втискивать в них свою задницу, которая хотела остаться в покое, не было никакого желания. Он выключил свет и закрыл дверь. На кровати спала та девушка, Тайлер просто назвал её "одной знакомой" и лёг рядом. Он не стал объяснять, кто она, сказал только, что ей иногда негде спать, а ещё что ей нет восемнадцати. Джош лёг с краю, чувствуя себя не очень уютно от нахождения в одной постели с несовершеннолетней. Хотя Тайлера это явно не волновало, он повернулся к ней спиной и закрыл глаза. Джош тоже хотел закрыть глаза и заснуть, но рой мыслей не давал этого сделать. Его удивляло, как легко сделал это Тайлер, который обычно страдал бессонницей. Хотя, конечно, его тело и мозг расслаблял белый порошок, разогретый на ложке, запущенный в кровь через шприц. Мысль о том, как Тайлер перетягивает руку и прокалывает кожу, вызвала тошноту. Интересно, насколько героин опасен? Джош не заметил других проколов, возможно, Тайлер делал это нечасто, значит, это не зависимость. По привычке Джош полез в карман, но вспомнил, что джинсы с телефоном вместе остались в ванной, так что пришлось вылезти из постели и вернуться за телефоном. Заодно он задёрнул шторы, которые норовили совсем сорваться с петель, зато солнце больше не было таким уж раздражающим. Он устроился на прежнем месте, боясь даже плечом коснуться Тайлера. Джош открыл сообщения и начал писать единственному человеку, который мог ответить на его вопрос.

Ричи ты тут?

Что случилось, кудрявый Ты в порядке?

Да у меня просто вопрос. Расскажи о героине

Ты ширнулся?

Ага и лежу в луже своей блевотины

Зачем тебе это?

Какая разница ричи. Ты можешь рассказать или нет

Какие мы дерзкие, Джош Могу Что ты хочешь знать?

Какой от него эффект

Если мы говорим о нормальном героине, а не о помеси с детской присыпкой или порошком для похудания, то он расслабляет тело и бошку. Ловишь кайф, схожий с длительным оргазмом. Джош, это только звучит здорово. В смысле это Это и есть здорово но Но ты даже не замечаешь как подсаживаешься на это, тебя ломает, как суку, ты не можешь дышать и думать без него Блять забудь что я сказал про это дерьмо Джош остановился, глядя на эти сообщения. У Ричи были проблемы разного рода, с наркотиками в том числе, но он был в завязве уже пять лет, посвятил этой проблеме почти целый альбом. Так что обычно он не так резко реагировал на эти разговоры.

Я не собираюсь пробовать если тебя это волнует

Слава богу. Прости, я правда боюсь, что кто-то из моих друзей может уйти в эти дремучие наркотические леса. Может, всё-таки скажешь, зачем ты спрашиваешь?

Тайлер

Тайлер героинщик?

Наверное. Я увидел у него только один след и он даже не стал оправдываться Сказал что мне было не важно что было с ним раньше и чтобы я не совал свой нос в это сейчас

Воспоминания об этих словах резанули по сердцу. Джошу было не всё равно, но Тайлер умудрялся выставить это в таком свете, и Джош даже не мог нормально ответить. Если он сознательно рушит свою жизнь, не лезь в это, Джош. Я не смогу жить, если он утянет тебя в это за собой.

Не утянет.

Да? Где ты сейчас?

У него

Значит... Вы поговорили?

Нет Мы потрахались Снова У нас не складываются разговоры Я не нужен ему

Тогда вали оттуда, Сью**, хватит мучить себя. Рядом раздался шумный выдох, Тайлер заёрзал во сне. Джош отвернулся от экрана телефона, снова глядя на спящее лицо. Когда-то у него получилось повлиять на жизнь Тайлера в лучшую сторону, хотя точно так же получилось разрушить её. Ситуация изменилась и стала сложнее, но просто так убегать от неё, зажав между ног хвост, казалось неправильным. Хотя Джош даже примерно не представлял, что делать, а все попытки в разговоры заканчивались яростной блокировкой от Тайлера и физической близостью. И ответь уже этому гандону, Джош. Джош закатил глаза. Вчера он так и не сделал этого, отвлекшись на сообщение сестры. Переписываться с Тедом, с человеком, с которым он состоял в крайне странных отношениях, всегда было пыткой. Да и общаться с ним в целом. Малыш, почему ты не отвечаешь мне? Джош не любил, когда Тед называл его малышом, мальчиком, маленьким, использовал какие-либо приторные и уменьшительно-ласкательные прозвища по отношению к нему. Но он называл его только так, и Джош на это молчал, потому что Теда не волновало его мнение.

Я был занят

Ты не приехал вместе с Ричи. И не предупредил меня. Я хотел увидеться с тобой. Джош выдохнул сквозь зубы, умоляя себя успокоиться и ответить ему без лишней грубости. Они встретились за месяц до того, как Джош отправился в тур с 4R, просто на вечеринке общего их с Ричи друга. Тед был совершенно не его типом, он одевался, как профессор или учитель, у него целый гардероб рубашек, свитеров и кардиганов, у него были светлые волосы, осторожно уложенные назад, он носил крупные очки в тонкой оправе, от него пахло дорогим одеколоном. Но он умело вёл разговор, выводил Джоша на чистую воду, заставлял чувствовать себя комфортно, и вот Джошу уже нравится, как свитер трётся о его щёку, нравится этот дорогой аромат, нравятся его осторожные и сильные руки, нравится его манера выражаться, словно он писатель любовных романов. Он казался таким правильным, мудрым, спокойным. Но стоило дать ему больше воли, впустить в свой дом, как из милого профессора он начал превращаться в заёбывающего маньяка. Он хотел контроля над каждым движением теперь не только в сексе, но и в жизни. Он требовал подчинения, а Джошу было на это совершенно плевать.

Да я не приехал я знаю. У меня дела в колумбусе

И Джош не знал, как порвать с ним. Ночами порой ему становилось так тоскливо от одиночества, что он включал свет по всему дому, лишь бы создать ощущение чужого присутствия. Спать в одиночестве было ужасно, сердце словно магнитом тянуло куда-то. Тед выжимал из него все соки и заставлял отрубаться, и, вероятно, на том и строились их отношения. Джош получал нагретую кровать и глубокие сны после сексуального удовлетворения, платил взамен порнографическими "да, сэр". Если бы эти игры заканчивались в кровати, а не выходили за её пределы, всё было бы намного проще. Если бы он не предлагал Теду жить с ним. Если бы Тед хотя бы пытался понять Джоша... Ты такой плохой мальчик, Джош. Я так накажу тебя за то, что не предупредил меня. Ты неделю ходить не сможешь, обещаю. Джош закатил глаза и положил телефон на грудь. Несмотря на всё желание закончить эти отношения, он не мог, стоило лишь вспомнить о тех страшных одиноких ночах. Хотя, возможно, он сделает это, когда вернётся. Скажет, что ему не нравится его приказной тон, его переигрывание, вульгарность в выражениях, все эти "мой мальчик", "малыш", "накажу". Да, в постели Джош хотел подчиняться, потому что он точно знал, что в этом не налажает. Да, Тайлер был прав, когда говорил, что Джош не может никого нормально трахнуть, потому что его первый сексуальный опыт оказался настолько ужасным, что слова его тогдашней девушки о его беспомощности и некомпетентности до сих пор звучали в голове каждый раз, стоило ему представить себя ебущим кого-то. Это всё из-за усталости и из-за Тайлера. Это они сделали его таким эмоционально уязвимым, заставили вспомнить все свои проблемы в столь ранний час. Джош прислушался к своему сердцу, которое начало постепенно сбавлять обороты, а потом все мысли начали теряться в темноте. Когда он в очередной раз попытался вспомнить, о чём думал в прошлую секунду, темнота полностью сковала его. Наконец, послышалось сонное посапывание Джоша. Тайлер раскрыл глаза, открывая для себя вид спокойного лица с расслабленными губами. Всё тело всё ещё пребывало в приятном экстазе от героина и слабости от оргазма, хотелось снова закрыть глаза, но Джош буквально не позволял ему сделать этого, маня своим умиротворением. Тайлер опустил взгляд ниже, на его плечи, на грудь, и увидел телефон, зажатый в руке. Взгляд вернулся на лицо, на этот раз только чтобы убедиться, что Джош действительно спит, и затем Тайлер вытащил телефон из его расслабленных пальцев. Забавно, что Джош так и не сменил пароль на телефоне, хотя телефон поменял уже несколько раз. Дата рождения его обожаемой мамы. Перед Тайлером возникли сообщения, большинство из которых были не прочитаны. Раньше Джош часами залипал в телефон, отвечая на всё, теперь он явно бросил эту привычку. Тайлер перевернулся на спину и поднял телефон над лицом, пролистывая их. Порядка ста непрочитанных диалогов и чатов. Он снова отмотал наверх и открыл последнее, которое было прочитанным. Простое имя – Теодор. Только сообщения были какими-то не простыми. Тайлер провёл пальцем вниз, но переписка была слишком длинной, чтобы найти её начало. Сообщения от Теодора наводили на мысль о жестком порно, где актёры переигрывали, словно им за это доплачивали. Тайлер не удержался и поморщился, продолжая читать переписку. От Джоша сообщения были более сдержанными и покорными, но всё равно вызывали такое же раздражение. Ни в одном сообщении Джош не послал его и не заткнул, хотя должен был, Тайлер точно знал, что Джош не терпит такого обращения. - Пиздец, - прошептал Тайлер, выключая экран телефона и роняя руки на кровать. Он даже не мог определиться, что расстроило его больше: то, что Джош изменился в худшую сторону, утратив свою волю, или то, что у Джоша кто-то есть, кто-то не самый приятный, совершенно точно не подходящий ему. Наравне с этим отвращением к новой пассии, на душе начало разливаться спокойствие. Потому что наличие отношений у Джоша, пускай и таких неприятных на первый взгляд, означало, что между ними нет той мёртвой хватки, не позволяющей отпустить друг друга. Сначала, когда он увидел Джоша протрезвевшим взглядом, его закрутило в мясорубку прошлого, его тянуло к этому человеку. Кости хрустели, перемалывались, мысли превращались в фарш, настолько сильно ему хотелось вцепиться в Джоша и не отпускать. Потому что несмотря на всё, это был Джош, не больше и не меньше. Мясорубка остановилась, Тайлер собрал все свои кусочки обратно воедино. Джош Дан живёт своей, совсем иной жизнью. У него есть любовник, к которому он вернётся, как только его самого перестанет перемалывать. Но так чертовски сильно не хотелось отпускать его. Тайлер чувствовал противоречие собственных чувств и желаний. Отпустить, оставить, уйти самому, всё это сумбурно крутилось в его уставшей голове, пока где-то в глубинах квартиры не заиграл телефон. Он открыл глаза и уставился в пустоту, пытаясь представить, кто бы мог ему звонить в такую рань, если они с друзьями разошлись только под утро. В горле начало жать от желания закурить, потом подключились и лёгкие. Это чувство схоже с пауками, которые сплели в тебе паутину для ловли никотина, но, не получая его, начинают требовательно шатать свои сети. И ты чувствуешь этих никотиновых пауков, и всё, о чём думаешь – усмирить их. Тайлер сел, стараясь не задеть спящие по обе стороны тела, и сполз с постели, мотивируя себя любопытством к звонившему и ломкой. Пачка сигарет нашлась намного быстрее, так как начатые и забытые упаковки валялись по всему дому, а телефон пришлось поискать на полу среди одежды. - Да? – он прижал телефон плечом и прикурил, прикрывая огонёк ладонью. – А такси ты вызвать не можешь? – Тайлер обречённо вздохнул на отрицательный ответ, который дался звонившему приятелю с огромным трудом из-за какой-то херни, которую он выкурил. – Закажи до меня, я выйду и оплачу. Блять, хуй с тобой, лежи там, я приеду. Ключи от машины обнаружились под кроватью, когда он сел на колени, чтобы достать их, пепел с сигареты упал прямо на пол. В комнате уже повисла бледная пелена дыма, из-за чего пришлось открыть окно и отодвинуть одну из тяжёлых штор. На окне обнаружилась ещё одна пачка сигарет, ментоловые Marlboro. Тайлер вообще не помнил, откуда они у него, он не был фанатом ментоловых сигарет. Не особо задумываясь об этом, он забрал пачку и положил её на грудь спящего Джоша, затем вышел из комнаты и покинул квартиру, тихо прикрыв за собой дверь. Замок снова не щёлкнул из-за своей периодической неисправности, но Тайлера это не особо волновало. - Значит, ты Джош? Джош уже окончательно проснулся и сидел на краю кровати с пачкой сигарет в руках и потирая глаза. Тайлер снова бросил его здесь одного. Хотя, вспоминая утренний разговор, у него не было причин оставаться и просыпаться рядом с Джошем, слишком много чести для человека, с которым тебя ничего больше не связывает, кроме стонов. Как раз из-за последнего у него сильно ныла задница, но физическая боль не особо его заботила, он обладал замечательной способностью игнорировать её. - Да, - Джош отбросил пачку на кровать и поднялся, направляясь в ванную за оставшейся одеждой. Без штанов он чувствовал себя не очень уютно перед девочкой, чешущей свои длинные волосы напротив него. Именно что девочкой, у Джоша не поворачивался язык назвать её даже девушкой. - А я Святая Мария, - донеслось ему в спину. Штаны и кофта всё так же лежали на полу, в нескольких сантиметрах от баночной пирамиды. Джош сел на пол, натягивая злосчастные джинсы. Интересно, давно ли ушёл Тайлер и стоит ли ждать его возвращения. Как только в голове мелькнула вторая мысль, Джош усмехнулся над собой. Зачем его ждать, ты ему вообще не сдался. Чтобы снова увидеть его обдолбанное лицо, не реагирующие на свет зрачки, беспричинную улыбку? Джош поднялся с пола и включил воду, умывая лицо и проходя холодными пальцами по шее. Чтобы помочь?.. Чтобы вернуть его? Но разве Джош способен на это. Если он пошёл за очередной дозой, надо было остановить его. Не надо было засыпать. - Ты знаешь, куда ушёл Тайлер? Джош вернулся в комнату, где названная богородица держала между губ сигарету с ментолом и пыталась её поджечь. - Не знаю, - она вынула сигарету из губ, отвечая ему. У неё были большие карие глаза и лицо в тёмных веснушках. Джош дал бы ей лет четырнадцать, отчего хотелось забрать у неё сигарету и поиграть в строгого взрослого. От мысли о том, что он взрослый, он чуть не рассмеялся - свой возраст всегда казался ему абсурдно завышенным. - Он мог пойти за дозой? Девочка пожала плечами и уставилась на сигарету. - Вряд ли. Я его барыга. Мария снова начала щёлкать зажигалкой, из которой вылетали только искры, но её упорству можно было позавидовать. Джош слегка опешил от такого заявления, если до этого ему в принципе было всё равно, кто она и что здесь делает, то сейчас его это заинтересовало. - Сколько тебе лет, Мария? - Семнадцать, - ответила она, не вытаскивая сигареты. - И ты занимаешься тем, что продаёшь наркотики? - Сдай меня полиции, - с вызовом ответила она и закашлялась в следующую секунду, когда сигарета начала тлеть на кончике, и дым попал в её горло. Джош забрал сигарету, глядя на кашляющую Марию. - Не тебе меня судить, - сквозь кашель, хрипло ответила она. - Ты вообще куришь? – Джош сделал затяжку вместо неё, выпуская приятный ментоловый дым. - Конечно курю, - она потянула руку обратно за сигаретой, но Джош сделал демонстративно ещё одну медленную затяжку, и она быстро потеряла интерес к сигарете. Более того, новую она не достала. - Почему ты занимаешься этим? Зачем тебе это грязное дело, можно же найти увлечение получше. - У меня есть увлечение получше. Но на это нужны деньги, а здесь можно неплохо заработать, - она прыгнула на кровать, вместо того, чтобы обойти её, и на другом конце комнаты села, перебирая одежду на полу. - И что же это? – Джош наблюдал, как она поднимала с пола футболки и прижимала к лицу, вдыхая запах, затем морщилась и откидывала в сторону, пока не нашла чистую. - Я путешествую. - Вот как, - Джош подошёл к окну, повернувшись к ней спиной, когда она начала раздеваться. - Да. Я собираю деньги, много денег, а потом подкидываю их родителям. Говорю, что заработала курьером, подработкой в магазине, уборщицей, ещё кем-нибудь. И потом мы покупаем билеты на самолёт, летим в другие страны, смотрим на водопады... Сложно было поверить, что такие деньги могла приносить подработка, и надо обладать наградой "Самых Наивных Родителей Мира", чтобы поверить в такие сказки от дочери. Но Джош промолчал, разглядывая улицу внизу через открытое окно. Мария в два прыжка оказалась рядом с ним, врезаясь в подоконник, и выдернула сигарету из его рук. - И где ты уже была? От очередной затяжки она снова раскашлялась, но сделала вид, что так и надо, и повторила действие. Джош вновь осторожно вытащил сигарету из её пальцев. Пока она продолжала кашлять, он смотрел, как вздрагивают её тонкие плечи под футболкой Тайлера, и чувствовал только сожаление за её жизнь. Мало кто из детей на побегушках наркодиллеров доживают свою юность спокойно и вообще перешагивают порог двадцатилетия. - Нигде, - ответила Мария, перестав кашлять, - я ещё не заработала. Просто строю планы на будущее. А какие у тебя планы? - Уже никакие, - Джош попытался улыбнуться, заранее зная, что улыбка будет выглядеть максимально жалко. - Как-то грустно. Хочешь? – Она залезла рукой под широкий ворот футболки и достала из лифчика пакетик с цветными обрывками. Джош не сразу разглядел марки с ЛСД, но покачал головой и отвернулся к окну. Сигарета в руках почти дотлела и полетела вниз. – Ты, должно быть, думаешь, что любой наркотик – это смерть в собственной блевотине, корчась от ломки. Но такие, как ты, заблуждаются. Сейчас мир замрёт для меня. С этими словами она поместила цветной квадратик на язык и показала Джошу. С её языка на него глядел глаз с четырьмя ресницами сверху и тремя снизу, на месте зрачка была чёрная точка. Её рот наполнился прозрачной слюной, скатившейся на язык, из-за чего тот заблестел на солнце, и затем Мария закрыла рот и улыбнулась. - От тебя самого пахнет травой, - бросила она напоследок, а её руки потянулись к оконной ручке, чтобы полностью раскрыть для себя скрытый пластиком мир. – И сексом. - Не напоминай. - Знаешь, почему я ночую у Тайлера? – Святая Мария уже залезала на окно босыми ногами, схватившись для опоры за плечо Джоша. – Потому что он никогда не пытался трахнуть меня. Я вообще девственница. Я хочу родить Иисуса. Ты знаешь, что второе пришествие Христа ознаменует конец света? Я стану матерью апокалипсиса. Джош прекрасно знал библейские сказания, и на секунду его покрывшийся плесенью эмоциональных проблем мозг возликовал, ведь сейчас он держит за ноги вторую богоматерь. Она стояла в лучах солнца, держась одной рукой за оконную раму, второй за стену над окном, и выглядела удивительно счастливой. - У меня нет месячных второй месяц, - Джош вырос с двумя сёстрами, и его почти никогда не смущали разговоры о менструальной крови, тампонах и прокладках с крылышками. – Думаю, скоро я сотворю пиздец. - Ты правда в это веришь? – спросил Джош. Его мысли на самом деле начали складываться на мотив её истории. То есть, он начал обдумывать, как проведёт последние месяцы своей жизни. Конечно, лучше всего остаться здесь. Прямо здесь, в этой квартире, и забыть обо всём, просто проваляться последние месяцы жизни с Тайлером, который, конечно же, не будет все эти месяцы терять свой рассудок в наркотиках и других людях. Выдуманный Тайлер быстро начал разъедать дыру где-то в лёгких. - Я не верю, я верую. - Ты упадёшь. - Просто держи меня крепче. - Блять, - Джош засмеялся, потому что её слова прозвучали двусмысленно. Вести диалог с семнадцатилетней девочкой, у которой на языке тает марка, пропитанная ЛСД, и которая считает себя Святой Девой Марией, было странно, но Джоша уже мало это волновало. Всё происходящее с момента его встречи с Тайлером вообще больше не казалось ему реальным. Это была какая-то очень затянувшаяся взрослая сказка. - Скажи, Мария, - девчонка тут же повернула к нему голову, её густые волосы перекрыли проходящий в комнату свет. Она улыбалась. – Это я уронил Тайлера в бездну, да? - Я думала об этом. Это здорово, думать о вас двоих, знаешь. Вы, типа, такие интересные, все дела. У тебя голубые волосы, а он иногда бреется налысо. И группа распадается вместе с его заявлением о своей любви к мужчинам, а ты игнорируешь все вопросы. - Это не ответ, - Джош пытается улыбнуться, но её улыбка деревенеет на лице, словно нарисованная, и ему становится не по себе. - Да? А что ты спрашивал? Мария снова отворачивается к окну и вглядывается вниз. - Я ли... - Думаю, ты и есть его бездна. Он всё ещё падает где-то в тебе. Поэтому вас тянет друг к другу, и вот вы снова вместе. Она не позволила Джошу обдумать это как следует. Развернувшись в его руках, Мария спрыгнула на пол, прыгая и крутясь вокруг себя. Пол, кровать, снова пол, она скакала, словно пятилетний ребёнок, словно Ричи после хорошего концерта и третьего энергетика. - А ещё у Тайлера есть большой секрет, - крикнула она, выбегая из комнаты, но почти сразу забежала обратно, падая на пол и надевая кеды. Голос понизился до шёпота. – Только ты молчи. Но у Тайлера есть... девушка. Джош хотел сохранить невозмутимое выражение лица, но его затошнило от услышанного. - И у них есть ребёнок. И если ты будешь хорошим мальчиком, Тайлер познакомит вас. Если вы успеете до рождения моего первенца, конечно.