not so far...kid

декабрь, 2012 год

Несмотря на поздний час, на усталость после дороги от Миссури до Огайо, парни не спешат провалиться в сон. В окнах дома с синей крышей на Кларк-Авеню загорается свет. Сначала на первом этаже, затем в гараже, а затем загораются скрытые от глаз посторонних лампочки в подвале. Тайлер всё ещё полон энергии, он прыгает через весь подвал до своего синтезатора и включает его. Он кусает нижнюю губу, переключая режимы, и затем из-под его пальцев льётся знакомая мелодия. Прошло всего несколько часов с того момента, как они отыграли концерт в Миссури, но Тайлера это не останавливало. В нём полыхал адреналин, подкормленный Red Bull, на котором они жили всю дорогу. Джош чувствовал сладковатую усталость, какая появляется после тяжёлого дня, когда ты возвращаешься домой с работы, мечтая о тёплой постели. Пускай это и не совсем его дом, это дом Тайлера, но разницы почти нет. Они проводят здесь много свободного времени, потому что оборудовали подвал под маленькую репетиционную со старыми барабанами Джоша и синтезатором Тайлера. У Тайлера хватало энергии на двоих, и Джошу оставалось только с улыбкой наблюдать за ним. Он сел на комбоусилитель Marshall, купленный на гаражной распродаже пару лет назад. - Ты правда не хочешь спать? - с надеждой спросил Джош, вытягивая гудящие ноги. - Ммм, - задумчиво промычал Тайлер, неожиданно забыв ноты собственной музыки и промазав несколько раз по клавишам. - Я... предлагал тебе... поспать в автобусе. Надо было слушать меня. Зато в автобусе Джош обыграл Марка в "жёлтый мини-купер", потом в просто "мини-купер", а потом и в "жёлтую машину". Суть игры проста, как дважды два - бьёшь друга в плечо, когда видишь нужную машину. Как оказалось, реакция у Джоша намного лучше, чем у Марка. - Тогда не возражаешь, если я пойду спать? Я... - Джош осёкся, чувствуя неловкость от того, что хотел сказать. - Я могу поспать на диване, если ты не против. Не хочу ехать домой. Тайлер перестал играть, пальцы просто вжали клавиши до упора и замерли. Он внимательно посмотрел на Джоша, но взгляд был пустым и далёким. Губы разомкнулись, готовясь вымолвить ответ, но тут же сомкнулись обратно. Затем Тайлер снова посмотрел на клавиши, и те издали несколько высоких, но тихих нот. - Ты можешь спать в моей кровати, знаешь, - всё-таки сказал он, хотя и тихо. Джош узнаёт мелодию, Тайлер часто наигрывает её, говорит, что пока не придумал для неё названия. - Мы же вместе. Несмотря на всю невинность предстоящей ночи, Джош ощутил, как сжались все сосуды, похолодело в голове, и сердце забилось сильнее. - Конечно, если ты не против, - добавляет Тайлер. А Джош и ответить ничего не может. Он только кивает и опускает голову. Это чувство радости. Никогда раньше Тайлер не ложился с ним спать в одной кровати, всё ещё боясь чего-то. Из-за его демонов им приходилось быть далеко, даже когда они были близко. Джош не мог сказать, что случилось сегодня, что изменилось, но Тайлер только что перешагнул через себя. - Тогда я подожду тебя, - говорит Джош, улыбнувшись. Он ловит ответную улыбку, хотя Тайлер наклонил голову и улыбается, скорее, самому себе. Потом он кивает. Мелодия звучит немного увереннее. Джош даже не представляет себе, каково это - залезать под одеяло к человеку, из-за которого ты живёшь в розовых облаках, которые застилают твои глаза полные сутки. Ему впервые не надо представлять Тайлера рядом, потому что его спина в нескольких сантиметрах от его глаз. На нём футболка, Тайлер даже надел пижамные штаны, чтобы чувствовать себя максимально защищённым, но это не мешает Джошу. Впервые Джош не может заснуть ночью, несмотря на усталость. Радость превратилась в комок мелкой дрожи, который гулял по всему телу, иногда заглядывая в сердце. Так близко. Джош может чувствовать его тепло. Он поднял руку и протянул вперёд, пальцы почти коснулись его спины. Ещё немного, можно же просто положить руку ему на плечо, на рёбра, на талию, даже не обнимая - просто положить. Тайлер может даже не заметить этого, можно сделать вид, что это всё вообще случайно, во сне. Можно, но Джош убирает руку обратно, прижимает к груди и ложится на живот, отворачиваясь. Если Тайлер не хочет этого, то не стоит лишний раз будить в нём страх и отвращение к себе. Такая глупость. Джош не может заснуть, хотя это всё, о чём он мог думать последние часы. Когда он чувствует горячее дыхание на своей спине, чуть выше лопаток, но ниже шеи, он прижимает ладони к лицу. Тайлер уткнулся лбом ему в шею, сжимаясь за его спиной в комочек и стягивая одеяло. Он не знает, что Тайлер улыбается. Не знает, что Тайлер чувствует себя живее всех живых, вдыхая запах его кожи. Ему не известно, что происходит в голове Джозефа, когда он вытаскивает из-под одеяла руку и перекидывает её на тело рядом с собой, прижимая ладонь к чужой груди. - Джош, - тихо зовёт он, зная, что его парень не спит. - Да? - Джош всё ещё боится пошевелиться. - Спасибо, что ты есть. Что всё равно остаёшься со мной. - Пожалуйста, Тай. Он резко выдыхает, его дыхание правда горячее. Теперь голос звучит немного звонче и смелее. - Завтра я хочу показать тебе текст. Думаю, если разберёмся с мотивом, то на следующей неделе отправимся в студию и попробуем записать её. Всё это время Тайлер продолжает обнимать его, и при этом его голос не дрожит. Джош чувствует себя полноценным человеком прямо сейчас. - И я думаю... что кое-что решил. - Что-то хорошее? - Да. Расскажу утром. Джош осмеливается перевернуться, чтобы оказаться лицом к лицу с Тайлером. В темноте едва различимо его лицо, губы поблёскивают в улыбке, и Тайлер снова облизывает их. Джош всё ещё боится испортить момент. Тайлер хорош в том, чтобы создать атмосферу, а Джош умеет её поддержать. Однажды Джош сможет прижаться к этим губам, впитать весь их вкус, однажды он узнает, каково это - целовать Тайлера до боли в челюсти, до удушья. Просто Тайлеру нужно время. Он сможет. Тайлер закрывает глаза и наклоняет голову, Джош делает то же самое, и теперь его нос почти касается мягких волос. Тайлер пахнет дорогой домой. Что-то изменилось в Тайлере за эту ночь. Или это случилось раньше. Утром Джош получает звонкий поцелуй в губы и искреннюю улыбку. Тайлер не сжимается, когда Джош пробует обнять его. Тайлер ставит перед ним на стол тарелку с яичницей и чашку кофе. - Когда ты успел сгонять в магазин? - спрашивает Джош, не в силах побороть сводящую лицо улыбку. Он всё ещё сонный, но ему хочется проснуться как можно быстрее, чтобы сполна познать нового Тайлера. - Пока твоя милая задница дрыхла, игнорируя все будильники, - смеётся Тайлер, отпивая собственный кофе. Он не садится, он стоит возле раковины. Когда из него льётся энергия, он просто не может усидеть на месте. Джош пробует жареные яйца и попутно вспоминает, что говорил ночью Тайлер. - Ты говорил что-то про песню, - напоминает он, едва проглотив завтрак. - Так... что? - Конечно. Наберись терпения, малыш. Джош тихо усмехается и опускает взгляд на тарелку. Господи, Тайлер никогда не называл его малышом. Только в шутку при друзьях. Тайлер никогда не вёл себя с ним, как со своим парнем. Даже когда он признался в своих чувствах, точнее, сказал, что они взаимны, он чуть не впал в истерику. Для него было тяжело оказаться изгоем в своём обществе. Это для всех тяжело. Так что Тайлер всегда старался делать вид, что ничего не происходит между ними, пускай они и считали себя парой. Теперь его поведение кажется слишком странным. Его же не могли подменить. Не могли похитить пришельцы, пока Джош бил Марка в плечо при виде очередной жёлтой тачки, и вколоть ему сыворотку принятия себя. - Помнишь, я ещё говорил, что кое-что решил? Джош поднимает голову, Тайлер всё ещё улыбается, но теперь не смотрит на него. Он разглядывает чашку в своих руках, а затем ставит её рядом. - Это было тяжело. Но в последнее время... всё хорошее, что со мной происходило, оно случалось только потому, что я не лгал себе. Даже сегодня, - Тайлер усмехнулся и быстро взглянул на Джоша, но тут же перевёл взгляд на окно, за которым светило холодное зимнее солнце. - Сегодня я чувствую себя живым, потому что ты рядом. Ближе, чем раньше. И я хочу, чтобы это продолжалось изо дня в день. Боже, мне так хорошо от этого. И я думаю, я готов. Тайлер резко отрывается от раковины, обходит стол и двигает стул к Джошу. Он садится напротив, глядя в мягкие ореховые глаза, которые смотрят на него с бесконечной любовью. Тайлер не помнит, чтобы кто-нибудь когда-нибудь смотрел на него так же. Он всё равно волнуется, прежде чем сказать это. Как бы сильно он не был уверен в том, что готов, тень сомнений всё равно будет присутствовать. Поэтому он берёт руку Джоша, раскрывает его ладонь, распрямляет пальцы, гладит его мозоли, не проходящие из-за постоянной игры на барабанах. Он готов, он повторяет про себя, что он готов. - Я хочу сделать каминг-аут. Джош сжимает пальцы, сжимает его руку. Тайлер смотрит снова в его глаза и на этот раз не понимает, что они выражают. - Это... это неожиданно, - говорит Джош. Он прочищает горло и садится поудобнее. - Но... хорошо... ты хочешь сделать это перед родителями? Со мной? Или начнёшь просто с того, что тебя интересуют парни, а не девушки? - Нет, ты не понял, - Тайлер всё ещё старается улыбаться. - Я хочу заявить об этом публично. Остатки улыбки медленно сползают с лица Джоша, и Тайлер чувствует, как внутри умирает надежда и радость. - Зачем? - То есть? Джош, ты сам говорил мне, что это нормально. Я слышал это от тебя каждый день. Так почему мы должны это скрывать? - Мы? - переспрашивает Джош. - Да, я хочу рассказать всем, что мы встречаемся. Джош, я хочу показать всем, что мне нравится мой друг, что я хочу целовать своего лучшего друга и спать с ним в обнимку, пользоваться одной зубной щёткой, когда забываю свою, есть из его тарелки в ресторане, ходить на романтические фильмы на задние ряды в кино, чтобы целоваться. Джош продолжает молчать, и Тайлер поднимается, отпуская его руку, чувствуя нервозность, грызущую мышцы. Он проводит рукой по волосам, оглядывая кухню. - Тайлер, не стоит этого делать. Не обязательно говорить всем об этом. Не обязательно кричать об этом на каждом углу... - Что значит "кричать"? - Тайлер резко поворачивается к нему. - Я чуть не сдох, пытаясь принять это, потому что об этом принято молчать, как о чём-то постыдном. Джош, я хочу показать остальным, что это нормально, что этого не стоит стыдиться. - Так расскажи об этом друзьям. Расскажи родителям. Это всё-таки личное дело. - Джош, я хочу держать тебя за руку у всех на виду, я хочу целовать тебя на сцене, перед всеми людьми, когда мы заканчиваем концерт, потому что я чувствую, что хочу сделать это. - Мы не... Джош теряется, пытаясь придумать ещё аргумент. Но одна только мысль о том, что все узнают, что он гей, заставляет его задыхаться. Он не может представить себе жизнь, где все обсуждают его ориентацию. А что скажут родители? А девушки, с которыми он встречался в школе? Его друзья? Сколько слухов пойдёт. Джош допускает мысль, что Тайлер правда поцелует его, прямо перед толпой, на сцене, и его бросает в холодный пот. Он не думал об этом никогда. - Что? - Тайлер ждёт, он часто дышит, он паникует. - Да что?! Что не так? Ты сам говорил, что не стоит себя стыдиться! - Не стоит выставлять напоказ, с кем ты спишь. - Да я просто хочу выставить напоказ тебя! Я люблю тебя, идиот! Я хочу, чтобы люди об этом знали! Я хочу, чтобы не было больше таких придурков, как я, которые кусают одеяло, лишь бы не завыть ночью от обиды, что им хочется не того же, чего остальным! - Ты выбрал неправильный способ... - Поверить не могу, - Тайлер запрокидывает голову, кажется, борясь со слезами. - Ты ведёшь себя, как ребёнок, Тайлер. "Эй, посмотрите на меня, посмотрите, я голубой, как небо"! Как это будет выглядеть со стороны? - Джош начинает заикаться, слова сбиваются. Он не хочет этого, он не хочет лишнего шума вокруг себя или Тайлера. - Да мне похуй, как это будет выглядеть со стороны! Я никогда не выглядел нормальным! Джош видит, как Тайлер срывается на слёзы, сжимает зубы. - Я не знаю, чего ты от меня ждёшь. Я не готов к такому. Я хочу... - Чего ты хочешь? Парня-шизофреника, который дёргается от каждого прикосновения? - Я хочу просто быть с тобой! - Джош не выдерживает и тоже встаёт, стул падает на пол. - С кем со мной?! Меня просто не существует уже, я весь состою из своих страхов и загонов! Тебе нравится это?! - Ты несёшь какой-то бред сейчас, почему ты не можешь просто успокоиться и быть нормальным, - процеживает сквозь зубы Джош. - Джош. Я сделаю это. Я всё решил для себя, - Тайлер держится руками за голову, взгляд совершенно безумный. - Ты либо со мной, либо нет. Джош смотрит на него, смотрит на покрасневшее лицо, влажные щёки, на то, как он покачивается, на стул на полу, на недоеденную яичницу. Он думает о том, как будет слышать "педик" в спину, сколько ненависти выльет на них местная церковь, в которую они ходили с детства, сколько сообщений будет получать каждый день в социальных сетях. Как изменится всё. - Это глупо, Тайл... - Ты. Со мной. Или. Нет. Джош чувствует пустоту. Он не может согласиться на это. Он... это всё так... Страшно. Сложно. - Проваливай, - говорит за него Тайлер. - Вали нахуй. Забери своё лицемерие, которым кормил меня и наших фанатов. - С радостью.

12 декабря 2012 года

- То есть, как это? Ведущий на радио искренне негодует, Тайлер звучит уставши. - Очень просто. Группы больше нет. Twenty One Pilots официально больше не существует с сегодняшнего дня. - Ого, вот это новости, Тайлер. Мы... никто не ожидал такого. Мы можем узнать причину? - Дело в том, что Twenty One Pilots задумывалась и всегда была группой людей, играющих музыку. Пускай я был основной действующей силой, но один я не смогу тащить на себе всё. - Так в чём... - Просто так вышло. Знаешь, Мартин, это забавная история. Я просто признался, что я гей. Оказывается, я должен был молчать об этом. Но знаешь, что? Я не собираюсь. Тайлер смеётся, ведущий молчит. - Серьёзно, Мартин. Я хочу, чтобы все это знали. Я люблю парней, девушки меня никогда не интересовали. Я несколько раз был на грани, чтобы не шагнуть в пропасть, потому что я неправильный. Но я не сделал этого. И пускай никто из близких не поддержал меня, я знаю, что по ту сторону радио сидят люди, которые сейчас считают меня героем, для которых важно услышать, что они не одни. - Что ж... - А у нас закончилось эфирное время, да? Пора сматывать удочку, потому что у вас в эфире нельзя говорить о геях хорошо. Это содомия. Грех. Мне всё равно. Я сделал правильное реш... Эфир заканчивается песней Adele - Rolling In The Deep. Джош выключает радио и едет дальше молча.