not so far...kid

За большим стеклом стояла маленькая группа, которую ждало большое будущее. Если, конечно, никто из них (или все сразу) не отдаст предпочтение лёгкому кайфу, нежели музыке. Тайлер выключил экран телефона и прижал его к губам, наклонившись вперёд на стуле, чтобы сосредоточить всё внимание на этой самой группе. Их гитарист развлекает себя косячком травки почти каждые два часа, а в свободные дни предпочитает галлюциногены, вроде грибов; второй гитарист вместе с вокалистом и барабанщиком фактически жили на спидах; и только басист оставался твёрдым любителем алкоголя. Их знакомство началось с того, что Чесли, тот гитарист, который любил скорость (за что и был соло-гитарой, не в силах держать один и тот же ритм на протяжении всей песни), предложил Тайлеру заценить их группу на одной странной неоновой вечеринке. Тайлер ходил по разным местам, пытаясь найти себя снова хотя бы в чём-нибудь, и встречал множество странных людей, неадекватных, совсем съехавших с катушек, но Чесли выглядел нормальным на тот момент. Сейчас он всё меньше контролировал себя, увеличивая дозу. Но по сути он был обычным парнем, который хотел успеть всё за свою короткую (как он полагал) жизнь. Потом Тайлер встретил остальных. Через полгода Джэйа - второй гитарист, - и Блэнк - барабанщик, - согласились помочь Тайлеру с живыми выступлениями. С ними было здорово, с ними Тайлер забывал, кто он, зачем он на этой планете, в этой жизни, да и вообще не думал ни о чём. Как и со всеми другими своими новыми друзьями. Все мысли приходили, только когда он оставался наедине с собой, в своей квартире, в каждом углу которой сидели демоны. Стекло не пропускало звуков, Тайлер абсолютно не слышал, какую песню они исполняют. Пробная запись, потом они будут записывать каждый инструмент отдельно и сводить. Когда-то и они с Джошем занимались этим. Теперь Тайлер всё писал в одиночку. Он снова разблокировал телефон и посмотрел на экран - никаких сообщений. Конечно, если Джош откажется разговаривать с ним после всего случившегося, это будет не удивительно. Тайлер и сам с собой бы не заговорил. В принципе он и не ждал, что получит сообщение от Джоша или звонок, просто надежда на этот раз умирала намного медленней и мучительней. Он вздохнул и опустил голову. Если бы можно было хотя бы ненадолго вернуться в то время, когда они проводили дни и ночи в студии звукозаписи, пили Red Bull, ели пиццу на завтрак, обед и ужин, разбавляя её едой из Taco Bell... если бы можно было хотя бы на пять минут, Тайлер бы отдал за это всё, что у него осталось, включая свою жизнь. И он не раз об этом задумывался - отдать жизнь, чтобы получить шанс снова оказаться там, ведь ещё не известно, что там по ту сторону. Может, мы просто попадаем в своё самое яркое воспоминание. Но его всегда заставляла держаться то одна мысль, то другая, то новая песня, то очередная встреча с дурманящим эффектом эйфории. Иногда его держала мысль о тех, кто будет винить себя в его смерти, или о тех, кто за все годы его жизни желал ему провала, и хотелось продолжить жить им на зло. - Тайлер, не хочешь записать нам бэк-вокал? - ворвался в мысли голос вокалиста умирающей восходящей группы, на записи которой прохлаждался Тайлер. - У тебя же Чесли на подпевках, - Тайлер потёр глаза и посмотрел на Энди, стоящего в дверях комнаты. - Ну... Он не очень-то хорош, - его лицо скривилось, словно от лимона. - Не думаю, что я подойду на эту роль, - попытался мягко отговориться Тайлер. Сказать, что ему просто не хочется снова оказываться в комнате звукозаписи и слышать свой голос в чьих-то песнях, было неудобно и, возможно, оскорбительно. Хотя Энди не так склонен драматизировать отказы, как их лидер и басист Андрэ. - Хотя бы попробуй, чувак, у нас запись горит. - Тайлер, твою мать, двадцать секунд поной в микрофон! - закричал Чесли, его высокая, тощая фигура замаячила за спиной Энди. - Ему, видите ли, не нравится, как я пою! Тайлер с надеждой оглянулся по сторонам, словно кто-то мог его спасти. Но в помещении был только звуковик, покручивающийся на своём стуле возле микшерного пульта. Ему вообще не было дела до их проблем. - У меня голос сел, может, в другой раз? - Нормальный голос, давай, поднимайся, вставай, - Энди похлопал его по плечу, подгоняя. - Чёрт, - Тайлер выругался себе под нос. - Я... можно отдельно запишу? Комната записи опустела. Остались только инструменты, выключенные микрофоны возле них, и Тайлер. Теперь он смотрит на всех по другую сторону стекла, стараясь не показывать, что он нервничает. Джэйа наверняка имеет при себе успокоительный косяк с отборной травой, но Тайлер впервые за долгое время хотел оставаться трезвым. Если Джош напишет, ему придётся быть в себе. Хотя бы раз. Пальцы нервно тёрлись друг о друга, сжимаясь в кулаки. Хотя бы одну-две затяжки, чтобы этот нервный ком в груди расслабился, а в голове полегчало. Тайлер надел наушники, подстраивая под себя микрофон. За стеклом нет Джоша, который любил строить смешные рожи или показывать ему язык, чтобы сорвать запись и лишний раз посмеяться. Отсутствие Джоша казалось чем-то совершенно неправильным в этом помещении, что и мучило Тайлера. Энди показывает на него, в наушниках звучит музыка. Голос самого Энди звучит приглушённо, чтобы не отвлекать, но Тайлер даже с этим не может сосредоточиться. В руках появилась дрожь, к ней присоединился нарастающий шум в голове. Хоть как-нибудь отвлечься от этого навязчивого образа, который не позволяет открыть рот. Джош должен, просто должен стоять там вместо них. Энди постучал пальцем по стеклу, и Тайлер вздохнул, кивая несколько раз и прося по новой запустить песню. Он снова закрывает глаза, открывает рот, молча проговаривая предстоящий текст, и его тут же накрывает пелена воспоминаний о последнем разе, когда он записывался в студии. Песни так и не вышли в свет. Тайлер делает быстрые вдохи, готовый сказать нужные строчки, хотя за стеклом нет Джоша. Господи, да почему это так сильно волнует его? Это похоже на разбег перед прыжком. Тайлер разбегается и... у него нет голоса. Его горло сковывает в тот момент, когда должен вступить бэк-вокал, и он не прыгает, а останавливается на краю пропасти. Он поднял взгляд на людей за стеклом, чувствуя, как становится сложно дышать, и в тот же момент к стеклу, прямо на уровне его глаз, что-то прижали. Это был его телефон, на экране был входящий вызов. Вновь уверовав в бога, Тайлер снял наушники и почти бросил их на стойку, выбегая из комнаты звукозаписи. Энди отскочил в сторону, не ожидая такой реакции, но Тайлер успел выхватить из его руки телефон. - Да? - взволнованно ответил он. Слишком взволнованно, Джош наверняка это понял. - Эм, Тайлер, ты можешь сейчас говорить? Джош же звучал наоборот - уставше. Тайлер закрыл глаза ладонью. Конечно, как ещё он будет звучать. Он больше суток отходит от галлюцинаций и похмелья. - Да, конечно, Джош, - Тайлер попытался унять перевозбуждение, возникшее от ожидания звонка. Ричи знатно промыл Тайлеру в то злополучное утро мозги, заставив принять, что разговор, самый обычный разговор, в данной ситуации им необходимее воздуха. Да он и сам это знал, но слишком сложно держаться трезвым, ожидая этого самого разговора. При одной мысли о Джоше хотелось нахуяриться всем, что под руку подвернётся. - Я... - предложение сразу оборвалось тяжёлым выдохом. - Ричи рассказал, что ходил к тебе. И, я не знаю, но он обещал, что сегодня мы с тобой можем встретиться... нормально. - Да, я обещал. Я готов нормально поговорить, если ты согласен. Тайлер повернулся к ребятам за его спиной, которые покорно хранили тишину при телефонном разговоре. Тайлер знал, что им просто любопытно, о чём они говорят. Отведя телефон от лица, Тайлер быстро извинился и сказал, что ему надо уйти. Если бы он знал, что его попросят зайти в комнату звукозаписи, он бы вообще сюда не пришёл. Об этом, он конечно, тактично умалчивает, и выходит в коридор. - Не мог так с самого начала? - Давай просто встретимся и поговорим. Тайлер быстрым шагом прошёл через коридор студии и вышел на улицу, в лицо тут же ударил яркий солнечный свет. Погода сегодня была благосклонна к жителям Огайо. - Хорошо. Выбирай место. Тайлер усмехнулся. - Как всегда. Джош в ответ тоже коротко засмеялся, и Тайлер представил, как тот прикрыл глаза, и как уголки его губ поднимаются вверх. Джош всегда был таким, ему было проще приехать, куда скажут, чем самому решать. Но с "как раньше" всегда были связаны другие воспоминания, более болезненные. Тайлер перестал улыбаться. - В парке. Там сейчас мало людей. Джош коротко согласился и, помолчав немного в трубку, сбросил. Впервые за последнее время Тайлер держался так долго в трезвом уме. Всё вокруг начинало его напрягать, отчего он становился дёрганным. Джош заметил это почти сразу, как увидел его у входа в парк: он стоял в стороне от тропы и резко дёрнулся, когда Джош окликнул его. Его движения стали резкими. Если раньше Тайлер из-за нервов любил покрутить волосы, потереть пальцы, шнурки на своём худи, то сейчас эти движения приобрели невротический характер. Но говорил он на удивление спокойно. - Прости, что тебе пришлось отложить возвращение в Лос-Анджелес, - зачем-то извинился Тайлер, и Джош замотал головой. - Это не твоя вина. Я же сам решил развлечься. Через густые кроны деревьев солнце пробивалось зелёным светом, и всё вокруг казалось свежим и живым. На этом фоне бледный Тайлер выглядел, словно не от мира сего. - Я должен был лучше следить за тобой там. - Ты следил за мной? - Не важно. Всё равно не уследил, так ведь? Тайлер попытался улыбнуться, но удивлённый взгляд Джоша убил эту попытку. - Да, я не хотел оставлять тебя одного в таком месте, так что следил. - О, то есть тебе можно бывать в злачных местах, а за мной присматривать надо? - Боже мой Господи, я не об этом Джош, я просто... - Я знаю, мне правда не стоит бывать в таких заведениях, меня легко утащить в пучину разврата, как видишь, - Джош по-дружески толкнул его в плечо. - Но нянька из тебя так себе. - Да... - И я хотел спросить... Ты правда потом приехал ко мне в отель? Тайлер с трудом проглотил ком в горле. - Ну... я и привёз тебя. - И мы с тобой... - Ты настоял. - Настоял? В тихом парке раздался смех Джоша, и Тайлер опустил голову, глядя на свои ноги. - Зачем ты это делаешь, - смех Джоша стих, внутри всё неприятно чесалось от этого звука. - Что делаю, Тайлер? - Приходишь, смеёшься, разговариваешь со мной, словно ничего не было. - Я не знаю. Но если ты хочешь, чтобы я уехал, тебе стоило сказать с самого начала. Тайлер промолчал, и тишина между ними сохранялась ещё с минуту, пока они неторопливо шли через полупустой парк. - Я и не хотел, чтобы ты уезжал. Навстречу им шла девушка, везя перед собой коляску, и немного дальше послышался чей-то весёлый смех. Они вышли на главную тропу, и Тайлер тут же пожалел об этом. У него было огромное желание побыть с Джошем наедине, без каких-либо людей в радиусе хотя бы километра. - Тогда к чему всё это было? Ты засыпал меня оскорблениями и давил, врал мне и тащил трахаться. И хотел, чтобы я остался? - Хочешь начистоту? Хорошо. Я не могу простить тебе того, что ты ушёл тогда. - Ты выгнал меня! - Джош остановился, и Тайлер оглянулся вокруг. На них косились прохожие. - Для меня было важно, чтобы ты остался, - тихо ответил Тайлер. Он никогда никому не говорил этого, и теперь, сказав вслух, эти слова добили его, словно он опять остался один в пустом доме. Потому что теперь он сказал это, а всё равно ничего не изменилось. - Ты никогда не думал о том, что чувствую я, да? Что мне тоже было страшно. Вообще ты хорошо устроился, обвинил меня во всём и пошёл страдать. - О да, Джош, мне это столько удовольствия принесло. Ты себе представить не можешь. - Ты мог посоветоваться со мной, прежде чем выдавать такое... заявление. Это решение касалось и меня тоже. - Да-да, я знаю, - Тайлер потёр глаза. - Я знаю. Я налажал. Но мне просто хотелось вырваться из этих оков. Я мечтал об этом каждый день. И потом я просто... Ты всегда был рядом, ты всегда поддерживал меня во всём. Я был уверен, что и в этом ты меня поддержишь. Конечно, я сорвался. У меня весь мир разом развалился. - Но и мне нужно было время, чтобы обдумать это. Не только ты извилинами шевелишь время от времени. - Ну, у тебя оно появилось. Успел подумать? - Да. Это не значит, что я больше не хочу набить тебе рожу за всё, что ты сделал, но... Сначала Тайлер почувствовал руку на своём затылке, потом тепло на своих губах. Всего несколько секунд длился этот поцелуй, вливающий тёплый яд в самые недры души и прижигающий кровоточащие по сей день раны. Джош отстранился на пару сантиметров, опустив взгляд вниз, и Тайлер почувствовал, как начало биться сердце. Его собственное сердце стряхнуло с себя пыль, вспомнило, как любить, и теперь бросилось вперёд, чтобы наверстать упущенное. Он почувствовал себя таким же, как два года назад. Чистым. Мечтающим о том, чтобы однажды он смог поцеловать человека, которого любит, у всех на виду. Сердце разошлось на полную, Тайлер ощутил давление в ушах и жар, но Джош так и не смотрел на него. Зато смотрел кто-то другой: Тайлер повернул голову, бросив быстрый ответный взгляд на пожилую женщину в розовом платье, которая тут же сделала вид, что её совсем не интересуют два гея, целующихся в центральном парке, и отвернулась, продолжая свою послеобеденную прогулку. - Да. Мне жаль, что мне понадобилось больше времени, чем тебе, чтобы принять это всё, - сказал Джош, исподлобья взглянув на Тайлера. - И теперь слишком поздно. Но это не моя вина, и ты должен наконец принять это. - Слишком поздно, - эхом повторил Тайлер, засовывая руки в карманы джинсов, и насмешливо выдохнул. - Конечно. Молодец. - Нет, боже мой, Тайлер. Мария мне всё рассказала. - Что рассказала? - Тайлер нахмурил брови. - Тайлер, хватит. Как её зовут? - Кого? - А у тебя их много? Джош выдавил из себя слабую улыбку. Ему хотелось расспросить о ней побольше, хотелось сказать, что Тайлер должен быть лучшим отцом. Что, может, это и есть его миссия на этой земле - вырастить новую жизнь, дать ей шанс зацвести, а не увянуть, как себе. В голове всплывали слова Марии о том, какая это милая девочка. Он почти репетировал эту речь у себя в голове несколько раз, но когда предоставился шанс сказать её - слова встали в горле. Джош мог только улыбаться, представляя Тайлера в роли любящего отца, который будет подбрасывать своего смеющегося ребёнка в воздух и ловить, позабыв глупости своей юной, неотёсанной, бесформенной жизни. - Джош, я не понимаю, о ком ты. - Да, знаешь... не важно. Разбирайся со всем этим сам. Будет лучше, если я уйду. - Как и тогда, да? Джош неуверенно кивнул, вновь опустив взгляд на ноги и сделав шаг назад. Он ничего не мог сказать. Ничего из того, что планировал. Глупо улыбаться в такой ситуации, но это всё, что оставалось. Он ещё раз кивнул, на этот раз на прощание, и развернулся спиной к Тайлеру, оглядывая слишком зелёную тропу. - Не будет больше никаких разговоров, Джош. Всё что можно было решить, мы уже решили, поняли всё, что было непонято. Если ты решишь остаться, приходи сегодня вечером ко мне. Или не приходи больше никогда, просто исчезни из моей жизни. Джош молча двинулся вперёд, подальше от этого разговора. Напоследок он оглянулся, чтобы увидеть удаляющуюся спину в чёрной кофте. Чемоданы собраны, девушка за стойкой регистрации желает приятного пути, такси стоит у входа. Джош посмотрел на жёлтую машину с чувством, словно это пасть льва, в которую он собирается войти. Водитель вылез, чтобы помочь ему уложить чемоданы в багажник. На этот раз это не иммигрант, глядя на права которого Джош придумает очередную плаксивую историю его жизни и оставит большие чаевые, хотя налички почти не осталось. Это Джек. Джек живёт в Колумбусе с детства. Джек работает строителем, а в выходные подрабатывает таксистом. У него есть жена, они хотят завести ребёнка, когда купят свой дом. Джош узнал обо всём этом в первые пятнадцать минут поездки. Он старался быть вежливым в ответ, но ему было совсем не до разговоров. От рассказа о прекрасной кухне, оснащённой всеми современными удобствами, в доме, который присмотрели Джек с женой, его отвлёк телефонный звонок. На экране светилось фотография младшей сестры, Эшли, на которой она надула щёки и выпучила глаза, кривляясь в камеру. Джош извинился и ответил на звонок. - Привет, Джоши, ты уже едешь? Он обещал заехать домой, прежде чем отправиться в последний путь в аэропорт, и помочь Эшли собрать новый шкаф из IKEA. Родители с Джорданом и Эбби уехали на несколько дней с друзьями семьи в лес, чтобы устроить поход, разбить палатки, в общем - пожить в изоляции от технологий и города, как делали это почти каждый год. Эшли благополучно увильнула от этого под завистливые взгляды младших членов семьи, ещё не способных отвязаться от родительских идей просто фразой "у меня завал на работе, давайте в другой раз". - Уже в такси. Ты дома? - Да, но мне надо будет отъехать ненадолго. Сьюзан позвонила с работы, говорит, что не может найти контракт, которые мы заключили на прошлой неделе. Я говорила перенести его на диск, но нет же, конечно, двадцать первый век, давайте хранить все документы в единственном бумажном экземпляре. Джош тяжело вздохнул. Его рейс только завтра, очередной рейс, на который он планирует попасть, так что эту ночь он всё равно собирался провести в своей детской комнате, и торопиться некуда. - Хорошо. Только дождись меня, ладно? Не хочу влезать в дом через окно. - Я жду, жду. Просто приезжай побыстрее. Они уже действительно были недалеко от дома, осталось проехать ещё один квартал. Джош начал думать о том, как рассказать сестре об их с Тайлером разговоре и принятом решении. Не то чтобы она станет расспрашивать, но она достойна доверия, хотя бы из уважения Джош хотел рассказать ей всё. Её яркие рыжие волосы отлично сочетались с зелёными и голубыми красками дня. Она подбежала к нему и обняла, затем поблагодарила таксиста и забрала у него второй чемодан, явно торопясь. - Я сам их донесу, Эшли, можешь ехать, - Джош хотел выхватить у неё ручку чемодана, но она сама отпустила её, резко меняя направление от крыльца к гаражу. - Отлично, не скучай, я буду через час, максимум - через полтора. Хорошо? - Понял тебя. Я пока начну, если ты не против. - Не против! Дверь гаража поднялась, и Эшли скрылась из виду. Под гул мотора Джош поднялся на крыльцо и занёс чемоданы в дом, не забыв напоследок выглянуть и помахать уезжающей сестре. На самом деле оставаться одному ему хотелось ещё меньше, чем улетать завтрашним рейсом, оставив Тайлера вновь за сотни километров. Но привычная светлая лёгкость начала пробираться сквозь неприятные мысли, когда Джош зашёл на кухню и почувствовал старый знакомый запах. - Я поступаю правильно, - повторил он, закрыв глаза, надеясь поселить эту мысль в своей голове. Детские воспоминания заставляют его улыбаться. Призрачные фигуры, его и Эшли, украдкой достают из холодильника мороженное, которое мама запретила есть до обеда. Другая призрачная фигура кормит с ложечки годовалого младшего брата, который уже весь в яблочном пюре. Мелочные моменты, которые вроде не должны были застревать в голове на долго, но всё же остались. В другой раз они с отцом... Джош дёрнулся от звонка в дверь. Призраки быстро растворились, и вот он снова стоит один на кухне. Джош двинулся обратно к двери, уверенный, что это Эшли, которая забыла водительские права, или пропуск, или ещё что-нибудь. Только у самой двери Джош вспомнил, что у сестры есть ключи, но всё равно рывком открыл дверь, не взглянув в окно. Перед ним оказался высокий парень с осторожной причёской, педантично уложенной назад, в больших очках, с лёгкой, аккуратной щетиной на лице и большой улыбкой. Тед как всегда в официальном, на нём тёмно-песочного цвета штаны и рубашка с расстёгнутым воротом, потому что на улице слишком жарко. Джош смотрел на него, пытаясь найти какое-то логичное оправдание его появлению, но ничего не приходило на ум. - И тебе привет, маленький, - Тед щёлкнул его по носу. - Тед? Тед, какого чёрта ты здесь делаешь? - Ты не приехал. Снова. И я решил, что раз ты ко мне не едешь, значит я еду к тебе. Джош не успел отступить, Тед просто отодвинул его, проходя в дом. - Откуда ты знаешь этот адрес? - Джош захлопнул дверь. - Ну, - Тед огляделся вокруг, потирая запястье под своими дорогими часами Casio, которые он почти никогда не снимал, - ты сам как-то рассказал. И я решил, что ты, раз ты в Колумбусе, то будешь у родителей. Так что я взял машину напрокат и приехал сюда. Просидел целый день, но никаких следов тебя. Потом додумался позвонить в несколько отелей. К счастью, угадал с первого раза. Мне сказали, что ты выселился сегодня. Я проверил расписание рейсов - ближайший рейс в Лос-Анджелес только завтра. Больше тебе лететь некуда. Так что я остался ждать. И вот ты здесь. И я здесь. - Ненормальный. - Я знаю. Но это не совсем так. Я просто хочу уже наконец получить тебя обратно. Джош помнил, что они должны поговорить. Джош хотел закончить это всё, закончить этот бред с ролевыми играми, которые заставляли его чувствовать себя некомфортно. Закончить с педантичным Тедом, считающим его, очевидно, своей собственностью. Но то, что он прилетел сюда сам, приехал к его дому, ждал его целый день - заставило насторожиться. - У меня были здесь дела. Поэтому я не возвращался. - Твои дела - это стучать по барабанам, улыбаться в камеру, а потом приезжать ко мне, - Тед подошёл ближе. Его улыбка намертво засела на небритом лице. - Мои дела тебя не касаются, - Джош оттолкнул его руку, когда Тед решил коснуться его шеи. - Они мои. - Конечно. А ты - мой, - с этими словами Тед резко вцепился пальцами в его волосы на затылке, наклоняясь ближе. - Мой маленький, глупый мальчик. - Я больше не могу, - Джош почувствовал, как вся нервозность, накопившаяся за эту поездку, взяла над ним верх. Он толкнул Теда в грудь, не отдавая себе отчёта в действиях. Да, пускай этот ненормальный приехал за ним в Колумбус, пускай выследил его, пускай он действительно больной ублюдок, помешанный на контроле, но Джош ни секунды больше не может играть для него эту покорную роль. - Не трогай меня, хорошо? Мне не нравится это. Я вообще хотел с тобой поговорить о том, что нам пора заканчивать это всё. - Что? - переспросил Тед, улыбка сжалась в тонкую ровную полоску. Джош обошёл его, направляясь обратно на кухню, чтобы налить себе воды и немного остынуть, потому что руки начали трястись, почти как у Ричи. - Тед, пожалуйста, мы взрослые люди, давай просто тихо разойдёмся. Я больше не могу притворяться, мне не нравится называть тебя "сэр" или... "папочка". Я не хочу больше играть роль зависимого от тебя, даже в постели. Найди себе того, кто согласен на это. Я больше не буду этого делать. Мы с тобой имеем разное представление об отношениях. Джош открыл кран и налил себе стакан, стараясь не смотреть на затихшего Теда. Несколько глотков холодной воды заставили его отвлечься от дрожи. Главное, он смог сказать это. Наконец он разорвал этот круг. - Тебе не нравится, значит? Голос прозвучал ниже обычного и сухо. - Да, мне больше это не нравится. Стоило Джошу повернуться, как он почувствовал, что земля уходит из-под ног. Рука на его шее припечатала его к стене. Прежде чем Джош смог снова вздохнуть, Тед прижал свою ладонь к его рту, прижимая голову к стене, а вторая рука на шее сжалась сильнее. Джош вцепился в него, пытаясь отодрать чужие руки от себя, но воздуха не хватало, и его попытки отбиться выглядели жалко. - А мне нравится. И ты слушаешься меня. Ты помнишь это, мой маленький, глупый мальчик? Ты. Слушаешься. Меня. Джош увидел его улыбку, которая разве что не блестела в темноте, которая начала нарастать со всех сторон. Затем звон в ушах сменил его убаюкивающий голос. Кажется, Тед правда пел колыбельную. Кажется, Джош чувствует, как разрываются его лёгкие. Потом Джошу ничего не кажется, он отключается. - Я говорю тебе, что делать. Ты говоришь мне "да, сэр". Джош услышал эти слова сквозь пелену звона и боли в голове. Он так не хотел слышать этого больше. Не хотел слышать этих слов никогда. Ни от Теда, ни от Тайлера, ни от кого-либо ещё. Он не любит подчиняться. Он никогда не любил. Какой глупой ошибкой было подыграть когда-то Теду в его игре. Джошу казалось, что он у себя дома, и что можно просто отвернуться от назойливого Теда и продолжить спать. - Джош, ты хочешь быть со мной? Джош открыл глаза. Перед ним были не привычные белые стены его дома: тонкий узор на бежевых обоях в коридоре, которые выбирала мама, заставил его подавиться собственными воспоминаниями. Он открыл глаза шире, нервно крутя головой и оценивая ситуацию. Он в родительском доме, на полу в коридоре, он не может двигать руками, что-то до боли врезается в запястья, когда он пытается вытащить руки из-за спины. Ноги тоже связаны, за щиколотки, верёвка слишком туго завязана и больно режет даже через джинсы. - Тед! – Джош сидел на полу, прислонённый спиной к стене. - Нет, мальчик, теперь ты можешь говорить только одно. "Да, сэр". И я задал тебе вопрос, и даже дал тебе подсказку, что ответить. Тед рядом, прямо за дверью в ванной. Джош разобрал шум воды, когда надоедливый, почти комариный писк в голове затих. Он попытался через ноги вытащить руки вперёд, чтобы развязать хотя бы верёвку, но голова закружилась, и в глазах снова потемнело, он завалился на бок. - Ты был слишком непослушным мальчишкой, Джош. Значит, пора тебя наказать. По-взрослому. Тед схватил валяющееся в его ногах тело за волосы и потянул за собой. Джош стиснул зубы, чтобы не взвыть от боли, и впервые в жизни он пожалел, что не бреется под насадку. У него задралась футболка, и кожа на спине ободралась об пол. Перед глазами пополз потолок, он зажмурил глаза от яркого света ванной. - Мой маленький котёнок. Мой Джоши. Мой сладкий малыш, - спокойно говорил Тед, пока тащил его, а затем Джош почувствовал его руки на плечах, и тело снова приняло вертикальное положение. Тед усадил его боком к наполненной до краёв ванны. - Что за херня, Тед, хватит, - Джош почти прохрипел эти слова, глядя на прозрачную поверхность воды. – Ты переходишь границы. - Я сам ставлю здесь границы. Тед сел напротив и снял очки, оставляя их на полу. Он выглядел нормальным. Просто нормальным. Джош ещё никогда до этого момента не осознавал, что встречается с социопатом. С человеком, который не способен сопереживать другим. Который знает только свои желания. Который является отличным актёром и режиссёром вашей жизни, который тут же снимает свою улыбчивую маску, стоит тебе отступить от написанной для тебя роли. - Тебе надо было просто быть покорным. И ты был таким сначала. Был таким разбитым, почти умоляющим меня собрать тебя обратно. Разве это не так? Тед провёл ладонью по его шее и подбородку, на этот раз Джош не смог отбиться от него. - Скажи это. Джош вспоминает знакомую ситуацию. Джош вспоминает Тайлера, и ему ещё больше не хочется говорить это. - Нет, - отвечает он и закрывает глаза. Последнее, что он видит, это как глаза Теда буквально наливаются ненавистью. Потому что он ослушался, потому что он показал, что у него нет власти. Потом Джош понимает, к чему была ванна. Его голова погружается под воду, в спину упирается колено, а от нахлынувшей паники дышать становится нечем уже через пять секунд. Тед высовывает его лицо из воды через десять. - Я буду наказывать тебя за каждый неверный ответ, - даже голос его изменился, несмотря на спокойные нотки, сквозь них пробивается нервное учащённое дыхание. - Как маленького зверёныша. - Тед, я человек, а не твоя игрушк… Джош не договорил, голова снова оказалась под водой. Кажется, на этот раз Тед держал его дольше. - Я твой хозяин, Джош. Ты сам этого хотел. Это то, что тебе нужно. Скажи "да, сэр, вы знаете, что мне нужно". Давай. Джош смотрит на воду, которая капает на футболку и пол, и он пытается набрать больше воздуха, прежде чем его голову снова подгружают в воду за слишком долгое молчание. Просто сказать это. Сказать то, что от тебя хотят. Как делал это раньше. Как делал это, и становилось… хуже. Джош чувствует, как задыхается уже не только от воды, но и от кашля, но продолжает приказывать себе молчать. Он больше не может говорить то, что от него хотят услышать. Он так устал от этого. Он хочет побыть собой. Он хочет говорить о том, чего он хочет. Он хочет не молчать, когда хочется сказать. Он хочет отказывать, когда не хочет соглашаться. Он говорит, что ему больно, но это не "да, сэр", и вода снова заливается в нос. Вода давит на уши и голову в целом, а лёгкие пытаются расправиться, вобрать в себя воздух, но вода в них мгновенно ухудшит ситуацию, и Джош дёргается, глядя на белое дно ванной, пытаясь побороть желание сделать вдох, пока его голову не поднимают обратно. - Скажи это, блять, Джош! Просто скажи это, давай, будь паинькой! - Я скорее сдохну, чем снова скажу это. Джош запрокидывает голову назад, чтобы увидеть полное безумия лицо. Тед тяжело дышит, и Джош улыбается. Глаза щиплет от воды, горло сжимает, и страшно думать, что сейчас он снова окажется под водой, но он всё равно улыбается. - Я ненавижу тебя, Тед. Джош почувствовал слабость, приятно тронувшую бешеное сердце, напряжённые мышцы, сжатое спазмами горло. Наверное, так физически ощущается принятие. Или тело просто отказывается работать дальше. Пальцы в его волосах снова сжимаются, и потом за дверью раздаётся хлопок. Тед завязывает полотенце у него на затылке, чтобы заткнуть рот. Джош из последних сил пытается сообразить, как обернуть возвращение Эшли в свою сторону и не сделать ещё хуже. Когда Тед поднялся и подошёл в двери, Джош переступил через связанные руки, и, наконец, смог добраться пальцами до верёвки на ногах. Нет, он так просто не сдастся. Он уйдёт из жизни тогда, когда захочет. И причиной этому точно не будет любовник-социопат, желающий услышать о своём превосходстве больше всего на свете. К счастью, Тед не был хорошим бойскаутом, и Джош быстро расправляется с узлами, пока его бывший любовник выглядывает за дверь. Джош вытаскивает кляп изо рта, единственное, что ему не удаётся сделать – освободить руки из собственного ремня. Тед настолько увлечён построением нового плана, что Джош осмеливается подняться. Ему с трудом удаётся тихо дышать. Босые ноги скользят по мокрому полу, поэтому он не может рвануть вперёд. - Джош, ты где? – наконец слышат они её голос, когда она поднимается по лестнице наверх, и Тед выходит из ванной. Джош думает ударить его чем-нибудь, но сил может не хватить, да и нечего схватить, кроме фена для волос на раковине. Поэтому он действует по другому сценарию. Набрав воздуха в грудь, он закидывает руки вперёд, ремень упирается в шею Теда, и Джош начинает тянуть его назад. Тед цепляется в его руки, пытаясь расцепить, но ремень не позволяет сделать этого. - Эшли! – Джош пытается кричать, но горло болит из-за долгого кашля, и его снова сжимает спазм, он только сильнее тянет на себя Теда и они падают. У Теда есть шанс, теперь, когда они на полу. – Эшли, вызывай полицию! Он слышит топот над головой, торопливый скрип ступенек, и оглядывается на неё. Он снова кашляет, ему кажется, что он сейчас захлебнётся кашлем, и его клонит набок, и больше Джош не контролирует свои силы. Ремень перестаёт разрезать кожу, чужое тело больше не давит на его, и он слышит, как сестра диктует адрес, стоя там же на лестнице. - Ещё раз, вы уверены, в том, что это был именно этот человек? Джош уже второй раз слышал этот вопрос от полицейского, но не может обвинить их в недоверии. - Да. Уверен. Он сидел в полицейском участке, в комнате для допросов, чтобы никто не мешал и не отвлекал их. Хотя от желания заснуть прямо за этим столом с металлической петлёй для наручников он отвлечься не мог. Особенно сильно его стало тянуть в сон после того, как подействовали обезболивающие, и перевязанные запястья перестало саднить. - Хорошо. Не подумайте, что я вам не верю, - детектив расстегнул верхнюю пуговицу тёмной рубашки, давящую на горло, и вздохнул. – Мы уже сообщили о нём патрульным, в аэропорт и станции, он никуда не денется. Не переживайте. - Я верю вам, - Джош поставил локти на стол и спрятал лицо в ладонях. Прямо под ним лежало его заявление. - Не думаю, что он умеет скрываться от полиции. Надеюсь. - Да, иногда кажется, что знаешь человека, - вздохнул полицейский, - а он… - Мне стоит лучше разбираться в людях, - согласился Джош. - Всё приходит с опытом. Джош поднял голову и встретился с добродушной улыбкой уже седеющего, но всё ещё крепкого мужчины. И что же подсказывает опыт сейчас? Что он больше никогда не свяжется с подобной Теду личностью. Что он больше не наступит на одни и те же грабли дважды. И что грабли его поджидают не только здесь. Когда два года назад он отвернулся от Тайлера, грабли больно ударили его по лбу. Те же самые грабли ждали его и сейчас, если он решит повернуть назад. - Конечно. Опыт, - Джош снова закрыл глаза. - Знаете, мистер Дан, я же не ошибаюсь, вы же… Вы раньше играли в группе? Я не помню названия, но там что-то про пилотов? Сон немного сбавил обороты. - Да, вы правы, но наша группа распалась. - Я знаю, просто… Знаете, моя дочка очень любит вас, - он сменил тон, наклонившись немного вперёд и говоря теперь в полголоса, - и она рассказала нам с женой, как вы повлияли на неё… В общем, не откажете расписаться для неё? Я не буду раскрывать подробностей нашей встречи, поверьте, мне это грозит серьёзными проблемами, - он нервно усмехнулся. – Просто я знаю, что это сделало бы её счастливой. - Не я писал эти песни, - Джош попытался улыбнуться в ответ, чувствуя привычную горечь воспоминаний о распаде. - Она сказала, что группа на неё повлияла, а не только песни. Я пойму, если вы откажетесь, вы много пережили сегодня, и я уважаю вас, просто… Я знаю, что поступаю неэтично, мистер Дан, но я проклинал бы себя до конца дней, если... - Нет, конечно, я подпишу ей... у вас есть лишний лист? - Конечно, вот, - полицейский выдернул лист из своего блокнота, и Джош вновь взял ручку, которой писал заявление. - Как её зовут? - Алекса. Джош посмотрел на чистый расчерченный лист. Группа, а не песни. Разве такое бывает. Разве он был чем-то в этом дуэте. И ведь Тайлер сказал, что группа распалась. Он не говорил этого, когда ушли прошлые участники, но сказал, когда ушёл Джош. Точка под чёрной ручкой стала расползаться по листу, пропитывая чернилами, и Джош поднял руку.

Дорогая Алекса, никогда не сдавайся И подпись.

Он протянул лист обратно полицейскому, и тот от всего сердца пожал ему руку. Его улыбка была настолько искренней и горячей, что Джош не мог в неё поверить после всех этих дней. - Почему вы улыбаетесь? Вы обнаружили меня мокрого, почти утопленного в собственной ванной бывшим любовником-социопатом. Я гей, встречавшийся с извращенцем, который попытался меня убить. Я даже себе отвратителен. А вы ещё просите, чтобы такой человек, как я, дал автограф для вашей дочери. - Даже хорошие люди попадают в дерьмовые ситуации. Уж поверьте мне, я знаю. И последнее, что меня заботит, это какой ориентации человек, который заставил мою Алексис снова улыбаться. Джош покачал головой, переводя взгляд на дверь. В следующую секунду та открылась, словно стоящий за ней человек почувствовал взгляд Джоша. - Ну что, братец, - у Эшли были покрасневшие глаза, уставшая улыбка, тихий голос. – Мне сказали, что мы можем ехать. Останемся сегодня у Джесси? - Езжай к нему одна, - Джош знал, что никто из них не хочет возвращаться домой, пока этого ненормального не поймают. - А… ты? - Сама знаешь, Эш, куда я поеду. - Будь осторожен, Джош, - она наклонилась и обняла его за голову, поцеловав напоследок в макушку. – И позвони, как доберёшься. - Конечно. Спокойной ночи. Она махнула ему рукой, уже подходя обратно к двери. Джош был благодарен небесам за такую понимающую сестру. - Вас подвезти? Думаю, нам всё равно нужно убедиться, что Теодор не добрался до того места, куда вы собираетесь. - Буду признателен. Спина заныла в том месте, куда Тед давил коленом, когда Джош поднялся со стула. Уже, конечно, не вечер, а ночь… но, может, Тайлер всё ещё ждёт его.