Все беды только от Тебя...

***

Уже месяц Наруто и Саске общаются каждый день. Их отношения с каждым днем перерастают в нечто большее, чем просто хозяин-пленник. Теперь они — лучшие друзья. Сначала было немало попыток Саске доминировать, но все они заканчивались крахом. После этого он плюнул на это и через несколько дней стал продвигаться к дружбе.

***

— Аруто, у меня к тебе важный разговор. Саске в последнее время был сам не свой — взволнованный, весь на нервах. Упрямее обычного. Наруто последовал за своим другом, гадая, что же могло случиться. За время их знакомства он понял, что султан не такой уж и плохой человек. Саске полностью изменился и за время их дружбы ни разу не велел привести омегу. Другие завидовали Наруто, устраивали подлянки и пакости. Но. За всё время дружбы он так и не сказал, что он — тот самый Наруто Узумаки, школьник из старшей школы. Или уже не школьник? Так или иначе, но прошло уже два года… И месяц, как он живет в гареме, без друзей. Их он так и не обрел благодаря Ино, этой свинке. Множество раз он встретился с той розовой фигней, которую, как он позже узнал, зовут Сакурой. Наруто даже не узнал ее — так повзрослела она. И стала еще более омерзительной. Та, похоже, не узнала его, что было только на руку. Скоро он должен будет повстречаться с матерью Саске и Итачи. Ах, да. Он встретил Дейдару. Он сразу узнал его, но никто не заметил этого удивления на лице. Наруто дорожил их дружбой, ведь он был единственным мальчиком-омегой во дворце. Наверно. Всё же, Нару так ни разу и не выходил из дворца.

***

Все произошло неожиданно. Нет, не так. Все свалилось на дворец, как гром среди ясного неба. Второй раз. Дейдара. Когда тот пошел в магазин и пропал, весь город был на ушах. Наруто сбежал из дворца, пытаясь отыскать его, и в итоге нашел. Но было поздно. Дея изнасиловали. С кровью, текущей из разорванного прохода, и слезами из глаз, он лежал в заброшке, свернувшись калачиком на полу. Наруто быстро перенес его во дворец так, чтобы никто его не видел, и отдал Итачи. Тот, с потрясенными глазами, принял его, начиная успокаивать. Наруто нашел их. Альфа и бета. Это был разыскиваемый преступник с соучастником, а то, что на них присутствовал запах Дея, он не упустил. У Нару очень чувствительное обоняние. Он приволок их на главную площадь, попросил увести детей, беременных и слабонервных, и приступил. Никто его не останавливал, так как все знали, что те наделали. Насмеялись над светлым лучиком этого мира, и сейчас другой лучик мстит. Тогда вся сцена для наказуемых была в крови. Целый день люди стояли и слушали визг, крик и мольбу о помощи. Но не помогали. Они были виновны в этом, пусть и расплачиваются. После того, как они узнали, что палачом и наказанием для преступников, которых не могли поймать самые лучшие альфы города, стал омега, то были, мягко говоря, в прострации и шоке. Так жестоко тот с ними разобрался и одной рукой приволок, что не каждый альфа сможет. Нда…

***

Дейдара уже оправился после того случая, причем не без помощи Наруто. Только он знал его имя, и только ему Наруто доверился рассказать свое прошлое. Даже Команде Кьюби он этого не рассказывал. Дейдара понял, и хранил его секреты. Наруто же хранил его. Их дружба была так крепка, что никто не смог бы помешать. Да и сейчас она такая. Беременность Дея не пострадала, и сейчас ребенок был в безопасности. Во дворце тем временем были не лучшие времена, будто затишье перед бурей. Затевался переворот, и с какой стороны ожидать подвоха — неизвестно. У султанов были лишь догадки, но они — единственное, что имелось в наличии. Соседи на востоке должны были скоро начать войну, на западе не побрезгуют этим воспользоваться. Дела шли не в лучшую сторону. И вот, в один из ясных солнечных, но не знойных, что было редкостью, дней, Наруто прогуливался по садику. За эти месяцы многое изменилось, и, что хорошо, — в лучшую сторону. Его не ограничивали в передвижении и ему не навязывали огромных громил, из-за которых лишний раз общаться не стоит — посчитают врагом, и отношений как не бывало, а человека — поминай как звали… Так же Наруто стал любимчиком во дворце, и уже месяц не живет в гареме. Теперь у него собственная комната рядом с покоями султана Саске, чтобы не надо было далеко ходить. И, как всегда происходит в реальности, случилась напасть. Так всегда происходило и будет происходить, но в этот раз — совсем уж перебор. Короче говоря, это как зебра: белая полоска — черная полоска и т. д. Наступает черная полоса.

***

Огонь. Везде огонь. Крики. Как детей, так и взрослых. Люди в черном ходят по деревне, словно это были их дома. Снова крик. Звук упавшей балки. Шаги. Мальчик старался как можно быстрее убежать из своего временного укрытия, расположенного меж бочек и длинной стеной забора. Шаги приблизились. — Хм, и куда же такой милый мальчик бежит? Почему бы тебе не остаться здесь? - ухмыляясь, сказал человек в черном. Из всего его лица было видно лишь его улыбку, точнее оскал. Ряд ровных зубов, а рядом, как у вампиров, клыки. — Постой, ведь… Сон оборвался. Уже неделю Орочимару снится сон из детства, и, как вы поняли — далеко не приятный. Как только его выкинули из тюрьмы, думая, что у него помутился рассудок, ему стали сниться кошмары. Точнее, кошмар. Про далекое детство, когда на их деревню напали несколько древних кланов, свергнутых при новой иерархии в Японии. Встав с кровати, Орочимару привел себя в относительный порядок и вышел из своего шаткого домика, найденного им на окраине города. Погода, как и всегда в последнее время, была пасмурной. Моросил мелкий дождик, превращая и без того рыхлую и склизкую землю в грязь. Нда, погодка не из приятных. Орочимару пошел к городу: запасы провизии кончались, одежда превратилась в тряпье, а волосы уже считались вороньим гнездом. Дойдя до границы, он припустил побыстрее к центру города, на площадь Правосудия. Именно там совершались приговоры и наказания провинившихся. Добежав до рынка, он купил себе еду, а подождав еще немного, и воду. Затем он пошел на другой рынок, чтобы купить себе более-менее нормальную обувь и одежду, при этом не потратив много денег. Позже он зашел в магазин отваров за шкуркой хамелеона, глазом пираньи и еще чем-то непонятным, но, по видимому, нужным. Он собирался приготовить яд, ведь скоро он будет отмечать день рождения, а именно — двадцать лет. И нет, день рождения не у него. Скоро будет отмечаться двадцатый день рождения, а после этого — и смерть. И с этими веселыми мыслями Орочимару поспешил домой, чтобы успеть приготовить все вовремя. Ведь кто же не знает, что чем дольше стоит яд — тем он опасней.

***