Талисман на удачу

Всю неделю Байльшмидта не было на работе. Мэттью это не особо волновало – наоборот, он был рад, что его больше никто не трогает. Какая ему разница до того, где пропадает Гилберт?.. Но вот в четверг Мэтт столкнулся с ним по дороге домой, тут же проклиная себя за то, что решил задержаться на работе. - Куда-то спешишь? – Байльшмидт резво подскочил к Мэттью, загораживая собой путь. – Или забыл, о чём мы договорились? «Я надеялся, что ты забыл», - подумал Мэттью, но вслух этого, разумеется, не сказал. - Нет, что вы… Как я мог забыть об этом? – попытался улыбнуться Мэттью, пытаясь отойти в сторону, но Байльшмидт схватил его за руку, удерживая на месте. - Раз так, то давай зайдём в бар, выпьем по кружечке пива, ммм? – даже не удосужившись узнать ответ, мужчина повёл Мэттью в сторону какого-то непримечательного здания. То ли Мэттью слабо упирался, то ли Байльшмидт был сильнее, непонятно, но уже через пару минут канадец сидел за одним столиком с Гилбертом, держа в руках кружку пива. Не так Мэтт планировал этот вечер, совсем не так… - Завтра же рабочий день, сэр… - Мэттью попытался было образумить мужчину, но тот лишь рукой махнул, отпивая пиво. - Сперва выслушай меня, птичка, договорились? – дождавшись кивка, Гилберт продолжил. – У меня есть к тебе дело. Завтра мне предстоит важная встреча в России, действительно важная. Самолёт вылетает ночью, в час сорок. Я планировал отправиться со своим братом, а он внезапно отказался. Но понимаешь, билеты уже на руках, номер в гостинице забронирован, а лететь мне не с кем… - И вы хотите, чтобы с вами отправился я?.. – поинтересовался Мэттью, воспользовавшись паузой. Байльшмидт кивнул, хитро прищурившись. – Но я не могу. Я обещал помочь Альфреду с его приютом, и… - Альфред Джонс ведь твой кузен, так? – перебил речь канадца Гилберт. – Скажу прямо: если ты откажешься отправиться со мной, то место его работы взлетит на воздух в самое ближайшее время. Или в машине вдруг резко откажут тормоза… У меня много знакомых в нужных областях, дорогуша. Выбор только за тобой. Мэттью опустил голову. Он знал, что Гилберт был не из тех людей, что бросают слова на ветер: сказал, что сделает – значит, так и будет. И за Альфреда стало действительно страшно. Зачем Гилберт сказал, что выбор за Мэттом, если выбора, как такового, не было? Видимо, Байльшмидт всё понял без слов: допив пиво и поднявшись из-за стола, он легко потрепал Мэттью по волосам, усмехнувшись. - Вот и умница. Жду тебя в аэропорту в час, не опаздывай.

***

Домой Мэттью вернулся совершенно разбитым. Альфреда ещё не было – он работал в вечернюю смену, вернётся лишь часов в девять, так что у Мэтта было ещё два часа до возвращения брата. Можно продумать весь диалог так, чтобы Ал не обиделся, «ведь Мэтти обещал», а тут выясняется, что ничего не выйдет. У Джонса по части обещаний вообще странности – сам не выполняет, а от других требует… Надо бы поговорить с ним об этом при удобном случае. Прибрав небольшой бардак в кухне, Мэттью решил принять душ перед выходом – возможно, поможет избавиться от негативных мыслей. Душ всегда действовал на Мэттью неким способом расслабления, ведь он довольно часто нервничал или переживал, так что, стоя под горячими струями воды, мужчина даже улыбнулся. Ну подумаешь, пару дней он проведёт рядом с Байльшмидтом? Что может случиться, в конце концов? Он наверняка будет занят своими делами, а Мэтт посетит Россию за чужой счёт. Разве не прелесть? Хотя, быть может, Мэттью просто успокаивал себя подобными мыслями после столь неприятного разговора с Байльшмидтом. Ведь он наговорил много неприятных слов, от которых снова становилось неуютно… Канадец невольно потянулся к груди, где обычно висел кулон, но вовремя вспомнил, что снял украшение. «Это уже как зависимость», - хмыкнул Мэттью, размышляя об этом ещё какое-то время. В конце концов, вылезая из душа, Мэтт пришёл к выводу, что ему стало везти чуточку чаще, чем обычно. Техника не выходила из строя, Гилберта не было на месте, Альфред вёл себя вполне сносно… Хотя опять взял не своё полотенце. Ну сколько можно повторять, что Мэттью специально взял для кузена пару зелёных полотенец? Чёрт, этот парень неисправим.

***

- Подожди, что ты сказал? - Повторяю в трёхсотый раз: Байльшмидт позвал меня с собой в Россию на какую-то важную встречу. Прости, мне жаль, но он не оставил мне выбора. Взгляд Альфреда в стиле «Ты меня очень огорчил» сменился на подозревающий. Он прекрасно знал, что этот Гилберт пристаёт к Мэттью по непонятным причинам, и Мэтту это не нравится – до такой степени, что он старается избегать любых контактов с начальством. Однако сейчас принял его предложение безропотно... Тут явно что-то не так. - Мэтти, скажи мне честно, - Альфред подвинулся ближе, взяв кузена за руку, - он тебе угрожал? Запугивал тебя? Если да, то мы должны сообщить в полицию или… - Нет! – Мэттью поднялся, понимая, что у Гилберта куча людей, способных отомстить им обоим. – Я… Я еду по своей воле, правда. Если я буду отдыхать за чужой счёт, то почему нет? Кулон, висевший на шее, успокаивал Мэттью, который уже начал паниковать. Решение Альфреда было пусть и правильным, но очень рискованным, ибо делать что-то Байльшмидту буквально значило рыть себе могилу. Альфред не в курсе, а вот Уильямс знал, что с немцем лучше не связываться. - Прости меня, Ал. - Не извиняйся, дурак, - Альфред невесело усмехнулся, отворачиваясь. По тону было понятно, что продолжать разговор было бы бессмысленно: Альфреду требовалось время, чтобы остыть. Взглянув на Джонса в последний раз, Мэттью схватил спортивную сумку и вышел из квартиры, вызывая такси. Не хотелось всё же огорчать Альфреда, да выбора не было: либо Мэтт летит с Гилбертом в Россию, либо Альфред серьёзно пострадает, третьего не дано.

***

Москва встретила канадца проливным дождём и холодным ветром, заставившим поднять воротник пальто. Москвичи, казалось, уже привыкли к такой погоде, а вот Мэттью был этому совсем не рад. Дождь, фактически, загнал мужчину под зонт к Байльшмидту, да ещё и лишил возможности осмотреть город. Ну вот что за невезение? Так что пришлось остаться в номере, сидя на подоконнике и меланхолично глядя в окно. Гостиница едва тянула на две звезды – скрипевшие двери, старые окна, от которых тянуло холодом, неудобная кровать… Плюсом ко всему, располагалось здание где-то у чёрта на куличиках, что радовало мало - вряд ли кто-то в такой дыре знает английский. Купив по настоянию Байльшмидта разговорник, Мэттью пытался выучить хоть пару слов по-русски, но в памяти отложились только «спасибо» и «пока». Что ж, по крайней мере, есть чем себя занять до шести вечера – тогда придёт Гилберт, обещавший сводить Мэттью поужинать. Оставалось надеяться, что ужин будет проходить в приличном месте, а не в таком, как эта гостиница. - Боже мой, как это сложно! – простонал Мэттью, закидывая разговорник на кровать: ничего у него не получалось, к тому же, сильно хотелось есть. Гилберт оставил немного денег «на всякий случай», так что Мэттью решил всё же попытать счастья – вдруг ему повезёт? Ведь кулон он носит почти не снимая, и обычно украшение действительно помогало: вера в удачу понемногу возвращалась. Решившись всё же выйти из номера (несмотря на то, что он обещал Гилберту не выходить), Мэттью спустился на первый этаж, свернув в холле налево… Можно было даже не надеяться, что эта дамочка в возрасте поймёт английский. Не зная, что делать, Мэттью неуверенно застыл у витрины, понимая, что уйдёт, скорее всего, ни с чем… - Извини, ты будешь только пялиться? Уильямс обернулся, вздрогнув. Позади стояла девушка, оглядывая мужчину с долей недовольства во взгляде зелёных глаз. Говорила она, видимо, на русском – Мэтт не разобрал ни слова. - Что? На мгновение девушка смутилась, явно поняв, что Мэттью её не понимает, и претензия прозвучала грубо. Сжав ремешок сумочки, девушка поправила очки и улыбнулась. - Простите. Я не знала, что вы иностранец. Откуда вы? - Из Канады, - улыбнулся в ответ Мэттью, подмечая лёгкий акцент в речи девушки. – Но вообще живу я в Америке, в Нью-Джерси. А вы? - Родилась в Бристоле, но родители были русскими, так что в Россию я переехала лет в пять… Тут, в Москве, я поступила в колледж. Я так полагаю, здесь вы впервые, - Мэттью кивнул, - что ж, тогда рекомендую взять чай с бергамотом, и к нему – эти вкуснейшие пирожные. Что скажете? - Не вижу причин отказываться, - пожав плечами, Мэттью выложил на прилавок почти все деньги, что у него были, а после, получив заказ, присел за столик у окна вместе с новой знакомой. Девушка, отпив свой чай, с явным любопытством оглядывала Уильямса. - Как… Как вас зовут? – чувствуя некоторую неловкость из-за этого взгляда, спросил Мэттью. - Роза. Ну, если уж по-английски, то Роуз. А вас? - Мэттью. - Мэттью, значит… О, Матвей. Миленькое имя, у меня так брата зовут. Мэтт засмеялся: беседовать с новой знакомой было даже приятно, если не считать этого странного взгляда. Словно она могла читать мысли – или, как минимум, старалась загипнотизировать собеседника. Но, несмотря на это, знакомство вышло более чем удачным. Они говорили о многих вещах: о чём-то важном и о каких-либо глупостях; о проблемах едва ли не мирового масштаба и о неприятностях бытовых. Роуз оказалась очаровательной и милой собеседницей, которая знала очень много интересных вещей, и точно так же любила хоккей. Для Мэттью, который большую часть времени был окружён любителями бейсбола и американского футбола, увлечение Роуз оказалось приятной новостью. А спор о том, почему сборная России снова проиграла канадцам, был скорее дружеским. - Ой, заговорилась тут, а мне надо в библиотеку бежать, пока не закрылась, - Роуз поднялась, подхватывая сумочку. – Я остановилась в двенадцатом номере, так что… заходи, если освободишься. Проводив девушку взглядом, Мэттью счастливо улыбнулся, откинувшись на спинку стула. Вот это повезло так повезло – Роуз сама пригласила его зайти к ней! Что ж, шанс пропустить нельзя, но зайти придётся завтра, когда Гилберта снова не будет рядом. Что бы там не говорил Альфред, эта поездка была довольно хорошей идеей. Встав из-за стола, Мэттью взглянул на циферблат наручных часов и вздохнул: ещё два часа до возвращения Гилберта. И что ему делать?..

***

Когда такси после пятнадцати минут езды по улицам города наконец остановилось, Мэттью ожидал увидеть какое-нибудь захудалое кафе, но не ресторан. Выглядело заведение прилично, а Мэттью, одетый в джинсы, белый свитер и конверсы, чувствовал себя крайне неуютно. Ну не было у него с собой костюма, и вообще, про ресторан ему никто ничего не говорил! - Что-то не так? – расплатившись с водителем, Гилберт встал рядом с Мэттью. О, а Байльшмидт-то был в костюме, естественно он не волновался о своём внешнем виде. - Просто… Мы же сюда идём, верно? – мужчина указал в сторону ресторана, с сожалением отмечая кивок Гилберта. – Я чувствую себя неловко, выглядя столь… неподобающе. Байльшмидт только хохотнул, беря Мэттью за запястье и буквально затаскивая за собой в светлое помещение. - Чёрт, ты серьёзно переживаешь из-за такой ерунды? Какой же ты глупый… Эти люди увидят тебя всего лишь раз в своей жизни, чудик, неужели ты правда думаешь, что их беспокоит твой внешний вид? Мэттью старался не поднимать взгляда от светлого ворса ковра, пока не сел на мягкий диванчик в углу зала. Что бы там не говорил Гилберт, неловкость никуда не исчезла, Мэтт буквально кожей чувствовал взгляды, что были обращены на него. Хотя вполне возможно, что люди смотрели на них с Гилбертом как раз потому, что в основном в зале сидели парочки? Так, вот только этого ещё не хватало!.. - Да расслабься ты, Уильямс! – Гилберт довольно сильно пнул Мэтта под столом – тянуться через весь стол он явно не стал бы. Поморщившись от боли, Мэттью заставил себя взглянуть на недовольного немца. - Простите. Взяв в руки бокал с вином, Байльшмидт расслабленно откинулся чуть назад, задумчиво разглядывая Мэттью: тот же старался взять себя в руки и не отводить взгляда, как раньше. Почему-то именно сейчас аметист помогал слабо – вместо привычной теплоты от отдавал холодом. - Знаешь, я соврал тебе, - наконец произнёс Гилберт, усмехнувшись. – Я изначально планировал эту поездку с тобой, чтобы мы больше времени могли побыть наедине. Понимаешь? - Не совсем, если честно… - озадаченно пробормотал Мэттью. Нет, у него были предположения, но он не хотел озвучивать их, боясь ошибиться. - Твоя наивность мила, птичка. Ты мне нравишься. Очень. Мэттью, во время этого признания сделавший глоток вина, поперхнулся, закашлявшись. Он подозревал, на самом деле, что Байльшмидт пристаёт к нему с определённой целью, просто Мэттью не ожидал, что немец заявит об этом вот так прямо. - Я знаю, что веду себя как редкостный мудак, но ты должен понять меня, дорогуша, - продолжал Гилберт, словно не замечая ни слезящихся глаз собеседника, ни его реакции в целом. – Я не понимаю, как удержать тебя рядом, как понравиться тебе. Ты меня всё время избегаешь, это прекрасно заметно. Теперь мне просто надо ждать твоего ответа – что мне сделать, чтобы ты полюбил меня, Мэттью Уильямс? «Хотя бы стать девушкой», - подумал Мэтт, всё ещё пытаясь отдышаться. Вообще слова Гилберта не были противны для него, однако встречаться с мужчиной Мэттью не горел желанием. Однако как сказать это Гилберту? Все варианты, что приходили на ум, казались грубыми. - Я… Я даже не знаю, что ответить, - сдался Уильямс, отводя взгляд. Может быть, стоило дать Гилберту шанс? Характер у него, конечно, далеко не ангельский, но ведь никто не идеален, так? - Хорошо, птичка, я дам тебе время подумать. Но когда мы вернёмся в Нью-Джерси, перестань искать любые оправдания, чтобы не оставаться со мной наедине. Сконфуженно кивнув, Мэттью подумал, что ему действительно стоило продумывать планы «побега от Байльшмидта» получше.

***

Мэттью, честно говоря, не любил пьяных людей – никогда не поймёшь, чего от них ожидать. Два-три бокала шампанского – ещё ладно, понемногу Мэтт и сам мог выпить. Но вот напиваться до такой степени, как Гилберт, он не стал бы никогда. После вполне мирной беседы в ресторане Байльшмидт захотел продолжения и повёл Мэттью в бар. Уильямс не пил много – как заказал виски, так и просидел с ним до конца вечера. А вот Гилберт выпил много – так, что его пришлось тащить до гостиницы чуть ли не волоком; он даже сидеть нормально не мог, не то что стоять. Решив, что прохладный ветер немного приведёт Гилберта в чувства, Мэттью буквально повалился с мужчиной на лавку рядом с входом в гостиницу, облегчённо выдыхая. Он ужасно устал таскать полубессознательное тело, от которого жутко несло алкоголем. - Почему… ты не сказал мне перер… пер… остановиться? – кое-как выговорил Гилберт, откинув голову назад. Мэттью возмущённо взглянул на него – он же отговаривал немца от пьянки, как мог! - Вообще-то я… - Ладно… не в первый раз подписываю документы с похмелья, обойдётся, - словно не слушая Уильямса, пробормотал Байльшмидт, открыв глаза и глядя на тёмное небо. Мэтт отвернулся, не желая разговаривать с Гилбертом. Толку-то – всё равно не слушают. - Но спасибо… что не оставил меня там. Мэттью едва переборол желание вскочить с этой дурацкой лавки, когда Гилберт навалился на него, крепко обняв. Чёрт, стояло попытаться дотащить немца до номера и уложить спать – целее был бы, но уже поздно. Оставалось лишь надеяться, что благоразумие у Гилберта ещё осталось. - Взгляни на меня. Сперва канадец подумал, что ему просто послышалось – он нервничал, и даже аметист не мог успокоить его. Но когда холодные пальцы коснулись его щеки, вынуждая повернуться и встретиться взглядом с почти алыми глазами Гилберта, Мэттью понял, что действительно влип. Можно было оттолкнуть Байльшмидта, вот только он был сильным даже когда пьян – одной рукой он крепко прижимал Мэтта к себе, практически лишая его возможности шевельнуться. Можно было попробовать остановить Гилберта словами, но это вряд ли сработает – да и как говорить, если тебя неожиданно и грубо целуют? Когда-то давно Мэтт думал, что если в трудные моменты жизни закрыть глаза и представить что-то хорошее, то станет легче. Тогда Уильямс был ещё маленьким, но надежда так и не исчезла: зажмурившись, он попытался думать о чём угодно, но только не о Гилберте, не о его холодных руках, что держат так крепко… - Мэттью?.. Резко открыв глаза, Мэтт заметил Роуз, стоявшую неподалёку и разглядывавшую обоих мужчин со смесью удивления и отвращения. Отстранившись от Мэттью, Гилберт оглянулся на девушку, не понимая, что ей нужно. - Не думала, что ты один из… этих. - Подожди, но… - Мэттью остановился. Что он хотел сказать? «Это не то, о чём можно было подумать»? Пфф, как глупо. «Мы даже не встречаемся с тобой»? Уже ближе к истине. Действительно, кто они друг другу? Так, случайные знакомые, даже не друзья. - И как ты вообще мог мне понравиться?! – выговорив это, Роуз быстро вернулась в гостиницу, нарочито громко хлопнув дверью, а Гилберт перевёл взгляд на Мэттью. Тот не мог понять, что происходит – девушка вела себя так, словно Мэттью был ей мужем, которого она застукала с другой – в данном случае, с другим. Вот же дура! - Оказывается, ты тоже не очень-то хороший человек, - хмыкнул Гилберт, кое-как поднявшись с лавки. – Но это меня всё равно не остановит. Стоило Байльшмидту уйти, Мэттью торопливо оттянул воротник свитера, достав кулон с аметистом. Сейчас камень согревал холодные ладони, словно издеваясь, и дал хоть какую-то долю спокойствия. - Может, оно и к лучшему, - пожав плечами, Уильямс спрятал кулон обратно. Посидев ещё минут пять и вслушиваясь в шум большого города, Мэттью поспешил вернуться в гостиницу.