Предназначенный судьбой

      Проснувшись от звона будильника, я поднялась с постели, и утренние сборы прошли вполне быстро и неплохо. Мои родители уже встали к тому моменту, как я собиралась выходить за порог квартиры для того, чтобы встретиться с Чонгуком в парке. Поздравив своих любимых, я отправилась на улицу, по дороге повязывая шарф на шею, чтобы не продуло горло: всё же ветер был утром нешуточный.       Когда я пришла, на часах было без пяти десять, поэтому я присела на стоящую неподалёку лавочку и стала ждать. Но проходит пять минут, десять, пятнадцать, а Чонгука всё нет. На часах уже двадцать минут одиннадцатого, и что больше всего меня напрягало в этой ситуации, так это то, что Чон в основном всегда был пунктуальным и приходил вовремя.       «Чон Чонгук! Где тебя черти носят?!» — отправляю ему гневное сообщение на телефон и провожу в ожидании ещё пять минут. Терпение медленно близится к конечной отметке. Ещё немного, и казалось, что часовой механизм где-то внутри меня даст обратный отсчёт, превращая в бомбу замедленного действия.       Мои попытки дозвониться до друга также терпят неудачу, и вот, когда стрелки на часах приблизились к отметке одиннадцать, я глубоко вздохнула, поднялась с лавочки и отправилась исследовать территорию парка в гордом одиночестве.       Включив режим «полёта», я убрала телефон в задний карман джинс и, обхватив себя руками, направилась вдоль одной из многочисленных дорожек парка, отходя всё дальше и дальше от главного входа.       — Сонхи! — раздался знакомый голос у меня за спиной, но я продолжила идти дальше, будто бы вовсе и не слышала ничего. — Да подожди ты!       Догнав, Гук ухватил меня за руку и резко дёрнул на себя, отчего я повернулась на сто восемьдесят градусов к нему лицом. Тяжело дыша, он виновато смотрел на меня и пару раз порывался что-то мне сказать, однако его губы в немом жесте приоткрывались и тут же закрывались.       — Прости, Сонхи… Я проспал, — прохрипел наконец, Чонгук, громко выдохнув, но не отпуская моей руки, которую я пыталась вытащить из его крепкой хватки. — Мне правда очень жаль.       — Чтобы ты и проспал? — я действительно была удивлена, ведь никогда такого не было, а тут держите: получите и распишитесь. — Я замёрзла, Гук.       — Тогда, быть может, чашечка кофе, который тебя согреет, сможет загладить мою вину? — он невинно улыбнулся, и я не смогла сдержаться и не улыбнуться ему в ответ. — Я так понимаю, что это «да»?       — Ой, да иди ты, — шутливо высказалась я и почувствовала, как мою руку сжали ещё крепче, лишая возможности сбежать.       — Я полночи не спал, — ответил мне Чонгук, когда я решилась узнать причину, по которой он проспал. — Мысли всякие в голову лезли, и поэтому никак не мог заснуть.       — Что за мысли такие? — улыбнулась я, с неприкрытым интересом вглядываясь в лицо Чона, желая услышать подробности, но от меня лишь воротили нос в сторону, поговаривая, что я ещё «маленькая девочка».       — Плохой мальчик! — буркнула я в ответ, пихнув парня локтём в бок. — Небось опять своих голых тёток разглядывал в порно-фильмах.       От подобного высказывания Чонгук, как я предвидела заранее, закашлялся и тут же стал всё отрицать, однако румянец на его щеках говорил об одном. Я остановилась и удивлённо вскинула брови, а после хитро улыбнулась, когда он непонимающе уставился на меня.       — М, кажется, я знаю, чем ты занимался полночи и какие мысли не давали тебе покоя, — я соблазнительно закусила нижнюю губу и мельком взглянула на паховую область молодого человека.       — Ой, всё! Извращенка! — вспыхнул парень, выпустив мою руку, и зашёл в кафе в гордом одиночестве, но вскоре я двинулась следом, придумывая, как бы вымолить прощение за свой длинный язык.       Уютное кафе встретило нас с Гуком характерным звоном колокольчика над входной дверью, теплом и вкусным ароматом свежей выпечки и кофе. Поприветствовав нас, администратор улыбнулась и провела нас к свободному столику возле окна, а когда мы сняли верхнюю одежду и удобно устроились, к нам подошёл официант, услужливо протянув каждому меню в руки и покинув нас на некоторое время.       Раскрыв меню, я стала изучать взглядом предлагаемый ассортимент, пытаясь угадать предпочтения желудка на сегодняшний день. В итоге выбор мой пал на черничный чизкейк и только. Выбор Чона оставался для меня неизвестным до тех пор, пока не пришёл официант.       — Вы уже выбрали? — извечная фраза, которую задают для того, чтобы услышать заказ и записать список блюд, выбранных клиентом.       — Мне черничный чизкейк и… Я так и не смогла определиться с напитком. Пусть Ваш бариста меня удивит чем-нибудь согревающим и вкусным, — кокетливо улыбнулась я, отдавая меню официанту, и посмотрела на надутого Чонгука. — Ты уже выбрал что-нибудь?       — Мне то же самое, что и даме, — ответил парень, отложив меню на край стола на случай, если захочется заказать что-нибудь ещё.       Записав всё в блокнот, официант кивнул, одарил нас своей улыбкой и ушёл за нашим заказом, и, пока он не вернулся, у нас было время поговорить с Чонгуком.       — Ты чего такой злой? — спросила я у друга, который с наигранным интересом смотрел в окно и наблюдал за прохожими, делая вид, что в упор не замечает меня. — Гук?       И снова полный игнор. В итоге я обиделась сама и тоже уставилась в окно. Тихо вздыхаю и отдаюсь во власть своим мыслям, которые очень быстро увели меня подальше от реальности.       Подперев подбородок рукой, а локоть поставив на стол, я задумчиво покусывала губу, когда мои мысли направились в совершенно иное русло, а не так, как хотелось бы мне.       Подумать только… Я ведь настоящая извращенка. Сидеть в кафе и прижимать коленки друг к другу, представляя, как друг детства дрочил этой ночью, лёжа в своей постели, — на такое только я способна.       Резко выдохнув, я помотала головой и попыталась отвлечься, но моё воображение играло со мной злую шутку, продолжая выводить картинку онанизма Чонгука. Ведь он был прекрасен, и я была влюблена до потери пульса.       Но сейчас я сидела прямо перед ним и представляла, как этой ночью его рука плавно скользила вниз, как проникала под резинку трусов, приспуская их, как пальцы обхватывали налитый кровью член. И он лежал. Возбуждённый, страстный, приоткрывающий рот в беззвучном стоне, выдыхая горячий воздух, освобождая лёгкие, а после заполняя их новой порцией кислорода, пока его пальцы сжимались под головкой, из уретры которой проступала капелька смазки. И, двигая рукой, он поддавался бёдрами навстречу, а другой рукой до побледнения костяшек сжимал ткань простыни в своём кулаке. Боже мой…       — Вот Ваш заказ, — прозвучал голос на заднем плане, и я вздрогнула, приходя в себя. — Приятного аппетита.       Официант поставил передо мной блюдце с десертом и чашку ароматного капучино и удалился. Я посмотрела на Гука, который уже успел сделать первые несколько глотков из своей чашки и съесть половину от своего чизкейка.       — Я до тебя несколько минут не мог достучаться, — признался парень, когда его чашка соприкоснулась с блюдцем с тихим звоном. — Задумалась о чём-то?       — Д-да так, не важно, — с запинкой отвечаю я, пальцами обхватывая белоснежную ручку чашки и поднося её к губам, делая небольшой глоток.       И, чёрт, мне было ужасно неловко. От недавних мыслей я чувствовала, как намокли мои трусики и как низ живота свело в томительной истоме. Поток крови прилил к голове, окрашивая щёки ярчайшим румянцем, и ударял по вискам в такт с биением сердца. Я прижала коленки ещё теснее друг к другу и мысленно чертыхнулась. Любовь к другу скоро сведёт меня с ума.       — И всё-таки ты извращенка, — прошептал Чонгук так, чтобы я не услышала, и слабо улыбнулся, наблюдая за мной всё то время, что мы находились в кафе.

***

      — Для утреннего завтрака это было роскошно, — проговорила я, выдохнув, когда мы с Чоном покинули кафе и направились в сторону набережной коротать время в обществе друг друга.       — А я вот не наелся, — вставил своё слово мой друг, поглядывая по сторонам и пряча руки в карманах чёрных джинс. — Что будем делать?       — Ты меня спрашиваешь? — искренне удивилась я, хмыкнув. — Это ведь ты был инициатором сегодняшней прогулки, и, более того, ты проспал!       — Я ведь уже извинился и вдобавок ко всему заплатил за твой десерт, — заметил парень обиженно. — Ладно бы ты один кусочек чизкейка заказала, съела и успокоилась. Нет! Нам нужно ещё четыре порции заказать. Как же тогда твоя диета?       — У меня сегодня праздник живота, дурак. Отвянь, — бурчу я в ответ.       — Вот и что мне с тобой делать? — обречённо выдохнул Гук, качая головой.       Подойдя ближе к глади воды, я остановилась возле ограждения набережной и облокотилась на него, устремляя задумчивый взгляд на другую сторону берега, где возвышались красивые высотки и гудели тысячи машин. Чуть погодя Гук пристроился рядом со мной, соприкасаясь своим плечом с моим. От этого становилось немного теплее.       Прохладный ветер ударял в лицо, вороша волосы, как вздумается, путая их. То же сейчас было и у меня в голове: невидимый ветер путал мои мысли, не давая им связаться в единый клубок.       — Когда-нибудь я стану взрослее, выучусь и пойду по стопам отца, — вполголоса начал Чонгук, и я тут же посмотрела на него, с интересом выжидая, что он скажет дальше. — И, возможно, мне выпадет шанс унаследовать его компанию. Ты можешь представить меня её директором?       Окинув Чона скептическим взглядом, вспомнив все его проделки и то, как он вечно бегает в соседний от школы магазин, перелезая через забор, я хихикнула в кулачок и покачала головой.       — Тебя и во главе компании твоего отца? Ты шутишь, — улыбнулась я, встряхнув волосами, но, заметив грусть в глазах друга, тут же одумалась и виновато посмотрела на него. — Прости, я не хотела…       — Всё в порядке, — ответил парень, смотря мне прямо в глаза, отчего я почувствовала, как щёки вот-вот опять окрасит предательский румянец. — А ты? О чём ты мечтаешь или что хочешь от будущего?       — Я бы хотела встретить мужчину своей мечты, — начала я, отводя взгляд обратно к воде. — Ну, в целом, я его уже встретила, можно сказать… Только он ничего не знает о моих чувствах и… Ой!       Я замолчала и накрыла свои щёки ладошками, понимая, что сболтнула лишнего. И этого вполне было достаточно, чтобы проявить в Чоне интерес.       — Кто этот парень? А? — спрашивал Гук, пытаясь вглядеться в моё лицо, но я увиливала от его чуткого глаза, и в конце концов он не выдержал, положив свою ладонь на моё плечо. — Йа! Хорош уже увиливать от ответа. Я помочь тебе хочу. Скажи, кто он?       Я молчу, мой друг тоже молчит и, кажется, постепенно закипает.       — Сонхи… — обречённо выдохнул он, прорычав. — Скажи хотя бы, как он выглядит, что любит и чем занимается.       — Ну… Он… Это… — несмотря на всё, я до сих пор сомневалась, но в то же время понимала, что если не скажу, то меня точно не отпустят. — У него тёмные волосы и очень яркая улыбка. А ещё он очень любит танцевать и дурачиться, и…       — Ты Хосока имеешь ввиду? — прервал меня Гук и, заметив мой удивлённый взгляд, широко улыбнулся. — Ну точно он! Он славный парень, отвечаю. Мы же с ним в одном классе учимся. Я помогу тебе, ведь я твой друг.       Моё сердце пропустило удар, и, пока Чонгук радовался своей маленькой победе в «угадайке», я пыталась осмыслить его слова и понять, почему мой друг такой дурак. Хотя… Это я дурочка, ведь я знала Хосока и он действительно очень любил танцевать, и улыбка у него была шикарной, а тёмными парнями наша школа была переполнена «от» и «до». Наверное, стоило прямо сказать, да? Но это страшно… Я ведь могла потерять друга детства, а мне этого совершенно не хотелось.       Чон уже обдумал в своей «сообразительной» голове план того, как свести меня и Хосока вместе, но никак не задумался о том, что он тоже идеально подходит под моё уж слишком короткое описание. Свою кандидатуру на роль моего парня он явно не рассматривал, а это значит, что моя любовь останется безответной, быть может, на всю жизнь.       — Я домой пойду, — сказала я, опуская голову, чтобы не видеть победную улыбку на лице Чона. — Я больше не хочу гулять.       — Но мы ведь ещё не дошли до парка аттракционов, — губы Чонгука сомкнулись в полоску, а сам он смотрел на меня, совершенно не понимая, что произошло, ведь пару минут назад всё было нормально. — Ты уверена, что хочешь домой?       — Да. Нужно на завтра ещё подготовиться к урокам, — выдохнула я, делая несколько шагов по направлению к дому и слыша за спиной тихое неразборчивое бормотание друга, последовавшего за мной, на что я остановилась и повернулась к нему, протестующе выставив руку вперёд. — Я сама дойду, ладно?       — Сонхи… — парень ничего не понимал и потому был озадачен моим поведением, а его взгляд был очень красноречивым… Столько эмоций.       — До завтра, — я махнула рукой, развернулась и поспешила покинуть набережную быстрым шагом, едва не переходя на бег, лишь бы поскорее уйти отсюда.

POV Чон Чонгук (начало)

      Что же я не так сказал или сделал? Почему вдруг, когда я пожелал протянуть Сонхи руку помощи, она повернулась ко мне спиной и оставила одного? Словно отмахнулась от меня, как от мошки… Айщ! Я действительно не понимаю женщин, а её — в особенности. Почему нельзя сказать всё прямо? Почему нельзя назвать имя того, кто ей нравится? Я согласился бы достать его из-под земли, стоило ей пальцем указать. В душе я искренне хотел для Сонхи счастья. Всегда хотел. Принц на белом коне — это глупо, но для моей подруги детства — это не глупости. Для неё это — мечта, к которой она стремилась, и, должен заметить, как-то очень вяло стремилась.       Как бы там ни было, я не мог оставить её одну и пошёл по пятам. Накинув капюшон на голову, я спрятал руки в карманы и направился следом к дому, где она жила. Для меня было удивительным то, что она будто бы бежала от меня. Пыталась убежать дальше. Как можно дальше. Не хочу признавать это, но мне захотелось догнать Сонхи, схватить её за руку и потребовать объяснений тому, что произошло. Может, я ошибся и ей нравится вовсе не Хосок? Да быть не может. Он ведь прекрасный парень и друг, танцует здорово, достаточно высокий и спортивный! Будь я девушкой, я бы на шее у него висел, не отлипая!       Когда Сонхи подходила к своему дому, я остановился в метрах тридцати от неё, надеясь, что она просто зайдёт в подъезд и скроется за дверью. Но как назло она остановилась на входе и обернулась, а я вздрогнул, словно током поражённый. Я видел, как две прозрачные капли скатились по её щеке, блестя при свете солнечных лучей. Её глаза были красными и немного опухшими. Вид был какой-то жалкий, но вместе с тем очень трогательный и милый, и… Она плакала, пока шла до дома?       Вздохнув, я сделал несколько шагов к подруге и остановился, когда она покачала головой, тем самым прося не подходить ближе. И я замер. Замер, как истукан. Чёрт! Почему?       Я терпеть не мог её слёзы просто потому, что во мне закипала злость от собственных мыслей. Всякий раз, когда она плакала, я думал, что ей кто-то причинил боль, и готов был мстить обидчику. Хотел защищать и оберегать от всего, что могло причинить ей вред, но сегодня… Почему-то мне отдалённо казалось, что именно я и есть тот, кто причиняет ей боль. И в голове появлялись возможные причины и догадки, почему это могло быть так. Но я не находил ни одной, которая могла бы показаться достаточно веской, чтобы объяснить её настроение и боль.       Теперь подавлен был и я. В груди неприятно защемило, когда она скрылась в пределах высотного здания, что я готов был завыть во весь голос. Я чувствовал себя разбитым и покинутым. А завтра понедельник…       В любом случае, как бы там ни было, я решил, что во что бы то ни стало помогу ей. Осталось только встретиться с Хосоком, что решаю сделать в ближайшее время, и на подходе к своему дому я уже набирал заученный номер, жал кнопку вызова и вслушивался в длинные гудки.

POV Чон Чонгук (конец)