Пепел прошлых дней

      Да здравствует моя настойчивость барана!!! Меня таки взяли на вылазку, хотя и Ирвин, и Ханджи, и Леви были крайне недовольны. Единственные, кто отнеслись к моему участию нейтрально, оказались Майк и Нанаба. Кстати, так как моих крыльев у меня более нет, то я больше не состою в отряде Леви и меня перевели именно к Нанабе. Петра, узнав это была, кажется, рада. Весь последний месяц для неё я была чем-то вроде Люцифера в раю. Она, конечно, не возмущалась открыто, но её красноречивых взглядов вполне хватало, дабы понять, что я для неё, как бельмо на глазу от которого она избавилась. Эрен испытывал смешанные чувства. С одной стороны он остался с элитниками, которые готовы его убить в любой момент, а с другой ему было все равно, ибо он-то смог найти общий язык с четверкой бойцов под началом капрала. Оруо и Эрду тоже было глубоко пофиг, а Гюнтер лишь высказал свои сожаления. Что уж поделать с тем, что я социопат, который не способен строить быстро дружеские отношения. Ну, что бы сдружиться с человеком мне требуется год, а то и два. Наверное, поэтому я могу общаться только с ребятами из 104-го отряда, да и то не со всеми. У меня никогда не получалось общаться с Энни, с Микасой и Райнером. Как бы странно то не было, но лучшие отношения у меня были с Жаном, Конни и Сашей. Вот кто-кто, а эти ребята меня всегда веселились. Ну, и конечно же, самым близким человеком был Рен. Уж не знаю почему, но этот человек всегда был близок к моему мировоззрению. Скорее всего этому способствовало то, что мы жили пятнадцать лет в одном мире. Нельзя сказать, что все было идеально, но вполне неплохо. Во всяком случае споров было не так много как, например, с Эрненом или Райнером.        Впрочем, какая уже разница. Я и так промучалась три недели, пока не смирилась с реальностью. Что поделать, мир не идеален, и мне не изменить прошлого, так какой смысл пытаться. В последний месяц моё мировоззрение резко поменялось. Сделав резкий поворот градусов, этак, на 120, моё виденье жизни стало более реалистичным и жестоким. Думаю, это произошло из-за пропажи моего «источника позитива» в пасти титана, хотя разницы уже нет.        С такими не очень позитивными мыслями я сидела на своём коне, которого назвала в честь Кирштайна Жаном. Люди вокруг одобрительно кричали что-то о том, что мы должны надрать титанами задницы. Ох, у меня прям чувство дежавю. Даже представляю как они будут нас встречать. Лицемеры. — Эй, Джозеф, — окликнул меня рядом стоящий Жан, — страшно? — Да, — честно ответила я, пытаясь унять мелкую дрожь в руках, а лошадиную морду, по-видимому удивил мой ответ, — А тебе? — я кривой усмехнулась, увидев как его лошадь, которую он, в отместку мне, назвал Анной, нервно переминается с ноги на ногу. — Нет, — Жан гордо поднял голову, а я лишь расплылась в издевательской улыбке, — Я же мужчина. — Я зе мусиня, — передразнила его я. — Не передразнивай, низкоросленькая, — ответил парень, сдерживая улыбку. — Что это? — я сделала удивленное лицо, — Кажется, это свист УПМ. А, так это капрал летит защищать честь всех коротышек мира сего.        Последующие взаимные издевательства, на которых строились наши взаимоотношения, прервало открытие ворот. Дождавшись, когда стоящие впереди солдаты двинуться в путь, я ударила коня по бокам. Несколько секунд и я на свободе.

***

       Что-то пошло не так. Что-то пошло не так, когда я ослушалась приказа и полетела в глубь леса, чувствуя печенью, что тот крик был предвестником чего-то ужасного. Вместе со мной отправились и все аномальные. Думаю, это была моя роковая ошибка. Когда я увидела как титаны едят титана, моя скромная персона пропустила тот момент, когда нужно было поменять направление на 90 градусов, поэтому через секунду я уже валялась у ног Леви и Эрвина, потирая ушибленную о крепкий ствол голову. Именно в момент соприкосновения с твёрдой поверхностью ко мне вернулось понимание всего происходящего. До этого я действовала словно по наитию, поддавшись неведомому ранее беспокойству и любопытству. Ранее не замечала за собой ни того, ни другого, но сидя на Заднице под недоумевающие взгляды мужчин, я почувствовала себя каким-то диким животным, подчиняющиеся лишь инстинктам и не внимающим голосу разума. Щеки залились краской то ли от пристального взгляда брюнета, то ли от собственной глупости. Тем не менее беспокойство исчезло, а любопытство — нет. — Что здесь происходит? — поднимаясь на ноги спросила я, забыв о субординации. — Тот же самый вопрос могу задать и тебе, мелкая, — холодно произнёс Леви, — но это потом. — брюнет повернулся к Ирвину, который переключился с меня на созерцание удивительной сцены. — Я понял. — Возьми с собой Джозеф, раз она все равно здесь, — подал голос Смит. — Быстро за мной, мелкая, — сказал капрал, — заполнять баллоны. — Есть, сэр.

***

       Меня посадили в одну повозку с отключившимся Эрненом, так как в повозке для раненных просто не было места. Я умудрилась сломать ногу, плюс заработать небольшое сотрясение мозга. Впрочем, жаловаться мне не на что, если смотреть на элитный отряд. Те, которых считали сильнейшими, те, на кого смотрели с восторганием горожане, те, на кого возлагало надежду человечество, погибли. Леви был подавлен, как и весь легион. Эта вылазка далась слишком большой ценой. Повозок с трупами было больше, чем с ранеными. А я винила себя. Ведь, по сути, из-за моего появления капрал задержался. Если бы я контролировала себя и не ослушалась приказа… Да даже если бы не врезалась в то злополучное дерево, все могло сложиться иначе. Впрочем, уже ничего не изменишь. Прикрыв глаза я откинулась на стенку повозки. «Надо бы извиниться перед капралом.»        Спустя несколько минут я заснула, желая проснуться, когда исчезнут все титаны.