Отмечены любовью

      Ловэль, как только рана его затянулась, был отправлен домой. Но ему ещё неделю предстояло пробыть дома на «больничном». Лиэлли и Лукаш всё ещё беспокоились за него.       — Я в полном порядке, — уже в который раз повторял он. Но, когда Лукаш был дома, а у Лил не было срочных дел до дому, они находились рядом с ним, окружая своей заботой и любовью. Вэль не сопротивлялся и позволял бы им проявлять свои чувства, если бы не одно «но». Лукаш очень берег юношу, ласкал его, но не занимался с ним любовью. Для мода это было бы тяжким испытанием и расстраивало его, если бы не Лил. Девушка с легкостью ласкала его руками и губами так, как Лукаш не мог. Вэль уже смирился с тем, что Лукаш никогда не будет таким же раскрепощённым, как он или Лил.       После этого поступка Ловэля теперь уже все, кроме Гарднера и Сирены, убедились в его храбрости. Его и раньше считали «своим», и он не перестал это доказывать. Правда Финн очень винил себя. Ведь это он позволил парню отправиться вместе с ними.       — Полковник, это я виноват. Я подумал, что раз Ловэль умеет стрелять, то ничего плохого не случится, если он поедет с нами, — как только Лукаш вернулся на базу, рассказал ему Финн. — Но я сказал ему взять броню.       — Ты не виноват, — снял с него вину Волк. — Он сам вызвался и не взял броню. Я ведь для того и сделал его архивариусом, чтобы он не пострадал.       — Он в порядке? — с волнением спросил тот. — Просто он не вернулся на базу.       — Не переживай, — мягко утешал его полковник. — С ним всё хорошо, через неделю он вернется. Больше не вини себя. Свободен. Финн в своей обычной шутливой манере отдал честь и покинул его кабинет. Ему стало значительно лучше.

***

      Лукаш уже собирался отправиться домой и провести вечер с любимыми. По его губам скользнула скупая улыбка. Он уже поднялся из-за стола, как в кабинет влетел Финн. Он всегда всё сразу же докладывал Лукашу. Мужчина был взволнован.       — Полковник! Нужны все, мутанты, Зона! — в волнении выдавал он. — Пытаются прорваться!       — Опять?! — удивился Волк. Но быстро по рации передал офицерам, что делать, и сам направился за броней и оружием. Если Финн так взволнован, он не может стоять в стороне, потому что это как раз его война.

***

      Вэль сидел в гостиной со своим неизменным планшетом и играл в очередную онлайн-игру, потому что Лил готовила ужин, а Лукаша ещё не было дома. Вэлю пришло сообщение от Лукаша. Тот сообщал, что в Зоне неспокойно, он точно не знает, когда вернется и чтобы моды не ждали его, а ужинали и ложились спать.       — Лил! — позвал он девушку. Она тут же пришла, вытирая руки полотенцем.       — Ты чего-то хочешь? — заботливо спросила она.       — Лукаш мне прислал сообщение, что он задержится на работе, чтобы мы поужинали и ложились спать без него, — ответил парень. Лил вздохнула. Узнав, что Лукаш неуязвим и почти бессмертен, она перестала особенно за него волноваться, ведь Волк уж точно никогда не совершит такую глупость, как появиться на поле боя без брони. Да и потом он — опытный солдат и знает, что нужно делать. Моды не любили оставаться без него. Конечно, теперь они уже не боялись оставаться одни, но всё равно, рядом с полковником им было лучше. Лил знала, что Вэль всегда сможет её защитить.       Они поужинали без аппетита в тишине. Сегодня они решили просто лечь спать, не занимаясь любовью. Без Лукаша это казалось им неправильным.

***

      После завтрака Ловэль, весело улыбнувшись, сказал подружке, что хотел бы немного прогуляться. Она не стала уговаривать его остаться дома. Конечно, она неким внутренним чутьем знала, что он что-то задумал.

***

      Лукаш, сев за стол, устало потер лицо. Конечно, только что принятый душ придал ему немного бодрости, но время только приближалось к обеду, а ему нужно продержаться до самого вечера. Он был на ногах уже более суток и впервые за это время получил возможность просто посидеть за столом своего кабинета. Но посидеть спокойно не вышло, слух выловил тихое шуршание, звук шел откуда-то снизу. Мужчина на одних инстинктах успел отъехать в сторону вместе со стулом. Рука тренировано нырнула к висевшему на боку пистолету, но когда из-под столешницы вынырнула голова Ловэля, расслабившись, хохотнул. Выглядел юноша взъерошенным воробьем.       — Никого? — громким шепотом спросил он, глядя на Лукаша.       — Никого, — таким же шепотом, улыбаясь, отозвался Лукаш. — Что ты тут делаешь?       — Готовлю тебе сюрприз, — очень серьезным тоном ответил Вэль.       — Какой? Вэль смутившись, порозовел.       — А ты придвинься, — смущенно пробормотал он, весьма мило морща нос. Лукаш сделал, как просил юноша, передвигая ногами кресло на треноге с колесиками.       — Ну, и какой сюрприз? — ободряя, спросил он. Вэль смотрел на него из-под стола, прикрыв глаза, лишь алели губы, которые тот нервно облизнул.       — Закрой глаза, — потребовал он, не забыв присовокупить просящие нотки. Лукаш, уже догадываясь, что его ждет, улыбаясь, опустил веки, похвалив себя за то, что прежде, чем зайти в кабинет, принял душ в офицерском корпусе штаба.       Звякнула молния. Лукаш помимо воли вздрогнул, ощутив прикосновение прохладной ладошки к члену. Тот встал только от одной мысли о том, какой подарок его ждет. Тонкий язычок пробежался по уздечке, заставив мужчину вцепиться пальцами в подлокотники кресла. Вэль заурчал довольным котенком и, осмелев, погрузил в рот головку.       Стук в дверь заставил обоих передернуться, пальцы Вэля сжали член мужчины, и Лукаш тихо зашипел сквозь зубы.       Он не успел и рот открыть, как в его кабинет, по привычке, не спрашивая разрешения, заявились его подполковники, капитаны и помощник. Едва не выругавшись, Лукаш толкнул себя к столу, задвигая в глубь под столешницу и перепуганного Ловэля. Капитаны, поздоровавшись, расселись вдоль приставного стола рядом с начальством и заговорили на перебой. Были вопросы, что требовали немедленного внимания Лукаша.       Тот вздохнул, было бы смешно, но быть застуканным со своим возлюбленным под столом, который так и продолжал крепко держаться за его стоящий член не хотелось. Не хотел, как оказалось, останавливаться и Вэль. Глаза Лукаша едва не полезли на лоб, когда тот вновь пристроился ближе и вернул его член в теплую глубину своего рта. Лукаш, не удержавшись, хлопнул в избытке чувств ладонью по столу. Докладывавший о работе техников Бизон прервался, с недоумением подняв бровь.       — Что-то не так, командир?       — Нет, — выдавил сквозь зубы Лукаш, сжав в хватке край стола, так что побелели пальцы, — я всем очень доволен.       Доволен был очень даже, учитывая, что Вэль заглотил его член до половины и посасывал как леденец, массируя пальчиками отяжелевшие яички мужчины. Бизон, вздернув бровь, продолжил доклад.       Лукаш слышал лишь обрывки. В ушах шумел ток крови, а воображение выдавало одну картину красочнее другой. На одной он погружал руки в волосы юноши, на другой - вставлял пальцы в колечко мышц и готовил любимого к проникновению, а на третьей… Третью он был намерен воплотить в жизнь немедленно, как только его подчиненные уберутся из его кабинета.       И желательно, как можно быстрее.       Но облегчать ему его «страдания» похоже никто не собирался. Бизон продолжал бубнить в своей манере, обстоятельно выкладывая информацию, что интересовала сейчас Лукаша в последнюю очередь. Филин готовился вступить следующим, «листая» что-то в своем планшете. Полуночник рассматривал потолок, покачиваясь на задних ножках стула, у него доклада для Лукаша не было. Он приперся к Лукашу в кабинет за компанию и на командующего базой не смотрел. Зато Гарднер пристально сверлил Лукаша цепким взглядом, поджимая тонкогубый рот. Помощник Лукаша совершенно правильно подозревал, что его начальство мозгом временно почти не доступно.       Гарднер был не далек от истины. Ловэль набравшись наглости, перешел к облизыванию яичек, и потому Лукаш временно утратил связь с реальностью. Закончив с яичками, Вэль вернулся к члену, пару раз прошелся по нему кольцом из пальцев и принялся сосредоточенно вбирать его в себя, пока головка не соприкоснулась с чувствительным небным сосочком. Лукаша продрало короткой дрожью. Не остановившись на достигнутом, Вэль принялся делать глотательные движения, и перед глазами Лукаша поплыли цветные разводы. Голос Бизона уплыл на задний план, да там и застрял, безнадежно потухнув.       Лукаш глубоко вдохнул, когда член принялся медленно выбираться наружу из глотки парня и, выбравшись полностью, снова нырнул обратно. Пальцы Вэля тем временем гуляли по влажной коже ствола, стимулируя его дополнительной лаской. Лукаш едва держал руки на столе, так и норовившие обхватить его за голову. Инстинкт был почти не преодолим, но Лукаш сдержался. Вэль, закрыв глаза, с упоением насаживался на его член губами, лаская выступившую над поясом джинсов текущую головку собственного члена кончиками пальцев свободной руки. Пальцы Лукаша едва не крошили столешницу. Рука-таки нырнула вниз, прижимая к паху мотавшуюся туда-сюда голову.       Гарднер вдруг побледнел, заметив небрежно сброшенную на стул у стены синюю джинсовую куртку. Поняв, что происходит, помощник, слегка отодвинувшись, глянул вниз. Увидев подошву ботинок Ловэля, который сидел на пятках, парень вздернув голову, послал Лукашу полный гнева взгляд.       Возмущение Гарднера прошло мимо внимания Лукаша, как и то, что за доклад взялся Филин. Лукаш под видом того, что ему срочно понадобилось опереться на подлокотник, смог сместиться так, что ему стал виден почти весь играющий с его членом юноша и зрелище завлекло его неимоверно. Вэль ухитрился расстегнуть свою ширинку и не прекращая орудовать ртом на члене Лукаша, рьяно пропускал собственный член сквозь кулак. Взмокшая головка блестела от смазки, оставляя на руке юноши поблескивавшие следы.       Было заметно, как мелкая дрожь сотрясает стройное тело мода, что было готово к оргазму не меньше Лукаша. Увидев, как Вэль лихорадочно стягивает джинсы с ягодиц и тянет руку, заводя ее за спину, Лукаш едва не рыча, предложил завершить совещание после обеда.       Капитаны прервали обсуждение, но спорить не стали, поднимаясь первыми. Последним кабинет покинул злой, как черт, Гарднер.       Едва дверь за ним закрылась, Лукаш выскользнув из губ осоловевшего Вэля, вытянул его из-под стола, чмокнул торопливо в губы и тут же разложил на столе животом вниз. Вэль лишь застонал, охотно разводя ноги, когда палец Лукаша обильно смоченный в слюне, ввентился в розовую звездочку. Краешки кольца мягко разошлись под движением пальцев. Подвигав ими взад-вперед под протяжные стоны разомлевшего Вэля, Лукаш порылся в ящике стола, отыскал тюбик со смазкой и быстро выдавив блестящую горку на пальцы, вновь вошел внутрь податливого тела. Готовить разохотившегося Вэля долго не пришлось, мальчишка сам насаживался на пальцы и просил большего. Лукаш отказывать не стал и, приставив головку к открывшемуся глазу входу, без особых усилий вошел до конца. Бедра мягко соприкоснулись с попкой Вэля. Паренька выгнуло в удовольствии заполненности. Выждав время, Лукаш принялся осторожно двигаться взад-вперед, выходя почти до головки и заходя до самого корня. Вэль стонал уже в голос, нетерпеливо подергиваясь и подаваясь навстречу. Лукаш нагнувшись к нему, обдал теплым дыханием.       — Тише, котенок… Дверь в кабинет не была звуконепроницаемой, а в соседнем помещении все еще наверняка сидел на своем рабочем месте помощник.       Оба увлеченные своей страстью не заметили того, как щелкнул замок, тихо приоткрылась дверь и в щель заглянул Гарднер. Глаза помощника притянуло к любовникам, как магнитом, заставив вспыхнуть в мерзлой серой глубине огни ненависти. Гарднер захлопнул дверь и, чтобы не ворваться в кабинет и не пристрелить мода, направился в спортзал. Там он мог выпустить пар, избивая ни в чем не повинную грушу. Но перед глазами у него был вовсе не этот спортивный снаряд, а Вэль. Как он посмел! Это была его фантазия! Это он должен был лежать там на столе под Лукашем! Мод этого не заслужил! Он ведь даже не человек!       Оба любовника не подозревали ни о подглядывании, ни о ненависти Гарднера. Лукаш изменил ритм и, подхватив Ловэля под живот, начал вколачиваться быстрыми резкими движениями, выходя лишь до половины, и раз за разом попадая по простате. Ловэль в избытке чувств, рвался в его руках, ловя открытым ртом каждый глоток воздуха. Опустив руку, Лукаш обхватил его напряженный член в руку и в десяток движений довел до судорожных вдохов, предвестников оргазма. Продержался Ловэль не долго и вскоре уже в унисон толчкам мужчины выплескивал на пол белесые капли. Лукаш выходить из тела мальчишки не стал, заполнив Вэля, под судороги мышц, что сотрясали юношу и оперся на ладонь, нависнув над ним.       Отдышавшись, Волк обнял вялого парня и уселся вместе с ним в кресло. Вэль нашел силы только на то, чтобы распластаться по его груди и перекинуть ноги через поручень кресла. Мурлыкая под нос незатейливый мотивчик, Лукаш скользил пальцами по чувствительной спине паренька, открытой задравшейся футболкой. Под действием ласки Ловэль ерзал, довольно жмурясь.       — Мой подарок понравился? — спросил он, приоткрывая один глаз и сонно зевая.       — Очень даже, — признал Лукаш, — но в следующий раз дверь я всё-таки запру. Мы едва не попались. Вэль, сыто потянувшись, чмокнул Волка в щеку и соскочил с колен. Лукаш удивленно стрельнул бровями вверх.       — Куда ты?       — Дверь закрыть, — бросил через плечо мод. Лукаш, улыбнувшись, потянул себя с кресла, чтобы перехватить его на обратном пути. Закрыв замок, Ловэль забрался на него ловкой кошкой и, подхваченный под ягодицы сильными руками, обхватил его ногами за бедра. Их губы соединились в долгом ласкающем поцелуе.       На этот раз любовью они занимались не спеша. Лукаш, уложив Вэля спиной на стол, стянул с него ботинки и узкие джинсы. Погладив обнаженные ноги юноши, Волк прошелся пальцами по гладкому животу и захватил в кулак вставший член. Пройдясь по стволу кулаком, он выдавил на вершину головки капельку смазки. Вэль, тихо охнув, млея выгнул позвоночник. Лукаш, улыбаясь, неторопливо снял с себя рубашку, спустил штаны и придвинул к себе Вэля ближе. Мод развел коленки. Лукаш, наклонившись над ним, поставил ладони по сторонам от его головы, разглядывая лицо юноши. Он выглядел таким трогательным, что Лукаш не удержался от короткого счастливого смешка. Вэль, тут же вспыхнув, попытался сдвинуть колени, но он не дал и вернул его ноги на место. Наклонившись к его лицу, мужчина прошептал короткое «прости». Синева глаз смягчилась, и Вэль, расслабившись, позволил углубить поцелуй. Не размыкая губ, Лукаш толкнулся головкой в еще мягкое после предыдущего вторжения колечко мышц. Тело впустило его охотно, и бедра мужчины соприкоснулись с телом парня. С губ Вэля сорвался стон. Лукаш задвигался плавно и не торопливо, слегка покручивая бедрами для большего удовольствия их обоих. Вэль сам подавался ему навстречу, покусывая губы и держась за руки мужчины. Вэль с Лукашем продолжили в упоении целоваться, отдаваясь мерному движению тел. Лукаш целовал ключицы Вэля, поглаживая его ребра, прохаживаясь рукой от подмышек до бедра и нырял ладонью под упругую ягодицу. Вэль, подрагивая, подставлялся его рукам, отрывисто выдыхая в его губы короткие стоны. Молчать не получалось, было слишком хорошо. Выпустив губы парня, Лукаш снова обхватил его член в ладонь. Смотреть на то, как Вэль закусывая губы, неосознанно ласкает себя, проводя руками по груди, животу и подносит к губам, чтобы прикусить кончики пальцев, он мог вечно.       Такой чувствительный, нежный… И это чудо принадлежало ему.       Мысль послала разряд дрожи по телу Волка. Он задвигался резче и в такт движениям убыстрил движения руки на члене Ловэля. Тот сам активно насаживался на плоть мужчины, широко разведя колени, разгоряченный желанием и метался в облаке удивительных волос цвета сирени, чьи мокрые прядки налипли на лоб юноши тонкими спиралями. Волна нежности накрыла Волка с головой, толкнув снова нагнуться и поцеловать припухшие от поцелуев губы. Лукаш принялся двигаться мощными размеренными толчками, желая подарить большее удовольствие метавшемуся под ним Ловэлю и, не отпускал его член, продолжая скользить по нем туго сжатыми в кольцо пальцами.       Вэля выгнуло в приближавшейся разрядке первым и, словно пытаясь удержать приближавшийся пик, мальчишка обвил его ногами, сам задавая ритм. Лукаш подчинился его желанию с охотой и впился в губы любимого, почувствовав как его кулак мокнет от влаги. Разрядившись сам в жаркую глубину его тела, сразу вслед за ним, Лукаш ненадолго опал на распластавшегося в изнеможении Вэля и усмирив дыхание, поцеловал его в шею.       — Спасибо, малыш. Вэль лениво шевельнул бровью.       — За подарок, — пояснил он на его молчаливый вопрос, улыбаясь. Вместо ответа тот обнял его за шею и прижался к губам. Подарок был обоюдным.