На таких не женятся

— Почему. Меня нет. В списках. Паркер впилась в инструктора взглядом даже без вопросительной интонации. Арчи оторвался от планшета, мазнул по Кэсс безразлично глазами. — Ты не спаррингуешься, — просто объяснил он. У Паркер волоски на руках встали от злости. Она пережила последние сутки не для того, чтобы получить отказ. — Неверный ответ. Конечно, спаррингуюсь, — она шагнула к Арчи и посмотрела на мужчину пронзительно, во взгляд вкладывая всю боль и преодоление. — У тебя сломаны ребра, Паркер. — Инструктор недовольно скривил губы, отошел от девчонки на шаг. Она была лишь тенью своей былой тени: бледной, с синяками под глазами, выглядела болезненно. — Не переживай, твоё место никто не отнимет — подниматься будут лишь те, кто выиграет, и то, у своих соперников, — он отмахнулся. — Ты даже не опустишься ниже первой десятки. Первой десятки?! Все внутри Паркер взревело в обессиленной ярости. Цель была настолько важна, что ничего больше она не видела. И после всего, что было… дело было не столько в выигрыше и рейтинге, сколько в невозможности допустить, чтобы ее не приняли на должность, в среду, которую она заслуживает. Она только что вернулась с задания! Она ранена, но все равно готова драться! Неожиданно Паркер поняла, что повторяет судьбу Эрика. Свеггер рассказывал ей на полигоне о той истории, окутанной слухами, после которой завистники начали называть лидера «вечно второй». Тогда Тобиас победил. Потому что лидер был ранен, но все равно поднялся на ринг. И она тоже это сделает. Не потому что хотела быть похожей на Эрика. А потому что для Паркер это было также естественно, как дышать. — Ставь меня в спарринг, Арчи. Это не обсуждается. — Нет, Паркер, — отрезал инструктор. Буря поднялась к глотке. — У тебя нет такого права! — Кэсс подошла к мужчине почти вплотную, осмелев от злости. Непреемлимо повысила голос и тут же некстати схватилась за ребра, наполнив грудь большей порцией воздуха, чем та безболезненно могла выдержать. — Есть и я его использую. — Инструктор шагнул к девчонке и строго посмотрел на Паркер сверху вниз, теряя терпение. Она себя покалечит! Дурная, глупая, не вовремя, как всегда, храбрая Паркер! — Вообще-то, — Кэсс с Арчи замерли от мужского звонкого голоса за спиной неофитки. Замерли и молчали, не оборачиваясь, сверлили друг друга взглядами, будто в армреслинге боясь потерять баланс сил. — В кодексе неофитов в параграфе о доступе к тренировкам прописано, что по состоянию здоровья неофит освобождается от спаррингов только по согласию обеих сторон. То есть и неофит без согласия инструктора не может отказаться от боя, но и инструктор без согласия неофита не может его отлучить. Паркер просияла. Выдохнула в лицо инструктору слепящую радость вовремя нашедшимся аргументом, хоть и из чужих уст. — Вот! — погрозила она Арчи пальцем. Мужчина еще несколько секунд не выпускал девчонку из хватки сурового взгляда, но умник из толпы был прав и он ничего не мог с этим сделать. Арчи сдался, выдохнул. — Ты моя головная боль, Паркер. — Прорычал он, качая головой, но обратил внимание к планшету, меняя порядок пар. — Ты, — он закончил менять таблицу и ткнул Паркер пальцем в грудь зло, переживая и негодуя, — хренова дверь, которую можно только выбить! — Раздраженно повел плечом Арчи. — Твоя воля к жизни пугает. Иди к черту. — Добавил уже тише, устало. — Убирайте доску! — Рявкнул он помощникам, ненавидя Паркер за ее счастливую улыбку, которая скоро сменится кровавыми соплями. — Спаррингуемся в изначальном варианте — первый со вторым, третий с четвёртым и далее! Кэсс захлопала в ладоши, несмотря на боль в груди от поднятия рук, обернулась к своему спасителю. — Ахренеть, у нас есть кодекс! — титанических усилий стоило Кэсс оставить улыбку на лице, не дав ей стечь вниз в мгновение, когда она узнала в говорившем того самого эрудита, Кристофера, который был с Леоном в тоннелях, увел Мэл с праздника и прострелил ей ногу. Сука! — Спасибо!.. — пролепетала Паркер. Тот пистолет все еще был при нем, виднелся в кобуре под краем пиджака. Может, не тот самый, но Паркер все равно стало не по себе. Главное, чтобы он ее не узнал. Вроде, не должен был тогда видеть лицо или фигуру. Но шанс проколоться всегда был. — В этом все бесстрашие, — усмехнулся эрудит, намекая на ее незнание правил собственной фракции, — безумие и отвага. — Тоже мне, слизерин, — презрительно фыркнула Кэсс, и сложила руки на груди. Обрадовалась колкости Кристофера — могла законно обидеться на подколку и не строить из себя дружелюбную. Не то, чтобы она желала ему зла, но если на него упадет рояль, Паркер с удовольствием на нем сыграет. — Хо-хо, — эрудит удивленно рассмеялся, — кто-то разбирается в довоенной литературе! — одобрительно хмыкнул он. — Отличная кличка, буду теперь так называться, — улыбнулся. — Тогда, если по этой аналогии бесстрашие — гриффиндор, наш город в безопасности, — заключил он дружелюбно, Кэсс ответила идеально сыгранной искренней улыбкой. В голове роились тысячи вопросов: он здесь, потому что узнал ее? Просто посмотреть на бои? Забрать кого-то из неофитов на эксперименты? Где, черт возьми, Эрик? — Ты где была?! — Мелисса, возникшая под боком Кристофера, вовремя прервала замкнутый круг паники Паркер. — Судя по ощущениям — в аду, — отмахнулась Кэсс, но видя требовательный взгляд подруги, пояснила. — Ночью стало плохо, ушла в медблок, досыпала там. — Мрачно пробухтела она, не желая делиться при эрудите даже бесполезными подробностями жизни. — Правда? — Мелисса не унималась, смотрела на Паркер подозрительно. Кэсс не могла даже взглядом сказать подруге заткнуться — рядом стоял опасный человек и Мэл своими вопросами могла вызвать у него ненужные подозрения. К их компании присоединился Мерфи. — Мерф, она правда была в медблоке? Я утром туда заходила, никого не было. По телу Паркер прошла дрожь. Заткнись, заткнись, заткнись! Кристофер с интересом наблюдал за разговором, а Паркер тупо молчала, боясь оправданиями сделать только хуже. — Так мы в дальнем закрытом крыле вдвоем лежали, — неожиданно подал голос Мерфи, непринужденно забросил руку Паркер на плечо и хмыкнул, смотря на Мэл. — Всю ночь пердела и сопела рядом, я нихрена не выспался. Паркер облегченно расхохоталась, вся компания тоже подхватила веселье. Мерфи ее буквально спас. — Ну ты и говнюк! — Кэсс пихнула парня в плечо и развернувшись, одними губами сказала «спасибо», чтобы видел только он. — Пойду бинтоваться, — она оставила компанию, которую Мерфи продолжил развлекать разговором, окончательно рассеивая любые подозрения. Это было чертовски умно, смело и благородно с его стороны. Он бессовестно врал в лица собеседников, но даже не зная ситуации, был на стороне Паркер. Это не могло не вызывать прилив бесконечной благодарности. Мерфи был настоящим другом, что доказывал множество раз. Кэсс лишь надеялась, что сможет когда-нибудь в сложной ситуации ему отплатить тем же. Гул в зале начал стихать, готовились объявить первую пару. Паркер на автомате бинтовала боксерскими бинтами руки, морально готовясь всадить в ногу ампулу с адреналином. Если сейчас, успокоившись и не тревожа травмы, ей стало лучше, то скоро будет так плохо, как еще не было никогда. Кэсс еще не сталкивалась с таким, но подозревала, что будет непросто. Лишь когда на ринг вышел Арчи, жестом призывая всех к тишине и декламируя речь о силе воли, духа и будущих защитниках города, роняя гулко «правил нет», до нее дошло. Распределение пар — по двойкам в рейтинге. Первый со вторым, третий с четвертым. Это значило — она будет драться с Блейком, чью темную шевелюру заметила на другом конце ринга. Кэсс приготовилась быть размазанной по матам.

***

Голая ступня коснулась холодной резины, еще не разогретой боями. Паркер колотило. Минуту назад она сделала укол, который начал действовать почти сразу. Грудь стиснуло безжалостными стальными тисками, сердце билось так сильно, что начало чесаться. По голове словно ударили чем-то тяжелым: внутри все зашумело, загрохотало, в ушах загудело — ни одна сирена не сравнится. Руки потряхивало. Кэсс смахнула с лица пряди, выбившиеся из хвоста, подняла осатанелый взгляд на Блейка, пожала партнеру руку. Боязни бить друзей не было, эти предрассудки из них вытряхнули на тренировках, но глядя на двухметрового друга, спина которого загораживала ей солнечный свет, Паркер сглотнула. Кивнула парню, отходя на пару шагов. Шепнула лишь: «Умоляю, не по ребрам». Блейк чуть опустил подбородок в знак согласия. Вот ему наверняка будет стремно вдавливать в пол Паркер. Но это уже его проблема. Кэсс сосредоточилась на своем бешеном пульсе, выкинула из головы страхи. Просто взяла и отшвырнула, запретив себе думать о последствиях. Укол работал: боли она не чувствовала, лишь жар во всем теле и пот, струящийся по спине. Арчи дал отмашку. Кэсс своей тактике не изменила — атаковала первой. Так шансов было больше продержаться дольше минуты. Не было времени бояться, уворачиваясь от больших рук-молотов парня. Отработанным лоукиком «отсушила»* Блейку левую ногу, на которую парень, потеряв чувствительность в конечности, припал на уровень роста Паркер. Кэсс тут же ударила лбом куда-то в лицо. Быстро, сильно. Блейк попятился назад, схватившись за нос, из которого тут же хлынула кровь. Хороший знак — вряд ли сломан. Паркер выкинула ногу вперед, толкая парня в живот, но силы не хватило, чтобы уронить соперника, потому что именно это ей и нужно было, чтобы выйти на болевой. Блейк сделал два шага назад по инерции, но даже не поморщился от толчка. Через мгновение собрался и пошел на Паркер, выкинув обманный боковой, обрушился на голову девчонки тяжелым свингом сверху. Голова ее дернулась, Кэсс припала на колено, но инстинктивно поднялась. Показательные бои были первыми без перчаток. На то и показательные. Но разница в ощущениях была катастрофическая — Кэсс чувствовала, как ударяется о стенки черепной коробки мозг. Мотнула головой, не в силах поднять ее в прежнее положение, и вовремя, как в замедленной съемке, увидела летящее в лицо колено. Успела выставить блок, но удар был сильным, собственные руки сарматизировали прямо в нос, глаза защипало от непрошеных слез. Кэсс не дала себе время на раздумья, действовала на инстинктах. Подняла ногу и обрушила пятку со всей дури на пальцы ног Блейка. Тот закряхтел, согнулся, Паркер воспользовалась этим, чтобы схватить парня за шею и увлечь назад, роняя его на спину. Села сверху, нанесла два удара по ребрам и один по подбородку. От крови скользили пальцы, ее лицо тоже было испачкано, но вот Блейку это не мешало. Паркер забыла заблокировать ноги парня своими, поэтому Блейк сделал резкий полумостик, толчком таза сбрасывая с себя девчонку. Кэсс громко взвыла, хряпнувшись корпусом о маты — приземлилась четко на живот. Судорожно засучила ногами, чтобы успеть перевернуться на спину, иначе в таком положении ничего уже не могла сделать и бой был бы окончен. Блейк зафиксировал ее ноги, нанеся удар по челюсти, но Кэсс умудрилась выкинуть руку вверх, особо не видя ничего из-за волос и слезящихся глаз, но попала в цель. Блейк на секунду замер, и Кэсс смогла выудить из-под парня ногу, чтобы не быть скованной его захватом. Однако Блейк сделал хитро — схватил Паркер за шею обеими руками. Девчонка под ним начала дергаться, пока Блейк не сильно, но ощутимо сжимал ее горло — задушить до потери сознания он ее не мог, но если Арчи увидит, что Кэсс не может выбраться из захвата, начнет обратный отсчет от десяти и в конце спарринг закончится техническим удушением. А выбраться Кэсс не могла, Блейк побеждал. Хоть и не опирался на нее всем весом, на ребра давил, те выли внутри организма Паркер, в ушах стучало, длины рук не хватало, чтобы дотянуться до его лица, удары по ребрам выходили слабыми из-за недостатка амплитуды, Кэсс колотила парня по рукам, но те, облаченные в мышцы, были каменными. Сквозь шум в ушах Паркер услышала ужасающее «семь… шесть…» от Арчи и все ее существо запротестовало, взвилось. Мозг заработал на тех же скоростях, что и отравленное адреналином сердце, из глубин сознания всплыло то, что было выучено в куда более приятных обстоятельствах, но пригодилось сейчас. Кэсс разжала кулаки, обхватила предплечья Блейка, повела ладонями вверх, нащупала точку под локтем и с силой вдавила оба больших пальца в лучевидную мышцу. Парень застонал, пальцы его тут же разжались, «отсушенные» руки повисли плетьми. Кэсс, не теряя времени, мазнула кулаком ему по подбородку для отвлечения внимания, и вышла на любимый удушающий треугольник. Победа была у нее в кармане. Изо всех сил сжимая ноги, чтобы крупный Блейк ее не стряхнул с себя, она все же облегченно выдохнула. Но в следующую секунду несшееся галопом сердце упало в пятки: Кэсс перестала чувствовать спиной мат. Блейк начал подниматься на ноги прямо так, с обвитой вокруг его шеи всем телом Паркер. Кэсс в ужасе ощущала, как земля удаляется все дальше и Блейк сделал ровно то, чего Паркер боялась больше всего. Ударил снизу ей в бок — он был честен и бил не по ребрам — но те находились чертовски близко. Ноги Паркер от боли ослабли и Блейк пришедшими в норму руками просто выкинул ее вперед. Кэсс приземлилась на спину, как учили, перекатом через кувырок назад, но все же не сдержала протяжное «а-а-а» и кашель, когда ребра, казалось, захрустели от приземления на них всем телом. Кэсс колбаской выкатилась за поле ринга. Бой этим не останавливали, но скоро опять должны были начать отсчет, если она не поднимется на ноги. Паркер уже не могла драться. Только если оставит на ринге всю себя под ногами Блейка. Потому что он был тяжелее, выше и был здоров. А Паркер чувствовала, как разваливается на части. Вытерев рукавом лицо от слез и соплей, она не собиралась отдавать Блейку техническую победу. Либо он ее вырубит, либо никак. Паркер представила, что она на настоящем поле боя. На задании. Это было недалеко от истины. Только вчера она участвовала в секретной операции. А до этого еще и еще. Что она сделает в такой ситуации, когда от ее силы воли и возможности собраться, когда дальше уже некуда, будет зависеть жизнь, а не место в таблице? Она будет использовать все возможные варианты. Иначе ей — именно ей — не выжить. Смазанным сознанием, из глубины своего нутра, она оглядела рядом стоящих, зацепилась взглядом за синий пиджак. Поднялась на одно колено. Арчи прекратил счет на «пяти». Поставила вторую ногу на пол, выпрямилась, на сколько могла. Блейк не наступал, ждал, когда она вернется в квадрат ринга, сам приходил в себя, вытирая кровь из носа. И Кэсс отдалась инстинктам. Потому что больше ничего в организме не работало. Пиксели мутнеющего сознания соединились в последнюю работающую схему, она метнулась в противоположную от ринга сторону. Ухватилась онемевшими пальцами за лацкан синего пиджака. Приложив всю силу веса, вырвала пистолет из кобуры, ломая застежку, сквозь вскрик сделала кувырок назад и оказалась в периметре ринга. Медленно распрямилась, направляя пистолет на Блейка. Тот недоуменно смотрел на сокурсницу, взгляд которой выражал спокойную решимость. Но в зрачках пылала агония. Блейк неожиданно улыбнулся еле заметно, и вразвалку из-за больной ноги, опустился перед Паркер на колени. По залу прокатилось пораженное «ах». — Против правил! — разрушил тишину звенящий от напряжения голос Арчи, он подошел к рингу. — Я не засчитаю этот бой. Паркер не двигалась, хоть и держать руку даже на сорок пять градусов с зажатой в ней тяжелым пистолетом, было неимоверно больно. Она повернула голову к Арчи, взглядом давая понять, что это — квинтессенция ее выживания во время инициации. — Правил нет, — хрипло напомнила она. Арчи хотел шагнуть навстречу, но остался стоять на месте, сверля девчонку взглядом. Пытался сказать ей, что это не игры, что показательные бои — важная церемония, что это выйдет за пределы фракции и допустить шоу он не может. И Паркер его поняла. Поэтому повернула голову в другую сторону, к зрителям. — В бесстрашии есть поговорка, — сорванным от напряжения голосом, но звучно проговорила Кэсс. — У хорошего бойца в схватке есть пистолет. Если отняли пистолет, у него есть нож. Если отняли нож, есть миллион подручных средств, которые можно использовать. Но если у него не осталось ничего из вышеперечисленного и остаются только кулаки… это плохой боец. Так вот, Арчи, — Паркер произнесла слова жестко, отрывисто, бескомпромиссно. Несмотря на то, что нарушала порядки и субординацию, она чувствовала себя правой, обращаясь к инструктору. — Я — хороший боец. Несколько секунд молчания показались вечностью, но Арчи наконец кивнул. Взрыва аплодисментов не последовало, Паркер в тишине протянула пистолет инструктору, помогла подняться с колен Блейку и пожала парню руку. Они вышли из квадрата ринга, толпа перешептывалась вокруг, но Паркер ничего не слышала. Арчи объявил следующую пару, Кэсс рухнула на скамейку. Ее тошнило, голова кружилась, она просто хотела уснуть, чтобы не чувствовать галоп загнанного сердца и уже не ноющую, а острую боль в ребрах, из-за которой Паркер дышала с хрипом. — Ты — за мной, — она подняла глаза на незнакомого бесстрашного, который кивком головы показал идти за ним. Паркер переглянулась с Блейком, тот пожал плечами, беспечно хмыкнул: «На выход из фракции, видимо». Кэсс слабо улыбнулась, Блейк ее поддержал, когда Паркер повело. Они шли десять бесконечных минут по коридорам и Паркер не волновало, куда. В конце путешествия перед ней открыли дверь в маленькую комнату с кроватью и стулом, сказали ждать. Кэсс было плевать даже на то, что это могло быть ее конечным пунктом перед отправкой к афракционером. Она ни о чем не жалела. Паркер рухнула поперек, последний раз застонав от боли. И с чистой совестью отключилась.