На таких не женятся

— Он кусается? — Паркер шагнула к собаке, опасливо протягивая руку животному. Вик ухмыльнулся, натянув поводок. — Нет, глотает целиком. Паркер удивленно распахнула глаза, затем хихикнула. Опустилась на колени перед красивой овчаркой. Не встретив сопротивления в глазах пса, потрепала его за ухом. Виктор нахмурился, не ожидая того, что пес начнет ластиться к девчонке, но оставил это. — Сегодня побежите с нашим Бобиком, — обратился он к курсантам, разминающимся у ограды — маршрут пробежки пролегал через небольшой лес на окраине базы. — Сторожевые собаки — не редкость, с которой сталкиваются члены отряда на заданиях. При случае вы должны уметь от них убежать, — объяснял он суть задания. Недовольно покосился на Паркер, но та, до сих пор сидя на корточках, гладила собаку у его ног, при этом внимательно слушала. Вик поправил воротник куртки — ее взгляд снизу вверх не способствовал учебной атмосфере, но в Чертях хоть и все действовали по регламенту, вели себя более расслабленно, особенно на утренней пробежке. — Убежать от собаки не будет вашей задачей, но со временем ее обогнать — да. В теории это сделать будет не сложно. Максимальная скорость бега собаки — пятнадцать километров в час. Человек может развить скорость до сорока пяти. Начали! Паркер чмокнула пса в нос и побежала вместе с сокурсниками. Ей этого не хватало — пробежек на свежем воздухе. После инициации она приходила в себя, залечивала травмы, входила в щадящий режим тренировок в зале. Здесь все было по-другому. Швы ей уже сняли, ребра зажили: Кэсс лишь попросила выдать ей что-то вроде бронежилета — плотные вставки, которые на лямках закрывали ребра. После нескольких недель болей в груди и постоянного страха откинуться от пневмоторокса, Кэсс немного параноила на счет этой части тела, не хотела случайно снова нанести себе вред. Маршрут бега лежал через базу, за ее пределы и в лесополосу на окраине. Утренний туман заставлял дышать полной грудью, молодые осины и старые ели делали протоптанную сапогами солдат тропинку сказочной. Обучение в Чертях было непростым, но комфортным, Паркер казалось, на базе она была всегда и прошлой жизни не существовало. Было чертовски приятно больше не быть неофитом, а проходить все еще обучение, но такое, даже при упоминании которого на ребят смотрели с благоговением. Их поселили в комнаты по двое, совмещенные ванной со вторым помещением, где тоже жили два курсанта. Паркер жила с Эмори, с которой они еще на захвате флага нашли общий язык и после поддерживали хоть и отдаленное, но теплое общение. Кэсс была рада, что ее поселили именно с урожденной бесстрашной: Эмори была простой и понятной девчонкой, с ней было комфортно. — Если бы ты могла убить пятерых людей, — задавала Кэсс философский вопрос, чтобы отвлечься, стоя в планке, — кого бы ты выбрала? Эмори, которой, казалось, упражнение не приносит никакого дискомфорта, задумалась. — А только пятерых? Она была веселой и имела невероятно развитую физическую силу — проходила показатели наравне с парнями. Ванна их соединяла с комнатой, в которой поселили Мерфи с Чейзом. Чейз… был… мудаком. С выдающейся внешностью, обаятельный, Чейз был сыном лидера Чейза, и карикатурно считал себя правым по рождению лучше остальных. Имел рельефное тело, но на физических показателях дотягивал лишь до нижней планки. Зато был прекрасным манипулятором, был очень умен и определенно, Паркер догадывалась, умел вести беседу на политических вечерах. Но был абсолютным нахалом — Кэсс подозревала, что это напускное, но Чейз уверенно доказывал обратное. Мерфи, засидевшись над решением теста до поздна, медленно расправлял перед собой наволочку, чтобы заправить постель, но от усталости не совсем понимал, где находится. — Давай тебя научу, детдомовец, — довольно пропел над его ухом Чейз, видя паузу в действиях Мерфи, — это — кровать. На ней спят. Можешь попробовать ради разнообразия, потому что на базе, к сожалению, нет моста, под который ты бы мог заползти. Мерфи перевел усталый взгляд на соседа по комнате, ничего не ответил. Открыл дверь в ванную и через нее прошлепал в комнату Паркер, рухнув на ее кровать. Кэсс, сидя за столом, только пожала плечами. — Это все из-за тебя, — хмыкнула она, — если бы ты не стал моим другом, Чейз не занял бы твое место в психосоциальной матрице, — весело пожурила она Мерфи. — Какое место? — Мерфи сонно приоткрыл один глаз, в запоздалом приветствии кивнул читающей на своей кровати Эмори. — Место мудака, — Паркер развела руками. — Ну, — Мерфи зевнул, — при желании я все еще могу соответствовать. — Не как раньше, — с картинной досадой вздохнула Паркер. Мерфи хохотнул. — Раньше и ты не была пушистой, — он поморщился, вспомнив свой разбитый нос. Услышав их голоса, в комнату зашел Чейз, облокотившись на дверной косяк. Его очаровательная внешность золотистого ретривера не позволяла оскорбления принимать всерьез. — Вы серьезно соревнуетесь за звание мудака года? — вскинул он бровь с улыбкой. Паркер прищурилась. Метнула азартный взгляд на сокурсника. — А что, нервничаешь, как действующий чемпион? Паркер размеренно дышала во время бега, старалась держать ровный темп — понимала, что ей выгоднее постепенно увеличивать среднюю скорость, чем спринтовать, как Уиллоу — второй блондинке в их группе. Ей бег давался легко, она скакала впереди Паркер по пересеченной местности, как лань — держалась средних физических показателей, но была превосходным, гениальным стрелком. Уиллоу была воплощением слова «куколка» — тоже переходница из искренности, но на несколько лет старше Паркер, она была из весьма состоятельной семьи дипломатов. Если бы они были одного возраста, в школе Кэсс ее бы презирала. Лощеная, грациозная Уиллоу имела в роду корни дворянских семей, тянущихся еще из прошлого века. На охоту она с детства ходила с отцом. Позже — развила навыки, к которым добавился открывшийся талант к стрельбе. На ее примере Паркер понимала изумление в свою сторону, когда она оказалась наверху таблицы, начала обучение в Чертях, да и вообще перешла в бесстрашие. Разумеется, отряд реагирования не были тупоголовыми солдафонами с навыком убивать шестьюстами способами — они были автономной группой, способной придумать план и разобраться с разных сферах задания, но Уиллоу… эта утонченная девушка… Паркер ума не могла приложить, зачем она пошла в Черти. Но понимала, почему ее взяли. Уиллоу была расчетливой и умной, прекрасно справлялась с точными науками, и, судя по таланту к стрельбе, должна была стать снайпером в отряде. До обучения была заместителем начальника отдела администрации внутрифракционного района. Она была приятной. Изо всех сил прятала легкое высокомерие по отношению к простолюдинам окружающим, но в отличие от Чейза, чей статус семьи был результатом дороги «из грязи в князи», у Уиллоу это было в крови и поведении. Из ее уст многие слова не казались хамством, тем более, что она не пыталась это сделать таковым. Все просто приняли, что она — искушенная наследница богатой семьи, решившая сделать себя сама на поле боя. Вопросы возникали, но лишь с улыбкой, риторические. — Тебе надо поспать, — Уиллоу ткнула Мерфи в плечо, сама не в силах подняться со скамьи. Они втроем с Кэсс сидели в спортивном зале, в котором давно потушили свет, и не могли заставить себя дойти до комнат. Помимо общего расписания, были дни, как этот — со специальными учебными заданиями. Сегодня их связывали в парах, заставляя освободиться от пут. Двадцать. Раз. Подряд. Из-за извиваний на матах тело ныло, кисти от старомодной бечевки горели, одежда пропиталась потом насквозь. Они устали. — Сон для слабаков, — вяло ответил Мерфи. Паркер смотрела в потолок. — Если сон для слабаков, — промямлила Кэсс, — а отсутствие сна тоже делает нас слабыми, то что же делает нас сильными? Уиллоу пожала плечами. — Кокаин. Тропинка свернула в сторону оврагов, Паркер задышала глубже. За деревьями открывался вид на поля: природа, раскрашенная в лучах утреннего солнца пастельными тонами, вязала из тумана новый день. Опавшие осенние листья хрустели под ногами, в легкие пробирался холод. — Нам за ним прыгать, как думаете? — Уиллоу нахмурилась и остановилась, когда их сегодняшний пес-поводырь перепрыгнул канаву, перейдя на параллельный маршрут. — Думаю, можно, — пожал плечами Мерфи. — Я даже при желании это не перепрыгну, — Паркер отдышалась, поморщилась — овраг был около полутора метров шириной, с болотистым илом на дне. — Да в чем проблема, — улыбнулся Мерфи и с размаху прыгнул прямо на дно оврага, разбрызгивая грязь. — Давай руки, пересажу, — кивнул он Паркер. — Кэсс покачала головой с весельем, с помощью друга перебралась на другой край. За ней Уиллоу, Эмори и Имам — черноволосая восточная девушка. — Мужики, вы уж как нибудь сами, — развел Мерфи руками перед парнями и со смехом выбрался на отвесный край с другой стороны, отряхивая ноги. Они побежали снова. — Мерфи, кажется, и под машину бросится ради тебя, Паркер, — заметила Имам на бегу. Кэсс хохотнула. — Мерфи? Мерфи бросится под машину ради веселья, — отмахнулась она. Это было похоже на правду. Казалось, Мерфи после игры, на которой выиграл, вспоров себе вены, открыл это в себе — безумие. Совершив однажды нечто такое, что в голову не пришло бы остальным, побывав на грани жизни и смерти, он нащупал свою особенность, которая катализировала его злость. Он был непредсказуем. В заданиях от этого только выигрывал: не так давно курсанты снова учились освобождаться от пут. На этот раз, привязанные к деревянным стульям. И поскольку задача стояла «покинуть помещение за определенное время», Мерфи вместе со стулом выпрыгнул в окно второго этажа, приземлившись на крышу первого. «Ну я же покинул помещение», — улыбнулся он, а заодно освободился от веревок, так как стул под ним разлетелся в щепки. Кэсс взяла это на заметку, проделала тот же трюк, но не выпрыгивая из окна. — Ты просто псих, — охнула Паркер после тренировки, радуясь, что так и не сняла свой уплотненный со вставками жилет. — Мне до тебя на итоговых боях далеко, — хмыкнул парень. — Но ничего, я не против, чтобы такая женщина была сверху, видимо, это моя судьба, — весело рассмеялся он после толчка Паркер в плечо, намекая на место в таблице, где он занял второе место, как и во время инициации, где был на шаг позади. — Я об этом не подумала, — хмыкнула с запозданием Имам на фразу Паркер и ускорилась. Кэсс оббежала дерево, росшее посреди тропинки, провела ладонью по коре. Корни, торчащие из-под земли, путались под ногами, но помогали разрабатывать голеностоп, который вечно подворачивался на кочках во время бега. Имам же впереди бежала, точно зная, куда поставить ногу. С этой женщиной Паркер не шутила. Имам, имея черные волосы, глаза, смуглую кожу и выражение лица «отвали» не была резкой или зазнавшейся, но про таких людей обычно говорят «это серьезный человек». До обучения в Чертях Имам работала в управлении собственной безопасности — туда простых не берут. Не то чтобы с Имам Кэсс держалась со специальным почтением, но лишний раз не дерзила. Женщина была себе на уме, относилась к курсантам, как к детям, хоть и не показывала этого — на губах ее играла понимающая улыбка. Она была прямолинейной. Без вывертов, без подколок, это нравилось Паркер. Как и то, что Имам не давала спуску даже сыну лидера. — Передай соль, — бросил Чейз, подойдя к общему столу, сел. — Пожалуйста, — картинно добавив вежливости, обратился он к Имам. Бесстрашная не подняла взгляда от тарелки. Взяла со стола солонку, точным броском выбросила в форточку. — Закончилась. За кромкой леса наконец показалась ограда базы. Паркер отдышалась, легла вместе со всеми на уплотненное покрытие посреди поляны рядом с плацем. Сокурсники застонали, приступили к следующей части тренировки, простой, но эффективной: пресс, отжимания, приседания. Всего по сто повторений. После у них был час свободного времени, чтобы привести себя в порядок, затем завтрак. После — теоретическое занятие по тактике обороны, затем, если не было специальных заданий — борьба и стрельба. Комфортные четыре тренировки в день без перегруза идеально увеличивали навыки, но не перенагружали, давая мозгам время впитать информацию. Выходные были тоже. Паркер отложила пистолет, сняла свой жилет, принялась выполнять упражнение на пресс. Учебное оружие им выдали в самом начале — оно не походило на настоящее, но имело тот же вес, чтобы курсанты привыкали к его ношению и не отвлекались на это, когда им выдадут служебное. Кэсс старалась дышать ровно: ей нравилось заниматься на свежем воздухе как минимум потому, что здесь не было какофонии запахов. Минус был в еще не залегших в спячку насекомых — она отмахнулась от мошки. — Хотела бы я иметь способность управлять пчелами, — она легла лицом на покрытие, когда доделала пресс. — Чтобы они жалили моих врагов, — хмыкнула Паркер, приняла упор лежа. — Ты еще слишком юна, чтобы иметь врагов, — рослый Раха рядом усмехнулся, продолжив отжиматься. Паркер вздохнула. — Ты даже не представляешь. Раха был нейтральным. Высокий мужчина с коротким ежиком волос, лучистыми глазами и шрамом на щеке, перешел из Ящеров, про которых говорил Эрик. Эта группа занималась решением конфликтов среди степных, сотрудничала с Прайдом. Раха был опытным бойцом, обучение ему не было нужно — любые упражнения, как минимум в борьбе, стрельбе и офп он делал на раз два, как кофе попить перед завтраком. Но Паркер догадывалась, что дело было в специфике назначений отрядов — здесь им давали другие навыки. И Раха поступил на обучение с нуля. Мужчина был спокойным, иногда смешливым, когда было настроение, был эдаким «дядей» в группе. Серьезным, бывалым дядей. — Живее! — Вик подошел к группе курсантов, прикрикнул для скорости. Паркер шумно выдохнула, отталкивая от себя землю при отжимании. — Давай, — Вик подошел именно к ней, поставил ногу между лопаток Кэсс. Надавил. Вот с инструктором у Паркер отношения не сложились. Виктор ее не терроризировал, не так, как позволял себе во время ее инициации, не выходил за рамки. Но они цеплялись друг за друга, как липучки, и постоянно искрили взаимной неприязнью. Вик считал Паркер маленькой дрянью, непонятно как дожившей до сегодняшнего дня, Паркер считала Вика мудаком и садистом, который ее достал. Они обоюдно презирали друг друга и пропускали мимо ушей несоблюдение субординации, когда другого хотелось больнее уколоть. — Просто напоминаю, что психиатрическая терапия входит в страховку Чертей, — легко пропел Вик над ухом Паркер, когда она сидела над решением теста по боевой тактике в общей зоне со столами и библиотекой. — И почему ты смотришь на меня, когда говоришь это? — подняла глаза на Вика Кэсс. Тот уперся ладонями в стол, смотря на Кэсс исподлобья с улыбкой, но ненавистью в глазах. — Хочу, чтобы ты ей воспользовалась, — протянул он. — Если ты — пример пройденной терапии, я откажусь, — Паркер вернула внимание к тесту. Сегодня Вик, давя на спину Паркер ногой при отжиманиях, мстил именно за тот диалог. Каждое повторение с дополнительной нагрузкой давался Кэсс с трудом, она лишь радовалась, что снова надела уплотненный жилет. Сокурсники управились быстрее, уже поднимались со своих мест, направляясь к корпусу. Оглядывались на оставшуюся Паркер. Ей оставалось еще двадцать повторений. — Чего ты от меня хочешь? — выжимая на дрожащих руках вверх тело, Кэсс покосилась на стоящего над ней бесстрашного. — Чтобы ты признала, что в ту ночь облажалась и тот звонок был ошибкой, — просто ответил Вик. — Облажалась — признаю, — пыхтя, проговорила Кэсс. Замерла на прямых руках, послала Вику ухмылку. — Но звонок — был самым правильным решением в жизни. Виктор фыркнул. — Ты первая начала эту войну, — огрызнулся он. Девчонка его выбешивала до белого каления и только в отсутствии группы он мог прямо об этом сказать. — Надо было тебя грохнуть в изгойском квартале еще в самый первый раз. — Надо было, — глухо рассмеялась Паркер, обливаясь потом — оставалось десять повторений. — Ты и собирался, но не успел, вот в чем проблема, — довольная тем, что давление на спину усилилось — это значило, что она выбивает его из колеи, Паркер глубоко дышала. — Сдайся, Вик, — не могла сдержаться она. — Не воюй с тем, у кого воевать причин больше, чем у тебя. На последних словах она выдохнула и повалилась на покрытие, доделав сотое отжимание. Перевернулась на спину, нога бесстрашного уперлась ей в грудь, но не давила — показывала доминацию. Но Паркер больше не боялась. Вик был бы страшнее, если бы вел себя холодно и спокойно, но как оказалось, его задевает любая подколка, как пятилетку, а еще — он любит кидаться ими сам. Кэсс забавлялась. Уважение, как к бесстрашному, к нему не пропало, но как к человеку Кэсс больше не могла серьезно к нему относиться — Вик ее достал. Задолбал и надоел, но продолжал провоцировать, поэтому теперь она с удовольствием отвечала ему тем же. — Осторожнее, Паркер, — оскалился мужчина и положил локти себе на колено. Паркер шумно выдохнула, руками приподняла с груди его сапог. — Знаешь, — он достал из-за пояса пистолет, — пуля многое меняет в голове, даже если попадает в задницу, — процитировал он гангстера прошлого века, картинно покрутил оружием перед носом Паркер, убрал за пояс. Добавил уже от себя. — Однако я не верю в то, что люди меняются, поэтому предпочитаю сразу — в голову. Он улыбнулся опасно, предупреждающе, но страх перед ним Паркер потеряла еще в момент, когда Вик, перепуганный ожиданием нагоняя от лидера, ее душил. — Знаешь, Вик, — Кэсс прищурилась, с трудом вздохнула под давлением его ботинка. — Ты мне рассказал о своих предпочтениях, а я расскажу тебе о своих желаниях. — Она облизнула губы, смотря мужчине в глаза. — Однажды ты меня спросишь «что ты загадала на новый год, Паркер?». А я промолчу… — она улыбнулась, подхватывая сапог Вика за подошву. — И ты уйдешь… — она драматично вздохнула. — Уйдешь нахуй и мое желание сбудется. Отвали! Кэсс ударила ладонью по его голенищу, сбросила с себя ногу бесстрашного. Подобрала оружие, не оборачиваясь, ушла с плаца. — Мелкая дрянь, — улыбнулся себе под нос Вик. — Убить хочется. Но хотя бы не дает скучать.