Все наоборот или А я вижу вот так!

       Гарри нравилось учиться в Хогвартсе, несмотря на постоянные восторженные шепотки людей о том, что герой учится на одном с ними курсе, кучу пальцев, направленных на него: «Вот, смотрите на него, он в полтора года убил того-которого!» и всё в таком духе. Никому и в голову не приходило, что он — обычный одиннадцатилетний мальчик, который, не то что о славе своей не знал, но и обо всём магическом мире, ведь он, по идее, в неведении жил с магглами.        Как успел убедиться Гарри — Хогвартс был живым. Лестницы двигались так, как им заблагорассудится, меняя направление настолько спонтанно, что многие ученики первые дни опаздывали на занятия, оправдываясь тем, что потерялись. Были лестницы с исчезающими ступеньками — Гарри долго хохотал над Малфоем, когда тот спускался из библиотеки и застрял. Драко же смеялся, когда Гарри, который постоянно открывал двери, в поисках заброшенного класса, натыкался на стены. В своём убежище ребята собирались вчетвером и практиковали чары — бытовые, манящие, а так же некоторые атакующие заклинания, и учили уроки. Невилл посетовал на полную неразбериху в гостиной. Близнецы устраивали там кавардак каждый вечер, и заниматься становилось невыносимо. Пару раз ребята получали нагоняй от завхоза — Аргуса Филча, который видел их выходящими из убежища. Он был неплохим человеком, но чересчур приверженным правилам, и Гермиона здраво расценила, что если он узнает об их убежище, то им не поздоровится, и предложила перебраться вглубь заброшенных коридоров, понадеявшись, что Миссис Норрис — кошка Филча – не доберется до них.        Но если с ориентированием на местности ребята кое-как справлялись, то каждую среду в полночь подниматься на продуваемую всеми ветрами Астрономическую башню было невыносимо. Хотелось спать, было холодно и скучно. Хотя на одном из занятий Драко показал созвездие, в честь которого его назвали. Теперь Гарри называл Драко «Недобросовестным Драконом»*. Зато Гарри, как и Невиллу, очень понравилась травология. Они могли часами рассуждать об одном цветке, споря, как, когда и чем поливать его. История Магии была как час, а то и два, здорового сна. Хотя Гермиона возмущалась — ей, как магглорожденной, было интересно узнать историю появления мира Магии, тогда как в Гарри это пихали, смешивая с этикетом и французским и разбавляя всё это ноткой немецкого и танцами с фехтованием.        Гермиона восторгалась трансфигурацией — профессор Макгонагалл была строгой, но столь искусной в своём предмете, что её хотелось слушать. Её первыми словами, когда все вошли в класс, было предупреждение: — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных предметов в Хогвартсе, который вы будете изучать. Любое нарушение дисциплины – и вы выйдете из класса и более никогда сюда не вернётесь. Пока все учили зубодробительные формулы, Макгонагалл что-то писала на пергаменте, изредка поглядывая на Поттера, словно чего-то ожидая. Спустя некоторое время она раздала всем спички и предложила до конца урока превратить их в иголки. Получилось лишь у Грейнджер и Малфоя, которые заслуженно получили от поджавшей губы Минервы по десять баллов.        За завтраком Гарри и Гермиона поделились с подсевшим к ним Невиллом своими подозрениями по поводу Квирелла, но тот, легкомысленно пожав плечами, сказал, что Квирелл похож на шута, обвешанного чесноком, и продолжил есть как ни в чём не бывало. Гарри же иногда чувствовал на себе пристальный взгляд профессора ЗОТИ.        Самым запоминающимся событием в школьной жизни ребят, пока что, был первый урок зелий. Видимо, у Снейпа было плохое настроение, и он не придумал ничего лучшего, чем выместить гнев на студентах. На Гарри. В тот день Снейп ворвался в кабинет и сразу же начал с фразы: — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку. Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому, — Снейп говорил практически шепотом. Его приятный, несмотря на едкий характер, голос заставлял ловить каждое его слово. Гарри не один «залип»: Драко, Гермиона и Невилл со слизеринцами тоже слушали и не отрывали глаз от профессора. Только Крэбб и Гойл тихо бубнили что-то. — Многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки. Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, сварить триумф, заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.        Гермиона и Драко приосанились, словно уже были готовы к тому, чтобы доказывать что, дескать, они всегда готовы доказать свое отличие от большинства гриффиндорского сброда. Черный взгляд профессора Снейпа вдруг метнулся в сторону Гарри. — Поттер! Что получится, смешай я измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни? — Гарри слегка растерялся от неожиданности, но ответил: — Напиток живой смерти, сэр! — Где вы будете искать безоаровый камень? — В желудке козы, сэр! — В чём разница между клобуком монаха и волчьей отравой? — Ни в чем, сэр! — Снейп скрипнул зубами и рявкнул на студентов, чтобы записывали.       …Гарри вздохнул и налил себе ещё чашку чая. Когда вся еда со стола исчезла, прилетели совы. Стоило Гарри развернуть Ежедневный Пророк, как в глаза тут же бросилась статья. Гарри поражённо выдохнул и начал читать вслух. Драко с Гермионой прислушались. — «Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк „Гринготтс“, имевшего место быть 23 июня. Согласно широко распространённому мнению, это происшествие — дело рук тёмных волшебников, чьи имена пока неизвестны. Сегодня гоблины из „Гринготтса“ заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нём лежало, было извлечено владельцем утром того же дня. Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, — заявил этим утром пресс-секретарь банка „Гринготтс“». — Гарри вспомнил, что именно в тот день он был в Гринготтсе. И встретил там Драко. — Хмм, — Драко задумался, но на его губах заиграла улыбка — он тоже вспомнил тот день. А потом вдруг вскинулся. — Я видел, точнее, отец видел, что там был Хагрид! Можно сходить к нему и спросить, что он делал там в тот день. Гарри, у тебя это выйдет лучше всех. Я узнаю что-нибудь от отца.        Сегодня их ждал первый урок полётов. Гарри нравилось летать летом с Драко, но квиддичем он не сильно увлёкся, считая это чересчур опасной игрой. В полчетвёртого дня Гарри, Гермиона и Драко вместе с факультетом прошли на площадку для занятий полётами. Гриффиндорцы пришли минутой позже, недобро поглядывая на Слизерин. Невилл виновато посмотрел на Гарри, но тот только улыбнулся и махнул рукой, мол, всё в порядке. С опозданием в пятнадцать минут пришла преподаватель полётов — Мадам Трюк — седоволосая, с короткой стрижкой женщина. Гарри очень привлёк цвет её глаз — жёлтый, словно глаза ястреба. — Ну и, чего ждём?! — рявкнула она. — Каждый встаёт напротив метлы, мигом! Метла, которая досталась Гарри, не внушала ему доверия — Чистомёт с торчащими в разные стороны прутьями. — Вытяните правую руку над метлой, — словно заправский полковник, скомандовала Трюк. — И скажите: «Вверх!».        Мётлы Гарри и Драко сразу послушно скользнули в руки, метла Гермионы каталась по земле, словно в истерике, а метла Невилла едва-едва поднималась в воздух. Гарри посоветовал ребятам быть увереннее. Невилл и Гермиона переглянулись и кивнули — спустя пару-тройку минут они, счастливо улыбаясь, держали мётлы в руках. — Уизли, вы неправильно держите метлу!       Драко насмешливо фыркнул. Ну да, с ним бы такого никогда не произошло, скорее бы Гарри попал на Гриффиндор. Багровый Уизел зыркнул на Драко, и его лицо исказила злоба. Драко по-снейповски выгнул бровь и надменно взглянул на Рональда. — Не провоцируй БЕДНОГО мальчика, — Гермиона улыбнулась и стрельнула глазами в сторону Уизли шестого. Не успел Драко удивиться, как Гермиона продолжила, говоря нарочито громко, чтобы Уизли слышал. — Не видишь, он сейчас лопнет от злости. У меня, знаешь ли, лёгкая непереносимость вида крови.        Гарри, открыв рот, смотрел на подругу. Она вдруг подбежала к Гарри и зашептала ему на ухо: — Они с близнецами замучили Невилла. Он рассказал мне на трансфигурации. То, что я сейчас делаю — провокация на драку Уизела с кем-нибудь из наших, а затем потерю Гриффиндором десятка баллов, извини, — она вдруг хлопнула его по плечу и, посмотрев в сторону Рона насмешливым взглядом, громко рассмеялась. Такие нехитрые манипуляции привели к ожидаемому результату — Рональд сжимал кулаки и шёл в сторону Поттера, пока Трюк показывала парочке магглорожденных с Гриффиндора, как правильно садиться на метлу. — Что, Поттер, что-то не устраивает?! — взревел он. Гарри тяжело вздохнул и пожал плечами. Только он собрался ответить, как перед ним, заслоняя спиной, встал Малфой. — Ох, Уи-и-изел, — насмешливо протянул Драко, хлопая длинными ресницами. — Что в тебе может не устраивать? Хоть сейчас партнёрство заключай, если понимаешь, — Драко подвигал бровями, — о чём я, Ронни. Уизли замахнулся, собираясь, видимо, сломать нос Малфою, но Гермиона мгновенно выхватила палочку и чётко произнесла: — Коллошио!* Импедимента!* Учитель, нападение на ученика! Дра-а-ка! Трюк успела как раз вовремя — Рональд поднялся с земли и вновь замахнулся. Драко усмехнулся и… — МИСТЕР РОНАЛЬД УИЗЛИ! Минус тридцать баллов с Гриффиндора за драку на уроке и месяц отработок у Филча! Мистер Малфой, целы? — Да, мадам, — Драко взглянул на Гермиону. Она ослепительно улыбнулась и прижалась к его руке. Гарри понял, что ребята репетировали это, потому что выглядело, словно она и правда влюблена в него и сейчас очень счастлива, что всё в порядке. — Если бы не Гермиона, лежал бы я сейчас со сломанным носом, а мой отец…        Драко замолчал, но по его многообещающему взгляду мадам Трюк все поняла и махнула рукой в сторону Слизерина. — Пятнадцать баллов Слизерину за помощь однокурснику в… Сложной ситуации. Я провожу мистера Уизли к директору, а вы… Увижу на мётлах хоть одного — вылетите из Хогвартса, не успев сказать «квиддич».        Как только они ушли, несколько гриффов поднялись в воздух, но невысоко, и полетели по площадке. — Дуракам закон не писан, — прокомментировал подошедший Невилл. — Спасибо, ребята. Думаю, месяц отработок отвлечёт его от меня. — О, ты думал, всё уже закончилось? Нет-нет, впереди ещё ужин. Никому не позволю трогать моих друзей!

***

       За ужином Невилл подсел ближе к старшекурсникам и подальше от злющего Рональда, которому донесли, что Нев общается со Слизнями. Поэтому Невилл ждал десерта и обсуждал со знакомым с четвёртого курса, что будет на травологии, когда Невилл подрастёт. Тем временем Гермиона трансфигурировала конфеты, которые позволили издавать звуки существ, в простые леденцы, а Драко с Гарри левитировали их сначала близнецам, которые до одури любили сладкое, а потом Рону, который, словно хомяк, набивал щёки едой. Через несколько минут из-за гриффиндорского стола раздалось похрюкивание Рона. — Как метко ты его, Герм! — хохотнул Драко. Гарри скрывал смешки за покашливанием. Ржание Фреда и мяуканье Джорджа не произвело такого фурора, но смешно было всё равно. Парни из гриффов ржали не хуже Фреда, а девушки прилипли к Джорджу и норовили потискать. Хотя от последнего Джордж только мурлыкал. За беспорядок на ужине с Гриффиндора сняли ещё десять баллов, причём, ко всеобщему удивлению, это сделала сама Минерва, зло смотревшая на троих Уизли и поджимавшая губы.        После ужина ребята собрались в библиотеку. Они шли по одной из многочисленных лестниц, как вдруг та сменила направление и остановилась напротив какого-то коридора. — Не уверена в том, что там можно пройти, но рискнём. Гермиона ещё полминуты силилась вспомнить структуру третьего этажа и их местоположение, но тщетно. Они шли по мрачному коридору, когда вдруг от одной из дверей раздался храп, смешанный с посвистыванием. Звук раздавался из закрытой двери. Драко бесшумно подошёл к ней и прошептал: — Алохомора. Приоткрыв дверь и заглянув внутрь, он вдруг дёрнулся и захлопнул дверь, закрывая её. Он схватил ребят за руки и оттащил из запретного коридора. Гермиона и Гарри ничего не понимали, но послушно шли за Драко, который был белее мела, и вёл их в убежище. — Там был цербер, — проговорил Драко, растерянно теребя галстук. — надо идти пытать Снейпа угрозами написать papà… Et comment on peut apprendre quand il y a tant de choses intéressantes dans cette école?*