Где-то между небом и дождём

Минуло пару месяцев с того самого дня. Напряжение между солистами было заметно, но никто не придавал этому особого значения, ведь Ёндже много с кем не мог ужиться, а у Дэхёна тоже непростой характер. Лидер так вообще списывал их поведение на дух некого соперничества в роли солиста. Не будем долго рассуждать о муках совести Кота или о негодовании Ежа. Ситуация и впрямь вышла неприятная, да вот только как её исправить? Упрямый Дже не давал Чону и слова в его адрес сказать, что уж говорить о возможности на шанс всё разъяснить. Дэ злился, конечно, срывался у Ю за спиной, а тот продолжал быть полностью глух к своему хёну.       Но вот, наконец, мемберам дали их долгожданный отдых, пусть и не столь большой – пару дней. Но даже за эти пару дней Ёж умудрился поскользнуться, неудачно упасть и повредить ногу. Ему был прописан постельный режим на недельку, а вот группа продолжала трудиться уже без него. Ёндже нельзя было назвать трудолюбивым, скорее наоборот – неожиданная возможность повалять дурака ему очень даже нравилась, поэтому бездельничал он от души. Химчан все эти дни ходил взвинченный, беспокоился за малютку, а Дэ пускал на него какие-то не очень доброжелательные взгляды, ибо «какого хрена ты так о нём беспокоишься?».

***

      Было дело ранним мартовским утром. Засоня Дэхён вновь опаздывал на репетицию. Он торопливо пытался стащить с себя пальто, но каким-то образом умудрился выронить из кармана ключи от машины. Солист нагнулся к ним, и уже хотел было распрямить спину, держа в руках потеряшку, как услышал за спиной знакомый голос. — Разъёба.       Если бы Чон успел повернуть голову, было бы заметно его ошалелое выражение лица, но, не дав ему даже секунды для раздумий, Дже со всего размаху влепил ему поджопник с ноги. Солист взревел и подскочил как ужаленный, с испугом и недоумением повернувшись к юноше, даже без тени гнева в глазах. А Ю улыбался, как довольный ребёнок, который только что дал хороший подсрачник обидчику и теперь может жить спокойно. Нет, он не забыл, как ещё две недели потом саднила задница, как больно было ходить и какое было мучение садиться. Как бы то ни было, Ёж сам не понимал, почему не обижается на этого придурка-Кота, и потому решил больше не строить из себя оскорблённую жертву. Хотя да, этот сучок отобрал девственность, обидненько, но жизнь на этом не заканчивается. В конце концов, одним поджопником он этого не отработает.       Ёндже улыбнулся собственным мыслям, в которые он посвящать Дэ, конечно же, не собирался, а тот всё также стоял напротив него, вытаращив и без того большие глаза и потирая ушибленную пятую точку. — За всё хорошее. –Пояснил щекастик. Вновь ежиная усмешка, на которую Чон выдавил из себя слабую улыбку, до сих пор теряясь в догадках, что Ю повредил при падении :ногу или всё же голову? — Репетировать пиздуй уже, тормоз засратый. – Не получив никакого ответа, Ёж слегка разочаровался, ибо рассчитывал на более бурную реакцию. Состроив мину, он двинулся в сторону зала. Позже он, конечно же, услышал за собой слоновьи шаги не по-кошачьи громко топающего Дэхёна и его просьбу подождать, но полностью проигнорировал и продолжил свой путь. Зашёл Дже в комнату репетиций под общие возгласы радостного приветствия, а вот вошедшего следом слегка подбитого Кота мало кто заметил.       Репетиция прошла на редкость без руганок и напряженной атмосферы. Ёж резко изменил своё отношение к участникам группы после своего мини-отпуска. Он больше разговаривал, часто интересовался о чём-то у Джело, внимательно слушал лидера, спокойно, насколько мог, выносил хлопоты мамушки-Кима вокруг себя и, что больше всего удивляло, вечно как-то невинно подкалывал Дэхёна. Обычно он говорил какие-то колкости в его адрес, а теперь даже, бывало, щипал солиста за бока.       Что же до чувств Кота… Они были спутаны. Он был, конечно, рад своеобразному прощению Дже, да вот только проблема заключалась в другом. В полном энергии и позитивном Ю было что-то не то, что-то отталкивающее, чужое, будто бы подменили этого вечно недовольного зануду. Откуда мог знать Чон, что у Ежа это был некий инстинкт самозащиты от неизвестного. В данном случае он также был запутан в своих мыслях, суждениях, и совершенно не знал, как ему поступить дальше.       Но репетиции продолжались, дни сменялись один за другим, утекали целые месяцы, и вот снова новый альбом, новое расписание концертов и программ, которое закончится ой как нескоро. Выступали кроли без проблем или каких-то ошибок, но как-то сухо, и чувствовалось, что чего-то недостаёт, искренности, может?..

***

— Ты нихрена не стараешься! – налетел Кот на Ежа сразу же после очередного выступления. — Поёшь будто бы по какому-то сраному сценарию, ведёшь себя как кукла, даже смеёшься натяжно! Кажется, что единственное, что ты делал искренне эти месяцы, это — … — Дэхён, а ну-ка прекрати! Чего ты налетел на него, как фурия? – Мамочка всегда готова заступиться за слабых, да вот только момент был неподходящий.       Дэ и так всегда злило, что Ким слишком сильно опекал Ёндже. Мало того, он слишком часто его трогал. А ведь Чону тоже хочется! Так стоп, а вот это уже лишнее…       Разняв детишек и поставив их в разные углы, Химчан успокоился и пошёл хлопотать с подготовкой к трансляции, которая должна была начаться всего через полчаса. Угрюмый же Чон фыркнул и утопал усмирять гнев едой, а Ёж просто плюхнулся в кресло и задремал, будто бы и не на него сейчас кто-то кричал.       После трансляции, все как-то лениво собирались по домам. Измотанные очередным загруженным днём, кроли мало что замечали. Вот и наш уставший Ёндже совсем не заметил своего преследователя и уж едва ли был в силах как-то противостоять тому, что его резко развернули за плечо и прижали к стене. — Знаешь, ты задрал уже губу вечно закусывать. Может, хватит? Ты так заигрываешь с кем-то? С фанатками, с камерой, с Химчаном?! – голос Дэхёна звучал пусть и громко, но отдавал некой хрипотцой, ибо солист тоже не железный, но вот он, похоже, об этом забыл. — Что, даже в этом будешь меня теперь упрекать? Чего ты ко мне пристал? — Мне эта группа важна, как собственная жизнь! И я не дам тебе портить всё своей неумелой игрой! Давай, прекращай, актёр из тебя никудышный.       Щёки Ежа предательски надулись, юноша явно начинал злиться, да и не на шутку. Вечно этот Кот лезет к нему, в его жизнь, в его мысли, в его чувства. — Отпусти меня уже наконец. Рукам больно. Или хочешь, как в прошлый раз, грубо взять меня, а потом не сметь даже в глаза посмотреть? М? – Никто в группе не умел язвить так сильно и так метко, как Ю. Он почему-то стал ехидно и мерзко улыбаться, подавляя в себе злость насколько можно, ведь перед ним открылась прекрасная возможность – взбесить строящего из себя понимающего хёна Дэ.       Чон уже хотел было что-то ответить, но замер, чуть открыв рот. Совесть снова больно кольнула его изнутри. Солист понимал, что щекастик совершенно прав, и оправданий даже сам себе он до сих пор найти не мог. — Что? Язык проглотил? Мне бы тоже хотелось проглотить свой, когда ты до него касался. Блять, знаешь, как неприятно, когда тебя целует мужик? Знаешь, как сука трудно терпеть, чтобы не ёбнуть тебя по башке креслом при всех? Но я терплю. Не знаю почему, но терплю же, ёб твою мать! Мне тупо невыносимо находиться с тобой в одном помещении. Но я так же люблю нашу группу, как и ты! Что мне оставалось делать, кроме как не играть из себя послушного мальчика, чтобы этот ебучий альбом вышел в свет и группа не осталась без двух солистов?!       Дже окончил свою речь, и теперь, прерывисто дыша, сверлил взглядом Кота. А тот, будто беспомощный ребёнок, лишь с потерянным видом мог смотреть на него в ответ. Ему снова нечего было сказать. — Даже не задумывался об этом, не так ли? Чертов эгоист. – Ю с каким-то смешанным чувством хмыкнул себе под нос и оттолкнул от себя хёна. Было и вправду обидно, но чего можно было ожидать от этого остолопа, которого ничего не заботило, кроме успешности и сохранности своей шкурёнки? Да, действительно, ждать было нечего, но ещё один слой осадка упал на сердце Ежа. Ожидания не обмануты, но почему же так досадно?..       Бесшумно удалившись, щекаст оставил Дэхёна со своими мыслями. Они, словно лёд, обжигали его горячее сознание. Он осознавал то, что совсем не хотел принимать.

***

      Расписание концертов окончено. Можно вздохнуть спокойно. Всем, кроме Кота. В первый же день отдыха, он вызывает всех мемберов в кафе. Понятное дело, они негодуют, ведь так мечтали о диване и тапочках. Но Чон слишком приставучий, поэтому легче согласиться с ним, чем отказать – весь мозг же съест.       Когда все, наконец, уселись поудобнее и заказали себе чашечку кофе или коньячка, Дэхён нервным взглядом обвёл кафе и собравшихся за столом. Тут были все, а именно это и требовалось Коту для достижения своей цели. Он привстал, дожидаясь, пока все разговоры утихнут. — Сегодня я вас всех собрал по важной причине. Мне нужно сделать одно заявление. Предельно срочно… — Боже мой, неужели наш лягушоночек женится? – Химчан оголил свои кроличьи зубки и залился громким смехом, а за ним последовали смешки и других парней. Чон же прокашлялся и продолжил. — Совершенно нет. Я просто хочу перед этим сказать, что… Я вас всех люблю. Мы были вместе всего год или два, но это время значит для меня очень много. Группа была моим смыслом жизни. Я ни за что в жизни не захотел бы оставлять вас, но обстоятельства меня вынуждают на такой поступок…       Кот открывает рот, дабы продолжить свою речь, как его хватает за шиворот бесшумно, но резко вставший Ёндже и оттаскивает за угол под общие ошеломлённые взгляды других кролей. — Ты блять рехнулся?! Уйти от нас собрался?! Не затруднись-ка мне поведать причину, ебанат ты недоделанный.       Дже метал искры из глаз и матерился, словно сапожник, совсем не замечая этого, ведь сейчас было важно совершенно другое. Дэ не имеет права покидать группу в самом расцвете их славы, что вообще у него сейчас на уме?! Ёж бегающим взглядом осматривает потупившегося хёна и медленно осознаёт, что причиной всему являются его слова тогда, пару месяцев назад. — Нет-нет-нет, ты же это не серьёзно? Из-за меня? Нет, я конечно, рад, что ты понял, как мне хуёво тогда было, но ведь сейчас…сейчас всё по-другому!       Чон смотрит на него исподлобья. Ничего не говорит, просто смотрит. Ю врёт и не краснеет. После их последней перепалки он продолжил кривляться на публику, только Дэхёна обходил стороной, даже не смотрел в его сторону. А Кот осознавал, что виноват тут только он и что помеху нужно убрать. Своим уходом он лишь убегает от проблем, как делал всю жизнь, но смело взглянуть в лицо трудностям он не мог ни под каким предлогом. Так и сейчас, он лишь сверлил взглядом переносицу щекастика, а вот в глаза смотреть было выше его сил. — Ты – причина. Но другим я этого не скажу. Пойдём, нужно вернуться, они же ждут…       Дэ делает попытку обойти стороной Ежа, но тот, словно стена, не двигается с места и хёну не даёт. Ёндже панически ищет выход из сложившейся ситуации. Он совсем не хочет, чтобы Кот уходил. Не хочет оставаться без единственного сверстника в группе. Не хочет не ощущать больше его присутствия в помещении. Не хочет быть один. А почему один?..        Странно, что безбашенные, но правильные мысли приходят в самые неожиданные моменты. Ю рывком прижимает Чона к себе и целует. Неумело, заливаясь краской, трудно дыша и царапаясь зубами об зубы Кота, но целует настойчиво, давая понять, что сопротивляться лучше не стоит. — Только попробуй уйти. Я надеру твой зад так, как надрал прошлый раз ты мой. Сука, блять, не оставляй меня, Чон Дэхён.. Я… Я ведь…       Но к чему лишние слова, когда тут и так всё ясно? Кот утыкается носом в плечо красного, как помидор, Дже и смеётся. Смеётся так искренно, как не смеялся давно. Ю сначала обижается, что на его недопризнание Дэ реагирует таким образом, но потом подхватывает и тоже начинает улыбаться. Только уже по-настоящему.