Can't find my way home, but it's through you

— Джерард? Мы так давно не виделись. Фрэнк с беспокойством глянул на Джерарда. Тот сидел с непроницаемым, словно стеклянным, лицом. Можно было подумать, что это просто очень качественная восковая кукла, если бы его плечи не вздымались от глубоких вдохов и выдохов. Подошедший был парнем лет двадцати, одетым согласно погоде — в теплую куртку. Его глаза, хоть и смотрели приветливо, но ассоциировались только со льдом или каким-то прочным, но холодным драгоценным камнем. Даже веснушки выглядели так, будто их оставило не нежное прикосновение солнечного луча, а прожгли ледяные хлопья. Фрэнк подумал, что их стоит оставить наедине и начал вставать, чтобы, например, отсесть за соседний столик или пройтись по магазину. Однако Джерард вдруг словно очнулся от глубокого и отнюдь не приятного удивления, и схватил Фрэнка за рукав свитера. — Останься пожалуйста, мы не задержимся здесь, — слишком резко проговорил он, не глядя на Фрэнка при этом. Все его внимание было приковано к одной персоне. Джерард сверлил его взглядом, не моргая и не подавая признаков того, что он рад этой встрече. Не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, подошедший парень продолжил: — Тоже пришли на открытие? А это твой друг? Может, представишь нас? Джерард по-прежнему не отвечал. Фрэнк физически мог чувствовать, как он борется с накатившими эмоциями и балансирует на краю огромной пропасти. Поэтому парень незаметно опустил руку и положил на колено Джерарда, пару раз легонько сжимая его в знак поддержки. Тот почувствовал руку и крепко схватился за нее, словно падающий с обрыва за ветку растущего на склоне дерева. Наконец, он заговорил: — Я бы представил, если бы это был кто угодно другой. Я бы может даже поболтал и не стал бы кидаться предметами. Но ты… как тебе хватило наглости вот так вот подойти ко мне, после твоего поступка? Может, хотя бы в этот раз объяснишь что-нибудь, Джонни? Его имя, сказанное вслух, звонко повисло в воздухе, словно ударившись о край стеклянного бокала. Парень на секунду виновато опустил взгляд, а затем, будто справившись с накатившими эмоциями, снова поднял голубые, холодные глаза на когда-то друга. — Я думал, это уже в прошлом. Тогда меня поставили перед фактом переезда, так что я подумал, что нужно просто начать новую жизнь в новом городе. Я захотел все оставить позади. Но я правда позже скучал по тебе, Джи. И все те рисунки, что ты дарил мне, я их сохранил. Мне правда очень жаль, — Джонни нервно переминался с ноги на ногу. Джерард молчал, мысленно «прощупывая» свои ощущения, методично проверяя все папки под названием «Джонни» в голове. Но файлов не было найдено. Ощущений тоже. Только разочарование и презрение. — Что ж, если ты так легко смог оставить меня тогда, думаю, сейчас тебе это тем более не составит труда. Надеюсь, больше никогда тебя не увижу, — Джерард глянул на Фрэнка, чью руку он по-прежнему продолжал сжимать. — Если кто-то вот так просто исчезает из твоей жизни, потом он не заслуживает того, чтобы вернуться в нее. Прощай, Джонни. Это то, чего я хотел с тех пор, как ты пропал тогда, в выпускном классе: поставить точку вместо того, чтобы мучаться многоточием. — Ты серьезно дулся на меня все это время? А пытался выглядеть таким независимым. Эх, Джерард. А как там малыш Майки? Этот вопрос стал спусковым крючком. — Не трогай, блять, моего брата! Ты что, ничего не слышал?! Просто убирайся, ни секунды больше не желаю тебя видеть! — он в последний раз сжал руку Фрэнка, затем отпустил и быстро сгреб в сумку свои вещи. — Фрэнк, уйдем отсюда, пожалуйста, — парень посмотрел в окно. Первый день зимы расплакался мокрыми снежинками, слипающимися вместе в бестолковом, медленном танце. Они вышли на улицу и остановились возле скамейки, чтобы поправить кое-как надетые в спешке куртки и завязать шарфы.

***

Снег нерешительными хлопьями падал с неба и таял, едва достигая земли. Из-за этого на ресницах и отдельных, не спрятанных под капюшон прядках волос Джерарда, блестели капли первого снега. Он сидел, нервно дергая молнию своей теплой куртки. Взгляд его выражал разочарование и потерянность. Джерард снова чувствовал себя 17-ти летним подростком, оставшимся в одиночестве. Шум уличной суеты вмешивался в поток мыслей, путая их и делая серыми, словно снег на обочине. Фрэнк сидел на скамейке рядом. Намокшая от приветствия зимы куртка, заставляла его едва заметно подрагивать, однако рука все еще хранила беспокойное тепло Джерарда, заставляя его сердце биться немного чаще. Наконец, он первым не выдержал повисшего молчания. — Джи, послушай. Мы сейчас умрем от обморожения, если продолжим сидеть здесь вот так. Давай я отвезу тебя домой? — Фрэнк постарался заглянуть в его лицо, чтобы считать хоть какую-то информацию, о состоянии парня. Джерард даже не повернулся, однако слабо кивнул. — Вытолкни меня на дорогу, пожалуйста. Может, во второй раз мне повезет? Фрэнк пропустил один вдох. В груди резко кольнуло, словно маленький человечек внутри методично тыкал в разные места тонкими иглами, стараясь найти самую болевую точку. Иногда слова людей могут нас задеть безысходной грустью. Но чем ближе человек — тем сильней радиус поражения. Сейчас перед ним Джерард, который в этот самый момент в нескольких секундах от неминуемой детонации. И Фрэнк отчетливо понял вдруг, что не может допустить этого разрушения. Поэтому, не до конца осознавая, что он делает и правильно ли это, он обнимает Джерарда настолько сильно, насколько может позволить неудобное положение, онемевшие руки и дрожь, то ли от холода, то ли от волнения. — Послушай. Ты больше никогда не увидишь человека, который причинил тебе боль. Это блять чертовски странно, что вы пересеклись сегодня, но в то же время, это словно помогло тебе понять, что он действительно в прошлом и не заслуживает даже того, чтобы разговаривать с тобой. Возможно, сейчас тебе сложно в это поверить, но я хочу, чтобы ты знал — я буду с тобой, пока ты сам не скажешь, что не хочешь видеть меня. Я никуда не денусь, обещаю. И прости, если я… если я — не то, что тебе нужно… — Фрэнк, я… — Джерард прервал его, аккуратно дотронувшись до холодной, покрасневшей щеки, покрытой мелкими каплями от растаявших снежинок. — Я словами не могу передать, как тебе благодарен.С самого начала, когда Майки притащил тебя к нам в дом, я не мог понять, почему ты никак от меня не отстанешь, а главное, почему с каждым разом, когда я вижу тебя, мне все сложнее сказать «отъебись». Почему я показывал тебе свои рисунки, почему поехал к тебе на день рождения, почему мы сидим сейчас здесь…— расстояние между ними становилось все меньше. Фрэнк впервые видел так близко глаза Джерарда, и оказалось, что его радужки выглядят, словно только что вспаханные борозды плодородного поля. Их дыхание согревало онемевшие щеки и носы. Рука Фрэнка плотнее сжала плечо Джерарда, будто говоря «я никуда тебя не отпущу». Вдруг тишину и атмосферу момента прорезала резкая трель телефонного звонка. Майки решил узнать, где они и когда собираются возвращаться. И сразу пропало напряжение, а мокрый снег вновь начал бегать своими холодными тонкими пальцами по их лицам. — Нужно возвращаться, Майки ждет, — Фрэнк еще раз быстро пробежался взглядом по лицу Джерарда, словно в поисках ответа на повисший в воздухе вопрос: что между ними произошло? Но ответа не нашлось, так что он просто развернул кресло Джерарда и они отправились домой.

***

— Что случилось, на вас лица нет, неужели кафе настолько плохое? О, да вы еще и промокли все, — Майки встретил их на крыльце, беспокойно оглядывая брата. — Мы встретили Джонни, — без всяких предисловий, картонным голосом проговорил Джерард. — Но все в порядке, просто нужно все это переварить. Майки посмотрел на Фрэнка, но тот только пожал плечами. Ему самому многое нужно было переварить на досуге. Майки растеряно оглядел вернувшихся парней и не нашел ничего лучше, чем пойти на кухню и сделать чай. Джерард сушил волосы в комнате, пока Майки и Фрэнк сидели за небольшим столом, задумчиво уставившись в кружки с только что заваренным чаем. — Наверное, мне нужно пойти и поговорить с Джи. Он обычно все в себе держит, я беспокоюсь за него, — наконец оторвался от размышлений Майки. Парень, сидящий напротив, только кивнул. Сам он думал о глазах Джерарда, о его внутренней хрупкости и об ощущении внезапной близости, возникшем недавно, и тлевшем где-то в области ребер до сих пор. Фрэнку вдруг захотелось увидеть его, не говоря ни слова, просто молча смотреть на парня, запоминая каждую малейшую ямочку или морщинку на его лице, расположение каждого созвездия родинок, которые были разбросаны на нижней части его лица и на шее. Фрэнк встал и начал ходить по кухне, не зная, куда себя деть. Вернулся Майки: — Может, лучше ты с ним поговоришь? Он не особо настроен чем-либо делиться, — парень печально подпер голову руками и жалобно взглянул на друга. — Слушай, может он просто хочет молча все обдумать? Но, в любом случае, мне нужно попрощаться, так что я зайду к нему. — Ты не останешься? — Ну, я собирался сегодня еще заняться домашними делами. Завтра ведь все равно в школе увидимся. — Это да. Ладно, тогда… до встречи, — Майки хлопнул по ладони, вытянутой вперед Фрэнком.

***

В комнате Джерарда не горел свет, только тусклый луч от проектора бил в потолок. Подняв голову, можно было наблюдать, как в обычном доме, на обычном белом потолке вдруг развернулось звездное небо. Парень, не отрываясь, смотрел на россыпь созвездий, и даже не пошевелился, когда дверь открылась. Фрэнк осторожно присел на край кровати. — Ты не возражаешь? — Что у тебя за привычка, сначала делать, а потом спрашивать? Парень пожал плечами: — Я просто хотел попрощаться и заодно спросить, как ты. Ответа не последовало. — Иди ко мне. — неожиданно сказал Джерард. Фрэнк недоуменно посмотрел на него. — Но ведь я уже здесь. — Нет, ляг рядом и посмотри на эти ненастоящие звезды, — он похлопал рукой по месту рядом с собой. Фрэнк не стал возражать. Устроившись рядом с парнем, едва касаясь его, он устремил свой взор на потолок. Вся комната выглядела, словно безразмерное пространство. Среди ярких белых пятен, плавали мысли и суетливые попытки найти ответы на так и не заданные вопросы. Но Джерард нарушил их задумчивое молчание, не отрывая взгляд от потолка: — Знаешь, в космосе огромное количество небесных тел. И между ними всегда есть притяжение, на какое бы расстояние они не отдалялись. Оно может быть сколько угодно малым, но никогда не будет равно нулю. Но есть черные дыры и их притяжение настолько велико, что даже если что-то будет двигаться со скоростью света, оно не сможет покинуть ее. Ты словно черная дыра, как бы странно это не звучало. А иначе, я не могу объяснить, почему меня так к тебе тянет, ведь так мало времени прошло. Фрэнк повернулся и стал смотреть на Джерарда, не моргая, словно пытаясь окончательно убедить себя в том, что он настоящий человек. Он выхватывал взглядом каждую деталь, различимую в полутьме: шрам на виске, немного спутанные волосы, свет звезд, отражающийся в глазах парня. Затем, когда, казалось, все детали уже прочно зафиксировались в памяти Фрэнка, он преодолел расстояние в несколько десятков сантиметров (или световых лет), которое разделяло их, и утянул Джерарда в спокойный, наполненный ответами и чувствами, неумелый, но выразительный поцелуй.