Парадокс двойной звезды

      С некоторой долей отвращения Нусо Эсва покинул проржавевший по самые дюзы флагман Мискэры. По сравнению с мрачной утробой вагаари, заваленной горами мусора и набитой нечистоплотными аборигенами, крейсер «Сладкая месть» был образцом идеальной чистоты и относительной роскоши. Чем-то отдаленно напоминая по форме старореспубликанский дредноут, он отличался высокой маневренностью и мощью, сравнимой с имперским звездным разрушителем, коему уступал в размерах в два с половиной раза (1). Хоть Нусо Эсва и являлся одним из самых влиятельных военачальников в Неизведанных Регионах и завоевателем сотен миров, склонность к аскетизму и предпочтение к разумной трате ресурсов, направленной на укрепление военной машины, нежели на собственное обогащение, роднило его с ненавистным врагом — с Трауном. Пускать пыль в глаза он умел и без излишней роскоши.       Элегантным движением скинув тяжелый плащ в руки подбежавшему рабу, Эсва ступил на капитанский мостик. Застыв у широкого иллюминатора, он рассеяно взглянул на обломки кораблей, парившие на орбите. Столько лет прошло после битвы вагаари с чиссами, а последние так и не изменили своей военной доктрине. Эсва уже прилетал сюда, чтобы восстановить картину боя и детально изучить методы ведения войны обоими народами. И он извлек выгоду, заставив чисского адмирала Ар’алани играть на своих условиях. Военный поход на Ксиллу — рискованная, сумасбродная идея — закончился успехом, принесшим немало плодов, в число которых вошла и лояльность вагаари. Насколько ему известно, чиссы еще долго будут восстанавливать выжженные участки планеты и не посмеют ринуться за неуловимым флотом, не покинут границы Доминации, опасаясь оставлять без защиты собственный народ. Вместо этого они начали укреплять оборону и еще больше самоизолировались, разорвав многовековые торгово-экономические отношения с лояльными народами. Как бы сильно на словах они ненавидели Трауна, в грядущем положении Правящие Семьи вполне могли оказать поддержку Империи, чего допустить было никак нельзя. Выбив чиссов с поля боя, Эсва теперь направил все силы на уничтожение Трауна. Сокрушив чисса, он откроет путь к центру Галактики, к новым мирам и ресурсам. Манипулирование сознанием разных народов, политические интриги и четко спланированные военные удары — вот, в чем заключался секрет завоеваний. Скоро народы Империи будут трепетать перед ним.       Золотистые глаза сощурились, наблюдая за панорамой космоса, раскинувшейся за прозрачным транспаристилом. Два крупных сферических корабля вагаари медленно разворачивались, беря курс на двойное солнце, к точке входа в гиперпространство. Третий остался висеть на орбите, словно маленький спутник. Эсва не знал, зачем Мискэре понадобилась именно эта ничем не примечательная планетка, находящаяся в одном из самых труднодоступных участков Неизведанных Регионов, но полагал, что вождем движет жажда мести за практически полное уничтожение их расы двадцать лет назад. И хоть открыто напасть на чиссов вагаари опасались — слишком уж организованно те могли держать оборону даже самых слабозащищенных планет — выместить свою злость на джерунах оказалось вполне возможно. Нынешний вождь — родственник того самого Мискэры, убитого жестокими машинами — дройдеками, прямо на мостике собственного флагмана. Легенды о его гибели передавались из уст в уста среди народа вагаари. Эсва слабо представлял, как наследовалась власть у кочевников, но факт оставался фактом — Мискэра смог объединить остатки флота и колонизационных кораблей вагаари, сумевших избежать ярости чиссов, и за долгие годы частично восстановить былое величие, умело играя на чувствах народа, приумножая ненависть и жажду мести к обидчикам. Вспоминая собственный путь к власти, Эсва уважительно относился к истории Мискэра, что, тем не менее, не мешало ему считать вагаари пешками в военной партии против Трауна.       Прислонив указательный палец к переносице, Эсва размышлял. Расклад получился хуже, чем планировалось. Дожидаться, пока Вентресс найдет Мэрис Фераси, или хотя бы то, что от нее осталось, он не мог. Коммандер Клар — слабое подспорье. Он уже труп и, зная Мискэру, будет отдан на растерзание волкилам. Но кто сказал, что Траун, имея призрачную надежду на то, что часть команды «Либры» все еще жива, не пойдет на переговоры и не попытается их вызволить? Об этой слабости чисса ему было известно. Сам бы Эсва без малейшего угрызения совести пожертвовал бы и личным флагманом, и частью флота, и союзниками, и целыми мирами, чтобы добиться цели. Но только не Траун. Благородство — та черта характера, которая рано или поздно заведет его в могилу. Чисс уже барахтался в тонкой паутине манипуляции, расставленной не на прямую, а через своих же собственных воинов, готовых отдать жизни не за Империю, а за него. А если Вентресс повезет, и Фераси отыщется, то она станет ценнейшим военным трофеем, с которым Эсва поступит соответствующе и окончательно дискредитирует Трауна в глазах Империи.       — Ранкив, как идет подготовка? — поинтересовался Нусо Эсва, включив комлинк и вызвав одного из самых доверенных Избранных, оставшегося на флагмане Мискэры.       — Мой господин, — услышал он глубокий и твердый голос. — Все идет согласно вашему плану. Могу я уточнить координаты быстрого пространства?       Эсва усмехнулся. Ранкив находился в обществе вагаари гораздо дольше других Избранных и неплохо выучил их язык. В его речи то и дело проскакивали режущие слух примитивные словосочетания. «Быстрым пространством» вагаари называли гиперпространство.       — Прыжок от центра системы. Координаты тебе вышлют, — Эсва коротко кивнул капитану «Сладкой мести», отдав безмолвный приказ, и тот заклацал по клавишам, извлекая данные из навигационного компьютера. Удивительно, что имперцы выбрали столь длинный путь до системы джерунов. Эсва и вагаари использовали старый гиперпространственный маршрут чиссов через северную часть темной туманности. По-видимому, Траун поднатаскал своих подчиненных в соблюдении жестких мер безопасности. Эсва ядовито ухмыльнулся. Это им не помогло.       Едва небольшой флот вышел за пределы орбиты и приблизился к поясу астероидов, как Эсва краем глаза уловил в бездне космоса какое-то движение. Будто их преследовала огромная призрачная тень, то исчезая за астероидами, то вновь появляясь.       — Сканеры! — рявкнул он, чутье военачальника улавливало присутствие кого-то или чего-то чужеродного, враждебного.       — Только обломки и движущиеся корабли вагаари, мой господин, — отозвался капитан, его перламутровая кожа приобрела серебристо-бледный оттенок недоумения.       — Сканируйте участок астероидного поля, — Эсва указал на голографическую карту системы и вновь впился взглядом в иллюминатор, выискивая прозрачную тень.       Многие народы считали, что на кладбищах кораблей водятся призраки. Души умерших, тревожить которые считалось святотатством. Эсва не верил в подобную чепуху, его не пугали призраки, ведь он сам являлся чудовищем во плоти. Одно его имя заставляло обитателей Неизведанных Регионов нервничать. Сотни систем он превратил в кладбища кораблей, десятки миров обратил в пепел. Однажды он сделал саркофаг из космической станции, велев запечатать туда весь персонал и понизить давление воздуха. Камеры несколько часов транслировали, как гуманоиды в страшных муках умирали от кессонной болезни. Так, не справлявшаяся с заказом судостроительная верфь получила по заслугам.       Луч сканера скользнул за крупный астероид, и Эсве вновь показалось, что в бездне космоса засеребрилась дымка, будто нагретый воздух, вырвавшийся на мороз.       — Показания? — бросил он, продолжая разглядывать странное явление и ощущая напряжение в кончиках пальцев.       — Сканер ничего не засек, мой господин.       Еще с минуту золотистые глаза рассматривали, как прозрачное нечто, мерцая вдали, продолжало следовать за «Сладкой местью» и кораблями вагаари, а далее все произошло очень быстро. Из-за крупного астероида вырвалось серебристое пламя, на мгновение ослепившее все вокруг, а прозрачная дымка заколебалась и, вспыхнув неярким голубоватым светом, исчезла. На ее месте предстал гигантский корабль, по размерам едва ли не больше звездного разрушителя, которых Эсва немало повидал за время военной кампании против Трауна. Черный корпус поглощал солнечные лучи, и в мрачной бездне космоса силуэт казался почти невидимым. Сам корабль был вытянут в длину и походил на нечто среднее между крупным насекомым и хищной рыбой: его передняя часть немного расширена, а задняя сужена, рельеф материала, покрывающего корпус, напоминал чешую (2). По бокам под острым углом крепилась пара широких крыльев, присоединенных к корпусу узкими пилонами. Их назначение Эсва опознал сразу же — плазменные установки. В подтверждение его догадки две яркие вспышки вырвались из орудий неизвестного крейсера и ударили в один из кораблей вагаари.       — Меняем курс, — не мешкая ни секунды, приказал Эсва. — Курс по новому вектору. Поднять первую эскадрилью. Ионные орудия к бою, — он активировал комлинк. — Ранкив?       — Мой господин? — голос Избранного выражал готовность к действию.       — Уводи флагман к двойному солнцу. Я хочу, чтобы Мискэра живым и невредимым покинул систему как можно скорее, — приказал он и, получив подтверждение, принялся наблюдать за поведением неизвестного крейсера.       Второй корабль вагаари накренился вбок, парой точных выстрелов оказался выведен из строя один из двигателей, в корпусе зияла огромная дыра.       — Держать позицию, — приказал Эсва, в то время как «Сладкая месть» зашла за корабль вагаари, используя его как живой щит. — Ионные орудия, пли!       Палуба затряслась, но Эсва даже не отреагировал, продолжая жадно рассматривать чужеродный корабль, неизвестно откуда появившийся здесь. Плазменные бомбы не добрались до корпуса, а рассеялись в вакууме в десятках метров от обшивки, будто израсходовав кинетическую энергию.       — Вот это дефлекторы… — покачал головой капитан.       Тем временем флагман вагаари ушел в микропрыжок, и Эсва от души понадеялся, что его конструкция выдержит такой рискованный маневр, а корпус не развалится на феррокритовые блоки. Второй корабль вагаари, не вняв приказу, предпринял попытку спастись бегством, вяло лавируя меж астероидов.       — Побитые волкилы бегут, поджав хвост, — рыкнул Эсва, понимая, что через несколько минут «Сладкая месть» окажется на линии огня. — Дефлекторы на полную мощность!       Неизвестный корабль вновь издал залп, но теперь уже по «Сладкой мести». Серебристые сгустки зарядов пронзили вакуум. Маневр уклонения удалось успешно осуществить. Оба заряда попали в ближайший астероид и разнесли его на атомы. Вражеский крейсер, не обращая внимания на подбитый корабль вагаари, направился к «Сладкой мести».       — Эскадрилья, торпедный залп по пилонам! — приказал Эсва, отмечая, что если повредить пилоны, то плазменные установки противника станут нефункциональны. На корпусе не наблюдалось зенитных установок, что навело его на весьма любопытный вывод. Существа, что напали на них, явно неспособны серьезно воевать в космосе, раз на корабле нет элементарной защиты от истребителей. Скорее всего, это какие-то хищники, еще одна кочующая раса, предпочитающая нападать на крупную жертву неожиданно. Для простых пиратов корабль слишком велик, а технологии впечатляющие развиты. Сканеры до сих пор не могли уловить присутствие корабля, и Эсва с Избранными полагался исключительно на визуальные данные, заполнившие голографические мониторы. Режим невидимости у неожиданных оппонентов работал идеально, обманывая даже сверхчувствительные приборы.       Кто же они? Не имперцы, не чиссы, не вагаари и уж тем более не джеруны.       Истребители пустили торпеды, которые так же оказались поглощены щитом. Эсва крепко выругался на нескольких языках, но внезапно в голову пришла интересная идея.       — Отправить эскадрилью в заход по широкой дуге, — скомандовал он, понимая, что при попытке приблизиться, дефлекторы расщепят истребители на атомы. — Разворот крейсера на сто восемьдесят градусов к оси!       «Сладкая месть» начала грузно поворачиваться, в то время как вражеский корабль практически поравнялся с поверженным судном вагаари, которое уже несколько минут издавало сигнал бедствия.       Обозначив цель, Эсва приказал стрелять. Несколько сильных вибраций прошло по палубе. Заговорили турболазеры. Вспышки выстрелов озарили пространство. Взрыв сотряс массивный сферический корабль вагаари, крупные обломки столкнулись с астероидами, смещая их с орбит. Некоторые ударились прямо о корабль чужаков, буквально на глазах срывая мелькнувшие голубоватыми всполохами дефлекторы и коцая обшивку.       — Эскадрилья, в атаку! — приказал Эсва. — Цель — пилоны.       Но не успели истребители выпустить торпеды, как плазменные пушки противника ожили и буквально пропахали сгустками энергии дефлекторные щиты «Сладкой мести». Палубу вновь затрясло, и Эсва схватился рукой за переборку, пытаясь устоять на ногах. Завыла сирена, помещение наполнилось едким дымом. Не медля ни секунды, Эсва надел шлем, висевший на поясе, и активировал фильтр подачи воздуха.       — Разгерметизация отсеков пять, семь, десять! — доложил кто-то из Избранных. — Пожар в рубке.       — Мы потеряли дефлекторы! — крикнул капитан, одновременно ударяя по кнопке активации системы пожаротушения. Через несколько минут система фильтров очистила воздух от дыма, а не успевшее вырваться пламя потушили вмонтированные в стены автоматические огнетушители.       Эсва оценил обстановку, бросив взгляд на голомониторы. Эскадрилье удалось повредить один из пилонов, но вторую плазменную пушку не удалось обезвредить. Вражеский корабль все еще оставался смертельно опасным. Одно прямое попадание, и обломки «Сладкой мести» пополнят кладбище кораблей.       Противник слишком силен, неизвестные технологии чрезвычайно эффективны. Однако истребители продолжали по-хозяйски роиться вокруг неизвестного корабля. По-видимому, небольшим кораблям ему нечем было ответить. Но внезапно эскадрилью в буквальном смысле разорвало на части. Двенадцать ярких всполохов потревожило вакуум. Дефлекторные щиты восстановились, уничтожив первую эскадрилью одним махом.       — Система жизнеобеспечения? — поинтересовался Эсва, наблюдая, как одна за другой гаснут вспышки от взорвавшихся истребителей.       — В норме, — ответил капитан, — но дефлекторы полностью выведены из строя. Мой господин, какие будут приказания?       — Гипердвигатель?       — Не пострадал.       — Отлично.       Выполнив разворот, «Сладкая месть» ушла в микропрыжок, занявший не больше, чем пару секунд. И вот перед иллюминатором, заполнив весь обзор, предстала двойная звезда. Вихри энергии и гигантские протуберанцы резвились в фотосферах обоих ее компонентах, а многокилометровая полоса перекачиваемого вещества пылала как портал в огненную геенну.       — Мой господин, вражеский корабль идет за нами, — доложил Избранный, и на дисплее высветилась голограмма преследователя.       — Тоже знакомы с тактикой микропрыжков, — Нусо Эсва уважительно покачал головой. — Выпускайте вторую эскадрилью.       Он прекрасно понимал, что без дефлекторных щитов открытый бой с превосходящим в мощи противником — верная гибель. Золотистые глаза взирали на двойное солнце и вихри раскаленного вещества, перетекавшие от одной звезды к другой. Каждая фасетка, казалось, впитывала поражающий гротескным великолепием парадокс Вселенной. Чтобы план четко оформился в голове военного гения, понадобились доли секунды. Еще немного времени ушло на вычисления.       — Курс на центр масс! — уверенно прозвучал приказ, и на мостике все удивленно уставились на своего повелителя. Приказ означал верную смерть.       — Мой господин… — промямлил капитан, но закончить ему так и не удалось. Нусо Эсва, не привыкший к неповиновению, особенно в столь экстремальной ситуации, одним выстрелом из бластера прервал жизнь посмевшего перечить подчиненного. Тело осело на пол, Избранные активировали электропики, на случай если еще найдутся несогласные, а рулевой и остальная часть команды мигом засуетились.       «Сладкая месть» полным ходом мчалась навстречу огненной буре. Словно черная тень, за ней следовал неизвестный корабль, пока еще не подобравшийся на расстояние, достаточное для выстрела. Истребители ровным строем кружились вокруг него, держась подальше от зоны дефлекторов.       — Вертикальный вектор, — приказал Эсва, когда мониторы вспыхнули ярким светом, оповещая, что обшивка начала плавиться, а гул сирены ударил по ушам. — Гипердвигатель.       «Сладкая месть» резко задрала нос вверх и повернулась боком к черному кораблю. Но едва тот дал залп из уцелевшей плазменной пушки, как яркая вспышка унесла беззащитную жертву в гиперпространство. Не прошло и десятой доли секунды после кроткого микропрыжка, а Эсва уже вовсю наблюдал, как истребители выпускали торпеды, нацеленные в сопла двигателей. Дефлекторы вновь «съели» заряды, но небольшой дополнительный импульс позволил двойной звезде стиснуть клещами гравитации массивный корабль. Звездное вещество обволокло корпус, накалившийся на несколько тысяч градусов. Обшивка сгорала. Но насладиться зрелищем не представилось возможным. Корабль исчез. То ли звездное вещество так быстро поглотило его, то ли в попытке спастись неизвестный командир зачем-то отдал приказ о активации режима невидимости. Теперь это, по-видимому, навсегда останется еще одной неразгаданной загадкой кладбища кораблей. Всполохи раскаленного вещества закручивались яркими вихрями и выпрямлялись в неровные линии, многократно отражаясь в фасеточных глазах. И был ли тот корабль действительно призраком?       — Мой господин, он сгорел, — доложил через комлинк командующий эскадрильей, а Эсва продолжал смотреть сквозь иллюминатор на кружащиеся в медленном гравитационном танце две звезды, отпечатывая в памяти мельчайшие моменты сражения.       После оценки повреждений и еще нескольких тщательных сканирований окрестностей не удалось обнаружить ничего. Отправив предупреждение о неизвестных чужаках Асажж Вентресс и пообещав себе, что вернется сюда с флотом и прочешет эту систему от и до, Эсва посмотрел статистику повреждений, высветившуюся на голомониторе. «Сладкая месть» годилась теперь разве что на металлолом: поврежденные дефлекторы, обгоревшая обшивка, разгерметизация жилых отсеков, уничтоженные ионные пушки. На верфях ее подлатают, но на это уйдет слишком много времени. А план не терпел отлагательств. Даже поврежденная, «Сладкая месть» сыграет основную роль в этой партии.       Звезды слились в сияющие полосы. Впереди ждал объединенный флот вагаари и Избранных; и беззащитный Нирауан, который всенепременно падет под яростным натиском его военной мощи.

***

      Старейшина с интересом наблюдал, как в свете предзакатного солнца на вершине горы суетился десяток пьод амедха (3) с перламутровой кожей и золотистыми фасеточными глазами. Помня записи из масок недавно посвященных окропленных, он знал, что эти существа способны видеть яутжа. На такую расу охотиться еще не приходилось. Они отдаленно походили на уманов и телосложением, и поведением, четко придерживались стадной иерархии, а общались между собой красивыми, певучими звуками. Старейшина даже записал несколько трелей, чтобы применить их в качестве манка, если потребуется. С уманами такой фокус успешно проходил. Часто, слыша жалобные крики сородичей, они бездумно бросались на помощь, а попадали в хитро расставленную ловушку. Поведение пьод амедха он планировал проверить в ближайшее время. Они явно ждали кого-то: поигрывали оружием и курсировали по периметру, внимательно осматривали склон. Если бы не заваленное камнями углубление под алтарем для жертвоприношений, они бы давно обнаружили старейшину.       По воздуху разнеслась легкая трель, и все гуманоиды, как по команде развернулись в сторону догорающего заката. В поле зрения появились две фигуры. Высокая температура тела в инфракрасном спектре и ярко-оранжевая кайма излучаемой в пространство тепловой энергии, опоясывающая силуэты, свидетельствовали, что это уманы.       — Брооосайте оооружииие! — пропел один из пьод амедха, и уманов окружили воины, выставив перед собой похожее на копья оружие.       Да начнется охота!       Булыжники под алтарем взлетели в воздух и попадали в разные стороны. Яутжа стремительно выпрыгнул вверх, приземляясь между говорившим пьод амедха и одним из уманов. Режим невидимости он не убрал, намереваясь изучить поведение в бою пьод амедха и посмотреть, насколько четко они могут видеть его. Активировав копье, старейшина двумя быстрыми движениями проткнул грудную клетку сначала пьод амедха, затем уману. Оба повалились на землю, не успев издать ни звука. Острие легко вошло что в блестящий, что в матовый доспехи. Остальная добыча быстро сгруппировалась, кто-то активировал копья, на которых заискрилось электричество, кто-то потянулся за огнестрельным оружием, и только последний уман озирался по сторонам, не понимая, что происходит и не видя яутжа, который возвышался прямо над ним. Пьод амедха видели его, не нападая, но внимательно рассматривая.       Один из них отрывисто пропел команду, и в тот же миг загрохотали выстрелы. Яутжа в последний момент успел подпрыгнуть, уходя с линии огня, и приземлился за пределы окружения. В то время тело умана, прожженное бластерным огнем, точно сито, упало на черный песок. Двигаясь быстро и методично орудуя копьем, яутжа уложил еще нескольких пьод амедха. Отсеченные головы и разрубленные пополам тела осыпали поле боя. Алая кровь добычи окропила алтарь.       Шальной выстрел из бластера попал в наруч, и маскировка, несколько раз мигнув, деактивировалась. В расширившихся от удивления фасеточных глазах последнего пьод амедха, сжимавшего электрическое копье, отразились лучи предзакатного солнца. Сокрушительный удар расколол древко пополам, а последующий выпад распорол тело добычи снизу-вверх.       Резня окончена. Не очень-то прытки эти существа. Несмотря на преимущество в зрении, способном видеть яутжа сквозь маскировку, не сильнее уманов. Пары черепов хватит, чтобы пополнить расовое разнообразие и так обширной коллекции.       Удивляясь, к чему бы этот труднодоступный мир привлекал слишком много разумных существ, старейшина открыл портативный компьютер, и на экране наруча высветилась голограмма корабля. Вызов занял слишком много времени. Яутжа нетерпеливо постукивал длинными когтями по металлическому корпусу, но в эфире лишь потрескивали помехи.

***

      Адепт Силы! Как же он сразу не догадался?! Нужно было стрелять из укрытия, а не лезть на амбразуру с бо-винтовкой наперевес, как на Кесселе против Кейнана Джарруса. Теперь агент Каллас судорожно дышал, корчась в невидимых тисках Силы и яростно царапая горло. Инквизиторы, джедаи, лорд Вейдер… с кем ему только не приходилось встречаться. И вот теперь, здесь, на окраине Галактики он столкнулся с воином, владеющим Силой и присягнувшим на верность самому Нусо Эсве. Если у великого диктатора в рукаве целый отряд таких чудовищ, то Трауну следует просить помощи лично у лорда Вейдера. Каллас не понаслышке знал, какие разрушения могут учинить даже джедаи-недоучки.       — Где Фераси? — угрожающе процедила женщина, ее бесцветные хищные глаза буравили его. Датомирка. Таких редко встретишь в цивилизованных мирах. В Войнах Клонов их расу практически истребили. Все ее существо вызывало отвращение. Белая, почти фарфоровая кожа, плотно обтягивала череп и, казалось, что перед ним предстала ожившая мумия с искаженным от злобы лицом.       — Хррр… Я… не знаю… аррр, — выдохнул Каллас, сдавленно хрипя и тщетно пытаясь ослабить хватку.       — Говори! — прошипела она, резко сжав кулак. Горло сдавило с такой силой, что у Калласа пошли круги перед глазами. Неожиданно хватка ослабла, и его резко швырнули на землю. Кашляя и ловя ртом воздух, он перевернулся на спину.       — Я все равно узнаю, где она, — надменно произнесла женщина и встала над ним, уперев ногу, облаченную в тяжелый ботинок, в живот. Он громко застонал, чувствуя, как каблук надавливает на рану, прикрытую бакта-пластырем. В следующее мгновение сознание помутилось, а голову автоматной очередью прошила боль. Каллас боролся изо всех сил, стараясь как можно дольше не позволить чужеродному разуму внедриться в мысли. Однажды он видел, как Инквизитор пытал пойманного джедая в тюремных казематах «Суверенного», флагмана гранд-моффа Таркина. Тот раунд джедай выиграл с большим трудом. Быть может и у него, агента Империи, получится продержаться хотя бы до момента гибели?       Казалось, голову вот-вот разорвет на части. Глаза застелила кровавая пелена, уши заложило, а крик… он даже не слышал собственного голоса. Чувствовал только, как напряжены голосовые связки. Любая пытка в имперской тюрьме показалась бы легким аперитивом по сравнению с этим. Но в какое-то мгновение боль исчезла. Резко, будто сжав голову до размеров атома.       В зловещей тишине он услышал свое хриплое дыхание, во рту чувствовался солоноватый привкус крови. Давление на живот исчезло. Легкий скрежет мелких камней возвестил о том, что мучительница отошла на некоторое расстояние. В следующую секунду воздух пронзил звук, который он надеялся никогда больше не услышать в этой жизни. Гул светового меча. Словно оглашение смертельного приговора на военном трибунале. Датомирка собралась решить проблему радикально. Застонав от боли и перевернувшись на бок, Каллас съежился, моля про себя о быстрой, милосердной смерти.       Поблизости раздалось шипение. Уже знакомое: пугающее и беспощадное. Открыв глаза, он увидел, как женщина стоит к нему спиной. В алых отблесках заката ее доспех мерцал кроваво-черными бликами. Два алых клинка призывно гудели. А на камнях притаились те самые существа, которые напали на лагерь ночью.       Каллас открыл рот, чтобы выругаться, но вместо этого закашлялся и сплюнул темный сгусток крови. Черные твари бросились в атаку, и женщина, элегантно взмахнув клинками, встала в боевую стойку. Первые противники были разрублены пополам. Запах жженой плоти и кислоты едва не вызвал приступ тошноты. Каллас зажал рот и постарался отползти как можно дальше. Дышать было тяжело. Респиратор со всеми немногочисленными пожитками остался в трещине, где он пытался устроиться на отдых.       Плавные, отточенные движения датомирки напоминали танец, наполненный смертью. Черные твари набрасывались на нее с разных сторон, но ей каким-то невероятным образом удавалось уклоняться и наносить смертельные удары. Каллас не раз видел, как тренировались имперские инквизиторы, много раз он наблюдал джедаев в бою, но то, что предстало перед ним сейчас. Женщина явно превосходила в силе и ловкость всех вышеперечисленных адептов Силы. Ни Инквизитор, ни джедай Кейнан Джаррус, ни, тем более, недоучка Эзра Бриджер ей в подметки не годились. Она выкашивала ряды тварей с ненавистью и воинственной яростью. Он чувствовал кожей тьму, исходившую от нее.       Совсем рядом раздалось шипение. Вздрогнув от неожиданности, Каллас повернул голову и увидел черную тварь, заинтересованно разглядывавшую его. Оскалившись, чудовище продемонстрировало острые зубы и высунуло зубастый язык, с которого стекала вязкая слюна, а затем резко метнулось к нему. Агент еле успел откатиться в сторону, чтобы избежать клыков и когтей, способных с легкостью распороть броню. Спина его уперлась во что-то твердое. Он оглянулся. Бо-винтовка! Цела-целехонька. Сомкнув пальцы на хвате, он резко активировал оружие. Искрящееся электрическое поле вырвалось с обоих концов. Приподнявшись на колено, он едва успел выставить бо-винтовку перед собой, как чудовище, увидевшее, что жертва ускользнула из-под носа, прыгнуло на него, намереваясь разодрать в клочья. Предсмертный рев сотряс окрестности, слившись с треском электрического поля. Проткнутая насквозь тварь упала, продолжая неистово извиваться в яростном желании жить. Не предоставив ей такого шанса, Каллас мощным ударом раскроил изогнутый череп.       Выдернув бо-винтовку, он с удовольствием отметил, что электрическое поле защитило ее от кислотной крови. Еще несколько тварей заинтересовались его активностью, они явно реагировали на движения, как хищные звери. Глубоко вздохнув, Каллас встал в боевую стойку. Тело ныло, но выброс адреналина заглушил боль. Еще одну тварь он уложил мощным разрядом электричества, другой рассек грудную клетку, третья, громко визжа, упала на землю, лишившись нижних конечностей и хвоста. Понимая, что долго не продержится, Каллас взглянул на датомирку, продолжавшую отбиваться от полчища чудовищ, количество которых, к его удивлению, не сокращалось. Более того, существа стремились атаковать именно ее, лишь немногие обращали внимание на него. Почему так?       Внезапно его осенила нехорошая мысль. Водопад. Он взглянул в сторону шумящего потока воды. Пещера или что-то типа того, и оттуда вылезали на звук битвы новые твари.       Убив еще нескольких чудовищ, Каллас оценил расстояние. Добросить гранату… Получится или нет? Сорвав с пояса боеприпас, он выдернул чеку и замахнулся, но в этот момент что-то тяжелое обрушилось на него, яростно шипя и щелкая челюстями. Отпихиваясь ногами, он извернулся и ударил наугад прикладом бо-винтовки. Существо недовольно взвизгнуло и отскочило. Не теряя времени, Каллас поднял гранату, изо всех сил швырнул ее как можно дальше и, уткнувшись лицом в черный песок, накрыл голову. Ахнул взрыв. Мелкие камешки осыпали спину. На несколько секунд заложило уши. Где-то по ту сторону реальности послышались предсмертные крики чудовищ. Поднявшись, он заметил, что женщина, продолжая орудовать мечом, бросила в его сторону удивлённый взгляд. Решив не терять неожиданного союзника, он крикнул:       — Водопад! Пещера!       В подтверждение своих слов, он достал вторую гранату и увидел, как к нему кинулись еще две твари. Рывком Силы датомирка отшвырнула от себя чудовищ и коротко кивнула, сообразив, что он собирается делать. Это их единственный шанс. Размахнувшись, он кинул гранату в направлении водопада и выставил перед собой бо-винтовку, чтобы защититься от наступающего противника. Краем глаза он успел заметить, как женщина выставила перед собой руку с мечом, Силой добавляя гранате дополнительный импульс.       От взрыва задрожала земля, а грохот смешался с плеском воды. Пещеру завалило обломками крупных камней.       Каллас облегченно выдохнул. Теперь нужно добить оставшихся чудовищ. А вот датомирке явно приходилось туго. Отвлекшись, она потеряла преимущество. Одна из тварей набросилась на нее и повалила на землю. Не растерявшись, Каллас быстро сложил бо-винтовку и короткими очередями подстрелил еще нескольких тварей. Затем, прицелившись, он плавно нажал на курок. Чудовище, нависнувшее над датомиркой, закричало и забилось в судорогах. Силой она отбросила его от себя и тут же скорчилась от боли. Кислотная кровь попала на броню.       Добив оставшихся тварей, Каллас подбежал к ней. Запахи гари, кислоты, разъеденного металла доспеха и обожжённой плоти смешались в неповторимый букет, от которого его вывернуло наружу.       — Сними его! Просто сними! — крикнул агент, вытирая лицо, видя, как женщина, пытается руками закрыть дымящуюся дыру в доспехе. Ее перчатки практически разъело. Каллас принялся возиться с незнакомой конструкцией кирасы и, разобравшись с застежками, резко рванул ее на себя. Протяжно вскрикнув, датомирка рефлекторно зажала руками рану. Кислота разъела только кожу, оставив крупный дымящийся ожог.       — Лежи! Не дергайся! — крикнул он, резко подскочив и собравшись уже отправиться за аптечкой, но…       Руки сами подняли бо-винтовку. Дуло нацелилось в лоб датомирке. Палец прикоснулся к курку. Нежно-медовые глаза наполнились яростью.       Какой отличный шанс! Подстрелить беспомощного адепта Силы прямо сейчас. Одним выстрелом оборвать ее жизнь! Не эта ли дрянь пытала его совсем недавно? Она служит Нусо Эсве! Она враг! Она опасна! Убить! Хладнокровно. Без колебаний. Без жалости.