Кукольный дом

      Начало декабря встретило Тсуну неожиданными новостями. У неё, оказывается, отец нашёлся. Он, правда, никуда не пропадал, но девочка его только на фотографиях и видела, поэтому и нашёлся.       Она смущённо жалась к Нане, внимательно рассматривая её родного папу. Отца Бьякурана она очень любила и менять на другого не согласна. Чека она не получала, а это значит, что товар возврату не подлежит!       Но глядя в светящиеся счастьем и какой-то болезненной нежностью голубовато-серые глаза и обнимая в ответ, Тсуна поняла, что два папы — это не так уж и плохо.

***

      Тсунаёши было десять лет, когда она изъявила желание побывать в их старом доме в Японии. Донэтелла долго отнекивалась, а Емицу с радостью поддержал затею дочери. Джейк — муж бывшей Савады — клятвенно пообещал, что тут же купит билеты, как только женщина согласится.       Словом, они с Емицу долго не могли поделить роль папочки, заваливая детей подарками. Но в итоге общая попойка, которую устроил Михаил — отец Натальи — сплотила мужчин и они решили, что один папа — слишком мало, поэтому у Бьякурана с Тсунаёши их должно быть два!       О том, что девочка является дочерью Емицу и наследницей первой очереди знало не особо много человек. Офицеры Варии и Дино, девятое поколение Вонголы, Бьякуран с Джейком, Михаил, Бьянки с Хаято и, соответственно, Емицу со своим учеником — Базилем. Это, конечно, если не считать семью Нобилта и Аркобалено Неба. Как нынешнюю, так и будущую. Всё видят, чертовки.       Членам семьи Скорпионе и Дино вообще не хотели ничего говорить, но в шатенке внезапно пробудилось недюжинное упрямство и интуиция, которая до этого мирно посапывала. Внутри девочки будто что-то взбунтовалось против сокрытия чего-то от друзей, поэтому она устраивала истерики до тех пор, пока глупые взрослые не согласились.       Всем этим людям рассказали душещипательную историю Арису и попросили защищать Тсунаёши. Варийцы громко фыркнули, забрали детей и повезли в парк аттракционов. Правда, их рожи кирпичом всех отпугивали, но то, что они решились на такое, говорило о том, что Вария с новой наследницей согласна. А Занзас, считая, что его никто не слышит, пробурчал, что, пожалуй, захват власти лучше отменить, так как Тсуне будет тяжело восстанавливать всю ту хрень, что они натворят.       Первая встреча с Базилем же достойна отдельной ниши в жизни девочки. В один прекрасный день советник решил познакомить дочь с его верным обожателем и учеником, естественно, сначала спросив у Наны позволения. Получив положительный ответ, Савада вкрадчиво пообещал показать ученику его главное сокровище, за которым тот будет присматривать. Последний, конечно, согласился.       А познакомились они, когда Тсунаёши упала на Базиля с дерева. Благо, отделались они парой синяков да переломом у мальчика.       Узнав о том, что Тсунаёши дочь его учителя, он поклялся ей в верности и обязался защищать. Емицу и Джейк пустили скупую мужскую слезу, а Хаято повторил теперь уже крылатую фразу Скуало про полк.       И было бы всё просто замечательно, если бы не Реборн. Он как-то пронюхал про существование девочки, но до последнего не верил в то, что та является дочерью Внешнего советника. — Хотя да, — однажды задумчиво пробормотал проклятый младенец. — Что-то родственное в них есть — наивность и неуклюжесть.       И решили Емицу с Тимотео, что всех детей нужно тренировать вместе, а остальные их охотно поддержали. Ой, зря!..

***

— Это он? — Тсуна с сомнением осматривала пустой участок, на котором было лишь несколько обгорелых деревяшек да закопчённый каменный забор. — Да, детка, — улыбнулась Донэтелла, приобняв дочь. — А его можно будет восстановить? — Да, — Емицу с грустью осматривал дом, который был чем-то вроде родового гнезда потомков Джотто, в Японии носившего имя Савада Иэясу.       При разводе советник оставил дом бывшей жене-сироте, поэтому даже и не надеялся снова вернуться в него. Здание много раз сносилось и перестраивалось, поэтому от первоначального гнезда остался лишь участок. — Тсуна, милая, а хочешь, мы выкупим дома рядом с нашим и построим новый, в котором будет больше места для нас и гостей? — мужчине пришла в голову замечательная идея, которую ему очень хотелось воплотить в жизнь.       Несмотря на то, что Емицу не знал о существовании дочери несколько лет, он всё равно радушно был принят в круг семьи и теперь носит почётное звание «второго папочки». Реборн, кстати, третий... — Хочу! — карие глаза девочки светились от восторга. — Тогда решено! Папочки всё восстановят!

***

— Нет, Бьяку! Туда нельзя! — Тсунаёши грозно шипела на брата, стоя рядом с младшей школой Намимори. — Но разве ты не хочешь посмотреть на потомков первого поколения? — блондин был взбудоражен, поэтому то и дело поглядывал на выходящих школьников. — Пф, тебе же сказали, что туда нельзя! — Хаято, которому так же было интересно, всё равно был на стороне своей лучшей подруги. — Дечима запретила! — Но... — Эй, ребятня, вы почему не в школе? — взрослый мужчина образовался рядом с троицей довольно-таки внезапно.       Тсунаёши оглянулась. Перед ней стоял темноволосый мужчина и дружелюбно улыбался. Лицо показалось ей очень знакомым, поэтому она напрягла память.       «Ямамото Тсуёши, — вспомнила она досье, которое ей принесла бабушка Ёко. — Потомок Асари Угетсу...» — А мы уже отучились, — бойко ответила девочка. — Правда? — в удивлении приподнял брови Тсуёши. — Это где ж такие школы, чтобы в начале лета на каникулы отпускали? — В Италии, Ямамото-сан, — девочка без задней мысли обратилась к мужчине по фамилии. Просто так было нужно. — Ох, и откуда заграничная госпожа знает моё имя? — всё так же весело пропел Тсуёши, но в глазах улыбки, что цвела на губах, не было. — Ну-ну, — шутливо пригрозила пальчиком Тсуна. — Дедушке Джотто это не понравилось бы. — Потомок Неба? — хмыкнул мечник. — И что же тебе нужно? — Да ничего, — пожала плечами девочка. — Я просто хотела посмотреть на потомков первого поколения. — И всё? — недоверчиво спросил Ямамото. — И всё, — подтвердила шатенка. — Ну~у, здесь вы найдёте не всех, — мужчина задумчиво почесал затылок. — Лавина — потомок Урагана — уехала учиться играть на пианино за границу, да так там, похоже, и осталась. Потомки Солнца — семья Сасагава — живут здесь, так же, как и семья Хибари — потомки Облака. Потомки Грозы уехали ещё два поколения назад, а сын Тумана, как тебе, наверное, известно, умер от туберкулёза. Есть ещё я да сын — потомки Дождя. Всё. — Спасибо, — лучезарно улыбнулась девочка. — А можно мне с Вашим сыном пообщаться, — Тсунаёши смущённо шаркнула ножкой. — Мне просто очень интересно, да и возраст у нас один. — О! — Тсуёши расхохотался. — Так ты всё знала? Ну, можно-можно. — Спасибо! — А вот и он, — мужчина махнул рукой в сторону ворот, из которых, смеясь, вместе с друзьями как раз выходил темноволосый мальчик. — Папа! — Такеши, увидев отца, помахал тому рукой и, попрощавшись с друзьями, побежал к нему. — Привет! — мальчик крепко обнял мужчину. — А это кто? — Такеши с интересом посмотрел на троих детей его возраста.       Низкая шатенка со смешанными чертами лица, большими карими глазами и густыми каштановыми волосами до поясницы с таким же интересом смотрела на него, дружелюбно улыбаясь. Высокий мальчик со светлыми, даже белыми, волосами и — вот это да! — сиреневыми глазами восторженно рассматривал его отца, будто увидел своего кумира. Странное фиолетовое родимое пятно под левым глазом было похоже на перевёрнутую трёхзубчатую корону и невольно привлекало к себе внимание. Последний ребёнок был пепельным блондином, волосы которого отросли до плеч, а зелёные глаза брезгливо осматривали всех вокруг, но когда он смотрел на девочку, в глазах можно было заметить щенячью преданность столь хрупкому существу. — Эти дети — потомки друзей нашей семьи, но это было очень давно, — Тсуёши потрепал сына по голове и улыбнулся. — Да? — в глазах Такеши разгорался интерес. — А насколько давно? — Сто шестьдесят шесть лет назад, — девочка ещё шире улыбнулась и протянула руку для пожатия новому знакомому. — Меня зовут Савада Тсунаёши, будем знакомы! — Ямамото Такеши! — мальчик охотно пожал ей руку. — Очень приятно! — Джессо Бьякуран, брат Тсуны, но можно просто Бьяку, — следующим пожал руку второй ребёнок, глупо улыбаясь. — Гокудера Хаято, десять лет, — фыркнул последний, но быстро сдулся, поймав осуждающий взгляд подруги. — Мне очень приятно с вами познакомиться! — Такеши был очень рад, что у него появились новые друзья. — А не хотите ли вы суши?! — радостный вопль Тсуёши прервал знакомство детей. — Тогда мы взрослых позовём, — Тсуна уже всё решила за брата и одноклассника. — Они будут рады поговорить с Вами, да и денег мы мало с собой взяли. Вы ведь не против? — Да нет!

***

— Выпьем! — Емицу, Джейк и Тсуёши уже час пили за встречу.       Нана, решившая, что сегодня она трезвенница, следила за детьми, которые играли на заднем дворе. Те же уже наелись суши и разрабатывали план побега — детишкам хотелось порезвиться на улице и найти остальных потомков. — Кстати, а ведь этот Хаято — сын Лавины? — Тсуёши пьяно икнул и потянулся к следующей бутылке сакэ. — Да, она связалась с боссом Скорпионе и родила сына. Потом, к сожалению, в машине у неё случился приступ болезни и она съехала в обрыв. Хаято как-то узнал про неё и во всём обвинил отца. Потом сбежал из дома и каким-то чудом поменял фамилию на фамилию Лавины. Мы его еле нашли, а Тсуна с Бьянки вправили ему мозги, но он отказался менять фамилию, хотя и простил отца. — Да? И как же? — Его отец отдал тому старые письма Лавины. — О~о, вот как, — Тсуёши задумчиво уставился в распахнутое окно. — Бедняжка, такая смерть. Да и сына оставила... А ведь она очень хотела ребёнка. — Что есть, то есть.

***

Дорогая мамочка! Мы скоро вернёмся — нам хочется найти остальных потомков первого поколения. Не бойся, я взяла электрошокер. Тсуна.

— Ну что за дети, — Донэтелла неодобрительно покачала головой и пошла доливать мужчинам — они не должны заметить отсутствие детей.

***

— Это было экстремально опасно, Киоко! — смуглый мальчик с выгоревшими волосами передавал только что снятого с дерева котёнка своей младшей сестре. — Я — экстремальный герой! — Спасибо, братик! — Сасагава-младшая с улыбкой взяла на руки белого котёнка. Сильный ветер растрепал её светло-каштановые, отливающие рыжим, волосы. — Пф, заткнитесь, травоядные. Бесите, — темноволосый мальчик смерил своих спутников высокомерным взглядом и отвернулся, скрестив руки на груди. — Хибари, это экстремально грубо! — Глупое травоядное, — Кёя не собирался признавать правоту своего друга.       Ну, как друга? Рёхей просто приходит к нему домой и тащит на улицу, даже не задумываясь, что брюнет этого не хочет. Так и повелось. — Мальчики, ну не ссорьтесь! — Киоко весело рассмеялась почесала котёнку за ушком. — А теб... — Да послушай меня! — громкие крики на незнакомом языке прервали грубую фразу Хибари. — Нам не туда! Стой, идиотина! Стой, кому говорю! — Ой, а что они сказали? — Киоко легко узнала голос мальчика из параллельного класса — Ямамото Такеши. — Ну, они... ругаются, — тихий девчачий голос ответил мальчику. — Ребята, прекратите, это некрасиво. — П-простите, Дечима! — Глупый Хаято получил по заслугам! — Бьяку, тебя это тоже касается! — Н-но, Тсуна! — Ямамото-кун? — Киоко выглянула из-за угла и увидела четверых детей, среди которых был и мальчик из параллельного класса. — О! — брюнет повернулся к девочке, а его спутники недоумённо оглянулись на подошедших Рёхея и Кёю. — Сасагава-сан, вроде? — Ага, — девочка мило улыбнулась, а незнакомая ей шатенка заинтересованно проследила за чуть неловкими движениями. — А меня зовут Тсуна, — Сасагава не заметила, как та самая девочка оказалась рядом и уже протягивала тонкую ручку для пожатия. — А ты Киоко, да?       Карие глаза мерцали золотом и какой-то непоколебимой уверенностью в себе. Слишком взрослый взгляд для ребёнка заставил Киоко отступить на шаг. — Что-то не так? — шатенка удивлённо проследила за новой знакомой.       Сасагава опомнилась. Чего это она? Тсуна ведь такой же ребёнок, как и она, поэтому и бояться не надо, но... девочка покосилась на Кёю, а потом и на новую знакомую. Когда смотришь на этих двоих, создаётся одинаковое ощущение настороженности. Будто змея следит за тобой из зарослей. И ждёт, когда можно будет напасть. Это вызывает ничем необъяснимый ужас, затапливающий сознание. — Киоко, с тобой всё хорошо? — тяжёлая ладонь Рёхея легла на плечо младшей сестры. Наваждение тут же пропало, словно его и не бывало. — Д-да, братик, — девочка пыталась незаметно перевести дыхание. — Хорошо, — потомок Солнца жизнерадостно улыбнулся. У Тсунаёши перехватило дыхание. — А меня экстремально зовут Рёхей! А его, — мальчик кивнул на неулыбчивого брюнета. — Кёя. — Для тебя Хибари-сан, травоядное, — пренебрежительно фыркнул он. — Да как ты?!.. — возмущённый вопль Гокудеры прервал предостерегающий взгляд Бьякурана. — Приятно познакомиться, — Нобилта дружелюбно улыбнулась и врубила интуицию на максимум.       Ей нужны эти дети. И пусть она раньше хотела просто познакомиться с потомками Первого поколения, но теперь её решение изменилось.       Они нужны ей.       Как воздух. Они те, с кем будет хорошо. Кто не придаст. Кому можно будет довериться. Они будут даже ближе семьи.       Она получит их.       И пусть это неприкрытый эгоизм, но, собственно, кто им не страдает? Да, она ребёнок, но мафия заставляет быстро взрослеть, даже если внешне ты остаёшься маленькой девочкой с солнечной улыбкой. Одной на всех. Но и она должна что-то получать взамен, не так ли? — Я экстремально рад новому знакомству! — А ты? — Тсунаёши повернулась к Кёе. — Мне всё равно, — мальчик отвернулся, стеклянным взглядом осматривая окрестности. — Даже у сильнейших людей есть свои слабости, — тихий шёпот прозвучал совсем рядом, а карие глаза смотрели по-взрослому серьёзно. — А знаешь, почему? Потому что то, что нас не убивает, делает только сильнее. Таким был и Алауди. Гордое Облако, которое без опаски можно было отпустить. Потому что облака имеют глупую привычку плавать в небе. В небе, которое принимает их любыми. Пасмурными и безумно-серыми или белыми и лёгкими, словно пёрышко. Облака всегда рядом с Небесами, которые их понимают такими, какие они есть. Которые при первом же желании отпустят, и слова не скажут. Спроси у родителей. Думаю, тебе будет интересно послушать про него.

***

      И Хибари спросил. И они рассказали. Отводя взгляды, сжимая до хруста кулаки, но рассказали. Рассказали о позорном прошлом их предка. О том, как доблестный детектив стал шестёркой мафиози.       И в голосах родителей, что были четвероюродными братом и сестрой, было столько ненависти и презрения, что Кёя сидел как громом поражённый.       Они рассказали про некоего Джотто, ради которого Алауди и уехал в Японию. Про Емицу — потомка Джотто.       И у мальчика не осталось сомнений в том, что та странная девочка — дочь Савады Емицу, которого ни за что поливали грязью.       В тот день он разочаровался в родителях. Ведь если есть Небо, которое принимает Облако, то какой смысл убегать от него?