Самый большой куш

      Санджи выпало вести бородатого работорговца на корабль и следить, чтобы он по пути никому ничего не сболтнул. Его общество совсем не радовало кока, потому настроение у того было ниже плинтуса. Он велел Римо пошевеливаться и волочить свою задницу к пристани, а сам закурил третью сигарету. Хотя попавшиеся на встречу хорошенькие рабыни несколько прояснили чело повара, но что-то не давало ему покоя. Пленник был спокоен как удав и даже улыбался. — Чего такой радостный, Бабочек может и не хватить на всех, и в том числе на тебя, — буркнул Санджи, проходя под главной аркой Атриума. — Ничего страшного, я уже придумал, как их достать, — хмыкнул тип, явно довольный тем, что кок все же первым решил с ним поговорить. — Неплохо было бы твоим знанием поделиться. Хотя дождемся Робин-чан, и она все знания мигом из тебя вытащит, — Санджи не хотел проявлять особой заинтересованности в разговоре, вот еще. — А те двое зеленоволосых еще не вернулись на корабль? — спросил как ни в чем не бывало Римо. — Они сопровождают Нами-сан и Робин-чан, изображают из себя охрану экстра класса. Просто смешно, какая из Маримо охрана экстра класса, да он может заблудиться в собственных штанах! С другой стороны это объясняет, почему меня сделали провожающим, с тобой бы они бродили до конца недели и так и не попали на Санни Го. Несмотря на то, что ее флаг уже развевается вон там вдали. Думаю, Чоппер с Кинсо уже давно там, странно, я абсолютно доверяю этому Кинсо…       Санджи остановился и в ужасе посмотрел на бородача. С чего бы это его так понесло болтать с этим придурком. Тот смотрел с легкой улыбкой. «Он знает, что происходит», — промелькнуло в голове Санджи. Не важно, нужно как можно скорее сдать его под стражу хотя бы Кинсо. — Ты догадался, что что-то не так? — так же спокойно и размеренно спросил Римо. — Конечно, стал бы я перед тобой такие речи толкать в противном случае. Но не думаю, что болтливость помешает мне доставить тебя на корабль, разве что выговорю тебе все мозги, чертов работорговец. Ты бесишь меня даже больше, чем Маримо, а я раньше думал, это невозможно, как невозможно, что я и Зоро… — Санджи слегка притормозил и зажал рот. Все же болтать все, что на уме, не самая умная затея на острове работорговцев. Бородач продолжал с улыбкой наблюдать. — Дело не только в болтливости, — заметил он. — А в чем же? — выпалил Санджи, не удержавшись и проклиная себя за то, что не смог бороться. — Болтливость — это только первый признак того, что сигарета начала действовать. Далее идет потеря зрения и ориентации в пространстве, затем много чего еще. Дело в сигаретах, это и правда мои сигареты, но я их храню «для личных случаев», — последние слова Римо громко прошептал на ухо коку, который вдруг согнулся и уперся руками в колени — он переставал видеть, куда идти. Пинок по Римо пришелся мимо, второй тоже, но при этом Санджи совсем потерял направление, в какой стороне корабль. Черт, черт, черт, черт, от него одни неприятности команде. Сначала на острове, теперь так глупо попался и подвел буквально всех! Что ему стоило потерпеть и не курить! Теперь Римо сбежит, а быть может воспользуется им, как способом выторговать назад отобранные Бабочки. А Санджи снова будет обузой, над которой сможет потешаться даже гребаный Маримо. А Зоро… Зоро в нем разочаруется. Потому что Санджи слаб. Не чета ему, не чета даже Усоппу, который достаточно осторожен, чтобы в такие передряги не попадать. — Черт, черт, черт, черт, черт, получается, я всех подвел, — горькие слова продолжали слетать с языка, и он не мог их удержать. — Получается, что так, — сказал чей-то голос сзади. Санджи ощутил сильный толчок, но чувство равновесия уже покинуло его, так что он свалился как куль в придорожную пыль. — Зато теперь мы можем сыграть в эту игру на равных.       Главным двигателем по жизни господина Римо всегда был побег от неизлечимой скуки. Богатое семейство, немедленно исполнявшиеся с детства желания, оставлявшие ощущения, что желать в этом мире больше нечего. Потому когда он увидел внезапно в Атриуме, куда тоже пришел от скуки, «инцидент» с упавшим без сознания рабом-блондином, который дерзнул показать рабовладельцу накануне неприличный жест, то поспешил туда — неужели происходит хоть что-то интересное. Поначалу он подумал, что просто может выторговать немного развлечений с этим строптивым экспонатом за Бабочку, это было бы хоть немного забавно… Но когда он очнулся на скамье в ложе и осознал, что его вырубили и вся эта честная компания совсем не те, за кого себя выдают… Он только на один миг испугался, и чем больше думал, тем больше приходил в восторг. Кажется, его ввязали в настоящую авантюру и хотят его использовать! Это было невероятно любопытно и даже появившееся на руке пятно от ядовитого укола не могло погасить его возбужденного интереса. Происходит что-то любопытное, заговоры, планы, приключения! О, он готов окунуться в них целиком.       Когда оказавшийся совсем не рабом блондин взял одну из его сигарет, сердце Римо замерло в ликовании. Это была зацепка, это был шанс перевернуть доску с фигурами и расставить их по-новому. Только что он был заложником с угрозой жизни, и вот — глупые похитители отправили его в плен с конвоем из выкурившего уже три опьяняющих дозы блондина в короткой тоге. В этом приключении уже было все, а ведь оно даже не закончено!       Нет, Римо не собирался сбегать, когда его конвоир больше не мог присматривать за ним. Он аккуратно приподнял потерянного, но еще с остатками сознания пирата, закинул его руку на плечо и направился в противоположную сторону от корабля. Теперь у него есть заложник и можно сыграть в эту игру вдвоем. Адреналин бил по ушам, впервые Римо ощущал такой азарт, ему безумно нравилось. И… он был хорош в этих играх! Еще издалека завидев мелькающие зеленые волосы, он свернул в узкий переулок в стене главной арки, где частенько жили подсобные рабочие. Мимо прошел тот из близнецов, что с одним глазом, вид у него был обеспокоенный, неужели они уже хватились его? По главной улице тогда идти нельзя, придется передвигаться закоулками. Пират все сильнее обвисал на его плече, теряя способность переставлять ноги. Решив дать себе передышку, он втолкнул еле движущееся тело в кажется заброшенный выдолбленный в стене домик. В голове мелькнула мысль, что для остроты чувств можно вернуться и к первоначальному плану и немного позабавиться. Но делать это с бессознательным телом? Что может быть скучнее. А от скуки Римо бежал. Волочить на себе парня в тоге, будучи уважаемым Господином, было слишком опасно — чрезмерно привлекало внимание. Ему требовался другой выход. И он очень быстро сам нашел удачливого Римо.       В заброшенный домик вбежало трое грязных и обшарпанных рабов, хотя на них были цепи, скованы те не были. Не заметив их маневра, мимо промчался целый отряд стражников. Как необычно — устраивать такие погони, обычно все просто дожидались, когда к вечеру рабы приползут с повинной на коленях за своей дозой Бабочки. Неужто эти решили пуститься во все тяжкие, быть может даже ограбили какого-то господина. — Эй, ребята, у меня в покоях завалялась пара лишних Бабочек, не хотите сделать кое-какую работенку и получить их в подарок? — прошептал он троице и один из них подпрыгнул от неожиданности, что в темном здании прятался кто-то еще. — Конечно хотим! Дядька, ты нас просто спас, одному нашему другу очень нужны Бабочки! — отозвался самый грязный из рабов. — Отлично, тут трудность у моего раба — он мертвецки пьян, я просто опозорюсь с ним на улицах. Мне нужно, чтобы ты, парень, — обратился он к самому грязному рабу, — дал свой плащ, и вы помогли мне его перетащить, не позоря меня перед всеми. — Хорошо, — легкомысленно согласился грязный и стянул с себя плащ, протянув его Римо. Тот быстро схватил тряпку и накрыл ею находящегося в тени блондина. — Помогите мне его поднять, я покажу, куда нести. — Ух… хорошо, надо посмотреть, ушла ли охрана. — Вас преследуют? За что? — Сунулись на нижние уровни и охрана решила, что мы сбежавшие оттуда рабы. Но нет! — воскликнул тот, что испугался звука его голоса. — Верю, верю. Думаю, они сюда не вернутся, да и я если что вас прикрою.       Троица довольно легко подняла закутанного в тряпку блондина, было даже не понятно, зачем они схватились за него все втроем, достаточно было двоих. Или не хотели уступать друг другу и крупицы работы, чтобы не быть лишенными Бабочки?       И они выдвинулись. Поначалу Римо опасался буквально каждого поворота, но чем больше они отдалялись от привычного гостевого маршрута, тем увереннее становилась его походка. Правда, путь до его приватной ложи, куда ему хватило ума не водить похитителей, удлинился раза в три. Рабы меж тем потеряли всякий страх и болтали в его присутствии как ни в чем ни бывало. Быть может, Римо сдаст их страже, когда они придут. — Представляешь, Луффи, если ни у кого не получится, а мы станем первыми, кто принесет Бабочку? Нами определенно будет нам завидовать! — говорил трусливый паренек, хитро похихикивая. — Это было бы Суууууупер-круто, братишки, — подтвердил замыкающий. — Я попрошу Санджи приготовить мне двойную порцию мяса за это! — поддержал общее хорошее настроение впередиидущий.       Так. Стоп. Санджи. Нами. Поиск Бабочек. Можно сколько угодно убеждать себя, что все это распространенные имена и совпадения, но Римо далеко не был дураком. Это были те самые ребята. Сейчас они несли собственного товарища в плен к их только что нажитому врагу. Адреналин снова чуть не разорвал сердце Римо, но одновременно он ощутил невероятную радость — такой аферы ему не приходилось проворачивать никогда! Чтобы твои же враги принесли их же друга к тебе в ложу и еще спасибо сказали, эта история стоила даже сегодняшней шишки на затылке!       Но тут сверток заворочался и «пьяный раб» заговорил: — Зоро, прекрати меня там трогать!       Римо замер на месте, по его виску пробежала капля пота. — Аре-аре, я слышал голос Санджи! — сказал впередиидущий. — Это вряд ли, Луффи.       Беседа завершилась, сверток молчал. Только Римо успел перевести дух, как: — Хи, хи, хи, хи, щекотно! — сказал сверток. — Извини, извини, — сказал свертку длинноносый парнишка. Сердце Римо пропустило несколько ударов. Сверток опять затих и компания преодолела несколько сотен метров до приватных апартаментов. Лишь захлопнув за собой дверь, Римо осознал, что весь путь боялся вдохнуть полной грудью. Указав, на какую скамью кинуть завернутого «пьяного раба», Римо полез в поддельный тайник, сделанный специально для воров, там у него хранились поддельные Бабочки — отличная защита от кражи настоящих, да и широко практикуемый способ без истерик избавиться от наскучившего раба. — Вот, вы мне здорово помогли, я отдаю вам весь запас, — он протянул четыре перламутрово-синих шарика. — Юуху! — Мы просто супер-команда! — радовались поддельные рабы поддельным шарикам. «Награда по статусу» — ухмыльнулся Римо. — Спасибо, дядька, мы побежим, нашему другу нужна Бабочка как можно скорее! — мальчишка выскочил на улицу, широко улыбаясь, и дал стрекача. Римо с облегчением нагнулся к тихо лежащему замотанному в тряпье «рабу». Нужно выведать у него побольше информации. С улицы раздался крик: — Эй, Луффи, да стой же ты! Кок пропал! — И ничего я не пропал, это ты наверняка заблудился, Маримммм… — вдруг прокричал услышавший голос мечника Санджи, и Римо в панике зажал заложнику рот. В окно он видел, как проходит мимо зеленоволосый мечник. Снова удача… — Эй, ты, в цепях! Ты же раб, откуда у тебя шляпа! — Бежим, ребята! О, Зоро! — послышался звонкий голос, который… приближался.       Дверь распахнулась от удара ногой в шлепанце и трое рабов втащили в помещение одноглазого мечника. — Прости, переждем тут чуток, пока стража пройдет, лады? — спросил паренек со шляпой за спиной. Но Римо, все еще пытающийся заткнуть болтливого блондина, его не слышал, они молча обменивались взглядами с мечником. Удача определенно отвернулась от него.       Он даже не понял, как около его горла и лица оказалось сразу три катаны, только успел отдернуть руки от блондина, вдруг осознав, что если задержит их еще на секунду, то руки отсекут. — Санджи?! — остальная троица была искренне шокирована. — Ты что — напился? И Нами тебя продала?! Бедный Сааааанджи!       Только Зоро, не тратящий времени на ерунду и просто откинувший рабовладельца в угол комнаты, быстро присел возле лавки, низко склонившись над коком. — Эй, кок, ты как? — Санджи практически ничего не видел, но он узнал голос, узнал заботу в голосе, которая могла принадлежать только Зоро-старшему, узнал горячую немного шершавую руку на лбу. Он собирался выдержать это с честью, у него ведь сильная воля. Но наркотик в сигаретах не позволил ему сохранить остатки собственного достоинства, он бессильно отвернулся от Зоро на бок и свернулся калачиком, закрывая голову руками. Он опять облажался, единственный из всей команды. Он слаб и глуп, Зоро больше не за что его уважать. Зоро-старший никогда больше на него не взглянет без жалости и сожаления. Потому что ничего другого он в его глазах более не заслуживает. Если укусить себя за ладонь, то можно попытаться сдержаться и не плакать.