Самый большой куш

      Утром преследующее на этой неделе Санджи невезение продолжилось. Потому что именно ему выпало снова идти вместе с плененным Римо на торги. Нужно было показаться там хоть на пару часов, чтобы не вызывать подозрений о пропаже одного из самых богатых господ из первых рядов. И поскольку все видели начало вчерашнего инцидента, именно Санджи вызвал бы меньше всего вопросов в качестве компаньона.       Мрачно измерив взглядом немного помявшегося за ночь в подсобке Римо, Санджи поправил тогу, чтобы та не сползала с плеча и прикрывала засос у шеи, и велел ему шевелить отростками. Времена, когда он шествовал вслед за Нами и Робин рядом с полуобнаженными мечниками, уже казались ему приятным воспоминанием.       С угрюмым видом Санджи конвоировал Римо до его вип-места в первых рядах и поискал глазами в верхних рядах ложу Нами и Робин, чтобы помахать им рукой. — О, господин Римо, я просто потрясен! Ведь мне хозяйки в первый же день заявили, что никто из их троицы не продается. А тут мне остается только смиренно поздравить вас с покупкой!        Прямо перед ними стоял Дон Ципио, внаглую рассматривая Санджи. Нужно было его игнорировать во что бы то ни стало, в третий раз он не принесет неприятностей, решил кок. Он покосился на Римо, быстро прогнав через пальцы голубой шарик сегодняшней Бабочки для него. Римо намек понял. — О, это просто приятный презент от этих очаровательных дам! Вчера я помог им не превратить их трио в дуэт, так что они сделали мне весьма щедрый подарок! — Вчера? Я вижу, вы уже успели воспользоваться за это время многими привилегиями, — многозначительно проговорил Дон Ципио.       Что он имеет в виду? В голове Санджи промелькнуло несколько мыслей… О ЧЕРТ! Он дернулся, снова одергивая плечо, чтобы ткань закрывала красное пятно. И только потом понял, что Ципио все еще смотрит на него, усмехаясь. — Да, и поскольку срок истекает только сегодня вечером, еще надеюсь воспользоваться, — Римо не мог не воспользоваться шансом, чтобы лишний раз поддеть блондина и оценить, как тот пытается не залиться краской вперемешку с яростью. — Могу вас только поздравить, мне остается лишь ожидать представления на Ночи Удовольствий, — и Ципио раскланялся, увидев в толпе кого-то знакомого.       Санджи проводил его презрительным взглядом. — Жди, жди, тебя ждет то еще представление, я его тебе лично устрою, — буркнул он.       Римо присвистнул. Санджи осознал, что ляпнул что-то безумно двусмысленное. — Эй, я имел в виду, что он у меня первый в списке тех, кому я надеру задницу, когда мы уже перестанем ломать тут комедию, — на всякий случай пояснил он Римо. Черт, чего перед ним-то оправдываться. — Я так и понял, — поднял руки в сдающемся жесте рабовладелец, — а еще я обязательно предам свое восхищение вашей Нами за идею с засосом, чтобы наша встреча смотрелась как можно более естественной.       Он видел. Более того, он знает, что это никакой не специальный засос-маскировка. Он просто издевается над Санджи! — Пираты не нуждаются в похвалах от работорговца, — буркнул он, отворачиваясь и надеясь, что эта тема никогда не всплывет. — Только попробуй сунуться к Нами-сан.       Его глаза невольно вскинулись вверх к ложе Нами и Робин, и он наконец увидел девушек, намеренно подошедших ближе к краю, чтобы все видели их присутствие. — Ах, Нами-сан, Робин-чвуан, — закричал кок, поставив одну ногу на спинку впередистоящей скамьи, как певец, исполняющий серенаду под балконом, — только ваш вид скрашивает ужас моего здесь пребывания!       С балкона же за коком наблюдали сразу двое, но не его прекрасные меллорин, а оба мечника. Зоро-старший просто потому что по какому-то включившемуся в нем внезапно инстинкту он отныне следовал взглядом за Санджи, если тот был в помещении. А Зоро-младший так как опасался, что этот Римо опять что-то выкинет, и в этот раз они не успеют спасти кока.       Римо наблюдал за сценой пламенных выкриков в сторону ложи и думал: не сказать ли горячему на расправу пирату, что он тут ходит в очень короткой тоге, не предназначенной для таких поз. Не сказать, и по разным причинам. Он наслаждался каждой ситуацией, в которой в пальцах начинало немного колоть от нервов, а ему в импровизированном тандеме приходилось ходить по острию разоблачения. Весело, как весело! А если острие далековато, его можно и приблизить.       Торги Санджи переживал тяжело, не имея возможности отвлечься на прекрасных Нами и Робин, он «закусывал удила» всякий раз, когда в центр торговой площадки Атриума выходила девушка, порой выводились целые семейства, братья и сестры. Он держался из последних сил, твердо дав себе зарок: в этот раз он не напортачит и не подведет команду. Скоро они освободят всех этих людей. Но один случай сорвал у него все тормоза. На площадку вышла седовласая старуха, в выцветшем узорчатом платье и с кубышкой седых волос на голове, при всей ее немощности обращала на себя внимание ее идеальная гордая осанка. Старуху никто не купил… кому нужен раб, который вот-вот умрет? Так она стала свободной на один день — Бабочкой. С достоинством старуха стала медленно покидать торговую площадку, не нужная больше ни старому хозяину, ни новым. — Ну-ка, вставай, за мной! — Санджи дернул Римо за плечо, даже не оборачиваясь на него, следя за старухой взглядом и опасаясь потерять ее из вида.       Тот пожал плечами и покорно отправился за пиратом. Все равно без возможности покупать сидеть на торгах было скучно. Они легко нагнали старуху, едва преодолевшую путь до края центральной площадки. — Пожилая леди! Постойте! — окликнул ее Санджи.       Та обернулась и смерила парочку оценивающим взглядом, господин и его молодой наглый раб. Короткая тога, пятно на плече, сразу видно, почему господин ему много позволяет. — Вот, возьмите! — кок протянул пожилой женщине Бабочку, но поскольку та колебалась, перехватил ее руки и насильно положил шарик в ладонь. — У меня с собой один, но если вы не найдете себе еще, приходите завтра на пристань к кораблю с черным флагом, на котором есть соломенная шляпа. Если вы найдете тех, кому тоже уже не на что надеяться сегодня, приведите и их к нам! Или просто приходите вечером, если вам негде поужинать!       Женщина смотрела на незваного спасителя удивленным взглядом. Но, ощутив знакомый твердый шарик в руке, благодарно с достоинством поклонилась. — Могу я узнать имя моего спасителя? — Тссс… мы стараемся оставаться инкогнито, моя госпожа! — блондин с хитрым видом прижал палец к губам. — Я приму ваш дар с благодарностью, примите и вы знак признательности, который послужит вам знаком отличия, — и старуха протянула Санджи кусочек голубоватого мрамора. Тот не понял, чем послужит ему пыльный камень, но с поклоном принял дар, чтобы не обидеть женщину. А потом развернулся и направился к саркастически взирающему на действо Римо. Бабочек не хватает на всех, а этот ускоряет чью-то гибель такой щедростью. Однако то, что сказал ему вернувшийся «раб», заставило Римо в испуге сглотнуть слюну. Он сказал ему: — Чего встал, чешем на корабль, я ей между прочим твою Бабочку отдал.       И они поспешили. Корабль встретил их криками счастливого Чоппера: — Санджи! Санджи! Это ты! А где все! Я должен всем рассказать, я разгадал состав Бабочки!       Подавленный всем увиденным на торгах, бесконечными несчастными рабами, тем, как хрупка оказывается никому не нужная человеческая жизнь, Санджи был счастлив открытию даже больше Чоппера. Он схватил олененка подмышки и подкинул в воздух: — Ты просто гений, Чоппер! Сегодня на ужин готовлю только твои самые любимые блюда! И пусть Маримо удавится, что много сладкого!       Наблюдавший за сценой швыряния оленя в воздух Римо кашлянул. Все же чувство самосохранения заставляло его желать как можно скорее получить на руки спасительный голубой шарик. Санджи скосил на него взгляд, все благодушие мигом слетело с лица. — Сейчас Чоппер, только примотаю к стулу этого типа, у тебя же остались еще Бабочки, а то я отдал причитающуюся ему одной прекрасной леди…       И Чоппер кивнул. Он потратил на исследования все бабочки, что выдала ему Нами, но вчера Луффи принес ему еще чуть-чуть, одну из них можно было отдать Санджи, не ставя под угрозу расчеты Нами на обеспечение рабов Римо, ведь Санджи очевидно совершил доброе дело.       Так ничего об этом не подозревавший Римо получил в качестве антидота от фальшивого яда фальшивую же бабочку, но был спокоен. Вернувшаяся ближе к ужину команда устроила совет. — Вся бабочка — это прессованная с сахарным сиропом пыль туркиоза — редкого минерала, который добывается на морском дне и в древних породах. Он обладает уникальными свойствами абсорбировать только определенные вещества, среди которых — особый вид медленно действующих биорастворимых ядов. То есть человеку нужна семидневная поддержка туркиоза, пока его организм самостоятельно не изгонит яд. Беда заключается в том, что это и правда редкий и дорогой минерал, его трудно найти на рынках даже больших городов, — закончил свою маленькую речь вставший ради нее на стол Чоппер. Санджи отвел глаза, именно сюда его вчера уложил Зоро…       Команда меж тем погрузилась в молчание. Секрет был у них в руках, но что с ним делать?! — Так, ребята, у нас есть еще полтора дня на разработку плана Б! Рано отчаиваться, — Нами, сама не очень веря в эти слова, взъерошила волосы. — Мы должны с умом распределить оставшиеся Бабочки, — злобный взгляд в угол, где примотанный к стулу сидел «дорогой гость». — Ох, прошу меня простить, Нами-сан, сегодня я потратил лишнюю бабочку, отдал ее пожилой леди, которая осталась без поддержки. — Что? Зачем ты? Хотя это ожидаемо, это же Санджи-кун… Она не поделилась никакой полезной информацией?       Кок пожал плечами: чем она могла поделиться, одинокая старая женщина, разве что подарила камень на память. Он достал из нагрудного кармана, как дорогой подарок, тот самый камешек и положил подарок на стол. — Аре, аре? Смотри-ка, Усопп, прямо такой же, какие мы видели, когда упали с Франки вчера на нижние уровни и за нами погналась стража! — воскликнул Луффи. — Надеюсь, та бабуся смогла убежать от стражи, когда взяла этот камушек.       Команда заинтересованно склонилась к камушку на столе, пока хором не вздрогнула, когда Робин спокойно произнесла: — Какая удача, кок-сан, это же туркиоз.