Верлорды. По другую сторону луны

      Дорога до Хайклиффа оказалась не такой близкой, как все ожидали, а из-за дождя казалось, что темнеть начало раньше. Ближе к вечеру ребята вспомнили, что не ели уже больше суток, и девчонки предложили остановиться в лесу ещё на ночь, хотя и без особой радости. Велис вначале протестовал, но потом резко изменил своё решение.       — Райан, нужно найти хорошее место для ночлега, — сказал он вдруг.       Русин всё это время молчал, не принимая участия в общих спорах, лишь примечал дорогу. Ему было всё равно, что в лесу, что под крышей, что у очага, что под проливным дождём. Парень поднял голову, взглянул на Велиса и девушек, не особо понимая, чего от него хотят. Затем спешно кивнул и остановился, указывая за поворот, из-за которого они только что вышли:       — Вон там небольшой лесок, будем хотя бы не на виду. Да и за поворотом спокойнее… — с того времени, как путники вышли из лесу, Райан постоянно чувствовал себя открытым всем глазам и невольно оглядывался по сторонам, в любой момент ожидая атаки. Он три года прожил в Дайрвуде и привык к постоянной полутьме под сенью ветвей, к шорохам леса и его запахам. А на пронизывающем ветру в открытых полях Дейлиленда парень стал каким-то беззащитным.       Ястреб кивнул, ободряюще улыбнувшись, и предоставил Райану самому провести всех на нужное место. Русин с некоторым облегчением свернул с дороги, спустился в подлесок и небольшой, но густой и тенистый лес, остановился и осмотрелся. Здесь было и вправду хорошее место — в паре десятков метров от Рэдвайн, не видимое с дороги. Девушки сразу пошли к воде — как ни странно, под дождём жажда только усиливалась. Райан прислонил свои вещи к стволу дерева, где было чуть суше. Дубы и клёны широко раскинули ветки, образовав над полянкой подобие шатра, сквозь который почти не проникала вода.       Велис подошёл к Райану:       — Хорошо выбрал. Здесь и останемся до утра. Какие планы?       — Планы? — Русин непонимающе вскинул брови. — По-моему, только у тебя здесь планы… Но я бы развел костёр, да и поесть не помешает…       Велис ухмыльнулся, довольный тем, что услышал, подождал, пока вернутся девушки, и объявил:       — Итак, Русин, ты у нас человек лесной, так что давай, распоряжайся, кто что делает! Никто ведь не против? — Сима и Лана мотнули головами, Райан же выглядел слегка растерянно, но через секунду преобразился. «Он прав, нужно что-то делать. Скоро стемнеет», — решил парень и сказал как можно увереннее:       — Ладно. Тогда… Вся жизнь в лесу строится на трёх вещах — костёр, еда, жилище. И костёр в первую очередь. Сима, Лана — сможете найти сухих веток?       — А ты видишь здесь вообще хоть что-нибудь сухое? — отозвалась Иоланда, выглядывая из-под капюшона райанова плаща, но Сима кивнула, шмыгнув носом:       — Если постараться, сможем. Только бы согреться уже. — Положив свой рюкзак рядом с вещами Райана, девушка затянула тесёмки у горла и ушла искать топливо под слоем промокших веток и травы. Лана снова пошла к реке:       — Наберу камней, костёр обложим, — объяснила она, вспомнив большие жаркие очаги Баста.       — Ну а мы на охоту тогда, — Райан уже потянулся за луком и стрелами, но Велис покачал головой:       — Нет, ты ведь сам сказал, составляющих три. Займись убежищем, спать под дождем — не самое приятное занятие, — усмехнулся он, хлопнул Русина по плечу и отправился в сторону от дороги, туда, где трава на полях могла скрыть человека чуть ли не в полный рост.       Райан проводил Ястреба взглядом, встряхнул головой, смахивая воду с волос. Вытащив из заплечного мешка небольшой топор, он медленно пошёл сквозь лесок, высматривая деревца, подходящие для шалаша. Парень провёл сотни ночей в постели из мха и травы, под крышей из веток. И всякий раз он старался следовать этому простому правилу, которому учили в «Стае» — пока есть силы, нужно сделать себе кров, хоть какой-нибудь. Но теперь предстояло дело посложнее — Русин всё же привык путешествовать в одиночестве, а не в компании троих Верлордов.       Парень скоро нашёл нужные деревья, срубил молодые стволы и начал очищать их от сучьев. На это ушло порядочно времени, клинок периодически скользил по мокрой древесине, да и утренняя драка давала о себе знать — руки тяжелели с каждым ударом. Райан нарубил охапку ветвей, принёс и свалил кучей на поляну, где Иоланда уже начала выкладывать камни по периметру будущего костра. Затем он вернулся к ели, которую приметил ранее, наломал широких нижних веток — они здорово защищали от дождя и годились для подстилки. Уже почти стемнело, когда Райан стал затачивать срубленные ветки топориком, превращая их в острые колья. Вбивать их в размягшую сырую землю было проще, но парень работал яростно, стараясь сосредоточиться только на вот этом самом шалаше, на кольях, на шаркающем звуке лезвия по дереву. Это отвлекало, заставляло если не забыть, то хотя бы не думать постоянно о том, что произошло утром.       Воткнув основные колья, парень сделал перегородки, затем сложил на получившийся каркас еловые лапы, стараясь, чтобы не осталось ни одной щели, куда мог проникнуть дождь. По лицу юноши стекал уже пот, а не водяные капли, рану на шее вдруг начало саднить. Он выпрямился, отошёл на пару шагов, оглядывая получившийся навес, и, в целом, остался доволен работой.       — Вот это да! — присвистнула Иоланда, выглядывая из-за плеча. — А ты, и правда, лесной человек! — она подошла ближе, изучая временное пристанище.       Райан лишь смущённо улыбнулся, пожал плечами — для него подобные шалаши были каждодневным занятием. Прошло уже достаточно времени, опускалась темнота, а Серафимы всё ещё не было.       — Ты не видела свою подругу? — спросил Русин, прислушиваясь — не раздастся ли звук шагов. За Велиса он не очень переживал, охота — дело не быстрое, но то, что девушка может потеряться, вдруг встревожило Райана.       — Нет, мы у реки в разные стороны пошли, — мотнула головой Лана.       Райан нахмурился:       — Тогда оставайся пока здесь, я искать пошёл… — Иоланда уже готова была возражать, но за их спинами раздался скрип мокрых веток, и на полянку вернулась Серафима — промокшая, в испачканном грязью плаще, но с полными руками сухих дров.       — Не надо меня искать! — заявила девушка, движением головы сбрасывая капюшон. Она выглядела измотанной, уставшей, тяжелые ветки скатились с рук на камни очага. Серафима с Райаном сложили тонкие веточки шалашиком, парень с помощью кресала с нескольких попыток развел огонь, понемногу накладывая всё больше веток, добавляя и сырые, когда костёр разгорелся сильнее.       — Ты тоже в лесу не первый день, похоже, — усмехнулся Русин Симе.       — Да уж, умею кое-что, — улыбнулась она в ответ.       Все трое невольно придвинулись поближе к огню. Он казался спасительным, живым в тёмной сырости леса. То и дело в костёр падали крупные капли, он шипел, плевался, но не гас. Когда Райан ушёл к реке, чтобы тоже отмыться немного от грязи, он понял, что дождь почти перестал, лишь из вредности брызгая напоследок. Ветром тучу угнало куда-то на север, в небе даже замелькали редкие звёзды.       Сидя у костра, девушки о чём-то разговаривали, порой даже смеялись. Иоланда сняла плащ Райана и повесила его на дерево так, чтобы тепло от костра просушило ткань. «Буду теперь в копчёном плаще. Но хотя бы в сухом», — вдруг весело подумал парень, стоя неподалёку. Он испытывал странные чувства — спустя долгое время у него снова появились товарищи, он не один сидел у костра, можно было шутить, что-то обсуждать вместе. Бывало, он по нескольку дней молчал просто потому, что разговаривать было не с кем, поэтому Русин и улыбался сейчас, глядя на девушек.       И вместе с тем странная, отчасти звериная настороженность всё же жила внутри. Как-то слишком быстро и неожиданно всё произошло — ещё пару дней назад он был простым парнем, лесным охотником, а сейчас оказался Вервольфом, оборотнем королевской крови! Райан не был настолько глуп, чтобы верить в подобные совпадения — он ведь встретил не кого-то, а именно Велиса, который знал отца! Но подобные мысли переходили в целые огромные и недостижимые мечты, а мечтать парень отучился давно — жить нужно было сегодняшним днём.       Мокрая одежда противно липла к телу, поэтому парень снял рубашку, также раскинул её над костром — коптить, так коптить! Куртку из варёной кожи набросил просто на плечи — у огня было не холодно, вполне терпимо, особенно для уроженца севера. Он сел, разулся, вытянув голые ступни к костру, и только сейчас вспомнил о разрезанной Лисом штанине, под которой уже покрылась корочкой рана. Русин дотянулся до своей сумки, порылся в ней, но нашёл лишь старый ледоруб, прихваченный ещё из дому, моток верёвки, кремень, и множество других, несомненно, нужных вещей.       — У вас ниток с иголкой нет случайно? — спросил он у девушек. Лана пожала плечами — у неё из поклажи были лишь меч и пара ножей. Сима же отстегнула застёжку рюкзака, пошарила пальцами и протянула парню иголку с грубой нитью:       — Держи, случайно есть.       Райан благодарно кивнул и принялся латать прореху. Его мать была рукодельницей и с детства пыталась привить сыну своё увлечение, но мальчик терпеть не мог шитья и убегал на улицу при первой же возможности. Со временем мать оставила свои тщетные попытки, но, тем не менее, с элементарными вещами, вроде таких вот дыр, парень умел справляться неплохо. Толстой нитью он быстро стянул края ткани, повозился со стежками.       — Спасибо, — вернул Серафиме иглу и остатки нитки, подложил веток, просушивая их над костром. Райан заранее приготовил палки-рогульки для вертела, только вот Велис что-то больно задерживался. «Надо было идти с ним!», — досадливо подумал парень. Он склонился к костру, грея руки, слушая разговоры Симы и Ланы. Треск веток и негромкая речь навевали дремоту, он всё же очень устал, намахавшись топором…       Велис проводил острым ястребиным взором тень, растворявшуюся во мраке ночного неба. Сдвинув брови, он поудобнее устроил у пояса лук, ласково провёл пальцами по гладкой древесине. На Дейлиленд давно уже опустилось покрывало темноты, из-за облаков проглядывали самые яркие звёзды, и сиял растущий диск Луны. Ястреб скорым шагом возвращался к костру, через плечо его была перекинута добыча — глухарь, утроивший себе ночлег на нижних ветвях одного из окраинных деревьев, да полевой зайчишка. На охоте сегодня повезло, но всё же Велис задержался дольше, чем рассчитывал.       «Только бы этот Волчонок не натворил чего…». Ястреб видел в этом парне и смелость, и силу, но Райан-Русин был ещё совсем не готов к тому, что его ожидало. И помочь юному Волку, научить его всему, что узнал когда-то сам, должен был именно он, Велис, сын Ангела и Демона Виндфела. Ястреб вздохнул — то ли с облегчением, то ли с печалью. Слишком тревожные вести принёс сегодня ветер.       Яркие блики костра искажались, кривляясь и прыгая. Неслышно выпорхнув из темноты к свету, он произнёс негромко:       — Прошу прощения за столь поздний ужин, леди и джентльмен, — в голосе звучали нотки извинения, пусть они и были наигранными. Девушки подпрыгнули от неожиданности — костёр, кров и непринужденная болтовня усыпили их бдительность.       — А можно было хотя бы не подкрадываться? — пробурчала Лана, хотя в её голосе, вопреки обыкновению, не было слышно раздражения. — Чего это ты так задержался? — она решила перестать действовать на нервы парню, хотя приклеившаяся к Велису «птичка» так и просилась на язык.       — Темно, знаешь ли, добычу отыскать трудно, — растягивая слова, ответил Ястреб. Он уселся на еловые ветки, протянул руки к огню, затем вытащил нож и принялся за разделку добычи.       Лана лишь недовольно фыркнула и, молча завладев глухарём, начала выдергивать жёсткие перья. Серафима тоже хмыкнула про себя — едва ли Ястребу могла помешать темнота. Но вдаваться в чужие тайны ей не хотелось, потому девушка промолчала. Она легко толкнула под рёбра задремавшего Райана и шепнула:       — Эй, проснись, есть скоро будем.       Парень вздрогнул, поднял голову, щурясь на огонь, но Велис махнул перепачканной заячьей кровью рукой:       — Оставь его, пусть отдохнёт. Вон какой дворец нам выстроил, — кивнул на шалаш, и правда, выглядевший довольно внушительно. Серафима пожала плечами, а Русин вновь прислонился спиной к стволу дерева и, подложив руку под голову, закрыл глаза.       Велис пристроил добычу на приготовленный Райаном вертел, и вскоре от мяса начал исходить запах, от которого подводило желудки и урчало в животах. Зайчатина готовилась быстрее, но, голодные, они всё равно наелись полусырого мяса, с удовольствием отрывая зубами куски и глотая сладковатый сок, стекавший по подбородку. Почуяв запах пищи, проснулся и Райан, присоединившийся к общей трапезе. Уж ему-то точно не впервой было есть мясо сырым.       Ястреб лишь прикоснулся к пище, обглодал заячью ногу и не стал больше. Но никто не обратил на это особого внимания, наслаждаясь едой.       Когда девушки забрались в шалаш и, укрывшись плащом Серафимы, уснули, Райан скинул куртку и ушёл к реке — видимо, вымыть руки и запить водой тяжёлый ужин. Велис поднялся следом, в полном вооружении, не снявший даже плаща. Лишь драгоценные лук и стрелы он оставил, сложив под еловыми ветками у самого края навеса, отошёл на всякий случай от лагеря, прислушался к шуму воды и дождался, пока Русин вернётся с реки. Приметив в отсветах костра фигуру паренька, он схватил его повыше локтя и сказал шёпотом:       — Сейчас одеваешься, берёшь свой меч. Только тихо, не разбуди их. Давай, быстро.       Райан оторопело глянул на Ястреба, решительно не понимая, к чему тот клонит. Но что-то во взгляде и решительном тоне Велиса заставило юношу повиноваться. Прокравшись к костру, он снял с ветвей изрядно пропахшие дымом, но подсохшие вещи, подхватил оставленный у костра меч. На ходу одеваясь, Райан пошёл вслед за Ястребом, который уходил всё дальше к берегу реки.       — В чём дело? — спросил Волк тревожно, щелкнув у горла застёжкой плаща.       — Мне нужна твоя помощь. Нужно кое с кем встретиться, ты должен пойти со мной. У меня есть подарок…       — Подарок? — в голосе Райана слышалось недоверие. Велис говорил загадками, но что-то явно было не так.       — Давай скорее, — ничего не объясняя, поторопил Ястреб, и через минуту пред Райаном возник могучий крылатый Зверь. «Истинно, Демон!», — с восхищением подумал юноша, глядя на переливающиеся чёрные перья, на отражающиеся отблески пламени в потемневших зелёных глазах.       — Ну что, ты готов? — проклекотал Велис хриплым птичьим голосом.       — Готов… к чему? — Райан зачем-то оглянулся по сторонам, лишь в последний момент осознав,что вознамерился делать Ястреб. В следующее мгновение парень ощутил цепкие когти на своих плечах, а затем земля пропала у него из-под ног и всё провалилось вниз.       Райан не смог удержаться от удивлённого возгласа, но когтистая лапа уже зажала ему рот:       — Чшш! Тихо, девчонок перебудишь! — послышались откуда-то сверху слова Велиса.       Русин кивнул, и рука-лапа отпустила его. Парень испытывал что-то невероятное, осознавая, что находится сейчас в десятках метров над землёй, что под ногами — совершеннейшая пустота. Он любил высоту, любил и такие, перехватывавшие дух, ощущения, почему и провёл в горах чуть не полжизни. Но это было нечто иное! Абсолютно другое!       Вначале, казалось, все внутренности вместе со съеденным недавно ужином нырнули куда-то под рёбра, а затем резко хлынули к горлу. Парень инстинктивно вцепился руками в чешуйчатые лапы, державшие его. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным, болтая ногами в водухе, понимая, что его жизнь сейчас целиком и полностью в руках, а точнее, в когтях и крыльях Ястреба.       — Ты всегда хватаешь так неожиданно?! — проорал Райан, стараясь перекричать шум ветра и равномерное хлопанье широких крыльев. Парень надеялся, что голос его не будет звучать жалобно или испуганно.       В ответ раздался хриплый, гортанный смех Велиса:       — Нет, просто хотел тебя удивить! Получилось?       «Да уж, не то слово», — подумал Русин, гадая, куда же принесёт его крылатый зверь. Плечи уже начинали здорово затекать, когда впереди показались огни и очертания башен, а ветер, несущийся навстречу, вдруг стал солоноватым и горьким. Море?       Вывернув шею под невозможным углом, Райан попытался заглянуть в мендалевидные глаза Ястреба:       — Это Хайклифф? Но зачем…       — Сейчас узнаешь! Держись крепче! — лапы сжались сильней, и Ястреб начал резко пикировать, снижаясь над той частью города, где было меньше всего зажжённых на ночь факелов.       У Райана перехватило дыхание, всё осталось где-то за спиной, позади — был только ветер, бьющий в лицо, да мельтешащие перед слезящимися глазами силуэты и блики. И вдруг Русин отпустил руки, распахнув их в стороны, будто летел теперь сам, на своих крыльях! Он никогда не испытывал ничего подобного. Только сейчас парень понял и осознал это ощущение полной свободы, безграничной силы!       Но резкий крен Ястреба заставил Райана вновь ухватиться одной рукой за ногу Велиса, а другой — придержать ножны с мечом у собственного бедра. Снизившись, Велис пролетел над крышами невысокого Нижнего Квартала и опустился на мощёную камнем узкую улочку, со всех сторон окруженную зданьицами, домами и множеством различных построек. Когда Ястреб выпустил Русина из своих когтей, тот не сразу удержал равновесие, опустился на одно колено и помотал головой. Придя в себя, Райан огляделся вокруг и прислушался: темная улица, мокрые после дождя камни мостовой и доносящиеся откуда-то торопливые голоса.       — Может, ты всё таки объяснишь… — начал Райан, но уже ставший человеком Велис приложил палец к губам:       — Здесь нельзя. Идём, я всё расскажу после, — прошептал он, скрывая лицо за капюшоном, и добавил, видя растерянность на лице своего спутника, — доверься мне, пошли. — Он махнул рукой, и уже разворачиваясь, позволил себе усмехнуться:       — Ну или можешь оставаться и ждать, когда тебя схватят Городские стражи.       Райан фыркнул и направился следом за Ястребом, удивляясь самому себе: давно это он стал таким доверчивым?

***

      Двое зевающих стражников нехотя вышли на улицу, ежась от сырой прохлады, какая бывает после дождя. После душной сторожки воздух освежал и моментально выветривал хмель из голов. Глубоко вдохнув, худощавый парень с едва заметным пушком над верхней губой, совсем недавно принявший гвардейскую присягу, с завистью посмотрел в темноту, откуда раздавались смутно различимые голоса и музыка.       — Эх, позатыкать бы их всех! На кой назначать комендантский час, если город всё равно горланит всю ночь? — произнес он с видом бывалого вояки, прохаживаясь туда-сюда под окнами своей сторожки.       — Да успокойся уже, Билли, хватит ныть, — осадил его стражник постарше, носивший звание сержанта. — Оставайся давай, твоя смена. А меня… — он широко зевнул и потянулся всем телом, — …разбудишь через пару часов. — Из распахнутой двери потоком рванул яркий свет, и сержант вскоре скрылся за ней.       Пробормотавший что-то о том, чтобы его перестали называть «Билли», что он, вообще-то Билл, юный стражник нехотя подчинился приказу. Для вида походил ещё немного вдоль улочки, а затем присел на скамейку, приколоченную к стене сторожки, и получше закутался в новенький серый плащ. Пронырливый осенний дождик всё пытался моросить, изредка падая последними упертыми каплями.       Скучающе уставившись на проблескивающее звездами небо, солдатик думал о том, почему родители дали ему такое глупое имя, о несправедливости этого созданного для Верлордов мира… Боковым зрением паренек в какой-то момент заметил промелькнувшие ниже по улице тени, но не стал даже поворачивать головы. И правда, зачем Королевскому Гвардейцу гоняться за кошками?

***

      Стараясь как можно тише ступать по мокрым камням мостовой, двое юношей в темных плащах проскочили через самую широкую на их пути улицу. Велис наизусть знал город, особенно эти кварталы, где часто бывал в детстве, когда гостил у дяди. И хотя после прихода к власти Льва Леопольда столица сильно изменилась, давние воспоминания невольно вызывали улыбку на лице парня.       Райан неотступной тенью следовал за Ястребом, всё время держа руку на эфесе спрятанного под плащом меча. Пару раз они видели издалека городских стражников, но, по счастью, разминулись со служителями закона. Юный Вервольф заметно волновался, не от страха за свою жизнь, а от той самой пресловутой неизвестности, в которую вел его сейчас Велис. Парень впервые шёл по улицам Хайклиффа и, конечно, совсем по-иному представлял себе первый визит в столицу.       Он уже стал сомневаться в том, что его проводник точно знает дорогу, когда Ястреб вытянул левую руку и дал знак остановиться. Кивком головы Велис указал на видневшуюся неподалёку таверну. На лице его играла лёгкая улыбка:       — Мы пришли, Райан.       Русин присмотрелся получше: над входом изящными буквами было выведено:«Тонкое перо», а сама вывеска изображала воинственного Ястреба с расправленными черно-белыми крыльями. Райан по-прежнему непонимающе взглянул на Велиса:       — Ты всё-таки привёл меня в Хайклифф, хотя говорил, что курс изменился… Здесь есть ещё Ястребы? Их же вроде всех истребили… — он старался говорить как можно тише, и каждое слово проще было прочитать по губам, чем расслышать.       — Ну один точно остался, — снова ухмыльнулся Велис и вдруг посерьёзнел, протянув на ладони какой-то небольшой предмет. Это оказалось кольцо, тяжелый перстень с выбитым на нём рисунком, точно таким же, что венчал вход в таверну.       — Это фамильный герб моей семьи, — произнёс Ястреб как-то уж слишком торжественно и гордо, но должного эффекта на Райана, похоже, всё равно не произвел. Тот с интересом рассматривал мастерски выполненное кольцо, переводя взгляд с него на вывеску, потом — на светящиеся теплом окна таверны.       — Ладно, пошли, скоро всё увидишь сам, — сказал Велис, пряча кольцо где-то под складками плаща, и направился ко входу. На мгновение замерев у порога, он прикрыл глаза, взялся за широкую ручку двери и плавно потянул её на себя.       Негромкая приятная музыка показалась оглушающей после настороженной и опасной тишины ночных переулков. В воздухе летал приятный аромат хмеля и домашней пищи, в широких подсвечниках приглушённо мерцали язычки пламени. Над головой тонко звякнул колокольчик, когда за Райаном закрылась дубовая дверь. Сама атмосфера этого места отдавала каким-то спокойствием, и, едва перешагнув порог, двое парней оказались будто в другом мире.       — Эх, дом, милый дом, — протянул Велис, и лицо его просияло.       Райан и сам, неведомо отчего, улыбался, проходя вслед за Ястребом между коренастых струганных столиков тёмного дерева. Он и не думал, что Велис пригласит его просто посидеть в таверне.       Ещё с порога вошедших встретил пристальный взгляд человека у барной стойки. Он продолжал вроде бы спокойно протирать стакан, но лицо мужчины заметно напряглось. Райан ответил бармену не менее заинтересованным взглядом, сразу приметив, как много у них с Велисом общего — тот же разрез глаз, нос, суровое выражение лица. Они и правда были похожи, словно отец и сын, разве что у мужчины было больше морщин, да курчавая борода покрывала подбородок и щёки. «Трактирщика зовут Гвин…», — вспомнил Райан слова Ястреба, и в голове его начала понемногу складываться целостная картинка.       Парни подошли к барной стойке, и Райан встал в некоем отдалении от Велиса, за его плечом. Они оба так и не сняли капюшонов, что, впрочем, не привлекло особого внимания других посетителей таверны — в наставшие неспокойные времена многие стали скрываться.       — Привет, дядя, — с улыбкой сказал Велис, протянув мужчине руку, — прости, я немного запоздал.       Улыбка отразилась и на лице трактирщика, отчего в его карих глазах блеснули тёплые огоньки, и он сразу преобразился, сжимая ладонь Ястреба:       — Ты как всегда, Велис. Но я всегда рад, ты же знаешь, это тоже твой дом. — Мужчина бросил взгляд за плечо племянника и, сделав вид, что говорит шёпотом, заговорщицки наклонился к уху Велиса:       — Может, представишь меня перед другом?       Хмыкнув, Ястреб развернулся к Русину:       — Ах да, я же вас не познакомил! Райан, это Гвин Столсен, мой дядя и один из лучших кузнецов Виндфела! — он слегка рисовался, но говорил уже серьезно.       — Очень приятно… Райан Корнер. Можете называть меня Русин, — парень тоже пожал Гвину руку, подойдя ближе, и почувствовал, насколько загрубели ладони кузнеца. Одет он был просто — широкая темно-зеленая рубаха с вышитым воротом скрывала бугрившиеся под нею мышцы. Похоже, трактир был у семьи Столсен чем-то вроде хобби.       По лицу Гвина пробежала неясная тень, было даже секундное удивление, но старший Ястреб мгновенно овладел собой:       — Хорошо, парни, — произнёс он, задумчиво и многозначительно взглянул на Велиса. — Не беспокойтесь, здесь вас никто не найдёт, так что прятаться смысла нет. Да и негоже за столом с покрытой головой сидеть, — с этими словами он нырнул за стойку бара и скоро поставил перед юношами две миски дымящегося ароматного супа, от вида которого у голодного после полёта Велиса заурчало в животе, плетеную корзинку с хлебом и кувшин вина. — Перекусите пока, я скоро вернусь, — и скрылся за дверью под лестницей на второй этаж.       Повесив плащи на спинки высоких стульев, Райан и Велис сели рядом. Ястреб сразу же принялся за еду, да и Русин, хотя и чувствовал ещё тяжесть в желудке после мяса, придвинул к себе тарелку.       — Ты же понимаешь, что я привел тебя сюда не просто так? — убедившись, что музыка достаточно заглушает их голоса для того, чтобы никто не мог подслушать, спросил Велис.       Райан кивнул, отрывая зубами кусок хрустящего хлеба, по которому так соскучился, живя в лесу. Ему понравилось это тихое место, но парень всё равно чувствовал себя неуютно, стыдясь потрёпанного вида своей одежды, спутанных волос. К тому же, после долгого житья под открытым небом замкнутое пространство давило, и, даже осознавая, что здесь безопасно, он не мог отделаться от мысли о ловушке.       — Я должен отдать кое-что, принадлежащее тебе по праву, Русин. Гвин расскажет лучше, так что расслабься пока, — Велис налил в бокалы искрящегося бардового вина и придвинул один Райану. — Лучше во всём Хайклиффе не найдешь, попробуй давай.       Райан взял бокал, задумчиво покачал его в руке и отхлебнул немного — вино было прекрасным, с лёгкой кислинкой, прогревающее самое нутро. «Что может отдать лучший кузнец Ястребов? Разве только… Но это невозможно!», — крутилось в голове. Велис рассказывал что-то о том, как Гвин приютил его здесь после смерти родителей, но Райан глубоко погрузился в свои мысли. Пурпурная жидкость плавно перекатывалась внутри бокала, и всё было кроваво-красным сквозь стекло.