Голдштейн - это особый вид проблем

Они нашли его. Не без помощи Гнарлака, конечно. Гоблин сказал, что у него есть информация, где примерно может находиться Грейвс. Правда, не уточнил живой тот или уже нет. Но Коннор не рассматривал второй вариант. Он верил до последнего вздоха, что его друг жив. Взамен на информацию, тот просил полное снятия обвинений с него и его людей, а также, закрытия всех дел и их уничтожения. Тина и слова не успела сказать, как Джордж уже сжигал весь компромат на Гнарлака. Смотря на огонь, девушка решила, что мадам президент это не понравится, и оказалась права. Пиквери была весьма недовольна таким условием договора между ними и гоблином, однако пару часов в кабинете вместе с Коннором убрали все ее раздражение. Они нашли Грейвса в одном из доков, где так же хранились контрабандные зелья и ингредиенты к ним. Как только они увидели его тело, Джордж тут же подлетел к нему и стал искать пульс, прислушиваться к биению сердце, к дыханию. Он оказался жив. Растрепанный, с бородой, с большей сединой в волосах, осунувшийся, в грязной одежде и в бессознательном состоянии, но живой. Услышав это, Тина с облегчением вздохнула и захотела напиться от счастья и радости. Но не все так было хорошо. Целители в больнице не обнадеживали: если тело директора отдела магического правопорядка легко можно было подлечить, то вот с головой были явные проблемы — Грин-де-Вальд, после того, как получил все нужные ему воспоминания, почти полностью уничтожил его сознание и именно поэтому он еще не пришел в себя. Коннор на это заявление лишь хмыкнул, говоря, что: «Перси просто отсыпается за все те годы недосыпа на работе». И вообще, он собирается поставить Грейвса на ноги уже к лету. После этого заявления все пожали плечами, решив не связываться с Джорджем и его энтузиазмом. После того, как поиски окончились, Тина вернулась к своим прямым обязанностям, которые с головой захлестнули ее. Домой она являлась, чтобы переодеться и вздремнуть пару часиков и то раз в три дня. Хоть они и отловили львиную долю фанатиков Грин-де-Вальда, те, оставшиеся, словно сорвались с цепи, придумывая и организовывая все новые и новые «представления» для мракоборцев, убивая как не-магов, так и волшебников. Каждый день они пытались предугадать, что будет дальше и где в этот раз им предстоит их останавливать, но результаты всегда были спорными. Им не хватало Грейвса. Это чувствовалось во всем: в разработке плана, в ведении боя, в сборе информации. Картер был хорошим мракоборцем и неплохо замещал своего начальника, но он не был им, и это его главная проблема. В этом их главная проблема — они очень сильно привыкли к Грейвсу. К тому, как он ведет дело, как подходит к нему, к его привычкам быть уверенным во всем, к его темно-карим глазам… Тина тяжело вздохнула, гоня из головы, отвлекающие ее мысли и дописывая отчет по убийству сквиба в не-магической части города. Она убрала прядь волос и краем глаза снова, в очередной раз, обратила внимание на конверт, что лежал на краю стола. Это было третье письмо Ньюта и второе, на которое она еще не ответила. Магозоолог был сейчас в Австралии в поисках очередного зверька и целых три страницы описывал, как тот выглядит, какие у него привычки и как он собирается его поймать. У нее появилась улыбка на лице, когда глаза дошли до места, где Саламандер описывал природу материка, сетуя лишь на то, что сейчас там очень жарко. Но она исчезла, когда ему стало интересно, почему не пришел ответ на прошлое письмо, и могло ли оно затеряться где-то по дороге. Тина лишь тяжело вздохнула, а после вопроса о том, как она сама поживает и вовсе вернула письмо в конверт. Было это две недели назад, а руки так и не доходили до ответа. Почему? У нее просто нет ни сил, ни времени. Вот и все. Коннор, завершив миссию поиска друга, взял на себя другую — помочь Грейвсу прийти в себя и вернуть его обратно к жизни. И довольно рьяно. Он поселился в больнице, не отходя от его постели ни на шаг. Сначала это было мило, но спустя неделю и его уставший взгляд все не на шутку начали беспокоиться уже о его здоровье. Пиквери волновалась больше всех, опасаясь, что Джордж так легко может сойти с ума, ведь лечение его друга не давало нужных результатов. Тогда Тина предложила ему дежурить посменно — днем он, а ночью она. И на удивления всех, мужчина с большим воодушевлением воспринял это предложение, а девушка заметила, с какой хитринкой загорелись его зеленые глаза. Так что теперь Голдштейн после работы отправлялась в больницу и до самого утра сидела у кровати Грейвса, рассказывая ему, ведь целители говорили, что он все слышит, о недавних заданиях, глупых спорах мракоборцев и счастливых моментах из детства ее и Куинни. Иногда, сильно устав, она просто засыпала на кресле, смотря на идеальный профиль красивого мужчины и беря его за большую и сильную ладонь. И тогда, всего на секунду, ей становится легко, она забывает обо всех недописанных отчетах, непойманных преступниках, ненаписанных письмах и проблемах, ощущая себя лишь на мгновения счастливой. Тина не знает, что утром, видя эту картину, Джордж Коннор блаженно улыбается и мечтательно вздыхает, боясь сделать лишнее движение и разбудить ее. Ставя точку и закрывая папку, мракоборец Голдштейн поднимается и опять краем глаза видит этот конверт. Она берет его в руки, вертит в пальцах несколько секунд, а потом кладет в один из ящиков и закрывает тот. Не оборачиваясь, Тина идет в сторону Картера, надеясь, что Ньют все и так поймет. Поймет, что у нее много работы, много обязанностей и дел. Поймет, что Коннору и ей нужно поставить Грейвса на ноги уже к лету