И целого мира мало...

Утром Земфире стало хуже. Она часто дышала, то заливаясь краской, то становясь бледнее мела. Пот градом катился по ее лицу, живот разрывало от боли. Отбитые, наполненные кровью органы пытались вывести инородную субстанцию. Красные капли то и дело появлялись на губах или вырывались из горла фонтаном горячих брызг. Легкие то сдавливало, то отпускало из тисков. Кашель становился почти невыносимым, когда Литвинова отходила хотя бы на шаг. Но. Девушка терпела, стараясь удерживаться от громких стонов, криков, давя особенно сильные приступы болезни. Но Рената все чувствовала, на каком-то духовно-интуитивном уровне понимала девочку. Старалась быть всегда рядом, отвлекать от неприятного состояния, тяжелых мыслей, забирала боль себе. Это помогало, но очень слабо. Боль отступала на мгновение, но тут же возвращалась, и девушка начинала кашлять с новой силой. Запах жасмина заполнил уже всю квартиру, от него становилось трудно дышать. Телефон разрывался от звонков с работы, но Литвинова просто отключала его, не отвечая. — Рената, — голос у Земфиры был слабый, хриплый, едва слышный, — полежи со мной, пожалуйста. Не говоря ни слова, врач забралась на кровать, укутала девушку получше в одеяло и легла рядом, обнимая за талию. Молча вдыхала аромат волос Зе, ее тела. Пыталась забрать себе как можно больше боли, молила о том, чтобы стало лучше. Земфира же просто наслаждалась близостью Любимой Женщины, ее присутствием здесь и сейчас. Боль внутри поутихла, разжимая тиски, отходя, пораженная теплом и светом, что исходили от Литвиновой. От женщины пахло уютом, чем-то необъяснимо родным, сладким, от чего голова чуть кружилась, а сердце заходилось, как при быстром беге. Девушка жадно втянула воздух, чувствуя на кончике языка пряный привкус. Улыбнулась, выбираясь из кокона, накрывая одеялом лежащую рядом женщину. Сама обняла врача, утыкаясь носом в шею, втягивая воздух с еще большей жадностью, сладко выдыхая. Рената крепче прижала к себе девочку, зарываясь носом в волосы, чувствуя запах пионов. Вдохнула глубже, расслабляясь, засыпая. Две кому-то нужные. Не знающие друг друга до этого странно-страшного вечера… Сейчас они друг за друга держатся, боятся отпустить, потерять… Судьба уже связала их. Крепко. Заведомо зная, что это навсегда.