Оh, boys

      Вернувшись домой, на кухонном столе Чимин находит записку от мамы. Он кидает рюкзак куда-то в угол и пробегает глазами по аккуратному размашистому почерку на желтом листе. «Сынок, я и отец решили съездить в Японию, конечно, по делам, поэтому нас не будет две недели. Ты у нас уже большой мальчик, поэтому мы надеемся, что ты без нас уж как-нибудь поживешь, тем более не впервой. Я оставила деньги. Но! Не потрать их все, а-то я не смогу тебе перечислить на карту, сам понимаешь... времени совсем не будет. Целую!» Чимин нахмурился и надул губы, потому что ему не нравится, когда мама называет его какими-нибудь милыми прозвищами, которые и вовсе не милые! Для Чимина. А ещё жутко бесит, когда через раз прозвищ становится все больше и появляются какие-то новые.       В университете Чимин все также чувствовал себя немного сжатым, поэтому снова нацепил на себя любимую красную шапку и черные очки, чтобы хоть как-то не привлекать внимание, хотя шапка-то яркая, поэтому вряд ли... — Тебе не идёт, — шапку Чимина потянули вверх, и у него из-за этого волосы стали лохмаче. — Ты уже так какой день ходишь? Из-за Юнги? — Я... боюсь, — тихо пролепетал Чимин и дернулся, когда заметил темноволосого. — Чимини-и, лапочка, может ты уже превратишься обратно в мужика и не будешь мне тут писклявить как школьница, которая потеряла голову от любви. — Тише ты, дурак. — Чего? — Чим сильно потянул за щеку, чтобы тот, наконец, заткнулся, но тот только больше усугубил ситуацию Пака. — Эй, придурок, чего делаешь-то? Чимин заметил боковым зрением, что это увидел Юнги, и громко шлепнул себя лбу, потому что друг громкий, а ещё слишком эмоциональный. Юнги только хмыкнул и опустил голову вниз, проходя мимо них. На губах застыла легкая улыбка, а сердце Чимина точно скоро выпрыгнет наружу от такой сахарной улыбки. — Больно же... — Чон весь искривился в лице, потирая ладонью больное место. — Зато бесплатно, — подмигнув, Пак направился в аудиторию, оставляя друга одного, а тот только глупо хлопал глазками и не понимал, как у друга так резко изменилось настроение. В аудитории холодно, и всем совершенно плевать на лекции, кроме трёх ботаников, у которых уже руки синие становятся, а сами они стучат зубами от мороза. Чимин свернулся на стуле и лёг на парту, жарко дыша в кольцо рук, чтобы хоть как-то себя согреть, но удавалось только на две секунды, а потом словно током прошибало все тело, и теперь он начал жалеть, что вообще заставил себя проснуться утром. На его плечи накинули серый бомпер. Он медленно открыл глаза и удивленно уставился на одногруппника, который почему-то заулыбался от его глупого от недопонимания лица. — Зачем? — Так холодно же. Чимин потупил взгляд в стол, долго разглядывая его, а через пару секунд спросил: — А ты? — Мне не нужно, — одногруппник отмахнулся рукой, и подпер ею же свой подбородок, устало глядя на преподавателя. — Спасибо, — еле слышно сказал Пак и прикрыл глаза.       Пак стоял и общался в коридоре с тем самым парнем, он и правда показался ему интересным и... таким заботливым, что Паку и правда стало приятно на душе, потому что даже Хосок такую нежную заботу к нему не проявлял. Серый бампер согревал, Паку даже не хотелось вылезать из него, но грустно становилось и как-то неловко, когда парень ёжился на месте и заметно согревал себя руками. В рубашке же одной, такой тонкой, но чертовски привлекательной. Пак уже несколько раз облизал его взглядом и только потом заметил покрасневший и твёрдый от холода сосок, который. виднелся. через. рубашку. У Чимы истерика в голове, а на лице восхищённое выражение от рассказа парня. Ему дико хочется с ними поиграться, пожмякать их, сделать прокол, оставить на них засос... — Ты меня слушаешь? — прервал его пошлые мысли улыбчивый парень. — Д-да, — на одном дыхании выговорил Чимин и снова уставился на манящие бусинки. — Мм, давай встретимся вечером? Не против сходить вместе в боулинг? Позову других ребят. — Я подумаю, — Чимин расплылся в улыбке.       Юнги долго глядел на них. Обкусал всю губу. То сжимал, то разжимал кулак, а что-то твёрдое застряло в горле, такое вязкое и больное. Обида? Ревность? Все в одном. Мин не выдержал и направился к Паку, который записывал на чужой смартфон свой номер телефона. Шаги становились все увереннее, а лицо мягче и спокойнее. — А это неприятно, — темноволосый схватил за запястье Пака и потянул на себя. Чимин же от шока уронил телефон и не совсем понял, что произошло. Он глядел в спину старшего, но, повернув голову назад всего на секунду, был уверен, что лицо парня будет удивленным, ведь он не совсем понял, почему его забрали и повели куда-то, но никак не слезы.