Красавец и чудовище

В обеденном зале горели свечи. Шторы закрывали окна, сквозь них не просачивались солнечные лучи, к тому времени выступившие из-за тяжёлых свинцовых туч, а потому источником света здесь были расставленные по углам комнаты канделябры (удивительно, но Виктора среди них не было). Юрий не ожидал увидеть такую красоту: ещё недавно пыльный и заброшенный всеми зал уже блистал от чистоты, а тёплое свечение падало на лепнину на высоком потолке и изорванные портреты на стенах. Царила жуткая атмосфера, но юноше нравилось. Он обожал эту загадочность, поселившуюся в замке. — Проходи, не стесняйся, — услышал он низкий бархатный голос. Юрий и не заметил, как стоит в дверях, с открытым от удивления ртом рассматривая представшую перед ним комнату. По центру стоял длинный стол с тысячами блюд на нём, в которых Юрий узнал и жареную птицу, и свежие фрукты, и нежные десерты. — Откуда у тебя столько еды? — изумился юноша. — Ты же даже за пределы замка не выходишь, а все слуги заколдованы! — Секрет, Юрий, — хитро улыбнулся Отабек. — Прошу к столу, — принц сделал жест рукой, приглашая юношу присесть. Принц сегодня выглядел совершенно по-другому. Он снял свою тяжёлую шаль и надел тёмно-синий костюм, оттенявший цвет его глаз. Волосы он убрал назад, аккуратно причесавшись, и, несмотря на свои шрамы, выглядел обворожительно. Юрий чувствовал себя богатой чинной дамой, оказавшейся на званном ужине в соседнем поместье. Он снова был в неизменной жёлтой рубашке, которая оказалась ему как раз к лицу, а его светлые локоны уложили слуги. Отабек пообещал, что этот ужин покажется ему незабываемым, так как он хочет отблагодарить своего гостя за то, что тот остался, спас ему жизнь и увидел, какой он внутри, не смотрел через призму проклятия. Юрий даже не представлял, насколько принц был благодарен ему за всё это. Они сели по разные концы стола за стулья с высокими спинками, напоминавшие юноше самые настоящие троны. Интересно, Отабек каждый день принимал пищу именно так? С пафосом, пышно, роскошно? Или же предпочитал есть у себя в комнате, как он обычно это делал в последнее время? В дальнем углу заиграла музыка. Так тихо и плавно, что Юрий поначалу её не услышал, однако она становилась всё громче. — Кто играет? — удивился он. — Слуги, разумеется. Те, кого проклятье сделало музыкальными инструментами. Раньше они были замечательным квартетом… — мечтательно вздохнул Отабек и сделал глоток бордового напитка, находившегося в его высоком бокале. — Знаешь, Юрий, я предлагаю тост. — Тост? — глаза юноши, и без того большие, округлились. — Это... это что, вино? — Ну да, — ответил Отабек, словно распитие вина было для него привычным. — Да не бойся ты. Это всего лишь виноград. Сомневаюсь, что его и вином-то назвать можно. — Ну ладно, — недоверчиво сожмурив глаза, произнёс Юрий и потянулся к своему бокалу, после чего поднял его. — Я предлагаю осушить эти бокалы за тебя, — торжественно произнёс принц. — Потому что после твоего появления в замке ужасные вороны превратились в прекрасных белых голубей, живущих сейчас в одной из башен. — Серьёзно? — не поверил Юрий. — Совершенно, — с полной уверенностью в голосе ответил Отабек. — Я боялся даже заходить на ту башню, потому что эти вороны кричали и так громко гаркали, что мне казалось, я в каком-то ночном кошмаре, — фыркнул он. — Удивительно, — покачал головой Юрий. — Получается, проклятье начало спадать после того как я оказался в этом месте? — Ровно в тот день, — подтвердил Отабек. Они осушили бокалы. — Так может, — предположил Юрий, — подождать, и оно само спадёт? — Очень смешно, — Отабек сжал губы в тонкую полоску. Музыка продолжала играть, а Юрий слегка привстал, чтобы наложить себе еды. Вдруг из темноты появилась пара официантов и сама положила гостю блюдо подобием рук. Это были горбатые и низкие мужчины, которых проклятие, по всему видимому, решило не превращать в предметы, а изуродовать и покалечить их тела. Юрий сразу же убрал свои руки, положив их на колени, и дождался, пока ему положат жаркое. — Благодарю, — тихо произнёс он, но слуги уже снова вернулись в темноту. Юноша немного опешил от такого, но всё же принялся за свою еду. На первый вкус она показалась ему божественной. Такое мягкое, свежее мясо, покрытое коркой свежего молочного сыра, буквально заставило его перенестись из этого страшного замка на просторы далёких полей, ощутить этот запах гор и цветов, уйти в свои мысли и не вернуться. Юноша и не заметил, как закрыл глаза от удовольствия… — Нравится? — ухмыльнулся Отабек. — Ещё как, — выдохнул Юрий. — Это великолепно… Слуги готовят безупречно. Вот в чём плюс жизни во дворце — здесь вкусная еда, и её много! — он улыбнулся. Он накладывал и накладывал себе еды, всё больше и больше, пока не перепробовал всё, что хотел, по одной ложке, после чего вальяжно и совсем не по-королевски развалился в своём стуле, укладывая руки на живот. — Я прямо как мой дедушка, — он устремил свой взор куда-то вверх, окунувшись в воспоминания. — Когда в деревне ярмарка, он ест всё до отвала… Отабек улыбнулся уголками губ и аккуратно положил в рот кусок мяса. Проглотив его, он с надеждой в голосе предложил Юрию: — Ты не хочешь потанцевать? — Было бы здорово немного пошевелиться после такого ужина, — ухмыльнулся юноша в ответ. Тут же услышав их, музыкальные инструменты начали исполнять безумно красивую симфонию, под которую хотелось лишь кружиться в долгом танце. Отабек поднялся со стула и подал руку Юрию; тот взял её и последовал за принцем. Они остановились в самом центре зала, где места было предостаточно, и стали двигаться в такт музыке. Юрия ничуть не смущало то, что ведущую позицию занимал Отабек, а сам юноша напоминал себе девушку. Он часто читал о самых разных танцах в книгах и потому знал, что сейчас они исполняют самый настоящий вальс. Множественные свечи, стоявшие в разных углах комнаты, сливались в один свет. Юрий не замечал, как он кружится и как счастливая улыбка повисла на его лице. Он чувствовал себя таким счастливым, что не следил за временем. Этот момент длился для него бесконечно, но одновременно так быстро. Он не особенно умел танцевать, однако, даже иногда наступая на ноги, он двигался, не сдавался. На душе у него было настолько тепло, что он даже удивился, что такое может быть. В жизни он всегда оставался чем-то недовольным, но сейчас… Сейчас он просто-напросто был счастлив, кружась в танце с Отабеком, с человеком, который любит его и в которого влюблён он. — Послушай, Отабек, — вдруг решительно произнёс Юрий. — Тогда, на льду, ты поцеловал меня. — Да, поцеловал, — улыбнулся принц, похоже, с радостью вспоминая тот момент. — А что? — Это было так неожиданно, — прошептал юноша. — Тебе понравилось? Юрий пожал плечами. Он невольно опустил взгляд, будто пытался убежать от этого вопроса, однако деться ему было некуда: он сам начал разговор. — Я могу поспорить, что ты хочешь повторить, — произнёс Отабек и нежно прикоснулся своими губами к губам Юрия. Они слились в нежном поцелуе, и от этого у юноши закружилась голова. Он почувствовал, как может упасть без чувств прямо сейчас, забыться. Поцелуй казался ему таким лёгким и воздушным, но одновременно таким страстным и долгожданным, что он испытывал смешанные эмоции. Наконец-то исполнилось то, о чём он так долго думал и мечтал. И всё показалось ему таким быстрым, несмотря на то, что они простояли так, пока музыка не кончилась. Однако всё приятное когда-либо заканчивается. Отабек и Юрий услышали тяжёлый и громкий стук. Не понимая, что произошло, они вдвоём помчались в холл, ко входу. Слуги уже собрались и сейчас все вместе стояли рядом с ними, благородно заслоняя принца и юношу собой. По-видимому, кто-то стучал тяжёлым бревном по дверям замка. — Они заперты, — произнёс Отабек, — но им всё равно недолго осталось. Пойдём, — он схватил Юрия за руку. — Оставайтесь на месте, пока я не прибегу обратно! — крикнул он слугам. — Я лишь спрячу Юрия в укромном месте.